— Мне не хватает. Только не засиживайся допоздна — а то опять свалишься дома, как в прошлый раз, — поспешно поддержал её Линь Гу, на этот раз искренне переживая, чтобы с ней ничего не случилось.
Он проявил всё своё служебное рвение и мягко бросил ей пару флиртующих фраз.
Мо Лилий покраснела до ушей и в спешке повесила трубку, сославшись на то, что ей ещё нужно идти на работу.
Чжан Лэ тут же воспользовался моментом, пока Линь Гу отвлёкся, и завершил прямой эфир. Остальные участники чата наконец пришли в себя после шока и начали бешено спамить сообщениями: «Ужас!», «Это же чистой воды извращение!», умоляя Чжан Лэ во что бы то ни стало вытащить Линь Гу из бездны окончательного разврата.
— Линь Гу, ты… — Чжан Лэ, наконец осознав из их разговора, зачем тот последние дни жил в общежитии и подрабатывал, приложил руку к груди и с недоверием спросил: — Ты обманываешь бедняжку с зарплатой в шесть тысяч, и у тебя совсем не болит совесть?
Линь Гу открыл WeChat, уверенно нажал «Подтвердить получение платежа» и бросил ему взгляд, полный презрения.
— Ладно, у тебя и нет совести — этой штуки, присущей нормальным людям, — тут же сдался Чжан Лэ и пробормотал себе под нос: — Мне так жаль ту девушку… Как она вообще выживет в столице, если у неё осталось всего пятьсот юаней? А твоя человечность? Где она?
У него нет совести — откуда взяться человечности?
Линь Гу проигнорировал вмешательство Чжан Лэ, убрал телефон и включил компьютер, чтобы продолжить смотреть прежнюю дораму — черпать вдохновение и учиться, как стать идеальным парнем.
На экране главный герой то и дело прижимал героиню к стене, целовал её и исполнял все её прихоти, будто она принцесса.
Чжан Лэ с ужасом наблюдал, как великий Линь Гу всё больше сходит с ума, и почувствовал головную боль. Он сдерживался изо всех сил, но в конце концов не выдержал:
— Эээ… Можно предложить кое-что?
— Говори.
— Твой нынешний стиль флирта… слишком фальшивый, — под огромным давлением, но с чувством ответственности за всю группу «Четырёх повес», Чжан Лэ рискнул высказать правду: — Дорамы ведь оторваны от реальности. Если ты берёшь пример оттуда, то выглядишь чересчур идеальным. А что, если девушка однажды узнает твою настоящую сущность…
— А что с моей сущностью не так? — слегка приподнял бровь Линь Гу.
— Твоя сущность прекрасна! Демократична, гармонична, патриотична и воспитанна! Я ничего не говорил! — мгновенно предал товарищей Чжан Лэ и чуть ли не упал на колени перед Линь Гу.
Взгляд Линь Гу снова устремился на экран, и в глубине его глаз мелькнула тень.
Настоящая сущность… Пусть лучше она этого не узнает.
…
Мо Лилий повесила трубку и, увидев в приложении запись о переводе, вновь осознала, насколько она бедна.
Надо усерднее работать! Иначе как она вообще сможет содержать Линь Гу?
Она мысленно дала себе обещание больше не прятаться в унынии, как раньше, и обязательно придумать лучший игровой проект до конца зимы!
Открыв WeChat, она увидела, что Линь Гу уже подтвердил получение перевода и в качестве благодарности прислал селфи.
На фото он находился в университетском общежитии, слегка улыбался, и его красивые миндалевидные глаза изгибались в приятной дуге.
За его спиной на кровати лежало лишь одно одеяло, в комнате не было ни единой детали интерьера, даже шкаф для одежды был совершенно пуст.
Неужели у него нет денег даже на простую обстановку? Мо Лилий снова почувствовала жалость к бедному, но гениальному студенту.
— Мо Лилий, с кем ты только что разговаривала? — коллега, сидевший рядом, наклонился к ней.
Мо Лилий поспешно перевернула телефон экраном вниз и виновато ответила:
— С одним знакомым.
— А, я слышал, как ты говорила про перевод на покупку одежды, и подумал, что это кто-то из семьи, — продолжил коллега. Поскольку между рабочими местами не было перегородок, он явно слышал их разговор и теперь покачал головой с сожалением: — Твой знакомый что, совсем обнаглел? Просит у тебя столько денег… Если бы это был родственник, я бы сказал, что это уже за гранью приличий…
Мо Лилий слушала его комментарии с неловкой улыбкой и не знала, что ответить.
Как она могла признаться, что взяла в «содержанцы» студента Нанкинского университета и пытается прокормить его на свою жалкую зарплату?
С учётом условий Линь Гу — пять тысяч пятьсот юаней в месяц на его содержание — скидка была просто колоссальной.
Поговорив немного, наступило время обеда.
Мо Лилий не пошла в столовую с коллегами, как обычно, а взяла с собой пачку печенья и поднялась на крышу здания.
После Нового года пять дней подряд стояла пасмурная погода, но сегодня наконец выглянуло солнце. Снег, правда, ещё не сошёл полностью, и, открыв дверь на лестничную площадку, она сразу ощутила ледяной ветер, пронизывающий до костей.
Мо Лилий обошла ручейки талой воды и устроилась в углу у перил, болтая ногами, которые не доставали до земли, и наслаждаясь солнечными лучами.
На крыше часто курили и грелись сотрудники, поэтому владелец компании поставил у ограждения несколько скамеек. Летом здесь всегда было многолюдно, но сейчас, в мороз, огромная терраса была совершенно пустынной.
Мо Лилий открыла пачку печенья и положила кусочек в рот, надув щёчки, как хомячок, запасающий еду.
Она купила самое дешёвое завтракное печенье — три юаня за большую упаковку, которой хватало надолго.
Но, как водится, дешевизна и вкус редко идут рука об руку. Съев два кусочка, Мо Лилий почувствовала, будто жуёт сухие опилки. Во рту пересохло от крошек, и ей стало жаждно.
С трудом проглотив остатки, она вдруг вспомнила, что забыла взять с собой кружку с водой. Аккуратно завернув пачку, она встала и пошла в офис за ней.
В это время все сотрудники были заняты обедом, и в офисе почти никого не было. Только Мо Лилий, держа печенье, тихо шла по коридору.
На Новый год она подвернула ногу и повредила связки, поэтому последние дни носила удобные кроссовки, которые не издавали звука на полу.
Мо Лилий бесшумно открыла дверь в офис и, поправив очки, посмотрела на своё место — и вдруг увидела, что на её стуле сидит человек и что-то просматривает на её компьютере.
— Янь Мин? — немедленно ускорила шаг Мо Лилий и нахмурилась: — Что ты делаешь?
Её рабочий компьютер был защищён паролем, и она всегда блокировала его, уходя.
Но сейчас пароль был взломан, и Янь Мин листал мышкой её личные файлы и программы.
— Я вижу, ты никак не можешь продвинуть свой проект, — сказал он с видом благородного благодетеля, — решил помочь, подправить кое-что.
— Кто просил тебя помогать?! — Мо Лилий резко вырвала у него мышку и горячо закрыла все окна комбинацией клавиш, сердито крикнув: — Ты вторгаешься в мою личную жизнь! Ты вообще понимаешь, что это незаконно?
Она редко злилась — обычно была мягкой и спокойной. Но сейчас её голос дрожал от ярости, а сухость в горле от печенья сделала его хриплым.
После долгого пребывания на ветру её нос покраснел, и теперь она выглядела ещё жалче.
Сильная, но хрупкая, с чистым и ясным взглядом — вызывала искреннее сочувствие.
— Прости, Лилий, — Янь Мин навис над ней, опершись руками о край стола и почти загородив ей выход, — я не прав.
— Мне не нужна твоя помощь! — теперь Мо Лилий не испытывала к нему ни капли симпатии и прямо сказала: — Господин Янь Мин, с этого момента держись от меня подальше. Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего!
— Мы же много лет учились вместе. Ты так просто обрываешь связь — не слишком ли это жестоко? — Янь Мин, глядя на её надутые щёчки, нашёл её ещё более милой и живой и решил не отпускать: — Ты ведь раньше меня любила.
— Это было раньше! — теперь она его ненавидела. Мо Лилий упёрлась локтем ему в грудь, пытаясь сохранить дистанцию, и изо всех сил толкнула его.
Чем сильнее она отталкивалась, тем ближе он прижимался, почти касаясь её тела.
— Лилий, — нежно произнёс он, пытаясь выведать информацию, — кто такой Линь Гу? Ты перевела ему столько денег… Остальные об этом знают?
Мо Лилий вернулась в свою маленькую съёмную квартиру ещё до окончания рабочего дня и, опустошённая, бросила сумку на стол.
Во время обеденного перерыва между ней и Янь Мином произошёл серьёзный конфликт.
Она не ожидала, что бывший одноклассник способен на такое подлое поведение — вторгнуться в её личное пространство и шантажировать.
Мо Лилий машинально прикусила нижнюю губу, дрожа от злости всем телом, и, собрав все силы, оттолкнула Янь Мина, выкрикнув самые жестокие слова, какие только могла придумать:
— Я тебя ненавижу! Если ты ещё раз приблизишься ко мне, я… я обязательно тебя прокляну!
Она редко сердилась и почти никогда не ругалась.
Выпустив пар, Мо Лилий больше не могла сосредоточиться на работе и просто попросила у начальника отпуск по болезни, чтобы уйти домой.
Вернувшись, она через несколько минут успокоилась.
Вспомнив, что ей ещё нужно завершить маркетинговое исследование и посмотреть стримера, которого рекомендовал Линь Гу, она открыла компьютер и ввела в поиске «стример 79».
Согласно результатам, 79 проводил прямые эфиры строго с семи до девяти вечера и днём никогда не выходил в эфир.
Мо Лилий не могла посмотреть стрим вживую, поэтому открыла технический разбор его игры.
«…В этом выпуске мы представляем вам стримера, о котором, вероятно, слышали все. Если вы хоть раз играли в онлайн-игры или смотрели игровые стримы, вы наверняка знаете его имя — 79.
Далее вместе с нами вы оцените его божественные навыки, феноменальное позиционирование и увидите, как 79 буквально доминирует на поле боя, превращая каждую схватку в одностороннюю резню».
Видео начиналось с затянутого вступления ведущего, который чуть ли не обожествлял этого 79-го. Мо Лилий сначала внимательно слушала, но потом решила, что всё это слишком преувеличено.
Как разработчик, она сама не могла полностью контролировать игру, так как же простой игрок может быть настолько «богом»?
Даже если она сама и не особо сильна в играх, её наставник — настоящий мастер!
Этот 79 точно не сравнится с QL!
Гордо подумав об этом, Мо Лилий потянулась и встала.
Подол её пушистого домашнего халата приподнялся, обнажив плоский животик, который тут же громко заурчал, напоминая о себе.
В обед она съела всего два кусочка печенья — этого явно не хватило. Она обиженно надула губы, опустила голову и погладила свой несчастный желудок.
В этом месяце у неё осталось всего пятьсот юаней — на еду из ресторана или доставку не хватало.
Она никогда не умела готовить и даже не могла сварить лапшу быстрого приготовления… Мо Лилий долго думала, пока не вспомнила, что дома ещё осталась овсянка, купленная на всякий случай.
Завтраковую овсянку легко готовить — достаточно залить кипятком. Получится тёплый, вкусный и сладковатый напиток с молочным ароматом.
Поскольку днём она взяла отгул, ей не нужно было переживать, что от сладкого захочется спать. Мо Лилий радостно заварила себе пакетик овсянки.
С кружкой в руках она вернулась к компьютеру. В это время в видео наконец закончилось вступление, и начался фрагмент стрима 79-го.
Мо Лилий, прихлёбывая тёплую овсянку, уставилась в экран и, недовольно бурча, сказала:
— Посмотрим, насколько ты хорош. Всё равно не дотянешь до моего учителя.
Уже через полминуты она полностью погрузилась в просмотр, забыв и про ссору с Янь Мином, и про голод, и даже про то, что надо пить овсянку.
Она смотрела на экран, заворожённая плавными движениями, эффектными схватками и комбинациями приёмов, о которых даже разработчики не думали. В голове крутилась только одна мысль:
«Как же он крут! Надо сделать донат!»
Даже если у неё осталось всего пятьсот юаней — она всё равно сделает донат!
…
Чтобы спасти великого Линь Гу от пропасти извращенности, «Четыре повесы» решили устроить возвращение на сцену университета.
Они все вернулись в общежитие, надеясь своей мистической силой «четырёх стражей» спасти две несчастные души.
Но они ещё не успели распаковать вещи, как главный виновник, даже не попрощавшись, собрался уходить.
— Линь Гу, куда ты? — окликнул его Чжэн Чжилянь. — Опять не будешь жить в общаге?
— Да ладно тебе, прошло же всего несколько дней! — Сюэ И, которому пришлось самому застилать кровать без помощи домашней прислуги (в общежитие девушек не пускали), в отчаянии воскликнул: — Ты не мог сказать об этом до того, как я изорвал простыню, будто её грызла собака?
Цзян Цзыци, не найдя места в своей комнате, высунул голову из соседней двери:
— Что? Линь Гу уже выздоровел?
Линь Гу отстранил Цзян Цзыци:
— Иду на экзамен.
Больше ни слова. Через мгновение от него осталась лишь удаляющаяся спина.
После новогодних каникул в Нанкинском университете началась экзаменационная сессия, и каждый уголок кампуса заполнили студенты, отчаянно зубрившие материал в последний момент.
Как показывает практика, даже в элитных вузах находятся двоечники.
На экзаменах в Нанкине места не фиксировались, поэтому студенты выработали негласное правило — приходить за несколько часов, чтобы занять местечко в углу.
Особенно в их факультете: за местами приходили в основном девушки, нарядно одетые и ухоженные. Они занимали места и обязательно оставляли рядом свободное кресло, положив туда книгу.
Из-за этого несколько опоздавших парней остались без сидений и теперь тоскливо слонялись рядом, вытянув шеи в надежде, что кто-нибудь уступит.
Линь Гу вошёл в аудиторию в самый последний момент и сразу почувствовал десятки горячих взглядов.
Парни смотрели на него как на спасителя. Девушки же, скромно улыбаясь и пряча рты, чтобы не показать зубы, жадно переводили взгляд с его лица на открытый воротник рубашки и ключицы.
http://bllate.org/book/4281/441124
Готово:
