— Нет, — сказала Хэ Чжи, брызнув немного духов себе на запястья и добавив каплю за уши. — Вначале аромат кажется немного резким, но шлейф — просто волшебный. Не переживай.
*
Семь часов вечера. Международный отель «Ланьцзян».
Юй Чжиюнь вошла в банкетный зал, и почти сразу вокруг зашумела уже разгорячённая алкоголем компания.
В такие моменты она обычно молчала, лишь изредка поднимая бокал, чтобы вежливо отхлебнуть пару глотков, когда кто-то чокался с ней.
Посреди звонов бокалов и громких разговоров вдруг раздался знакомый мелодичный звонок.
Она окинула взглядом компанию, погружённую в оживлённую беседу, и, воспользовавшись тем, что за ней никто не следит, взяла телефон и вышла в коридор.
Отель «Ланьцзян» относился к премиум-классу, а Чжао Сыминь забронировал зал на самом верхнем этаже.
Коридор был пуст и тих.
Юй Чжиюнь быстро дошла до поворота, где находились туалеты, и ответила на звонок.
Из телефона донёсся мягкий, чистый мужской голос:
— Сестра, мама опять звонила тебе на днях за деньгами?
В пятнадцать лет у неё неожиданно погибла мать Цзян Сюэпин. После этого Юй Чжиюнь взяла на воспитание семья дяди Юй Сина.
Поначалу дядя относился к ней очень хорошо, но тётя Чжан Цзюня была явно недовольна.
Правда, будучи старшей, она ограничивалась лишь холодными взглядами и не позволяла себе ничего более грубого.
Однако два года спустя Юй Син получил тяжёлые травмы в результате взрыва на химическом заводе, где работал, и ненависть Чжан Цзюни к племяннице резко усилилась. Она начала кричать, что та — «звезда несчастья», сначала погубившая собственных родителей, а теперь пришедшая наслать беду и на их семью.
Тогда Юй Чжиюнь училась в выпускном классе и жила в интернате. После словесной бури тёти она больше не возвращалась домой на выходные — либо оставалась в общежитии, либо подрабатывала где-то по вечерам.
Так она продержалась целый год и поступила в университет Наньлинь.
Однако завод, на котором произошёл взрыв, уже давно находился в упадке и вскоре обанкротился. Компенсации, полученной Юй Сином, явно не хватало на долгосрочное лечение.
Семья Юй была обычной рабочей семьёй, и их сбережения быстро истощились.
Когда денег не осталось совсем, Чжан Цзюня свалила всю вину на племянницу.
Хотя это вовсе не было её виной, Юй Чжиюнь не могла остаться равнодушной: Юй Син ведь был её родным дядей и когда-то так добр к ней.
Поэтому, начиная с университета, даже почти не навещая дом, она каждый месяц переводила семье определённую сумму.
Обычно, получив деньги, Чжан Цзюня успокаивалась.
Но в этом месяце Юй Чжиюнь пришлось оплатить лекарства Фэн Юю, и потому она перевела немного меньше обычного. Тётя немедленно позвонила ей, и, не вынеся её брани, Юй Чжиюнь просто бросила трубку и больше не брала звонки.
Видимо, позже Чжан Цзюня жаловалась кому-то вслух, и Юй Сюэюэ всё услышал.
Юй Чжиюнь пока не хотела об этом говорить:
— Не твоё дело с деньгами. Я сама разберусь. А у тебя в этом месяце хватает на жизнь?
— Сестра, впредь не переводи мне деньги. У меня есть. И не слушай, что говорит мама. Я вернул тебе тот перевод, — ответил он.
Юй Чжиюнь взглянула на экран телефона и действительно увидела уведомление о получении средств, пришедшее два часа назад.
Сумма была даже на пятьсот юаней больше той, которую она отправила.
— Юй Сюэюэ, откуда у тебя деньги? Ты опять подрабатываешь? Я же говорила, сейчас тебе нужно только…
— Я знаю, учиться, — перебил он легко и небрежно. — Не волнуйся, я не упал в рейтинге.
Юй Сюэюэ всегда был умён: с тех пор как поступил в старшую школу, он стабильно входил в тройку лучших. Судя по статистике его школы, поступление в один из ведущих университетов Китая для него — лишь вопрос времени.
Услышав это, Юй Чжиюнь немного успокоилась:
— Но всё равно не трать понапрасну время.
— Я не трачу. Нашёл репетиторство по выходным. Объяснять — тоже учиться. Тебе не надо так убиваться на работе.
Голос юноши звучал рассеянно и спокойно.
У Юй Чжиюнь вдруг защипало в носу.
Она прочистила горло, стараясь говорить ровно:
— Мои дела тебя не касаются. Я и дальше буду присылать тебе столько же, сколько и раньше. Не смей возвращать. У меня ещё дела, всё, пока.
После разговора она тут же вернула ему всю сумму, а затем опустила голову и потерла глаза.
Тёплые капли упали на тыльную сторону ладони. Она поспешно вытерла их и подставила руки под кран.
Постояв немного в задумчивости, она вдруг удивилась: почему из крана не течёт вода?
В этот момент за спиной раздался знакомый голос:
— Ты не включила воду.
Голос, низкий и спокойный, прозвучал особенно отчётливо в тишине коридора.
Юй Чжиюнь инстинктивно обернулась и, встретившись взглядом с тёмными, как чернила, глазами, на мгновение лишилась дара речи.
Помолчав немного, она наконец пробормотала:
— Фэн… Юй?
— Ага, — тихо отозвался он.
Заметив, что она всё ещё ошеломлена, он неторопливо подошёл к ней и повернул кран.
Холодная струя хлестнула по коже, и Юй Чжиюнь вздрогнула от неожиданности.
Вместе с этим её мысли, блуждавшие где-то далеко, вернулись в настоящее.
Она почувствовала, как близко подступило его дыхание, и поспешно отвела взгляд:
— Как ты здесь оказался? Какое совпадение.
Фэн Юй слегка наклонился, отрегулировал температуру воды, проверил и отстранился:
— Пришёл поужинать.
— Мы тоже. У нас сегодня банкет в честь успеха нового номера журнала. Чжао Сыминь заказал зал. Не думала, что встретимся здесь… А насчёт воды… Я просто подумала, что кран автоматический, не заметила… — запнулась она, чувствуя, как мысли путаются.
Теперь, когда они стояли рядом, Фэн Юй отчётливо уловил смешанный аромат лёгкого алкоголя и духов.
Запах был насыщенный, чуть опьяняющий.
Он невольно вспомнил её недавний разговор по телефону — такой заботливый, полный тревоги.
Кто такой Юй Сюэюэ?
Чем больше он думал, тем сильнее раздражение поднималось к вискам, вызывая тупую, ноющую боль.
Дискомфорт нарастал, готовый раздавить рассудок.
Он оперся ладонью о край раковины, повернулся к ней и перебил:
— Юй Чжиюнь.
— А? — Она и так была напряжена, а теперь вздрогнула, как испуганная птица, и резко подняла голову.
На уголках глаз едва заметно блестели следы слёз, веки покраснели, взгляд был влажным.
Фэн Юй на мгновение перестал дышать. Вся злость и раздражение мгновенно испарились.
Сердце сжалось от другой, совершенно иной эмоции — болезненно-тёплой и щемящей.
Ему неудержимо захотелось прикоснуться к её покрасневшему глазу, спросить, почему она плачет.
Но эта мысль только зародилась — и не успела перерасти в действие.
Она уже опустила голову и осторожно отступила на шаг-другой в сторону.
Она явно избегала его.
Он сжал пальцы, заставил себя стоять спокойно и ровным голосом спросил:
— Подать тебе жидкое мыло?
— Нет, — покачала она головой и, бросив взгляд в зеркало, заметила, что тональный крем на щеке стёрся, оставив пятна, волосы растрёпаны, а подводка слегка расплылась.
Выглядела она по-настоящему неряшливо.
Неудивительно, что он смотрел на неё так странно — наверняка решил, что перед ним растрёпанная неряха.
На самом деле она даже не заходила в туалет, но, боясь показаться ему нечистоплотной, всё же потянулась к дозатору жидкого мыла в углу.
Выдавив немного пены, она машинально начала втирать её в ладони.
Внезапно из коридора донёсся звонкий женский голос:
— Сестрёнка Чжиюнь!
Это была Хэ Чжи.
Как она сюда попала?
Не успела Юй Чжиюнь сообразить, как шаги подруги уже приблизились, и та вот-вот должна была появиться за её спиной.
Сердце забилось сильнее.
Юй Чжиюнь мельком глянула в зеркало: он стоял слишком близко, а за спиной — глухая мраморная стена, отступать некуда.
Она подняла на него умоляющий взгляд:
— Ко мне коллега идёт.
Голос её дрогнул, стал чуть хрипловатым, а в глазах снова заблестела влага.
Фэн Юй сглотнул, и сердце его смягчилось.
— Понял, — тихо сказал он.
Дверь в соседнюю кабинку «щёлкнула» и закрылась.
В следующий миг Хэ Чжи вошла в туалет:
— Сестрёнка Чжиюнь, ты тут так долго шатаешься, что делаешь?
— Да так, звонок приняла, — ответила Юй Чжиюнь, смывая пену и беря салфетку.
Хэ Чжи тут же загорелась любопытством:
— Ого-го, чей звонок? Зачем специально выходить?
Она вытерла руки и заодно незаметно стёрла следы от слёз:
— Братика. И что?
Хэ Чжи всплеснула руками:
— Твоего брата? Того самого суперкрасивого мальчика, что приходил к тебе?
Юй Чжиюнь кивнула:
— Ага. Что с ним?
— Ничего! Просто восхищаюсь его внешностью. Серьёзно, как у вас в семье все такие красавцы? Завидую безмерно!
Юй Чжиюнь бросила взгляд на закрытую дверь мужского туалета и, понизив голос, сказала:
— Ну, ну, не так уж и красивы. Поменьше шума.
С этими словами она выбросила салфетку в урну и быстро направилась к выходу.
Хэ Чжи тут же последовала за ней, всё так же громко восклицая:
— Да я серьёзно! Пусть он подумает о карьере в шоу-бизнесе! С такой внешностью точно станет звездой!
— Извини, но нет, — отрезала Юй Чжиюнь.
— Да как же так? Это же расточительство! Пусть сам решает…
Голос её подруги постепенно стихал по мере того, как они удалялись.
Однако слова «брат», «семья» отчётливо донеслись до Фэн Юя.
Его пальцы, лежавшие на дверной ручке, постепенно расслабились.
Они ведь одной фамилии… Как я сразу не догадался?
Что со мной сегодня?
Правда, он никогда не слышал, что у Чжиюнь есть брат. И о её внезапном исчезновении тогда он смог узнать лишь смутные слухи — что её якобы удочерили.
Значит, этот Юй Сюэюэ — ребёнок семьи, которая её приютила?
И у них нет кровного родства!
Осознав это, он снова насторожился и достал телефон, отправив Сяо Ма сообщение.
Юй Чжиюнь вернулась в зал. Праздник уже был в самом разгаре.
Многие порядком перебрали, некоторые даже покинули свои места и, обнимаясь с близкими коллегами, громко болтали и чокались.
Шумно и весело.
Юй Чжиюнь спокойно села на своё место.
Хэ Чжи устроилась рядом и ткнула её локтём:
— Эй, смотри туда.
Юй Чжиюнь проследила за её взглядом и увидела, как обычно молчаливая Сунь Сяосяо сидит рядом с Чжао Сыминем. Тот, судя по всему, уже изрядно пьян: опёрся локтем на стол, склонил голову и прикрыл глаза.
Неужели Хэ Чжи была права?
Между ними действительно что-то есть?
Хотя в компании, кажется, не было запрета на романы между коллегами, чужая личная жизнь её не касалась.
Юй Чжиюнь уже собиралась отвести взгляд, но Хэ Чжи вдруг схватила её за руку:
— Смотри, смотри! Она ему горячий чай наливает! Я же говорила, что между ними что-то есть! Фу, какая извращенка — нравится такой монстр, как Чжао Сыминь!
Возможно, голос Хэ Чжи прозвучал слишком громко — Чжао Сыминь вдруг поднял голову и пристально посмотрел прямо в их сторону.
Точнее, на Хэ Чжи.
— Ой, у него что, сверхслух? — Хэ Чжи в ужасе спрятала лицо в плечо Юй Чжиюнь. — Думаешь, он услышал, как я его ругала?
Юй Чжиюнь поправила её:
— Ты действительно ругала. Ты сказала, что он монстр.
Хэ Чжи в отчаянии застонала:
— Только не говори, что теперь он будет мне мстить?
— Скорее всего, да. Он злопамятный. Но не переживай… — Юй Чжиюнь высвободила руку, и в этот момент раздался резкий звон разбитого стекла.
Обе обернулись.
Перед ними разворачивалась шокирующая сцена.
Чжао Сыминь смахнул со стола стакан с горячей водой, который Сунь Сяосяо поставила рядом с ним.
Прозрачная жидкость растеклась по скатерти, оставляя тёмные пятна.
Разговоры в зале мгновенно стихли. Все взгляды устремились на Чжао Сыминя и Сунь Сяосяо, которая стояла рядом, опустив голову и явно чувствуя себя неловко.
Все присутствующие были опытными офисными работниками, и, переглянувшись, каждый уже понял, в чём дело.
http://bllate.org/book/4249/439090
Готово:
