Ван Шэншэн что-то прибирала снаружи, и от грохота, с которым она переставляла вещи, Ли Цзиньвэй в одно мгновение вернулась из своих мыслей в реальность.
— Улыбчивые милашки — сущее бедствие, — пробормотала она и включила душ, окатив себя водой с головы до ног.
Вообще-то, в заведении действительно нужно было нанять человека. Туцзы была еще юна, образования не имела, поэтому справлялась лишь с самой простой работой. Ли Цзиньвэй же хотела найти кого-то поумнее, кто мог бы твердо держать ситуацию под контролем. В конце концов, до открытия Творческого Шторма она уже понесла серьезные убытки из-за нерадивых напарников.
В отличие от многих единственных дочерей, купающихся в любви и заботе, Ли Цзиньвэй не хотела сидеть на шее у родителей, но и работать по найму не желала. Окончив университет, она решила начать свое дело, но, к сожалению, на первых порах ничего путного из этого не вышло, и она лишь потеряла немало денег.
Позже Ян Синь предложила: раз уж Ли Цзиньвэй получила компьютерное образование, почему бы не открыть интернет-кафе? К тому же, это позволило бы заодно играть в игры. Ли Цзиньвэй посчитала идею отличной, взяла остатки накоплений, добавила спонсорские двести тысяч от Ли Чжолиня и с радостью принялась искать помещение.
Наступив на множество граблей, она наконец сделала выбор. На ремонт и закупку оборудования ушло немало средств, полгода заняли переделки, и лишь когда Ли Чжолинь позвал профессионалов, дело наконец удалось запустить без сучка и задоринки.
Так Ли Цзиньвэй, девица из медового горшочка, которой все подносили на блюдечке, быстро превратилась в главную защитницу всех здешних улиц. Эта улочка хоть и выглядела захолустной, на деле имела стабильный поток клиентов и низкую арендную плату. Не сказать, что она гребла деньги лопатой, но заработок как минимум превышал всё, что ей удавалось выручить за предыдущие годы.
Чтобы всё держать под личным контролем, она наотрез отказалась жить с родителями. Конечно, жить в самом заведении было куда удобнее, чем дома: стоило спуститься вниз, и можно было сразу навести порядок. За те годы, что она терпела неудачи, Ли Цзиньвэй усвоила единственный навык: всё должно быть в её руках.
А теперь эта физиономия всё испортила. Любительницы красивых лиц — это поистине диагноз.
Придя в себя после душа, Ли Цзиньвэй еще не успела выйти, как замерла на пороге, пораженная увиденным. Комната была пристройкой: треугольная форма, словно чердак в иностранных домах, с огромным окном. Плюс — удобно и быстро, минус — странная планировка: мебель не встает как надо, и стоит появиться паре лишних вещей, как они неизбежно сваливаются в угол. Визуальный эффект — один: хаос. Разумеется, немалая заслуга в этом принадлежала и лени хозяйки.
Но за то время, пока она мылась, Ван Шэншэн умудрилась разобрать весь этот бардак. И хотя вещи были расставлены без особой системы, по крайней мере, теперь по комнате можно было ходить.
— Неплохо, — Ли Цзиньвэй похлопала её по плечу, совершив второй за день тактильный контакт. — Уровень обслуживания на высоте.
Ван Шэншэн уперла руки в бока, и её поведение изменилось до неузнаваемости:
— Кто вообще сможет жить в свинарнике?
— ? — Ли Цзиньвэй рассмеялась. — Интересно получается: только что была покорной, а теперь дерзишь? Госпожа Ван, вы меняете маски быстрее, чем страницы в книге?
Получила желаемое и сразу показала коготки, а выгода для тебя на первом месте. Ли Цзиньвэй плюхнулась на кровать и искоса взглянула на неё:
— Я приютила тебя, должна же быть хоть какая-то благодарность. С таким отношением ты бы на собеседовании даже Туцзы не прошла.
Ван Шэншэн, снимавшая аксессуары, замерла:
— Кто такая Туцзы?
Это что, самое важное сейчас? Ли Цзиньвэй смотрела на неё с каменным лицом, пока та не насупилась:
— На что смотришь? Красоток не видела? Я тебя спрашиваю, кто такая Туцзы?
Красива, не поспоришь, но эта раздвоенность личности просто пугает.
— Девчонка внизу, её зовут Туцзы, — ответила Ли Цзиньвэй.
Ван Шэншэн хмыкнула:
— Нанимаешь детский труд?
— Чепуху не неси, она давно совершеннолетняя!
Ван Шэншэн явно не поверила, опустила голову и, не говоря ни слова, начала снимать украшения. Ли Цзиньвэй откинулась назад, опираясь на руки, и молча наблюдала, как та снимает серьги, цепочки, заколки, розовые колечки и браслеты, а в конце добралась до пояса.
— Эй! — вовремя прервала её Ли Цзиньвэй. — Я вообще-то здесь! Хочешь переодеться — иди в ванную, заодно помоешься.
Ван Шэншэн фыркнула:
— Слушайте, босс, вы только что швырнули в меня своим нижним бельем, чего теперь стесняться?
Ли Цзиньвэй лишилась дара речи. Хотя она не знала, что именно переключило её из милой сладкой девочки в капризную барышню, но нынешняя ситуация, как ни посмотри, совсем не про стеснительность!
— Перед тем как приступить к работе, ты должна ознакомиться с составом персонала.
Когда Ван Шэншэн вышла из ванной, Ли Цзиньвэй, словно учитель перед ученицей, достала телефон. На экране была общая фотография с празднования годовщины Творческого Шторма. Она ткнула в себя:
— Я, Ли Цзиньвэй, босс этого места. Запомни: я та самая женщина, избранная светом и стоящая на вершине пищевой цепочки!
Услышав это, девушка напротив закатила глаза, явно демонстрируя пренебрежение. Ли Цзиньвэй не стала обращать внимание, увеличила картинку и указала на лицо Туцзы:
— Туцзы, администратор и лицо нашего заведения.
Затем она перевела палец на парня с крашеными красными волосами:
— Это Кин, играет на линии топа.
Ван Шэншэн выглядела совершенно сбитой с толку:
— Что такое топ?
Ли Цзиньвэй поняла, что урок окончен:
— Не знать даже этого? Как у тебя вообще хватило наглости запустить Лигу Легенд?
Неудивительно, что она играет так ужасно, превращая схватку в разгром собственного дома. Ван Шэншэн швырнула пеструю кружевную ленту:
— У каждого бывает первый раз. Раз ты такая крутая, почему не можешь вытянуть катку?
Опять за своё! Ли Цзиньвэй задрожала от ярости:
— Барышня, ты сейчас в Творческом Шторме, это интернет-кафе! Здесь как минимум 80% посетителей играют в Лигу Легенд. И, кстати, у меня нет никакой острой необходимости тебя нанимать.
Она вскинула подбородок и с победоносной ухмылкой добавила:
— Даю тебе неделю на то, чтобы выучить всё необходимое! В противном случае… уволю!
Плечи Ван Шэншэн судорожно вздымались. Ли Цзиньвэй подумала, что та сейчас начнет спорить, но по какой-то причине девушка внезапно сникла, молча взяла сменную одежду и ушла в ванную.
На следующее утро Ли Цзиньвэй проснулась и не почувствовала рядом присутствия человека. Она протянула руку — постель по соседству уже остыла.
http://bllate.org/book/41896/5351772
Готово:
