— Я тебя согрею. Потерпи ещё немного — скоро придём, — сказал Фан Мохуай, стиснув зубы, чтобы не дрожать и не выдать, как сильно сам замёрз.
К счастью, дом был совсем рядом. Фан Мохуай вышел из машины, подхватил Му Цзинь на руки и, не раздумывая, поднялся по лестнице. Ворвавшись в квартиру, он тут же пустил горячую воду в ванну и, не снимая мокрую одежду, осторожно опустил в неё уже окоченевшую Му Цзинь.
— Му-Му, ты меня слышишь? — лёгким шлепком по щеке он попытался привлечь её внимание.
Му Цзинь подняла на него глаза. Взгляд был растерянный, почти жалобный. Она едва заметно кивнула.
— Как только станет теплее, сними мокрую одежду и поменяй воду. Хорошо?
Она снова кивнула.
Фан Мохуай облегчённо выдохнул, ещё раз обеспокоенно взглянул на неё и вышел из ванной.
Сначала он переоделся. В квартире была всего одна ванная, и пока Му Цзинь грелась, ему оставалось лишь сменить одежду и заняться делом — сварить имбирный отвар, чтобы она не простудилась.
Прошло больше получаса, прежде чем Му Цзинь, завернувшись в халат, вышла из ванной. Фан Мохуай тут же подскочил к ней с чашкой в руках:
— Выпей немного, чтобы не заболеть.
После горячей ванны Му Цзинь уже пришла в себя. Она взяла чашку и спросила:
— А ты сам пил?
Фан Мохуай кивнул и слегка потрепал её по голове:
— Да, пил. Пей скорее.
— Тогда иди скорее принимать душ, — поторопила она его. Лицо Фан Мохуая было бледным: даже при крепком здоровье промокнуть в холодной воде зимой — не самое приятное удовольствие. Ему казалось, будто из носа вырываются языки пламени.
Фан Мохуай не стал допивать отвар до конца и сразу направился в ванную. Лишь после горячего душа ему стало немного легче.
Когда он вышел, Му Цзинь посмотрела на него и тихо сказала:
— Спасибо, что спас меня.
Фан Мохуай подошёл, снова потрепал её по голове, ничего не ответил и ушёл в спальню.
Там он достал две пачки порошка от простуды и тихо заварил их на кухне, чтобы Му Цзинь не заметила и не стала винить себя.
Выпив лекарство, он запил его водой, чтобы смыть горький привкус, и только потом вернулся в гостиную.
— Тебе плохо где-нибудь? — спросил он, садясь рядом с ней.
Му Цзинь покачала головой:
— Сегодня всё это устроила Ли Бинцинь, да?
Фан Мохуай усмехнулся — он знал, что Му Цзинь не глупа:
— Тебе не нужно этим заниматься.
— Я всё улажу. Ты просто спокойно снимайся. Больше такого не повторится, обещаю.
— Хорошо, — Му Цзинь несколько секунд смотрела на него, потом уголки её губ слегка приподнялись, и она кивнула.
— Ладно, иди поспи немного, — поторопил её Фан Мохуай.
Му Цзинь послушно встала и зашла в спальню. Лёгкая, но всё же забывчивая, она улеглась в постель и только потом заметила, что не закрыла дверь. Уже собираясь встать, чтобы закрыть её, она увидела, как в комнату вошёл Фан Мохуай.
Он аккуратно укрыл её одеялом, долго смотрел на неё и, не сдержавшись, лёгким поцелуем коснулся её лба. Не дожидаясь её реакции, он быстро вышел и тихо прикрыл за собой дверь.
Му Цзинь смотрела на закрытую дверь, прикоснулась пальцами к лбу и невольно улыбнулась.
А Фан Мохуай тем временем убирался на кухне, как вдруг чихнул — один раз, второй, третий…
Он безнадёжно провёл рукой по лицу. Похоже, простуда на этот раз не минует его.
Закончив уборку, он едва добрался до своей комнаты и сразу уснул, накрывшись с головой.
Когда он проснулся, одежда уже промокла от пота. На ощупь лоб был сухим — к счастью, температуры не было, но нос заложило так, что дышать было мучительно.
Он встал, принял две таблетки и снова лёг спать.
Му Цзинь проснулась ближе к трём часам дня. Она чувствовала лёгкое недомогание и сразу отправилась в соседнюю комнату. Фан Мохуай всё ещё спал. Подойдя ближе, она нахмурилась — что-то было не так.
Она приложила ладонь ко лбу — да, он горел.
У Фан Мохуая от природы слабое здоровье: в детстве он часто болел, и хотя с возрастом это стало случаться реже, любое переохлаждение или стресс тут же давали о себе знать. И на этот раз он не уберёгся.
— Фан Мохуай? — Она слегка похлопала его по щеке, но он не реагировал.
Она нахмурилась. Конечно, он простудился из-за неё. Его организм и так склонен к болезням — всё из-за неё.
Му Цзинь встала, нашла аптечку, измерила ему температуру — к счастью, не очень высокая: 37,8.
Она дала ему таблетку и, приподняв полусонного Фан Мохуая, заставила выпить лекарство. Он спал очень крепко.
Му Цзинь задумчиво смотрела на него, как вдруг раздался звонок — она вздрогнула, а Фан Мохуай слегка нахмурился во сне.
Она быстро взяла его телефон с тумбочки и перевела в беззвучный режим. Убедившись, что он снова спокойно дышит, она облегчённо выдохнула.
Но звонки не прекращались. Сначала она не собиралась отвечать, но когда номер набрали уже раз десять, она взглянула на Фан Мохуая и решила: вдруг дело срочное?
— Алло? — сказала она, едва поднеся трубку к уху.
— Фан Цзун! Новость о госпоже Му уже убрали, официальное опровержение опубликовано, в целом всё под контролем. Но теперь в сети начали говорить, что вы… понизили свой статус, мол, у вас есть какие-то скрытые мотивы. Это уже не удаётся заглушить. Возможно, вам стоит лично выступить с опровержением в соцсетях. Что касается Ли Бинцинь — с ней сложнее: сразу после инцидента она выложила пост с объяснением и извинениями за то, что толкнула госпожу Му в воду. А поскольку госпожа Му до сих пор не отреагировала, фанаты Ли Бинцинь начали писать в её микроблог, что новичок задирает нос. Кстати, те компроматы, которые вы просили проверить, уже начали проявляться… — Ассистент замолчал на секунду и осторожно спросил: — Как поступим дальше?
Му Цзинь смотрела на спящего Фан Мохуая, моргнула, прогоняя щемящую боль в глазах и переносице, и произнесла:
— Это Му Цзинь.
— Фан Цзун простудился и сейчас спит.
На том конце последовала короткая пауза. Ассистент мысленно пожелал себе провалиться сквозь землю: Фан Цзун ведь специально не хотел, чтобы госпожа Му узнала об этом скандале, а теперь всё вышло наружу.
— Я сейчас приеду, — сказал он.
— Подождите, — остановила его Му Цзинь.
— Расскажите подробнее: что именно пишут в сети? — Она не из тех, кто постоянно сидит в телефоне, и могла спокойно обходиться без него несколько дней, поэтому до сих пор не знала, что происходит.
Ассистент вздохнул. Раз уж госпожа Му всё равно узнала, смысла скрывать больше нет.
— Почему мне об этом не сказали? — спросила она.
Она говорила спокойно: она прекрасно понимала, как устроен шоу-бизнес.
— Фан Цзун… — замялся ассистент.
— Он боялся, что тебе будет больно. Хотел, чтобы ты спокойно снималась и не отвлекалась на эту ерунду, — наконец признался он.
Му Цзинь глубоко вдохнула:
— Хорошо, я поняла. Приезжайте, посмотрите на его состояние. Если понадобится, вызовите врача.
Фан Мохуай хоть и не актёр, но всё равно полузвезда: красив, богат — кто бы его не любил? Поэтому появляться на улице в таком виде было бы рискованно.
Она положила трубку, вернула телефон на тумбочку и долго смотрела на спящего Фан Мохуая. Наконец, она осторожно обвела пальцем его пальцы и прошептала:
— Какой же ты глупый…
Едва она собралась убрать руку, как он вдруг крепко сжал её в своей. Му Цзинь вздрогнула, но увидела, что он по-прежнему спит — наверное, просто рефлекс.
Она осторожно вытащила палец, достала из сумки блокнот и оставила записку, после чего вышла из квартиры.
Простуда у Фан Мохуая оказалась несильной: после лекарства и сна ему стало заметно лучше, хотя лёгкая температура и головная боль остались. Он потер виски и сел на кровати:
— Му-Му…
Он звал её долго, но никто не откликался. Нахмурившись, он встал и начал искать её по всей квартире — безрезультатно. Позвонил ей — не берёт.
Он забеспокоился: куда она делась?
Фан Мохуай набрал ассистента и спросил, нельзя ли определить местоположение телефона Му Цзинь. Ответ был отрицательный. Он позвонил на съёмочную площадку — её там тоже не было.
Он без сил опустился на пол у двери и уставился в пустоту. Куда она ушла? Почему каждый раз уходит, не сказав ни слова? Почему не берёт его с собой?
Голова раскалывалась. Он обхватил колени руками и спрятал лицо в них.
Именно такую картину увидела Му Цзинь, вернувшись домой. Фан Мохуай выглядел так, будто его бросили.
— Фан Мохуай, почему ты сидишь на полу? — спросила она.
Он поднял голову, резко вскочил — и от резкого движения пошатнулся, упав прямо ей в объятия.
Он воспользовался моментом и крепко обнял её:
— Куда ты ходила?
— В магазин за продуктами, — ответила она, пытаясь вырваться. — Отпусти меня.
— Фан Мохуай! — предупредила она строго.
— Нет, — прошептал он, не разжимая рук.
— Ты всегда такой… Всегда уходишь, не сказав ни слова.
— Я оставила записку, — возразила она.
— А? — удивился он.
— Ты что, не видел? — Му Цзинь вырвалась и зашла в спальню, а он последовал за ней.
— Вот же она, — сказала она, показывая ему листок.
— Не видел, — ответил он, взяв записку и стараясь сохранить невозмутимый вид.
На ней было написано: «Пошла в магазин за продуктами. Магазин рядом с домом».
— Ладно, я пойду готовить, — сказала она и направилась на кухню.
Фан Мохуай посмотрел на записку, улыбнулся и прислонился к косяку кухонной двери:
— Му-Му, помочь?
— Нет, — не оборачиваясь, ответила она.
— Иди отдохни, я быстро управлюсь.
Но вместо того чтобы уйти, он вошёл на кухню, подошёл сзади и обхватил её за талию.
— Что ты делаешь?! — воскликнула она, пытаясь вырваться.
— Не двигайся. Дай просто немного обнять, — прошептал он, зарываясь лицом в изгиб её шеи.
Тёплое дыхание обожгло кожу, и она невольно вздрогнула.
— Ты не представляешь, как я боюсь… боюсь, что ты уйдёшь, не сказав ни слова, и я больше тебя не найду, — прошептал он так тихо, что она едва расслышала.
— Что ты сказал? — удивилась она.
Фан Мохуай лишь улыбнулся и промолчал.
Му Цзинь не стала настаивать и продолжила готовить. Но Фан Мохуай, как прилипчивый котёнок, не отпускал её ни на шаг.
В конце концов она опустила нож:
— Фан Мохуай, отпусти меня, пожалуйста, я не могу ничего сделать!
— Нет, — упрямо покачал он головой.
Му Цзинь рассердилась и резко обернулась. Их взгляды встретились — и через мгновение она сдалась, а он тут же заглушил её слова поцелуем.
Му Цзинь сделала вывод: когда Фан Мохуай болеет, он становится невероятно привязчивым.
Он поцеловал её лишь на секунду и сразу отпустил — всё-таки не хотел заразить.
Под её строгим взглядом ему пришлось выйти из кухни. Он принёс стул и уселся прямо у двери, наблюдая, как она готовит.
— Ты вообще можешь не целовать меня без спроса? — сказала она, не оборачиваясь. — Мы же даже не вместе, а ты ведёшь себя так, будто мы пара.
— Нет, — прямо ответил он.
— Почему? — Она резко обернулась с ножом в руке, явно готовая «поквитаться».
Фан Мохуай рассмеялся:
— Потому что я тебя люблю.
Му Цзинь: «…» Возразить было нечего.
Она развернулась обратно к плите:
— Всё равно нельзя.
От его поцелуев у неё подкашивались ноги и учащался пульс. Если так пойдёт и дальше, она рано или поздно сдастся. Но у неё ещё есть дела, которые нужно завершить. Как только она разберётся со всем этим, если он всё ещё захочет быть с ней — тогда она обязательно скажет «да».
Больше не возвращаясь к теме, Му Цзинь сосредоточилась на готовке. Вдруг ей в голову пришла мысль, и она, не оборачиваясь, спросила:
— Тебе уже лучше?
— Гораздо.
— Хорошо. Скоро должен приехать твой ассистент, — сказала она.
— Твой телефон не переставал звонить, поэтому я ответила. Это был твой ассистент. Я сказала, что ты заболел. Прости, что самовольно взяла твой телефон.
— За что извиняться? Ты же моя, — поддразнил он.
Му Цзинь на секунду замерла, но не стала реагировать на его флирт:
— Почему ты не сказал мне про ситуацию в сети?
По дороге в магазин она успела заглянуть в соцсети. Она давно привыкла к подобному и не воспринимала это всерьёз — слышала и похуже. Но теперь критика обрушилась не на неё, а на Фан Мохуая.
http://bllate.org/book/4286/441465
Готово:
