Две тёти, помогавшие в заведении, заканчивали последнюю уборку. Дела шли неплохо, и изначально дедушка Янь рассчитывал обойтись только двумя парами рук, но Янь Цзюньюэй настоял на том, чтобы нанять ещё одну работницу.
«Можно заработать и поменьше, — думал он, — но здоровье дедушки не выдержит». Поэтому, когда у него находилось свободное время, он сам приходил помочь.
— Этот мальчик Аюэй просто замечательный: учится отлично и такой послушный… А вот наш-то всё время шалит и учиться не хочет. Старик Янь, тебе и вправду повезло!
— Да-да, этот внук точно далеко пойдёт!
Тёти перешёптывались, глядя на Янь Цзюньюэя, искренне восхищаясь им, а потом, вспомнив о своих безнадёжных детях, покачали головами.
Когда всё было убрано, они выключили свет и заперли дверь заведения. Янь Цзюньюэй пошёл домой вместе с дедушкой.
Ещё недавно оживлённый переулок теперь был пуст. Мерцающий фонарь едва освещал улицу. Янь Цзюньюэй шёл рядом с дедушкой, замедлив шаг, чтобы идти в ногу с ним.
Раньше дедушка Янь уже однажды упал на этой неровной дороге по пути домой вечером, и лишь благодаря прохожему попал в больницу.
— Ну как, Аюэй, как у тебя учёба? — не унимался дедушка, всю дорогу расспрашивая внука.
— Нормально. Только что была контрольная, думаю, результаты будут неплохие.
Янь Цзюньюэй знал, что больше всего волнует старика, и терпеливо отвечал ему, не проявляя ни капли раздражения.
— Вот и славно! Боялся, что работа в заведении мешает тебе учиться. Не переживай, Аюэй, учишься спокойно — дедушка заработает тебе на всё! Уже и на университет коплю!
Он улыбнулся, будто уже видел, как внук поступает в вуз.
Дома они быстро умылись, и дедушка сразу лёг спать — ведь каждое утро нужно вставать ни свет ни заря, и это утомительно. Но ради внука он был счастлив.
Янь Цзюньюэй подождал, пока в комнате дедушки погаснет свет, и только тогда вернулся в свою спальню. Включил настольную лампу — её свет был ярче, чем тусклый жёлтый свет в комнате. За старым, обшарпанным столом он достал тетрадь и контрольные работы.
Подумав немного, он взял телефон и, как и ожидал, увидел сообщение от Юнь Шэнь.
Представив, с каким выражением лица она писала это сообщение, Янь Цзюньюэй невольно улыбнулся.
Он набрал ответ, положил телефон рядом и принялся за домашнее задание.
Юнь Шэнь в это время усердно писала за маленьким столиком. Её телефон мигнул, и она машинально взглянула на экран. Увидев имя отправителя — «Аюэй», — она тут же отложила ручку и разблокировала экран.
— Человек с железной волей и острым язычком, госпожа Юнь, ты хоть по химии набрала проходной балл?
На столике лежала только что проверенная ею химическая контрольная, испещрённая красными пометками.
...
— А ты по английскому прошёл? Грамматику проверил?
На столе у Янь Цзюньюэя тоже лежала английская контрольная, рядом — словарь.
Ну давай, бейся! Взаимное уничтожение!
— Не буду с тобой спорить, госпожа Юнь. Пойду делать уроки.
Отправив сообщение, Янь Цзюньюэй немного подумал и изменил подпись в контактах на «Психопатка».
— Госпожа Юнь тебя научит! Если что — спрашивай! Сегодня ночью госпожа Юнь учится до упаду!
В сети Юнь Шэнь позволяла себе быть настоящей — такой, какой не была в реальной жизни, и привычно общалась с Янь Цзюньюэем так же, как со всеми, с кем не пересекалась вживую.
— Ладно-ладно, тогда сегодня, пожалуйста, госпожа Юнь, позаботьтесь обо мне.
Оба положили телефоны рядом и продолжили делать уроки, время от времени отвечая на сообщения.
Ночь только начиналась. Впереди ещё было много времени.
Юнь Шэнь прижала телефон к груди и глупо заулыбалась.
Авторские комментарии:
Социальная госпожа Юнь — железная воля и острый язык.
Аюэй — волна чувств, но в душе чист и наивен.
Вы, ангелы, оставляющие такие тёплые комментарии, — все получают поцелуй перед уходом!
Благодарю за донаты: [Юй Цзай Го Жидзы], [Дин Дун], [Фу И], [Раздутый грейпфрут] и ещё одну прекрасную подругу-красавицу.
Учёба, учёба! В голове только учёба! Те, кто подумал что-то другое, пусть задумаются, почему!
Юнь Шэнь жила на пятом этаже жилого дома. Хотя их подъезд выходил на оживлённую улицу, окна её комнаты смотрели во двор, и было очень тихо.
В комнате слышалось лишь шуршание страниц. Юнь Шэнь склонилась над тетрадью, решая задачи.
Телефон лежал рядом, экран периодически вспыхивал — приходили сообщения из группового чата.
Был уже час ночи. Юнь Шэнь закончила задачу, потянулась и взяла телефон. Пролистала чат до переписки с Янь Цзюньюэем.
Последнее сообщение было отправлено десять минут назад. Она отправила ему смайлик, но ответа не последовало. Юнь Шэнь забеспокоилась и попробовала отправить ещё несколько, но безрезультатно. Пришлось положить телефон обратно. Она продолжала делать уроки, но то и дело косилась на экран.
Но сообщений всё не было.
Юнь Шэнь начала нервничать. Перечитала всю переписку и вдруг почувствовала себя...
Ладно, в реальной жизни она никогда бы не осмелилась так разговаривать ни с Янь Цзюньюэем, ни с кем-либо из одноклассников.
— Ах! Уже час! Английский закончила!
— Голодная. Пойду сварю пельмени.
Прошло пять минут, но ответа так и не было. Юнь Шэнь разочарованно убрала телефон, собрала со стола тетради и пошла на кухню. Вскипятила воду, достала из холодильника пачку пельменей.
Она и вправду проголодалась и нуждалась в подкреплении.
Пельмени кружились в кипятке, а её сердце — тоже: то взмывало, то падало.
В голове начали рисоваться картины: вдруг он упал в обморок за уроками? Упал и сломал что-нибудь? Пожар?.. Или просто не хочет со мной разговаривать?
Из всех вариантов последний был самым невыносимым.
Вернувшись в комнату после ужина, она увидела, что экран телефона горит — пришло несколько сообщений. Она бросилась к кровати и увидела, что это Янь Цзюньюэй.
— Пошёл под душ.
— Теперь понял, почему ты в реале молчишь — в сети слишком много болтаешь, сил на живое общение не остаётся.
Юнь Шэнь схватила телефон, перевернулась на кровати и, обняв одеяло, глупо заулыбалась.
— Я — высокомерная фея.
Янь Цзюньюэй убрал со стола тетради, выключил лампу и, освещая себе путь слабым светом экрана, вернулся на кровать. Рядом громко гудел вентилятор, но, к счастью, он не был из тех, кто плохо спит при шуме.
Комната была тесной, кровать — маленькой, и ноги Янь Цзюньюэя свисали с края. Откуда-то из соседнего караоке-бара доносился хриплый голос, орущий «Самую модную народную песню»:
«...Идём и поём — вот в чём свобода! Пой так, чтобы было весело!»
Янь Цзюньюэй прочитал ответ Юнь Шэнь, подумал немного и отправил сообщение:
— Осмелишься ли показать мне в школе ту, какой ты бываешь в сети?
Юнь Шэнь ответила почти мгновенно — она всегда быстро печатала.
— Нет.
— Госпожа Юнь, ты просто трусиха.
Юнь Шэнь снова перевернулась на кровати и чуть не упала на пол.
— Люди разные. Мне нравится быть с кем хочу какой хочу. Зачем всем показывать, какой я на самом деле?
Она считала, что сказала очень мудро и философски. Какая она есть — она сама знает. Её близкие знают. И тот, кого она любит, тоже знает.
— Понял-понял. Просто ты любишь быть такой именно со мной.
Лицо Юнь Шэнь вспыхнуло. Она зарылась лицом в одеяло, потом подняла голову и ответила:
— Ты… как ты вообще можешь быть таким нахальным?
В обеих комнатах уже погас свет. Только экраны телефонов слабо мерцали, отражая искренние улыбки в глазах друг друга.
Почему ему так хочется её поддразнить? Сам Янь Цзюньюэй не мог этого понять.
Наверное, просто потому, что она чертовски забавная.
Юнь Шэнь уже не помнила, о чём они переписывались. Помнила лишь, что заснула, прижимая к себе телефон и глупо улыбаясь.
Спалось ей этой ночью особенно сладко.
******
На следующее утро Юнь Шэнь рано поднялась и пришла к закрытой двери завтраковой.
Рулонные ворота были заперты. Обычно на ступеньках у входа стояла плита, но сегодня там было пусто.
Юнь Шэнь посмотрела на часы — семь тридцать утра. Обычно в это время заведение уже работало.
«Наверное, сегодня задерживаются», — подумала она и, прячась за колонной, чтобы не быть сразу замеченной, стала ждать, играя в телефон.
К восьми часам вокруг уже открылись почти все магазины, но завтраковая всё ещё не подавала признаков жизни.
Юнь Шэнь убрала телефон, ещё раз взглянула на закрытую дверь и, потеряв аппетит, уныло пошла домой.
— Сегодня пришла завтракать, а они не работают!
— Как нехорошо! Я же так далеко шла!
Янь Цзюньюэй не отвечал. Юнь Шэнь занервничала: неужели вчера её страшные догадки...
Она переживала, но ничего не могла сделать — у неё даже не было его номера, только QQ, и то получила только вчера.
— С тобой всё в порядке?
Отправив последнее тревожное сообщение, она упала на кровать и вскоре уснула.
Янь Цзюньюэй вернулся домой только в девять утра. В шесть часов у дедушки случился инфаркт, и весь день он провёл в больнице, оформляя документы. В восемь тридцать всё было готово, и он заехал домой за вещами.
В телефоне были лишь спам-сообщения, но QQ мигал. Открыв его, он увидел, что почти все сообщения — от Юнь Шэнь.
— С тобой всё в порядке?
Ему стало тепло на душе, и он ответил:
— Всё нормально. Только что вернулся из больницы.
Затем собрал необходимые вещи, приготовил лёгкий обед из того, что нашёл в холодильнике, и положил еду в термос.
В палате дедушка спал. Его лицо было уставшим и измождённым, черты — постаревшими. Янь Цзюньюэй поставил термос на тумбочку и не стал будить его.
Юнь Шэнь проснулась от уведомления и чуть не свалилась с кровати от неожиданности. Она лихорадочно набрала ответ, нахмурившись.
— Как так получилось, что ты в больнице?
— Ты заболел?
На этот раз ответ пришёл быстро — видимо, Янь Цзюньюэй держал телефон в руках.
— Всё уладили. Это мой дедушка.
Юнь Шэнь перевела дух с облегчением, но тут же почувствовала стыд за свои мысли и тряхнула головой. Она собралась с мыслями и написала:
— Тогда ухаживай за дедушкой. Пожилым нужно особое внимание.
— И ты не перенапрягайся. Отдыхай.
Подумав ещё немного, добавила:
— Не держи всё в себе. Пусть родители помогут.
После этого она не осмеливалась писать больше — хоть и переживала, но понимала, что сейчас не стоит его отвлекать.
— Ты так легко называешь его «дедушкой»... Лучше иди скорее делать химию.
Янь Цзюньюэй улыбнулся, читая её сообщения, но при виде последней фразы лицо его стало серьёзным.
Он вышел из палаты, прошёл по коридору и остановился в тихом, безлюдном углу. Затем набрал номер из контактов — тот, что редко использовал.
— Алло? Зачем... зачем ты мне звонишь? — грубый мужской голос, старающийся говорить тише, дрожал от напряжения.
Янь Цян сидел за завтраком с женой и сыном. Увидев давно не появлявшийся номер, он сначала не хотел брать трубку, но всё же ответил.
— У дедушки инфаркт. Он в больнице, — холодно произнёс Янь Цзюньюэй, без эмоций.
— Опять этот старик заболел? Разве не так недавно он уже лежал в больнице после падения? Опять нужны деньги?
Едва Янь Цян договорил, как его жена, сразу поняв, кто звонит, с грохотом швырнула чашку на стол и закричала:
— Опять деньги нужны?! У нас и так денег нет! Какая больница? Опять лежит? Может, он сам притворяется, чтобы выманить у нас деньги!
http://bllate.org/book/4190/434593
Готово:
