К счастью, сегодня суббота, и дороги почти свободны. Добравшись до отделения полиции, они припарковали машину, заполнили регистрационные документы и лишь затем вошли внутрь. Гао Цзинсин велел сёстрам идти первыми, а сам остался снаружи — звонить знакомым.
На ресепшене царила суматоха: у стойки толпились люди. Линь Вэньжань и Линь Шуан с трудом пробились сквозь очередь и спросили о Цзинь Ло. Женщина-полицейский сначала отвечала крайне раздражённо, но, услышав имя «Цзинь Ло», подняла глаза и внимательно осмотрела девушек:
— Этот парень?
И тяжело вздохнула.
Этот лёгкий вздох ещё сильнее перевернул душу Линь Вэньжань.
Пришлось долго ждать и преодолевать одно препятствие за другим, прежде чем они наконец увидели Цзинь Ло. Когда он вышел из камеры временного содержания, обе девушки остолбенели. В этот самый момент в зал вошёл и Гао Цзинсин. Его лицо было мертвенно-бледным, а в глазах застыл холодный гнев — такой взгляд Линь Шуан видела крайне редко.
Автор говорит:
В сердце маленького Ло папа всегда был добрым человеком — уступал ему, уговаривал маму.
Однажды случайно он увидел, как Цзинь Ло кричал на кого-то. От этой вспышки ярости мальчик задрожал от страха.
Цзинь Ло понял, что напугал сына, и взял его на руки, чтобы успокоить.
Малыш поднял голову:
— Папа… почему ты вдруг так разозлился? Ты же так не делаешь с мамой.
— Вдруг?
Цзинь Ло щёлкнул его по щеке. Мальчик надул губы:
— Мама специально выводит тебя из себя, а ты всё равно никогда не злишься.
Цзинь Ло погладил его по волосам:
— Глупыш, твоя мама — моя жена, моё сокровище. Мужчины рода Цзинь, какими бы они ни были с другими, обязаны быть добрыми к жене и детям. Понял?
Хотя малышу было ещё мало, отец время от времени вкладывал в него такие мысли.
Мальчик кивнул:
— Папа — настоящий мужчина.
И протянул руку:
— Чтобы ты мог исполнить своё желание быть добрым к жене и детям, дай мне сто юаней на торт. Я запомню твою доброту.
Цзинь Ло: ………………
Глаза Цзинь Ло были налиты кровью. Его одежда пропиталась зловонной кровью, которая, засохнув, почернела и пятнами покрывала всю грудь.
— Да-Бай в Восточной ветеринарной клинике, — первое, что сказал Цзинь Ло, увидев Линь Вэньжань. Его голос хрипел, будто он провёл несколько дней в заключении. Под глазом и в уголке рта виднелись синяки — явно внешние травмы, не опасные для жизни, но весь его вид говорил о полном опустошении. Он словно плыл по воздуху, еле касаясь ногами пола.
Линь Вэньжань смотрела на него, не отрываясь, дрожа всем телом от вида этой окровавленной одежды. Она никогда раньше не сталкивалась с подобным — разве что в новостях читала про жестокое обращение с животными, но это было совсем не то, что увидеть всё своими глазами.
Цзинь Ло медленно опустил голову, скрывая лицо от всех:
— Все мертвы. Когда я пришёл, остался только Да-Бай. Заднюю лапу переломали, кожу с передних уже содрали… Не знаю, выживет ли.
Теперь Линь Шуан тоже поняла, о чём речь. Она недоверчиво посмотрела на Гао Цзинсина. Тот холодно процедил:
— Скоты.
Перед тем как отправиться к Линь Вэньжань домой, Цзинь Ло, как обычно, зашёл покормить бездомных кошек и заодно рассказать им хорошую новость. Но вместо привычного весёлого мурлыканья он увидел лишь обугленные или ободранные тела. От ярости его начало трясти. Следуя по следам крови, он дошёл до эстакады, где стояли трое молодых парней. Один из них топтал голову Да-Бая и издевательски кричал:
— Ты ведь умеешь бегать? Поцарапал меня, сука! Сегодня сделаю так, что жить не захочешь!
Эти кошки привыкли к людям благодаря Цзинь Ло, особенно к молодым парням — они их не боялись и доверяли. Из-за остатков еды все они стали жертвами. Только Да-Бай сохранил немного осторожности, но и он не сумел убежать. Когда Цзинь Ло нашёл его, тот уже был весь в крови, лапы беспомощно свисали, словно тряпки, и лишь глаза слабо открывались. Увидев Цзинь Ло, он тихо завыл, как плачущий ребёнок.
В ту секунду гнев Цзинь Ло стал неудержимым.
А дальше…
Все трое получили травмы, но поскольку виноваты были именно они, они упрямо настаивали, что первым ударил Цзинь Ло. Даже если считать это дракой, у них повреждения оказались серьёзнее. К тому же один из парней, как оказалось, имел связи в управлении, и вёл себя вызывающе нагло, требуя, чтобы Цзинь Ло посидел в тюрьме хотя бы пару дней.
Через десять минут приехали Вэнь Фэнь и Сяо Хайфэнь. Увидев сына в крови, Вэнь Фэнь будто ударило током — она не знала, чья это кровь: его или противников. На шее вздулись вены:
— Что с тобой происходит?!
Цзинь Ло сидел, словно старый монах в медитации, не произнося ни слова. В голове у него стояли только изуродованные тела… Он ненавидел этих троих бесчеловечных мерзавцев, но ещё больше — самого себя.
Сяо Хайфэнь удержал Вэнь Фэнь. Он внимательно осмотрел Цзинь Ло. Какой у него характер? Разве он не дрался раньше? Но никогда он не был таким безжизненным! В этом деле точно есть что-то ещё.
Линь Вэньжань не стала оправдываться за него. Её сердце было таким же тяжёлым.
Другие, возможно, не понимали, что значили эти бездомные кошки для Цзинь Ло. Но она знала лучше всех.
Протокол ещё не закончили составлять, а Цзинь Ло снова увезли в камеру. Он смотрел в пустоту, уставившись на холодную стену.
Весь день обе стороны бегали туда-сюда. Лишь когда Гао Цзинсин запросил записи с камер видеонаблюдения на ближайших перекрёстках, удалось восстановить истинную картину. Как только противники увидели запись, сразу струсили и больше не осмеливались упоминать свои «связи» — если бы это попало в интернет и вызвало общественный резонанс, им пришлось бы несладко.
В стране пока нет закона против жестокого обращения с животными, да и Цзинь Ло действительно первым напал. Поскольку драка состоялась, ответственность ложилась на обе стороны. В итоге пришлось подписать соглашение о примирении.
Когда Цзинь Ло вышел из отделения, на улице уже смеркалось. Небо затянуло туманом, даже луны не было видно — всё давило на душу, будто сердце истекало кровью.
Вэнь Фэнь смотрела на сына с болью и горечью. Зная его характер, она не решалась сказать ни слова и лишь стояла рядом, беспомощно глядя на него.
Линь Вэньжань протянула ему куртку Гао Цзинсина. Цзинь Ло накинул её и молча пошёл прочь.
Вэнь Фэнь сделала несколько шагов вслед, но Сяо Хайфэнь остановил её:
— Дай мальчику немного времени.
Линь Шуан тоже потянула сестру за рукав:
— Может, ему сейчас нужно побыть одному?
Она видела Цзинь Ло всего раз, но даже этого хватило, чтобы запомнить его окровавленную фигуру.
Вэнь Фэнь перевела взгляд на Линь Вэньжань. Она знала: первым, кому сын позвонил в беде, была именно эта девушка.
Линь Вэньжань чуть заметно покачала головой, быстро что-то шепнула сестре и исчезла в вечерней мгле.
Все хотели дать ему время наедине с собой, но никто не видел, как у него внутри всё разрывается.
********
Как и ожидалось, Линь Вэньжань нашла Цзинь Ло в Восточной ветеринарной клинике.
Что до Да-Бая…
Его израненное тело заставило её сердце сжаться от боли.
Самое трогательное — даже в таком состоянии, весь пронизанный трубками для лечения, увидев Линь Вэньжань, он заметно помахал хвостом.
Врачи были в ужасе от того, в каком виде привезли кота. Кроме сочувствия и пары ругательств в адрес извергов, они ничего не могли ему дать.
Слёзы Линь Вэньжань текли сами собой. Цзинь Ло разговаривал с врачом, который кратко рассказал о состоянии Да-Бая: кроме переломов всех четырёх лап, с него живьём содрали кожу с передней части тела до головы, он потерял много крови, внутренние органы повреждены ударами. Врач дал понять, что шансов мало — всё решится сегодня.
Немного помолчав, Цзинь Ло присел, чтобы погладить кота, как делал раньше, но не нашёл места, куда можно было бы прикоснуться.
Когда они вышли из клиники, Цзинь Ло зашёл в ларёк и купил два батона. Они сели на скамейку у клумбы и начали есть.
Аппетита ни у кого не было. Линь Вэньжань опустила голову, а Цзинь Ло механически жевал хлеб:
— Ешь. Всё пройдёт.
Не в первый раз так. Ему было всего три с небольшим, когда он стоял рядом, пока Вэнь Фэнь подписывала документ о критическом состоянии, а на следующий день отец умер.
Тоже в крови… Артерию перерезал острым ножом.
Жизнь и смерть…
Для него это уже стало привычным?
Линь Вэньжань знала: внутри он совсем не такой, каким кажется снаружи. Она не стала говорить утешительных слов, а просто сказала, глядя вперёд:
— Если Да-Бай выживет, давай возьмём его к себе.
Цзинь Ло жевал хлеб, и во рту появился привкус крови.
Линь Вэньжань продолжала:
— Сделаем ему маленький домик.
Он не ответил, но она не замолкала:
— Я не умею ухаживать за котами, но мы можем поискать в интернете. Вроде бы это не так сложно.
— Обработка от клещей, уборка шерсти, покупка наполнителя, кормление… Мы постепенно научимся.
— Быть «чистильщиком лотка» — тоже неплохо. Мы…
Она не договорила — Цзинь Ло обнял её. Крепко, дрожа всем телом.
Столько «мы»… Даже самое замороженное сердце начинает таять.
Линь Вэньжань не стала говорить больше. Подняв руку, она начала мягко похлопывать его по плечу — так, как утешала её мать, когда та расстраивалась.
Раз за разом, легко и нежно. И это почти сорвавшееся с цепи сердце чудесным образом успокоилось.
Лунный свет пробился сквозь смог и окутал их двоих, унося часть боли.
********
Небо не осталось глухо к их мольбам.
Да-Бай выжил.
Теперь предстояло платить огромный счёт за лечение.
Клиника, сочувствуя коту, снизила цену наполовину. Линь Вэньжань несколько раз пыталась помочь, но знала: Цзинь Ло никогда не согласится.
Все деньги, заработанные им на подработках, ушли на лечение.
Цзинь Ло не жалел ни копейки — для него главное было спасти Да-Бая.
Кожу с передней части тела содрали живьём, поэтому даже после выздоровления он уже никогда не станет пушистым, как раньше. Люди будут считать его «уродом», и даже другие животные в клинике сторонились его.
Да-Бай всё время лежал неподвижно, ни на что не глядя. Только когда приходили Цзинь Ло или Линь Вэньжань, в его глазах появлялся свет.
Глядя на него, Линь Вэньжань вдруг поняла: он очень похож на Цзинь Ло.
В их душах было что-то общее…
Оба — одинокие и беспомощные.
Но окружающим казалось, что они холодны и надменны.
Цзинь Ло и Линь Вэньжань похоронили остальных кошек. В тот день дул сильный ветер, застилавший глаза, а вороны на деревьях каркали печально.
Цзинь Ло закурил. Линь Вэньжань молча плакала.
Прошло много времени, прежде чем Цзинь Ло вытер её слёзы и взял за руку:
— Пойдём.
Ещё через неделю Линь Вэньжань рано утром вместе с Цзинь Ло забрала Да-Бая домой.
Цяо Си узнал о случившемся и несколько раз кричал, что сам найдёт этих мерзавцев и проучит их. Но увидев, как Цзинь Ло будто онемел от горя, в итоге ограничился тем, что взломал компьютеры троих парней.
Рассказывая Цзинь Ло, как именно он это сделал, Цяо Си видел, что тот молча курит и не реагирует. За последнее время Цзинь Ло снова начал курить. Наконец Цяо Си сдался:
— Ло, хоть как-то отреагируй!
Цзинь Ло молчал. Цяо Си больше всего боялся именно такого молчания — боялся, что тот возложит всю вину на себя, снова начнёт думать, будто всем, кто рядом с ним, грозит беда.
Со временем физическое состояние Да-Бая улучшалось, но психологическая травма осталась.
Он больше никому не доверял, кроме Цзинь Ло и Линь Вэньжань, и стал невероятно привязчивым — хотел быть с ними двадцать четыре часа в сутки.
Но в выпускном классе учеба требовала много сил, и они не могли постоянно держать его рядом. Тогда Да-Бай просто лежал в своём гнёздышке, не двигаясь, и отказывался есть и пить, пока их не было рядом.
Каждый день им приходилось мазать ему раны мазью, регулярно водить на капельницы и осмотры. В те дни они крутились, как белки в колесе.
После школы они кладут Да-Бая в переноску и идут в супермаркет покупать корм. Кот особенно любил говядину, поэтому выбирали в основном такой вкус. Обойдя весь отдел, они уже собирались уходить, но Линь Вэньжань вдруг остановилась у ларька с мороженым.
Цзинь Ло нахмурился:
— Нельзя. У тебя скоро начнутся месячные, каждый раз бледнеешь от боли. Как ты можешь быть такой забывчивой?
http://bllate.org/book/4231/437791
Готово:
