Но Сян Чжуфэн, как ни размышлял, не мог отыскать ни единой причины, ни единого подходящего повода, который заставил бы Синь Юаня точно так же пожелать не расставаться с ним.
Сян Чжуфэн не стал отвечать сразу, а сменил тему:
— Когда я был маленьким, родители вечно говорили, что я похож на мартышку: сегодня на забор лезу, завтра черепицу с крыши срываю, вечно ходил весь в синяках да шишках.
— Тогда мама сходила в храм и попросила для меня поясную цепочку, сказав, что стоит лишь носить её при себе — и она будет оберегать от любых бед.
Сян Чжуфэн приподнял одежду, обнажая тонкую красную нить вокруг талии, к которой были привязаны крошечный замок на удачу и нефритовая бляшка жуи.
Заведя руку за спину, он расстегнул её одной рукой и кончиками пальцев погладил прижавшиеся друг к другу нефритовые подвески.
— Раньше я совсем в это не верил, пока в тот день, когда произошла авария, в живых не остался только я один.
Бви брови Сян Чжуфэна сошлись на переносице, скрывая большую часть эмоций на дне глаз, но в них всё ещё таилась едва заметная, неизбежная печаль:
— Только вот жаль, у меня уже не будет шанса вернуться в прошлое и подарить им пару таких же.
С самого первого взгляда на Сян Чжуфэна Синь Юань думал о том, почему на свете существует столь лучезарный и устремленный вперед человек. Он напоминал сгусток яркого, но не обжигающего тепла — стоило лишь немного приблизиться к нему, как начинал ощущать необъяснимую безопасность и силу.
До такой степени, что перед лицом нынешнего Сян Чжуфэна Синь Юань совершенно забыл о собственном плачевном виде и хотел лишь протянуть руки и обнять его.
— Но хорошо, что сейчас еще не поздно.
Среди растерянности Синь Юаня Сян Чжуфэн снял замок на удачу и тут же сплел из оставшегося куска красной нити небольшой браслет, накрепко закрепив замок прямо посредине, после чего обернул его вокруг запястья Синь Юаня.
— …Эту вещь такой важности, как ты можешь отдать мне?
Синь Юань был слишком ошеломлен и инстинктивно отдернул руку, но Сян Чжуфэн тут же поймал её в ладонь.
Сян Чжуфэн безапелляционно завязал мертвый узел, не оставив Синь Юаню ни единого шанса развязать красную нить, кроме как грубо разрезать её.
А затем, глядя на него, произнес:
— Я хочу, чтобы ты пообещал мне: где бы ты ни находился в будущем, ты всегда будешь в безопасности.
У Синь Юаня с детства было слабое здоровье, простуды и лихорадки случались у него так же часто, как приемы пищи и сон. Недуги, от которых обычные люди оправлялись за три-пять дней, у него вечно тянулись урывками по десять-полмесяца.
Но на этот раз, то ли потому что Сян Чжуфэн неотлучно дежурил у его постели день и ночь, то ли охвативший запястье замок на удачу оказался столь чудодейственным, на третьи сутки Синь Юаню стало значительно лучше.
С самого раннего утра Сян Чжуфэн засуетился в комнате.
Электропроводка в съемном жилье сильно износилась, розетки на кухне барахлили, пламя на газовой плите то разгоралось, то угасало. Сян Чжуфэн хотел сварить для Синь Юаня куриный суп, промучился полдня и в конце концов пустил в ход самую первобытную угольную печку — раздувая огонь вручную, он по капле довел его до готовности.
— Садись, выпей суп.
Комната наполнилась густым ароматом куриного бульона, и Сян Чжуфэн, держа в руках миску, сел на край кровати.
Синь Юань только было потянулся, чтобы взять её, но Сян Чжуфэн уселся прямо рядом с ним, зачерпнул ложку супа, подул на неё и лишь затем поднес к губам Синь Юаня:
— Открой рот.
К такой жизни, когда еда сама идет в рот, а одежду подают в руки, поначалу Синь Юань привыкал с большим смущением.
Однако Сян Чжуфэн использовал в качестве оправдания то, что его родители ушли слишком рано и он никогда прежде не испытывал чувства заботы о ком-то, и на вполне законных основаниях заставил Синь Юаня наслаждаться его сервисом на триста шестьдесят градусов без единой мертвой зоны.
Сян Чжуфэну очень нравилось смотреть, как ест Синь Юань. Точно так же, как те маленькие бездомные животные, которых он часто подкармливал: поначалу они всегда насторожены, но во время еды постепенно опускают хвосты, трутся подбородком о его ладонь, а насытившись, даже начинают доверчиво показывать ему животы.
Синь Юань тоже чувствовал, что Сян Чжуфэн наверняка превратил кормление его в какую-то забаву. Когда Сян Чжуфэн обманом заставил его выпить всю пиалу супа до дна и попытался скормить еще и большую куриную ножку, Синь Юань наконец оказал сопротивление.
— Я правда уже совсем сыт, больше нельзя есть, — твердо заявил Синь Юань.
— С твоими аппетитами ты ешь даже меньше, чем кошка у входа в подъезд.
Сян Чжуфэн продолжал держать очищенную от костей куриную ножку возле губ Синь Юаня, реальными действиями отвергая его протесты.
Синь Юань поджал губы и молча противостоял Сян Чжуфэну несколько секунд, после чего внезапно откинул плед, в который его завернул Сян Чжуфэн, и выпятил свой животик.
— Не веришь — потрогай сам, здесь уже всё надулось.
Увидев, что Сян Чжуфэн никак не отреагировал, он даже качнулся ближе к нему.
Зачастую Сян Чжуфэн чувствовал в Синь Юане несоответствующую этому возрасту наивность — казалось, тот никогда не испытывал жизненных тягот, и стоило сказать ему какую-нибудь шутку, как он тут же принимал её за чистую монету и брал в толк.
Сян Чжуфэн сдержал улыбку, отставил пиалу в сторону, действительно просунул руку под свитер Синь Юаня и, сделав вид, что пару мгновений гладит его, неожиданно ущипнул того за бок.
Синь Юань испуганно сжался и вытаращил глаза на Сян Чжуфэна.
— Ты чегоешь?!
Сян Чжуфэн звонко рассмеялся:
— Ты же сам велел мне потрогать, но не уточнил, где именно, верно?
С этими словами он нарочно растопырил пальцы, изображая движение, будто собирается продолжить щекотать Синь Юаня.
Синь Юань от смеха нырнул обратно под одеяло, превратившись в очень сердитого шелкопряда.С тех пор каждый раз, когда Сян Чжуфэн приходил измерить температуру, Синь Юань настороженно следил за ним, опасаясь, что стоит лишь на секунду потерять бдительность, как тот снова ущипнет его за чувствительное место.
К счастью, к вечеру третьего дня жар окончательно спал, и у Сян Чжуфэна больше не было предлога продолжать свои вольности.
— Сян Чжуфэн, у тебя телефон звонит.
Сян Чжуфэн как раз изучал документы за столом. Видя, что он полностью погружен в работу, Синь Юань сам ответил на звонок и поднес трубку к его уху.
В первые мгновения на лице Сян Чжуфэна отразилась явная радость, но уже через несколько секунд он нахмурился. Даже не успев отложить бумаги, он вскочил и начал лихорадочно что-то искать в комнате.
Синь Юань перепугался и замер в стороне, не зная, что делать.
— Что случилось? Что-то стряслось?
Сян Чжуфэн быстро выудил банковскую карту, обхватил Синь Юаня за плечи и наставительно произнес:
— У меня срочное дело, нужно уйти. Вернусь — всё объясню. Не ходи никуда, запрись внутри и никому не открывай дверь, кроме меня.
Он достал усиленный замок, который купил специально для этого случая, и вложил его в руки Синь Юаня:
— И включи звук на телефоне, чтобы я мог связаться с тобой в любой момент. Если что-то случится, первым делом звони мне.
Синь Юань никогда раньше не видел Сян Чжуфэна в таком растерянном состоянии. Он не мог даже представить, что могло так выбить его из колеи. Тревога не отпускала его, и он изводил себя дурными мыслями вплоть до десяти часов вечера, пока наконец Сян Чжуфэн не вернулся.
Сян Чжуфэн выглядел так, будто его присыпало невидимым слоем пепла. Он казался совершенно изможденным, вошел в комнату молча и залпом выпил целый стакан воды.
Синь Юань заметил у него в руках стопку квитанций — сплошь счета из больницы.
На них были напечатаны названия бесконечных обследований: коронарография, эхокардиография, анализ на натрийуретический пептид, коагулограмма, показатели функции печени и почек и многое другое.
— Эти обследования… они для кого?
Синь Юань осторожно всматривался в лицо Сян Чжуфэна, боясь задеть его за живое и причинить еще больше боли.
— Это одна бабушка, моя бывшая соседка. Она всегда очень хорошо ко мне относилась.
Сян Чжуфэн закрыл глаза и тяжело выдохнул:
— Я же говорил тебе о той девочке с нарушением свертываемости крови, как у тебя? Это ее внучка.
Вспомнив реакцию Сян Чжуфэна, когда тот впервые узнал о его недуге, Синь Юань сразу понял, насколько эта женщина дорога ему. Никаких дополнительных объяснений не требовалось.
— Бабушка уже пожилая, у нее давно проблемы с сердцем. В прошлом году она проверялась в уездной больнице, врачи советовали ехать в большой город на операцию. Но у внучки тоже слабое здоровье, ради ее лечения семья уже продала дом. Бабушка не хотела быть обузой, вот и тянула до последнего.
В глазах Сян Чжуфэна сквозило горькое раскаяние:
— На самом деле мне не хватало совсем чуть-чуть…
Он внезапно осекся и лишь спустя несколько секунд продолжил:
— А сегодня позвонил ее сын и сказал, что бабушка потеряла сознание. Врачи с трудом вытащили ее с того света, говорят, состояние ухудшилось. Нужно срочно везти ее сюда на полное обследование, да и стоимость операции теперь будет в разы выше.
Синь Юань всегда удивлялся: почему Сян Чжуфэн, получая государственную стипендию и работая на износ, всё равно живет в такой нужде? Он думал, что тот просто привык к чрезмерной экономии, но теперь понял, что Сян Чжуфэн обрекал себя на такие лишения, чтобы помогать соседке, с которой его даже не связывали кровные узы.
— Сколько не хватает? Я могу дать тебе сейчас, — выпалил Синь Юань.
Сян Чжуфэн покачал головой:
— Это не та проблема, которую можно решить просто деньгами. Я уже записал ее на все обследования, ждем результатов, а потом будем ждать решения больницы.
— Десяти тысяч хватит? — Синь Юань волновался даже больше, чем Сян Чжуфэн. — А двадцати?
— С чего бы у тебя было столько денег? — переспросил Сян Чжуфэн.
Синь Юань только сейчас осознал, насколько неуместно прозвучали его слова, и поспешил оправдаться:
— Это режиссер Ван Мугэ… он несколько дней назад перевел мне предоплату через ассистента… я могу отдать всё тебе.
Сян Чжуфэн промолчал, продолжая смотреть на него. Синь Юань прекрасно знал: при таком гордом характере, даже если бы Сян Чжуфэну стало в десять, в сто раз тяжелее, он бы ни за что не принял ни гроша от другого человека, тем более такую огромную сумму, как десять или двадцать тысяч.
— Не волнуйся, я ведь даю их тебе в долг, а не просто так.
Синь Юань внимательно следил за выражением лица Сян Чжуфэна:
— К тому же, ты ведь скоро начнешь работать в Корпорации Ханьхай. Ты такой талантливый, точно сможешь заработать много денег. Когда разбогатеешь, просто вернешь мне всё…
Синь Юань всё еще подбирал слова, пытаясь придумать убедительный повод, чтобы Сян Чжуфэн принял помощь, но тот вдруг сделал два шага вперед и крепко обнял его.
Синь Юань оказался не готов и под натиском этих объятий попятился на несколько шагов назад.
Он в изумлении задрал подбородок, не зная, то ли обнять его в ответ, то ли оттолкнуть. Он на мгновение оцепенел, и дыхание перехватило в горле.
http://bllate.org/book/41694/5323566
Готово: