Чжоу Сыфань вмиг растерялся.
Собеседник сегодня неожиданно нацепил очки в серебряной оправе, сверху на нём была рубашка поверх свободной тёмно-серой трикотажной кофты, манжеты закатаны, а линии мышц на запястьях выглядели невероятно красиво.
Лу Фэн небрежно крутил в пальцах шариковую ручку, перед ним лежал раскрытый чистый блокнот. Услышав, как Чжоу Сыфань открыл дверь и вошёл, он невзначай скосил голову и бросил на него мимолётный взгляд.
Чжоу Сыфань быстренько подбежал, прижимая к груди блокнот, и уселся напротив Лу Фэна.
В этом совещании... больше никто не участвует?
Только он? И Лу Фэн? — ошеломлённо подумал Чжоу Сыфань. Что происходит в этом месте, неужели они так сильно доверяют ему, новичку?
Лу Фэн, разумеется, не мог слышать внутренний сумбур и метания Чжоу Сыфаня. Увидев, что тот устроился, он прекратил крутить ручку, расслабленно откинулся на спинку стула, чуть приподнял подбородок и произнёс: — Начнем.
Начать что, молотком по голове.
Мысленно яростно выругался Чжоу Сыфань, внешне же должен был крайне бодро открыть ноутбук, подключиться к проектору, открыть проектную документацию и вот-вот начать своё хрупкое и уязвимое представление.
— Я сначала вкратце всё структурирую, — Чжоу Сыфань откашлялся.
Чжоу Сыфань уже почувствовал, что почти вошёл в нужный ритм: — Во-первых... давайте посмотрим на проектное назначение данной функции... бала-бала... а затем взглянем на точку входа функционала в главном интерфейсе и формы её проявления при различных состояниях.
Как это называется?
Это называется проиграть в чём угодно, только не в боевом настрое!
Даже чувствуя, что перед ним лежит куча дерьма, Чжоу Сыфань всё равно изо всех сил старался продемонстрировать свой профессионализм. Он говорил долго, у него во рту пересохло, а Лу Фэн за всё время не произнёс ни слова, пока Чжоу Сыфань наконец не замолк.
— Я закончил, Лу Фэн... брат, есть какие-нибудь вопросы? — Чжоу Сыфань с лёгким замиранием сердца покосился на Лу Фэна.
Лу Фэн молча посмотрел на проекционный экран, а затем молча перевёл взгляд на Чжоу Сыфаня.
В голове Чжоу Сыфаня почему-то гулко зазвенело. Лу Фэн поджал губы, на его лице не было ни единой эмоции, и первой его фразой стало: — По-моему, мы зря тратим время.
Подтекст номер один: как твоя сопля осмелилась притащить мне такую хрень надуть меня хочет.
— Какова цель проектирования функции? Кто целевая аудитория? На чём в конце концов нужно сделать акцент?
Подтекст номер два: шатаешься из стороны в сторону, хочешь объять необъятное, в итоге ничего путного не сделаешь.
— У нас вообще-то есть дедлайны, когда поступает какая-то задача, нужно оценивать рентабельность её реализации.
Подтекст номер three: эту штуку тебе делать целый месяц, оно тебе надо вообще?
— Подумай ещё раз, товарищ Чжоу Сыфань.
Подтекст номер چهار: безнадёжен, давай по новой.
Выслушав это, Чжоу Сыфань: — ...
Закончив говорить, Лу Фэн захлопнул собственный блокнот, а затем впервые одарил Чжоу Сыфаня едва заметной улыбкой.
Сам по себе он определенно обладал холодной внешностью: чётко очерченные грани лица, все черты чрезвычайно мужественные и выразительные. Во время двух предыдущих случайных встреч Лу Фэн не жаловал Чжоу Сыфаня хорошим выражением лица — сегодняшняя же улыбка превзошла ожидания Чжоу Сыфаня. Она пришлась прямо ему по сердцу, однако любоваться ею сейчас было некогда.
Работа есть работа. Раз уж они переступили порог этой переговорной, Чжоу Сыфань и Лу Фэн в первую очередь коллеги, и ничто иное.
К тому же, Чжоу Сыфань прекрасно понимал, что Лу Фэн на самом деле абсолютно прав и придраться не к чему.
Он и сам считал происходящее полнейшим абсурдом, а-а-а.
Ему тоже очень хотелось всё исправить, а-а-а.
Он бы и сам предпочёл браться за какие-нибудь внешне разумные задачи, а не заниматься этой бестолковой ерундой. Умоляю, пусть предыдущий автор концепции побывает в шкуре пользователя! А!
Кто поймет! Да кто же это поймет!
Череда мысленных реплик безурным потоком пронеслась в голове Чжоу Сыфаня.
Но внешне Чжоу Сыфань всё же не желал сдаваться: — Наверняка ведь есть часть, которую можно сделать? Времени в обрез, давайте сначала сделаем то, что осуществимо.
Лу Фэн кивнул: — Можно, но ты должен как можно скорее предоставить другой вариант правок.
Чжоу Сыфань: — Тогда давайте сначала определимся, что именно мы можем сделать.
Лу Фэн: — Открой пятую страницу презентации.
Следовательно, Чжоу Сыфань и Лу Фэн долго торговались, яростно боролись, но в конце концов всё же утвердили часть контента. Тем не менее, большая часть предварительного процесса всё равно застопорилась на этапе дизайна. Проще говоря, вся вина лежала на Чжоу Сыфане, и отнекиваться было бесполезно.
Лу Фэн опустил взгляд на часы, посмотрел на Чжоу Сыфаня: — На этом закончим?
Чжоу Сыфань был занят набором текста и ведением записей, он даже головы не поднял и отозвался: — Угу-угу, хорошо.
Тогда Лу Фэн вышел из переговорной, перед уходом заботливо прикрыв за собой дверь, которая издала тихий щелчок.
Чжоу Сыфань закончил приводить в порядок документ с протоколом встречи, посидел немного, глядя перед собой, и лишь после этого заторможенно посмотрел на дверь.
Он ведь только что совершенно не успел полюбоваться красотой Лу Фэна, эй! Какая колоссальная потеря!
Чжоу Сыфань отчаянно колотил себя в грудь, горько раскаиваясь. Переговорная, два человека, расстояние в один стол — вряд ли такая возможность выпадает каждый день, верно?
Погоревать подольше ему не дали: кто-то постучал в дверь переговорной и приоткрыл её на щелку: — Здравствуйте, товарищ, мы бронировали это время следующим.
Чжоу Сыфань торопливо ответил, что всё в порядке, собрал свои вещи и вышел наружу.
Вернувшись на место, Чжоу Сыфань снова доработал протокол встречи и обновил его в общем документе. Худая память лучше хорошего блокнота: важность фиксации всего в любой момент времени проявляется в последующих перетягиваниях канатов и взаимных обвинениях — если вдруг сегодня мы оба сказали, что А — это хорошо, но спустя несколько дней ты заявляешь, будто мы обсуждали вовсе не это, а Б, то при отсутствии протокола встречи Чжоу Сыфаню останется лишь молча глотать горькие пилюли, имея обиду, которую не высказать словами.
Есть запись — есть и доказательства, а значит, можно переложить ответственность!
Однако самое мучительное испытание ждало его впереди.
Чжоу Сыфань создал новый чистый документ и, уставившись на этот пустой лист, принялся погружаться в раздумья.
http://bllate.org/book/42056/5376609
Готово: