Он только что, чтобы уберечь её от удара, обхватил за талию — и лишь так удержал равновесие. Машина уже остановилась, но, видимо, рука сама привыкла там оставаться и пока не отпустила.
Яо Ланьнинь, которого пристально разглядывал Цзи Мэнчэнь, вдруг осознал, куда устремлён его взгляд, и мгновенно, почти инстинктивно, отдернул руку.
Неизвестно почему, но перед Цзи Мэнчэнем он ощущал какое-то врождённое благоговение — будто его собственная аура сама собой оседала на целый уровень, и он даже не смел встретиться с ним глазами.
Увидев, что тот убрал руку, Цзи Мэнчэнь слегка смягчил выражение лица. Его взгляд медленно поднялся вверх и на мгновение встретился с глазами Яо Ланьниня.
— Поменяйся со мной местами, — спокойно произнёс Цзи Мэнчэнь.
Яо Ланьнинь на секунду опешил, потом понял, что обращаются именно к нему, и бросил взгляд на Е Фули.
Е Фули тоже не ожидала, что Цзи Мэнчэнь сам предложит поменяться местами — да ещё и так упрямо настаивает на том, чтобы разлучить её с Яо Ланьнинем.
Как такое возможно?
Ведь она пришла на эту передачу именно затем, чтобы публично проявлять нежность к Яо Ланьниню! Ещё до съёмок они с ним тщательно всё обсудили и придумали массу деталей для романтических сцен перед камерами. Если их разлучат, её десять миллионов окажутся выброшенными на ветер!
— Нет, он сядет именно здесь, — тут же отрезала Е Фули.
Цзи Мэнчэнь бросил на неё короткий взгляд, затем снова перевёл внимание на Яо Ланьниня. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах появилась ещё большая пронзительность.
Так они простояли в молчаливом противостоянии полминуты, и в итоге Яо Ланьнинь сдался.
Он сам выскочил из машины, взял Е Фули за руку и сказал:
— Ничего страшного, ему плохо в машине, я уступлю место.
На словах — легко и непринуждённо, но на самом деле Яо Ланьниню было не по себе. Он слышал о Цзи Мэнчэне, знал о его происхождении, но до сих пор ни разу не встречался с ним лично. Раньше думал, что это просто молодой наследник богатого рода, а сегодня, увидев его вживую, почувствовал: перед ним человек глубокий и непостижимый.
Но, впрочем, кто в шоу-бизнесе захочет сознательно нажить себе врага в лице Цзи Мэнчэня?
Поэтому Яо Ланьнинь уступил — даже несмотря на полученный миллион, он послушно пересел на переднее сиденье, освободив место для Цзи Мэнчэня.
Как только Яо Ланьнинь ушёл, лицо Цзи Мэнчэня сразу же стало спокойнее.
Он сел рядом с Е Фули и, едва оказавшись в машине, повторил движение Яо Ланьниня — обнял её за талию и притянул к себе. Более того, будто заявляя свои права, он положил вторую руку ей на плечо, слегка приподнял бровь и, с лёгкой насмешкой и холодной отстранённостью, тихо улыбнулся ей, явно довольный собой:
— Не играй передо мной в спектакль — бесполезно.
— О? — Е Фули не собиралась сдаваться и бросила на него вызывающий взгляд. — Тогда зачем же господин Цзи пересел сюда?
— Именно по этой причине, — ответил Цзи Мэнчэнь, и выражение его лица стало ещё более расслабленным.
Е Фули смотрела на его невозмутимое спокойствие и почему-то почувствовала в нём лёгкое торжество.
В этот момент водитель снова тронулся с места.
Поскольку горный район находился далеко и был довольно отдалённым, любая задержка в пути могла помешать добраться до пункта назначения вовремя. Чтобы успеть, скорость резко увеличили.
Дорога впереди стала гораздо ровнее — сплошная автомагистраль. Машина мчалась вперёд, и ветер гнал её к цели.
Е Фули молчала, Цзи Мэнчэнь тоже не говорил ни слова. Они сохраняли прежнюю позу и сидели в тишине.
Снаружи всё выглядело спокойно, но на самом деле между ними уже почти час шла скрытая борьба.
Е Фули, чтобы сохранить имидж перед камерами, не пыталась отстраниться от Цзи Мэнчэня открыто, но постоянно и незаметно пыталась вырваться из его объятий. А Цзи Мэнчэнь, понимая её намерения, нарочно держал их в поле зрения камер — не отпускал и при этом целенаправленно поворачивал их так, чтобы зрители в прямом эфире всё видели.
Эта дерзость раздражала Е Фули.
Правда, силы у неё действительно было меньше, чем у него. А поскольку они сидели вместе, зрители в прямом эфире уже не выдержали и засыпали чат комментариями:
«Господин Цзи сел рядом с Е Фули?»
«Боже мой, смотрите на руку господина Цзи! Это что такое?!»
«Господин Цзи, куда вы руку положили??»
«Неужели господин Цзи правда неравнодушен к Е Фули?»
Зрители уже внимательно анализировали их позу: Цзи Мэнчэнь обнимал Е Фули за талию и при этом нежно положил руку ей на плечо — выглядело это вовсе не как случайная близость двух посторонних.
Точно есть какая-то тайна!
Учуяв крупный скандал, зрители не сводили глаз с каждого их движения и пытались выискать в их прошлом намёки на роман.
К сожалению, семья Цзи держала контроль над слухами безупречно — никакой информации найти не удавалось. Оставалось лишь перелопачивать старые записи Е Фули в соцсетях, которые теперь активно «выкапывали» и обсуждали.
Все в машине сидели молча, каждый погружённый в собственные мысли.
Режиссёр, увидев, что участники больше ничего не предпринимают, начал переключать камеры и перевёл прямой эфир на другие пары гостей. Те только что сели в машины и ещё не до конца осознали, что съёмка идёт в прямом эфире, поэтому теперь оживлённо болтали.
Эти участники, в отличие от Е Фули и её компании, часто участвовали в подобных шоу, имели большой опыт и отлично умели вовлекать зрителей. Они могли поддерживать интерес даже в одиночку, и их беседы напоминали весёлые диалоги из комедийного шоу.
Пока они корчили рожицы в камеру, машина с Е Фули уже приближалась к месту съёмок — горному району.
Это был национальный бедный горный район — отдалённый, с плохой транспортной доступностью. Зато здесь была прекрасная экология, живописные пейзажи, медленный ритм жизни и доброжелательные местные жители. Благодаря этой передаче, которая повысила популярность региона, район уже начал выходить из бедности и постепенно превращался в туристическое направление.
Однако к моменту их прибытия уже стемнело, и остальные участники постепенно начали подъезжать.
Обычно режиссёр заранее организовывал участникам жильё.
Е Фули тоже думала, что им предоставят отдельные дома или гостиницу. Но режиссёр заявил, что ничего подобного не предусмотрено — как только они приехали, программа официально началась, и стартовал первый этап испытания на выживание в дикой природе.
Все замерли от неожиданности, а затем увидели, как реквизиторы раздают каждому по рюкзаку с базовым набором для выживания и по одной палатке.
Режиссёр, держа в руках мегафон, объявил:
— Уважаемые участники! Испытание на выживание в дикой природе официально начинается. Сегодняшняя ночь — ваша первая ночь в условиях дикой природы. Вы все заранее изучили основы выживания, так что я не буду повторяться. В этих рюкзаках — всё необходимое для выживания. Первая команда, которая продержится три полных дня, получит наибольшее количество «выживательных монет». Эти монеты можно обменять на дополнительные предметы и еду, что поможет вам в дальнейшем. Правила просты: сегодня вечером вы проведёте первую ночь в дикой природе.
Сказав это, режиссёр велел всем взять вещи и отправиться в отведённую зону, чтобы разбить лагерь.
Перед уходом он добавил:
— Эта палатка рассчитана на двоих. Пожалуйста, договоритесь со своим напарником и ни в коем случае не действуйте в одиночку.
Услышав это, участники по одному забрали снаряжение и разошлись.
Е Фули впервые нахмурилась.
Она уже распаковала палатку и убедилась: действительно, это двухместная палатка, хотя и с натяжкой — внутри едва помещаются двое.
Но у неё сейчас трое.
Она посмотрела на Цзи Мэнчэня и Яо Ланьниня, размышляя, как же им распределиться на ночь.
Поскольку по правилам программы участники обязаны были действовать парами и не разделяться, Е Фули шла вперёд, наблюдая, как за ней молча следуют два мужчины. Никто не произносил ни слова, и атмосфера становилась всё более напряжённой.
Неизвестно, было ли это из-за подавляющей ауры Цзи Мэнчэня или по иной причине, но с тех пор как Яо Ланьнинь увидел Цзи Мэнчэня, он словно онемел. Даже когда Е Фули сама заводила с ним разговор, он отвечал односложно и рассеянно, будто его мысли были далеко.
Поняв, что он не настроен общаться, Е Фули тоже перестала настаивать и сосредоточилась на съёмке.
Было уже около восьми вечера. Ночи в горах всегда темнее обычного — вокруг не было ни уличных фонарей, ни городского шума, слышались лишь стрекотание цикад и шелест ветра в ветвях. Всё это создавало полную иллюзию первобытного леса.
Хотя на самом деле это был не совсем дикий лес — продюсеры заранее предусмотрели меры безопасности. Участок был тщательно подобран экспертами: местность в основном ровная, за исключением нескольких крутых склонов, и не представлял серьёзной опасности. Кроме того, в лесу росли съедобные ягоды — часть из них дикая, часть специально выращенная продюсерами задолго до начала съёмок.
Для большей реалистичности здесь даже разместили приручённых животных — им удалили клыки, они не проявляли агрессии и охотно шли на контакт. Если угостить их едой, можно было даже завести себе преданного питомца. Даже охранники были одеты в камуфляж и прятались в кустах, чтобы не попасть в кадр.
Но, несмотря на все усилия продюсеров, место всё равно выглядело как настоящий дремучий лес, полный опасностей.
Эффект был на высоте.
Режиссёр выдал каждому участнику по телефону с контактами всех участников и номером группы технической поддержки.
Все инструкции и объявления передавались через эти телефоны, поэтому участники то и дело проверяли их, ожидая новых указаний.
«Динь-дон!»
Через несколько минут после начала пути на телефон Е Фули пришло сообщение от режиссёра:
«Уважаемые участники! Сейчас я отправляю вам карту этого района. На ней отмечены позиции каждой команды и точки ресурсов: лекарственные травы, дикие ягоды, животные, источники воды и т.д. Если команда нарушит правила или снимется с программы, её метка исчезнет с карты. Если ресурс уже собран какой-то командой, соответствующая метка тоже исчезает. Ресурсы ограничены — кто первый, того и хлеб!»
«Сегодняшняя ночь знаменует начало соревнования. Пожалуйста, как можно скорее выберите место для лагеря. Команда, первой определившаяся с локацией, получит максимальное количество очков.»
Сразу после этого режиссёр отправил всем мини-приложение с таблицей лидеров, где отображались текущие очки каждой команды.
Е Фули посмотрела — у всех ноль.
Но по карте было видно, что некоторые команды уже почти выбрали место для лагеря.
Е Фули не собиралась отставать. Она тут же достала телефон, проверила направление ветра и ориентировку по компасу, и решила разбить лагерь на ровной площадке на вершине холма.
Она внимательно осмотрела окрестности и поняла: это место идеально. С трёх сторон его прикрывали горы, защищая от ветра, оно находилось далеко от обрывов, рядом протекала река, а само расположение — в центре зоны — позволяло быстро добираться до любых точек ресурсов. Кроме того, поблизости не было других команд.
Определившись с местом, Е Фули повела Цзи Мэнчэня и Яо Ланьниня к вершине.
Она была рада, что перед поездкой засунула в голову несколько книг по выживанию в дикой природе — иначе в этом жёстком шоу она бы совсем растерялась.
Цзи Мэнчэнь и Яо Ланьнинь по-прежнему молчали. С того момента, как Е Фули начала действовать самостоятельно, они превратились в её молчаливых последователей, безучастно глядя в камеру с видом людей, готовых принять любую судьбу.
Е Фули чувствовала, что с ними что-то не так, но сейчас у неё не было времени разбираться — да и операторы рядом мешали задавать вопросы. Поэтому она просто продолжала съёмку.
В то время как у Е Фули всё шло гладко, у пары Су Линъэр и Сун Сюя начались проблемы — они уже поссорились из-за выбора места для лагеря.
http://bllate.org/book/4187/434387
Готово:
