В обеденный перерыв учительница китайского языка, госпожа Шэнь, специально вызвала Цинь Аньрань и Сун Шукая и сообщила, что в следующую среду в городе пройдёт конкурс сочинений, на который от одиннадцатого класса посылают именно их двоих. Ранее она уже занималась с ними дополнительно, поэтому сейчас лишь кратко напомнила основные правила. Затем она попросила воспользоваться обеденным перерывом и сходить за пределы школы в типографию за напечатанными материалами для самостоятельной подготовки во время зимних каникул.
С разрешительной запиской в руках Цинь Аньрань и Сун Шукай вышли за школьные ворота, неспешно беседуя по дороге.
— Ты отлично написала последнюю контрольную, — похвалил Сун Шукай.
— Ну… всё же допустила несколько досадных ошибок из-за невнимательности. Нужно быть более собранным, — ответила она.
— Да ладно, ты слишком строга к себе. Всё отлично получилось.
Цинь Аньрань улыбнулась ему:
— Ты тоже отлично справился.
На этот раз Сун Шукай занял пятое место в классе и двадцатое в параллели.
— В целом нормально. Главное — после разделения на профили попасть в экспериментальный класс. Пока что я в нужном диапазоне.
— А ты выберешь гуманитарный или естественно-научный профиль? — спросила Цинь Аньрань между делом.
— Скорее всего, гуманитарный.
Она кивнула — такого исхода и ожидала: Сун Шукай всегда выделялся по китайскому языку.
— А ты? — в свою очередь спросил он.
— Естественно-научный.
— Да, хоть ты и неплохо пишешь, всё же разумнее выбрать направление, где у тебя явное преимущество.
На самом деле у Цинь Аньрань был ещё один, скрытый мотив выбора естественных наук, но она предпочла промолчать.
— Кстати, — внезапно сменил тему Сун Шукай, — ты ведь с Сюй Цзяо знакома с детства?
— Можно сказать, что мы знаем друг друга с самого детства. Его семья раньше жила этажом выше нас, но во втором классе средней школы они переехали. Хотя всё это время мы учились в одной школе.
— Какое у тебя о нём сложилось впечатление?
— Э-э… этот человек вообще ни к чему не относится серьёзно, говорит гадости, характер ужасный, не учится и не заботится о здоровье, да ещё постоянно со мной цепляется… — Цинь Аньрань могла перечислять его недостатки без конца.
Сун Шукай, выслушав её, слегка обрадовался, но ничего не сказал вслух.
По пути обратно, когда они уже несли стопку материалов, у школьных ворот Цинь Аньрань вдруг замерла от неожиданности. Там стоял Лю Синвэй в сопровождении трёх-четырёх парней — все крупные, грубые на вид, явные хулиганы.
Даже объяснять не требовалось, за кем они пришли.
Несколько месяцев назад в караоке они потерпели поражение и теперь, конечно, хотели отомстить. Удивительно было лишь то, что так долго терпели — дождались самого конца семестра, словно примерные ученики.
Но ей было не до комплиментов. Первым делом она подумала, что нужно срочно предупредить Сюй Цзяо, чтобы тот задержался в школе и выходил попозже. Надеялась лишь, что у этих парней не хватит терпения так долго ждать.
Правда, возник другой вопрос: узнают ли они её? Посмеют ли тронуть девушку?
Цинь Аньрань не была уверена. Она шла ко входу с тревогой в сердце, надеясь, что её ничем не примечательная внешность осталась для Лю Синвэя без внимания — возможно, он уже и не помнит, как она выглядит.
Но надежды не сбылись. Едва она прошла мимо него, опустив голову и стараясь не привлекать внимания, он резко схватил её за руку.
Цинь Аньрань вздрогнула, и вся стопка бумаг рассыпалась по земле.
— О, да это же та самая, что облила меня молоком! — Лю Синвэй явно запомнил её очень хорошо.
Сун Шукай, увидев происходящее, сильно удивился, но быстро пришёл в себя и немедленно вмешался:
— Что вы делаете? Это же школа! — даже в такой ситуации его тон оставался мягким.
— Пошёл вон, не твоё дело! — грубо огрызнулся Лю Синвэй и снова повернулся к Цинь Аньрань: — У тебя, оказывается, много поклонников! Вот ещё один белоручка объявился.
Сун Шукай был интеллигентом и всегда предпочитал слова силе. Но с таким типом, как Лю Синвэй, разговоры были бесполезны.
Тонкая рука Цинь Аньрань была зажата в его железной хватке, и никакие попытки вырваться не помогали. Обеденный час уже закончился, да и школа находилась под строгим контролем, поэтому вокруг почти никого не было. Изредка проходили люди, но все предпочитали не вмешиваться.
Увидев, как на её руке проступают красные пятна от сдавливания, Сун Шукай в отчаянии бросил свои бумаги и с размаху ударил Лю Синвэя в лицо.
Его сила была ничем по сравнению с Сюй Цзяо — Лю Синвэй лишь слегка отклонил голову, даже синяка не появилось.
Зато это окончательно вывело его из себя:
— Ты чё, мудак, посмел?! — зарычал он и, отпустив Цинь Аньрань, повернулся к Сун Шукаю.
Цинь Аньрань в панике схватила Лю Синвэя за руку:
— Молоко лила я, а он с тобой вообще не знаком! Не трогай невиновного!
Лю Синвэй брезгливо взглянул на неё и уже занёс руку, чтобы дать пощёчину. Но Сун Шукай перехватил его запястье:
— Если хочешь драться — дериcь со мной. Не бей девчонку.
И тут же он оттолкнул Цинь Аньрань:
— Беги в школу!
— Но… — она, конечно, не могла бросить его одного.
— Приведи учителя! — быстро добавил Сун Шукай.
— Никто никуда не убежит! — крикнул Лю Синвэй и махнул своим товарищам, которые до этого курили в десятке метров, считая, что их лидер легко справится с двумя «худыми цыплятами».
Когда те начали приближаться, Цинь Аньрань лихорадочно соображала: вдвоём им точно не выстоять. Единственный выход — найти учителя и вызвать полицию. Её побег станет для хулиганов куда большей угрозой, чем присутствие здесь.
Она рванула к воротам, крича на бегу:
— Я сейчас вызову полицию!
Надеялась, что это заставит их сразу сбежать.
Трое парней бросились за ней, но ноги её не подвели — благодаря ежедневным пробежкам она сумела первой ворваться в школьные ворота.
За ней никто не последовал.
Оказавшись внутри, она сразу побежала в сторожку, но там никого не оказалось — охранник, видимо, ушёл обедать.
Без промедления Цинь Аньрань помчалась в административное здание, нашла свою классную руководительницу Гу Цинь, вкратце объяснила ситуацию и потащила за собой. По пути они ещё подхватили двух охранников, которые как раз возвращались с обеда.
Всю дорогу она молилась, чтобы Сун Шукай не пострадал. Лю Синвэй был жестоким, а хрупкое телосложение Сун Шукая явно не выдержит его ударов. Если тот окажется в больнице, она никогда себе этого не простит.
А если бы она не пошла с ним за материалами? Если бы тогда в караоке не плеснула молоком? Если бы он не вступился за неё? Может, тогда ему удалось бы избежать этой беды?
Тем временем Лю Синвэй, увидев, что Цинь Аньрань скрылась, перенёс всю ярость на оставшегося Сун Шукая.
Тот стиснул зубы и сжал кулаки, готовясь к бою.
В этот момент рядом раздался низкий мужской голос:
— Что за шум?
Оба обернулись. В нескольких метрах стоял Сюй Цзяо, слегка наклонив голову и разглядывая их. В руке он держал шампур с жареными кальмарами, от которых приятно пахло перцем и зирой.
— И ты тоже дерёшься? — Сюй Цзяо, будто не замечая Лю Синвэя, невозмутимо откусил кусочек кальмара и обратился к Сун Шукаю с издёвкой в голосе.
Сун Шукай промолчал.
Лю Синвэй не вынес такого пренебрежения и резко повернулся к Сюй Цзяо, злобно оскалившись:
— Сегодня мне повезло! Все мои враги собрались в одном месте. Раз уж ты здесь…
— Все? — Сюй Цзяо прищурился, размышляя над его словами.
— Да! Только что та сучка, что облила меня молоком, удрала. Но тебя я так просто не отпущу!
При этих словах лицо Сюй Цзяо потемнело, губы сжались в тонкую линию, и он пристально уставился на Лю Синвэя:
— Цинь Аньрань? Ты её тронул?
— Да пошёл ты! Сам же слышал — убежала! — раздражённо рявкнул Лю Синвэй.
Сюй Цзяо мгновенно расслабился, настроение явно улучшилось. Он повернулся к Сун Шукаю:
— Видишь? Она даже не волнуется за тебя. Бросила одного.
Сун Шукай: «……»
Даже в такой момент он ухитрился поддеть его.
Дожевав последний кусочек, Сюй Цзяо всё ещё держал шампур в правой руке, а левой неторопливо поманил Лю Синвэя:
— Кто виноват, тот и платит. Один на один. Быстро покончим.
Сун Шукай остался в стороне.
Это устраивало Лю Синвэя. Он бросился на Сюй Цзяо и со всей силы ударил кулаком. Тот спокойно поднял левую руку, легко перехватил удар, резко вывернул руку противника — и та оказалась за спиной.
— А-а-а! — завопил Лю Синвэй от боли.
Следом колено Сюй Цзяо врезалось тому в живот. Отпустив руку, он позволил Лю Синвэю рухнуть на землю. Дальше нападать не стал — лишь размял левое плечо, будто всё уже закончилось.
Теперь он смотрел сверху вниз на корчащегося хулигана и тыкал в него шампуром, чётко и холодно произнося:
— Если ещё раз появится рядом с ней — расплаты не избежать.
Трое друзей Лю Синвэя вернулись как раз к этому моменту. Увидев картину, они не осмелились подходить ближе — как и в прошлый раз в караоке, их роль сводилась лишь к тому, чтобы унести своего лидера.
Сун Шукай, убедившись, что опасность миновала, облегчённо вздохнул и начал собирать разбросанные материалы. Сюй Цзяо стоял рядом, равнодушно наблюдая. Рядом не было урны, поэтому он всё ещё крутил в руках пустой шампур.
Сун Шукай поднял на него глаза:
— Спасибо, что помог. Я сам всё уберу.
— Не за что. Я и не собирался помогать тебе убирать, — невозмутимо ответил Сюй Цзяо и прислонился к стене, греясь на солнце.
— Тогда… можешь идти вперёд.
— А если они вернутся? — Сюй Цзяо чуть приподнял подбородок. — Справишься один?
— Э-э… — Сун Шукай действительно не подумал об этом и больше ничего не сказал.
Через некоторое время Сюй Цзяо вдруг заговорил снова:
— Кстати, есть ещё одно дело…
—
Цинь Аньрань вместе с Гу Цинь и двумя охранниками запыхавшись подбежала к месту происшествия. Сун Шукай один собирал разбросанные листы, а Сюй Цзяо стоял рядом, безучастно чертя шампуром круги на стене.
— Шукай, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросила Цинь Аньрань.
— Всё хорошо, он даже не дотронулся до меня, — улыбнулся ей Сун Шукай, стараясь говорить легко.
— Правда? — она не верила своим ушам и перевела взгляд на Сюй Цзяо: — Это ты их прогнал?
— Нет, они сами испугались, что ты учителей приведёшь, и ушли, — опередил ответ Сун Шукай.
— Понятно…
Цинь Аньрань успокоилась. Похоже, эти хулиганы — обычные трусы, которые только грозятся, а на деле боятся учителей.
Она поблагодарила Гу Цинь и охранников, затем присела рядом с Сун Шукаем, чтобы помочь собрать бумаги.
Все вместе направились к школьным воротам, неся стопки материалов.
Сюй Цзяо, естественно, шёл вместе с ними. Гу Цинь, увидев его, махнула рукой — в конце концов, хоть он и нарушал правила, но никогда не переходил черту, так что в последние дни перед каникулами она решила закрыть на это глаза.
Цинь Аньрань заметила шампур в его руке и спросила:
— Опять ешь всякую ерунду за пределами школы?
— Нет, — тут же отрицал Сюй Цзяо.
— А это тогда что? Не шампур от кальмаров?
— Это зубочистка.
— …Зубочистка не может быть такой огромной! Ты меня за дуру держишь?
— Я чищу большие зубы. — Действительно держит.
— ………
Сун Шукай незаметно взглянул на них двоих. Он вспомнил разговор с Сюй Цзяо после того, как трое хулиганов ушли.
«Кстати, есть ещё одно дело…»
http://bllate.org/book/4546/459738
Готово:
