Лу Чжань не успел ответить, как от неожиданности вскочил на ноги и раздражённо бросил:
— Линь Можэнь, ты что, с ума сошёл?!
— Давно не виделись, а сразу с таким тоном? — Режиссёр Линь мельком взглянул на Лю Ли, стоявшую рядом с Лу Чжанем, и всё сразу понял. Заметив при этом угрожающий взгляд Лу Чжаня — «только скажи хоть слово, и я тебя прикончу» — он вдруг вспомнил, как в старших классах этот парень частенько тусил с ним в ночных клубах и, напившись, без конца твердил о какой-то «фе́е».
Ходили ещё слухи, что он давно увлечён одной актрисой — не в смысле фанатства, а по-настоящему. Так вот, этой самой актрисой и оказалась Лю Ли!
— Режиссёр Линь, вы знакомы? — спросила Лю Ли, наблюдая за их непринуждённой перепалкой. Она уже догадалась: этот режиссёр, видимо, из богатой семьи.
Режиссёр Линь положил руку Лу Чжаню на плечо, изображая закадычного друга, и с хулиганской ухмылкой произнёс:
— Этот парень в старших классах постоянно со мной шлялся.
Лу Чжань покраснел от упоминания своего прошлого и широко распахнул глаза, глядя на Лю Ли, боясь, что она сейчас засмеётся.
— Не слушай его чепуху, фея! В школе я был отличником!
— Да брось! Ты — отличник? Твой папаша каждый год жертвовал по учебному корпусу, и ты думаешь, он это делал из благотворительности? — парировал режиссёр Линь.
Лу Чжань тайком ущипнул режиссёра за бок и прошипел так, чтобы Лю Ли не слышала:
— Да дай же мне хоть каплю достоинства!
Лю Ли наблюдала, как они шепчутся, а потом Лу Чжань, с видом человека, сдавшегося на милость победителя, сердито уставился на режиссёра. Тот проигнорировал его и, улыбнувшись Лю Ли, сказал:
— Он немного придурковатый, не обижайся. Ладно, отдыхайте, я пойду проверю другую площадку.
Сяо Юнь, увидев, что режиссёр ушёл, почувствовала себя лишней и, потирая руки, сказала Лю Ли:
— Сестрёнка Ли, я ненадолго отлучусь. Вы тут поговорите.
— Хорошо, иди! — кивнула Лю Ли.
Она снова перевела взгляд на Лу Чжаня. Тот не знал, садиться ли ему или стоять, мысленно ругая Линь Можэня: «Зачем ты вообще сюда явился!»
Из-за того, что его прошлое вскрыли при его же «фе́е», он нервно почесал затылок:
— Я… не такой, как он сказал. Нет, фея, я не то имел в виду… Ты не хочешь красный чай?
Лю Ли вздохнула:
— Со мной так страшно сидеть? Твой напиток ещё там, не надо ничего нового открывать.
— А… — Лу Чжань поставил чай в сторону. — Он уже тёплый, я куплю свежий!
— Не надо, — остановила его Лю Ли. — Тут есть холодильник, но я уже пила воду и сейчас ничего не хочу. Молодой господин Лу, просто посиди.
— Ладно… — Лу Чжань сел, но то и дело косился на неё, будто воришка. Выглядело это довольно мило.
Лю Ли решила его подразнить:
— Как тебе первое посещение съёмочной площадки? Не разочаровался? На самом деле съёмки не такие уж весёлые, как в телевизоре.
Лу Чжань посмотрел на неё в костюме: лёгкий взгляд, будто волна нежности, струящаяся сквозь плоть. Макияж был безупречен, подчёркивая черты лица — немного меньше небесной чистоты, но больше земной притягательности. Перед ним сидела живая картина, и отвести глаза было невозможно.
— Нет, здесь очень интересно. И ты в этом наряде прекрасна, — искренне сказал он, и в его глазах заблестела юношеская искренность, сменившая прежнюю унылость на милую растерянность.
Глаза его сияли, как драгоценные камни. Лю Ли на миг задумалась, но тут же отогнала эту мысль.
«Нет, это невозможно. Наследник корпорации „Хуарунь“… Даже до банкротства моей семьи между нами была пропасть. А сейчас… слишком хлопотно. Я больше не хочу связываться с богатыми наследниками, у которых дома одни клубки проблем. Да и он моложе меня на три-четыре года…»
«Если бы он не притворялся простачком, то, пожалуй, его характер мне бы подошёл. Только без серьёзных чувств — просто приятное времяпрепровождение. Но… увы».
В её глазах мелькнуло сожаление.
— Правда? Спасибо за комплимент.
Лу Чжань понятия не имел, сколько мыслей пронеслось в голове его «феи» за эти секунды. Узнай он — наверняка расплакался бы. «Я ведь хороший! Возьми меня в содержанцы, умоляю!»
Но сейчас он всё ещё стеснялся и продолжал держать Лю Ли на пьедестале.
— Это чистая правда!
— Фея, — продолжил он, — не обращай внимания на тех троллей в соцсетях. Их слова — пустой звук. Наши „феиньки“ всегда тебя поддерживают!
Лю Ли улыбнулась:
— Не переживай, я не читаю этих комментариев. Для меня важны только мои „феиньки“ — вы и есть мои ангелочки!
Она мило улыбнулась.
— Молодой господин Лу, раз уж ты приехал, я хотела бы угостить тебя ужином. Но сегодня у меня много сцен… Может быть…
— Не беспокойся! Я перекушу чем-нибудь. Ты спокойно снимайся, не думай обо мне.
— Так нельзя! — возразила Лю Ли, подумав секунду. — Сегодня в шесть часов я, скорее всего, закончу съёмки, ночных сцен не будет. Давай я приглашу тебя на ужин в Хэндяне? Как компенсация?
— Если у тебя нет времени, не надо!
Лу Чжань аж подпрыгнул от радости — он-то собирался уезжать после обеда, но теперь тут же согласился:
— Отлично! Я подожду тебя.
В это время её уже звали на площадку. Лю Ли не стала церемониться и кивнула, направляясь к съёмочной группе.
Когда она ушла, Лу Чжань наконец выдохнул и начал ругать себя:
«Лу Чжань, что с тобой? Чего нервничаешь? Фея тебя есть не будет! Расслабься, расслабься…»
Потом он уставился на свою «фею», как влюблённый дурачок. На площадке Лю Ли снимала сцену весеннего пира: она стояла среди дочерей знати, и одного лёгкого взгляда хватило, чтобы затмить всех своей грацией.
Линь Цзэ и другие молодые аристократы остолбенели.
«Красива… Всё равно красива. Нравится мне, как моя фея играет — могла бы полагаться только на внешность, но упорно оттачивает мастерство».
На самом деле актёрский талант Лю Ли был средним, просто он видел её сквозь розовые очки. Она сама это знала, режиссёр Линь тоже, и именно поэтому она так усердно работала — чтобы каждый её взгляд становился «мгновением, остановившим время».
Лу Чжань сидел в стороне, внимательно наблюдая. Но его внешность была слишком броской: вскоре к нему начали подкручиваться разные девушки. Он терпеть не мог таких и почти не отвечал, пока те, обескураженные, не ушли восвояси.
Во время обеденного перерыва Лу Чжань съел обычный ланч-бокс с жареным перцем и свининой. Сяо Юнь аж рот раскрыла:
— Бедность ограничивает моё воображение!
Лу Чжань обиженно надул щёки:
— Ну и что? Просто еда из коробки.
Лю Ли засмеялась:
— Ну как, вкусно?
Он кивнул:
— Гораздо лучше, чем у нашей домработницы.
Сяо Юнь не поверила.
— Тогда ешь побольше, — сказала Лю Ли, запивая водой. Лу Чжань, почувствовав заботу, радостно закивал, как большой белый кролик, усердно жующий травку.
У Лю Ли было много сцен, и весь день она почти не отдыхала. Даже сняли эпизод на вайрах: Лу Цзы и генерал падают с обрыва. По сценарию — это должно быть волшебно: облака, туман, взгляды в падении… Очень романтично.
Но на деле — сухой лёд, вайры и Линь Цзэ, который постоянно срывался на смех.
Сняли уже несколько дублей, и Лю Ли, болтаясь в воздухе, чуть не заплакала:
— Линь Цзэ, серьёзно! Хватит ржать!
— Прости, не могу! — отвечал молодой актёр, тоже вися на вайрах.
— Если ещё раз засмеёшься, я сегодня не успею закончить! Дай мне шанс!
— Фея, я ведь тоже стараюсь! Но мы же теперь на одной верёвочке…
— Не смей! Я — фея, а не кузнечиха!
— Ха-ха!
Лу Чжань сидел в стороне с каменным лицом. Он заметил, что вся съёмочная группа смеётся и шепчется: «Да они же идеальная пара!»
«Пара, чёрт возьми?!» — мысленно возмутился Лу Чжань, отказываясь признавать любую «парность».
Он обиженно посмотрел на режиссёра Линя, тот почувствовал его ледяной взгляд, кашлянул и крикнул Линь Цзэ:
— Эй, Линь Цзэ! Хватит болтать! Снимай нормально!
Линь Цзэ сразу съёжился:
— Понял, режиссёр! Я же стараюсь!
Лю Ли, улыбаясь, наблюдала за происходящим, но вдруг заметила, что её «фанат» смотрит на неё с обиженным лицом. Она даже вздрогнула. Лу Чжань фыркнул, демонстрируя лёгкое кокетство.
Лю Ли и не догадывалась, что он ревнует.
«Какой милый этот молодой господин Лу, — подумала она. — Даже больше нравится, чем этот мальчик рядом. Жаль… Только смотреть, нельзя трогать».
Весь день она снималась, а Лу Чжань — весь день ел попкорн. Сериал «Царица Лиюнь» рассказывал историю о женщине, переродившейся в знатную девушку, которая сначала враждовала с генералом, а потом они вместе построили новое царство и жили долго и счастливо. Режиссёр Линь позиционировал его как лёгкую романтическую комедию, и площадка была сплошным «разбрасыванием корма для собак».
Весь день снимали сладкие сцены. И пока Лу Чжань «ел попкорн», вокруг него витала такая злобная аура, что все инстинктивно держались подальше.
Наконец прозвучало долгожданное:
— Снято!
Последние лучи заката погасли. Команда облегчённо вздохнула: кто-то стал собирать оборудование, кто-то — переодеваться и снимать грим.
Режиссёр Линь как раз обсуждал с Лю Ли ночные съёмки через несколько дней, как вдруг подскочил Лу Чжань:
— …Ладно, пока так. Приходи тогда днём.
Лю Ли кивнула, не забыв про Лу Чжаня:
— Молодой господин Лу?
Она и не ожидала, что он всё ещё здесь, верный, как часы.
Режиссёр Линь тоже удивился:
— Лу Чжань, ты сегодня что, святой терпения?
Он многозначительно подмигнул ему. Лу Чжань фыркнул и, глядя на свою «фею», радостно сказал:
— Конечно! Я же обещал своей фее!
Его голос звенел юношеской свежестью, и Лю Ли почувствовала, будто постарела на десять лет.
Она, конечно, помнила про ужин.
Изначально она просто так сказала, не думая, что он действительно дождётся до ночи. Такая искренность тронула её — отказать было бы жестоко.
— Режиссёр, поняла. Сяо Юнь всё запишет.
Режиссёр Линь бросил взгляд на Лу Чжаня и тут же сказал:
— Ладно, вы тут общайтесь.
И снова подмигнул Лу Чжаню, тот же остался невозмутим.
Когда режиссёр ушёл, Лю Ли спросила:
— Небо уже темнеет. Давай я приглашу тебя на ужин? В Хэндяне есть неплохие рестораны. Ты предпочитаешь европейскую кухню или китайскую…?
— Фея, зови меня просто Лу Чжань. А насчёт еды… — он задумался. — У меня нет особых предпочтений. Выбирай сама.
Лю Ли кивнула и взглянула на свой костюм:
— Тогда подожди немного. Мне нужно снять грим и переодеться.
Лу Чжаню, конечно, нравился её наряд, но он сказал:
— Хорошо, я подожду.
Лю Ли зашла в гримёрку, переоделась и попросила визажиста снять макияж. Та спросила:
— Сестрёнка Ли, этот парень — твой бойфренд? Он мне так знаком!
Лю Ли холодно взглянула на неё:
— Нет, просто фанат пришёл меня повидать.
Визажистка разочарованно кивнула, но всё равно не верила: «Такой знакомый… Где я его видела? Может, Сестрёнка Ли скрывает?»
Лю Ли отправила Сяо Юнь в отель, а сама вышла к Лу Чжаню. Он сидел на скамейке, нервно поглядывая в её сторону — весь в тревоге и ожидании.
Лю Ли улыбнулась про себя: «Это же не ловелас, а белый кролик».
http://bllate.org/book/4289/441624
Готово:
