Сяофан не знал, зол ли генеральный директор Лу или нет, и потому, стиснув зубы, пробормотал:
— Смот… смотрю на генерального директора Лу.
Едва эти слова сорвались с его языка, как в воздухе словно стало труднее дышать. Сяофан ещё не успел опомниться, как сверху снова прозвучало:
— Чем я сегодня отличаюсь от прежнего?
Сердце у Сяофана дрогнуло. Теперь он окончательно запутался в намёках генерального директора.
Он ведь уже давно работал рядом с ним и иногда улавливал оттенки настроения даже сквозь эту вечную непроницаемую маску и ровный тон. Но сейчас он совершенно не понимал, что имел в виду господин Лу…
Неужели это что-то вроде: «Кто красивее — я или Сюй Гун?»
— Генеральный директор прекрасен каждый день, но сегодня особенно!
«Всё равно! Главное — льстить!» — мысленно махнул рукой Сяофан.
Через три секунды раздался тихий смешок мужчины. Когда Сяофан поднял глаза, тот уже элегантно расположился в машине. При ближайшем рассмотрении казалось, будто на его губах едва заметно играла улыбка.
...
Обычно в офисе Лу Шэна окружали дела, и он нередко не замечал, как наступает ночь. Но сегодня время будто тянулось невыносимо медленно.
Днём Лу Шэн не выдержал и спросил у Ли Сяо, чем занимается Чжао Тяньтянь.
Ведь при подготовке сюрпризов всегда возможны срывы. Лу Шэн убедил себя, что интересуется её делами лишь для того, чтобы помочь ей втайне и обеспечить успех задуманного.
Как и ожидалось, днём Чжао Тяньтянь взяла отгул. Раздражение, вызванное томительной медлительностью времени, постепенно улеглось, и суровые складки между бровями сменились мягкостью.
Он и пальцем не шевельнул, чтобы догадаться, зачем та девчонка взяла отгул именно в этот особенный день.
Под недоумённым взглядом Ли Сяо генеральный директор объявил, что сегодня уйдёт с работы вовремя.
Ли Сяо, стоявший у стола, машинально проглотил слюну, взглянув на гору документов, и уже собрался спросить: «А как же вечеринка?» — но тут же услышал:
— Вечеринку отменить. Остальные документы собери в сводный отчёт и пришли мне вечером.
Зрачки Ли Сяо сузились, он резко вдохнул, но в итоге склонил голову перед неизбежным:
— Хорошо, генеральный директор.
Раньше Ли Сяо постоянно переживал, что Лу Шэн измотает себя работой до изнеможения. Но в последнее время генеральный директор всё чаще уходил домой вовремя… И теперь Ли Сяо с ужасом чувствовал, как его линия роста волос стремительно отступает назад.
.
Ровно в половине седьмого, пока секретариат ещё не успел опомниться, генеральный директор Лу стремительно вышел из кабинета. С виду он оставался спокойным, но шаги его были куда торопливее обычного.
Когда двери лифта закрылись, в тишине секретариата вдруг разразился шум обсуждений:
— Боже, сегодня генеральный директор ушёл прямо по расписанию!
— Куда это он так спешит?
— Мне кажется, в последнее время он постоянно уходит рано. Неужели у него роман?
...
Будь Лу Шэн здесь, он бы бросил на всех ледяной взгляд и подумал про себя: «Ха! Жалкие одиночки, что вы понимаете?»
Он вернулся в квартиру без четверти семь. Весь путь он спешил, но у самой двери вдруг резко остановился.
Его взгляд, устремлённый на дверную ручку, был необычайно глубоким. В тишине коридора Лу Шэну казалось, что он слышит собственное сердцебиение…
«Тук-тук-тук…»
Сильнее и быстрее, чем обычно.
Он нахмурился, уголки губ опустились, выражение лица стало всё холоднее — будто пытался скрыть внутреннее волнение и растерянность.
Минута за минутой уходила, и наконец мужчина поднял руку и ввёл код…
Ледяная маска мгновенно спала, сменившись привычным бесстрастным выражением лица.
«Пи-пи» — дверной замок открылся. Лу Шэн уже готовился увидеть перед собой девушку, но вместо этого… его встретила пустота.
Его рука, державшая дверную ручку, замерла в воздухе. В квартире царила гробовая тишина: ни воздушных шаров, ни лепестков, ни привычной фигуры, суетящейся на кухне…
«Бах!» — дверь с силой захлопнулась от инерции, а мужчина всё ещё стоял в прихожей, не в силах очнуться.
«Что происходит? Где Чжао Тяньтянь? Куда делась эта негодница?»
Его лицо потемнело. Он взглянул на часы — только что пробило семь. Он пришёл раньше обычного.
Неужели она задержалась по дороге? Или он просто пришёл слишком рано?
Цзэ… Он забыл, что обычно после работы ещё задерживался в офисе. Сегодня он явился раньше срока.
Не сорвёт ли это её планы? Что делать, когда она войдёт? Притвориться, будто ничего не знает?
Размышляя об этом, Лу Шэн переобулся, снял пиджак и направился в гостиную. Устроившись на диване, он стал ждать возвращения девушки…
Однако он и представить не мог, что придётся ждать целый час…
.
Чжао Тяньтянь тоже не ожидала такой задержки. Её застала пробка — сорок минут она простояла в машине посреди дороги.
Когда Лу Шэн написал, где она, она в панике ответила, что «попала в пробку». Потом, увидев, что уже поздно, решила мягко предложить ему поужинать без неё. Но не успела отправить сообщение, как он уже ответил тремя словами: «Я подожду тебя».
Зная упрямый характер Лу Шэна, она не стала уговаривать и лишь торопила водителя ехать быстрее.
Когда она наконец добралась до квартиры, на улице уже стемнело. Запыхавшись, она открыла дверь — и увидела мужчину, сидящего на диване.
Квартира была ярко освещена, но, глядя на Лу Шэна вдалеке, Чжао Тяньтянь почему-то почувствовала в нём одиночество.
— Прости меня… Пробка была ужасная, мне так неловко!
Чжао Тяньтянь извинялась искренне, но он по-прежнему молчал, не шевелясь.
Она уже приготовилась к гневному выговору, но вместо этого встретила полное безразличие — и от этого ей стало ещё хуже.
Желудок Лу Шэна слабый. Сейчас, без ужина, наверняка началась боль.
Она всё рассчитала идеально: выйти с мероприятия и как раз успеть приготовить ужин. Но кто мог подумать, что пробка окажется такой ужасной!
Хотя она не хотела этого, вина всё равно лежала на ней. Как бы Лу Шэн ни наказал её — заслуженно.
— У тебя болит желудок? Нужно принять лекарство? Сейчас же приготовлю ужин!
Чжао Тяньтянь переобулась и направилась на кухню. В этот момент человек, всё это время неподвижно сидевший на диване, наконец повернул голову.
Час ожидания раздробил его надежду на мелкие осколки. Лу Шэн знал: он далеко не так спокоен, как кажется. Ярость клокотала внутри, и он едва сдерживался, чтобы не схватить девушку и не закричать: «Почему именно сегодня ты попала в пробку?!»
Тишина квартиры душила его. Каждая секунда превращалась в пытку.
Он растерялся. Холодный пот на ладонях выдавал его смятение.
Лу Шэн стал необычайно рациональным.
Теперь он вспомнил: обои на экране телефона и записка с признанием… — всё было не так, как он думал. У девушки были контакты Ли Сяо и Сунь Чэнхуэя, но ни один из них никогда не упоминал, что она расспрашивала о нём. А в WeChat она почти никогда не писала первой — только чтобы уточнить насчёт ужина. И даже в WeChat они оказались друзьями лишь потому, что он сам всё подстроил.
Всё это давно трещало по швам, но он упрямо искал оправдания, чтобы не признавать очевидное!
Как же глупо… Неужели он дошёл до такой степени самообмана?
— Куда ты ходила? — внезапно спросил мужчина. Голос звучал ровно, но от этого становилось ещё страшнее.
— Я… — Чжао Тяньтянь подбирала слова. Вспомнив, как Лу Шэн смотрел на её обои, она инстинктивно не захотела рассказывать правду.
Мужчина перевёл взгляд на торт в её руках.
Он сглотнул. Сердце, уже почти погасшее, вдруг снова забилось — робко, но настойчиво, заставляя грудь ныть.
Его тело онемело от долгого сидения, но он не обратил на это внимания и встал с дивана, медленно подходя к девушке.
— Этот торт для меня? — спросил он, стараясь говорить спокойно, но в голосе всё равно слышалась робость.
Чжао Тяньтянь замерла, держа торт. Она не знала, что делать.
— Это…
Торт она заказала для Сунь Чэнхуэя. На дне рождения фанатам разрешили забрать торты домой и разделить с близкими. Ей ничего не оставалось, кроме как принести его с собой.
Но почему Лу Шэн спрашивает? Ведь он никогда не ест сладкого! Раньше, когда она предлагала ему десерты, он всегда отказывался. Почему сейчас…
В голове вдруг мелькнула мысль о коде замка — 0726. Неужели у Лу Шэна тоже день рождения 26 июля?!
Она словно прозрела. Сердце пропустило удар. Но пока она осознавала это, мужчина уже подошёл ближе и вырвал у неё торт.
— Генеральный директор, нет!..
Торт был небольшой — всего шесть дюймов. Прозрачная упаковка позволяла разглядеть всё внутри. Простой кремовый торт, украшенный лишь надписью из шоколадного соуса: «SCH, с днём рождения!»
Мужчина смотрел на эти три буквы. Гнев исчез, оставив лишь сухость в горле и ледяной холод, пронизывающий всё тело — как и его сердце.
Он пристально вглядывался в «SCH», будто хотел выжечь их в памяти, чтобы в будущем напоминать себе, насколько глуп и наивен он был всё это время.
SCH — Сунь Чэнхуэй.
Девушка не знала, когда у него день рождения. Она знала лишь, что у Сунь Чэнхуэя он 26 июля. Она ушла с работы пораньше не для того, чтобы устроить ему праздник, а чтобы попасть на фан-встречу Сунь Чэнхуэя. Её обои — не он, а её кумир Сунь Чэнхуэй.
Всё это время она никогда не испытывала к нему чувств. Никогда…
Чжао Тяньтянь смотрела на Лу Шэна, на его оцепеневшее лицо, и сердце её сжалось от боли. Она пожалела. Очень пожалела.
Ей не следовало идти на день рождения Сунь Чэнхуэя. Ей нужно было спросить, почему код замка — 0726. Она не должна была думать, что успеет…
— Лу Шэн, прости, я… — Голос её дрогнул. Теперь все его недавние перепады настроения обрели смысл.
Сдавать ей квартиру, брать с собой в командировку обычную стажёрку, требовать удалить Цзян Хао из WeChat, злиться, увидев обои на её телефоне, заботиться о ней, когда она болела…
— Чжао Тяньтянь, ты просто молодец, — горько усмехнулся мужчина. — Похоже, всё это время я сам себе воображал.
— Лу Шэн! Я виновата! Позволь объяснить… — Голос её задрожал, в носу защипало.
— Объяснять что?!
Последняя нить натянулась и лопнула. Его крик эхом разнёсся по квартире, полный отчаяния. Вся гордость и сдержанность рухнули в прах, оставив лишь разбитого человека. Глаза его покраснели. Великий генеральный директор Лу впервые оказался таким жалким и беспомощным.
http://bllate.org/book/4248/439020
Готово:
