— Племянник семьи Сун? Или, быть может, благородный юноша из Цзинду? Для меня нет разницы. Только не смей брать в качестве мишени брата и сестру Не, — холодно произнёс незнакомец. Его голос звучал спокойно, властно и обладал глубоким, магнетическим тембром.
Сун Юньфэю от этих слов стало неприятно, и он тут же огрызнулся:
— Это я тебе то же самое хотел сказать! А ты кто такой? Зачем шатаешься по чужим крышам среди ночи? Неужели задумал что-то недоброе? Слушай сюда: пока я в городке Лицзихуа, никто не посмеет их обидеть. Я ведь старший брат Си-эра, хм!
— Старший брат? — удивился пришелец. Ведь ещё позавчера они были врагами.
Сун Юньфэй самодовольно фыркнул:
— Ты этого не понимаешь. Раз уж сумел меня здесь найти, значит, хоть немного расследовал. Неужели не знаешь, что сегодня Си-эр сам проводил меня обратно в дом Сун?
То есть, мол, мы с ним на короткой ноге, а тебе лучше убираться восвояси.
Видя, что незнакомец молчит, Сун Юньфэй добавил:
— Неужели вы тоже родственники семьи Не? Если так — другое дело. Но, по-моему, не похоже. Родные бы не шныряли тут, расспрашивая направо и налево. Вы ведь только сегодня узнали, где они живут.
Этими словами он точно попал в цель. Незнакомец спокойно ответил:
— Значит, вы не злодей. Раз так, берегите их как следует. Прощайте!
Он решительно развернулся и ушёл — брат и сестра Не уже заметили их присутствие.
Но Сун Юньфэй об этом не подумал и всё ещё стоял на западной пристройке дома Быка, не замечая, что в доме Не зажгли свет. Он крикнул вслед уходящему:
— Думаешь, так просто сбежишь? Не так-то легко!
И тут же выхватил из-за пояса гибкий клинок и бросился на того человека.
— Ах, молодой господин… — Лэньцзы заметил происходящее во дворе семьи Не, но, не желая оставлять своего господина без поддержки, тоже достал короткий нож и бросился помогать.
Однако незнакомец так и не обнажил свой меч — он лишь ловко уклонялся. По силе он явно превосходил обоих, но и Сун Юньфэй с Лэньцзы были не промах: их клинки мелькали вверх и вниз, не коснувшись даже края его одежды, но при этом не разбив ни одной черепицы под ногами.
Сёстры и брат Не давно уже знали, что на их крыше кто-то появился — и всё это благодаря Чёрному. Нэ Шуяо, опасаясь, что Щенку ночью будет холодно, впустила Чёрного в дом. Но едва она легла, как Чёрный разбудил её. Странно было то, что пёс не лаял — видимо, в прошлом он уже сталкивался с подобным и был весьма сообразителен.
Тогда они спокойно зажгли свет и взяли угловые луки, которым их когда-то научила госпожа Не, и вышли во двор.
В колчане за спиной Не Си-эра было десять стрел. Сам лук был ничем не примечателен — такой же, какой обычно используют на занятиях верховой езды и стрельбы в академии. Он натянул тетиву и направил её на трёх чёрных фигур, сражающихся на крыше.
У слушающих всё слышимое обострено, и слова Сун Юньфэя дошли и до них.
Поначалу они думали, что пришедший и Сун Юньфэй — заодно, но теперь стало ясно, что это не так. Нэ Шуяо недоумевала: с кем она могла поссориться? Неужели Лю Сань нанял кого-то? Но не похоже. Этот человек явно мастер своего дела — Лю Сань вряд ли смог бы заплатить ему. Тогда зачем он здесь?
Нэ Шуяо не взяла лук и просто стояла рядом с Не Си-эром, не выказывая страха, хотя в душе перебирала множество мыслей. В наше время слава — не всегда благо, особенно когда ты ребёнок без родителей. Даже малейший повод может стать причиной для нападения, и тогда кожу сдерут живьём.
Без поддержки… Приходится быть осторожным во всём.
Трое на крыше постепенно прекратили сражение и все разом посмотрели на брата и сестру, стоящих во дворе наготове. Им вдруг стало неловко: ведь они сейчас находились прямо на крыше дома Нэ Шуяо.
На самом деле им следовало немедленно уйти. Все трое понимали, что угловой лук Не Си-эра не представляет для них угрозы: даже если он и попадёт, то стрела, выпущенная из полунатянутого лука, не сможет пробить их защиту.
К тому же они решили, что так и должно быть: Нэ Шуяо — девушка, наверняка беззащитна. В доме нет взрослых, но она спокойна — возможно, просто не осознаёт опасности.
А у Не Си-эра лук — это логично: ведь он только что сдал экзамен на цзюйжэня, а стрельба из лука — обязательное умение благородного юноши.
Однако никто из троих не уходил. Сун Юньфэй вдруг ухмыльнулся и обратился к Нэ Шуяо:
— Простите, что потревожили вас!
Двое других подумали, что у этого парня, наверное, в голове вода. Даже Лэньцзы так решил: неужели обычно сообразительный молодой господин вдруг сошёл с ума?
Нэ Шуяо сухо улыбнулась:
— Уже поздно. Неужели господа на крыше ещё не утомились от столь изящного ночного фехтования?
— Э-э… — все трое сразу замолкли.
— Раз уж изящное развлечение окончено, не соизволите ли спуститься и поговорить?
Первым прыгнул Сун Юньфэй, сорвал с лица чёрную повязку и весело усмехнулся:
— Девушка Шуяо так добра к нам!
От этих слов Лэньцзы чуть не споткнулся. «Что с ним случилось?» — подумал он.
Последний из троих тоже спустился и, к всеобщему удивлению, снял повязку и кивнул с улыбкой Не Си-эру, который как раз убирал лук и стоял, прижав руку сестры.
Хотя было темно и лица не разглядеть, всем показалось, что улыбка у него прекрасна, а сам он — очень привлекательный и открытый юноша.
— Меня зовут Цзян И, — представился он, держа в руке длинный меч и кланяясь собравшимся. — Я из горы Кунмин. Много лет учился там и теперь впервые сошёл с горы, чтобы пройти испытания. Прошу прощения за доставленные неудобства!
Не Си-эр спросил:
— Так это вы тот, кто наблюдал за нами в толпе?
Цзян И нахмурился, взглянул на самодовольного Сун Юньфэя и ответил:
— Именно я. Сначала хотел найти того злодея и разобраться с ним, но, оказывается… всё было недоразумением.
«Недоразумение» — удачно сказано, подумала Нэ Шуяо. Этот человек умеет подбирать слова. Но всё же… в такое время ночи чужие мужчины в доме — не дело.
Поэтому она не стала расспрашивать и прямо сказала:
— Поздно уже. Пора уходить. И больше не приходите!
Не Си-эр добавил:
— В следующий раз я выпущу собаку!
Чёрный вовремя подал голос: «Гав!»
Сун Юньфэй поспешил возразить:
— Си-эр, мы пришли… — но его тут же одёрнул Лэньцзы.
Нэ Шуяо взглянула на него и сказала:
— Неважно, зачем вы пришли. В следующий раз мы точно выпустим собаку. Уходите.
Брат и сестра пристально смотрели на них, пока Цзян И первым не скрылся с крыши.
Сун Юньфэй, казалось, не хотел уходить, и Лэньцзы буквально тащил его за собой. По дороге тот шептал:
— Завтра зайду к вам в Су Чжи Фан. Вы ведь завтра туда пойдёте?
Брат и сестра Не не ответили ни слова и вернулись в дом, лишь убедившись, что их гости окончательно скрылись из виду.
Лэньцзы вёл Сун Юньфэя обратно в дом Сун, и всё это время боялся, что его молодой господин вот-вот пронзит его взглядом. Если старшая госпожа узнает, что её внук сошёл с ума, его ногам точно не поздоровится.
Вернувшись в дом Сун, Лэньцзы наконец перевёл дух.
Оба в масках направились к Бамбуковому саду. По пути им нужно было пройти мимо Павильона сливы — вдоль крытой галереи. Хотя главные ворота уже были заперты, это их не остановило — они просто перелезли через стену.
Проходя мимо Павильона сливы, Сун Юньфэя чуть не сбила с ног испуганная служанка. Он быстро отскочил, чтобы спрятаться.
Но служанка, словно увидев привидение, бросилась бежать, оглядываясь назад, будто за ней гналось что-то ужасное, и бормотала:
— Госпожа… две… две… госпожа… а-а!
Наконец она обернулась — и прямо перед собой увидела двух замаскированных мужчин. Вскрикнув, она закатила глаза и рухнула на землю.
«Бух!» — служанка рухнула без чувств, и это напугало даже Сун Юньфэя.
Он мгновенно отпрыгнул назад и удивлённо воскликнул:
— Что… что за… Неужели мы так страшны?
В этот момент в Павильоне сливы вспыхнул свет, и раздались новые крики — будто там случилось что-то ужасное.
Лэньцзы потянул за рукав своего господина и прошептал:
— Молодой господин, давайте сначала переоденемся, а потом уже пойдём смотреть, что там происходит.
— Пошли! — Сун Юньфэй без промедления бросился бежать, а Лэньцзы, бросив последний взгляд на лежащую служанку, поспешил за ним.
Едва они скрылись, из Павильона сливы выскочили новые люди.
Госпожа Сун с мрачным лицом что-то приказывала служанкам. К счастью, они быстро нашли бесчувственную девушку прямо у входа в павильон и двое крепких нянь тут же втащили её внутрь.
Затем госпожа Сун позвала одну проворную служанку, что-то шепнула ей на ухо, и та убежала. После этого госпожа Сун вместе со всеми вернулась в павильон.
Ворота закрылись, и всё снова погрузилось в ночную тишину.
Когда Сун Юньфэй вышел, переодевшись, он увидел лишь спокойный павильон — у ворот никого не было, и казалось, будто всё произошедшее было лишь сном.
— Лэньцзы, — спросил он, — ведь только что маленькая служанка упала в обморок от страха перед нами?
Лэньцзы кивнул:
— Да, молодой господин. Она будто привидение увидела и бормотала что-то про госпожу и «двух».
— Двух? — переспросил Сун Юньфэй. — Тут явно что-то не так. Давай подождём у ворот. Наверное, дядя сейчас разбирается с этим делом. А я раскрою эту тайну! Ха-ха!
Лэньцзы вспомнил, как Нэ Шуяо помогла соседям найти пропавшую свинью, и теперь, услышав эти слова своего господина, почувствовал облегчение. Наверное, молодой господин просто хочет превзойти ту девушку — иначе зачем он так к ней относится? Да, наверняка именно так. Раз других намерений нет, то и бояться нечего.
Они прождали около получаса, и наконец ворота снова открылись. Вышел только Сун Чэнцзун. Он выглядел озадаченным и шёл один, без слуг.
— Двоюродный брат, — тихо окликнул его Сун Юньфэй.
Сун Чэнцзун вздрогнул, будто его испугали, и настороженно спросил:
— Кто там?
Сун Юньфэй весело рассмеялся:
— Это я, двоюродный брат. Что случилось? Я услышал шум в Павильоне сливы и решил…
Сун Чэнцзун облегчённо выдохнул:
— А, это ты, кузен. Напугал меня. Ничего особенного! Поздно уже, тебе пора отдыхать. Лэньцзы, позаботься о своём господине.
И он начал подталкивать Сун Юньфэя в сторону Бамбукового сада.
Теперь Сун Юньфэю стало ещё интереснее. Вспомнив слова служанки, он шепнул:
— Неужели кузина решила сбежать с мужчиной перед свадьбой, и служанка всё это увидела?
— Это… — Сун Чэнцзун онемел. Как кузен может так легко произносить слово «сбежать»? Это же позор!
Сун Юньфэй не видел выражения его лица, но почувствовал замешательство и добавил:
— Значит, это правда! Неудивительно, что та служанка кричала про «госпожу» и «двух». А что с ней теперь? Дядя, наверное, уже… устранил её?
Сун Чэнцзун снова опешил:
— Устранил? Какую служанку? Я никого не видел.
Сун Юньфэй покачал головой и наставительно сказал:
— Двоюродный брат, ты ничего не понимаешь в коварстве женских покоев. Если слуга узнаёт тайну госпожи, его обязательно заставят замолчать. Ни отец, ни дочь не допустят, чтобы позор вышел за стены дома. А лучший способ заставить замолчать — это смерть!
В конце он понизил голос до шёпота, и Сун Чэнцзун невольно вздрогнул. Но он и правда не видел никакой служанки.
— Так это правда? — снова спросил Сун Юньфэй, приближаясь.
Сун Чэнцзун инстинктивно отступил на два шага и серьёзно сказал:
— Кузен, не болтай ерунды. Речь идёт о чести сестры. Больше никогда не повторяй таких слов.
— Тогда расскажи мне правду, — Сун Юньфэй тут же воспользовался моментом и улыбнулся.
Сун Чэнцзун схватил его за руку и прошептал:
— Пойдём в Бамбуковый сад, там и поговорим. Но ты должен пообещать хранить это в тайне.
— Обещаю, двоюродный брат, — ответил Сун Юньфэй. — В этом я мастер.
Они оглянулись по сторонам — никого не было, — и, пользуясь лунным светом, быстро зашагали к Бамбуковому саду.
Следовавший за ними Лэньцзы скривился: срок хранения тайн у его молодого господина, как известно, крайне короток.
А брат и сестра Не, проводив своих ночных гостей, вернулись в дом.
http://bllate.org/book/4378/448192
Готово:
