Готовый переклад The Minister I Raised Married Me / Воспитанник: Роковая одержимость властного чиновника: Розділ 7

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

В комнате Се Юньчжэн спал мертвецким сном.

Проворочавшись почти всю прошлую ночь и потеряв слишком много крови, сейчас он предавался сладкому сну, пока до него не донесся смутный аромат густой рисовой каши.

Верно.

Именно рисовый аромат.

Се Юньчжэн никогда не испытывал недостатка в еде, тем более в рисе, но впервые в жизни он почувствовал столь…

Ароматную, сладкую, нежную, мягкую. Еще не успев попробовать ее на вкус, он словно уже ощутил носом самую простую и чистую прелесть еды.

Се Юньчжэн впервые в жизни так сильно захотел поесть.

Он вмиг вынырнул из глубины сна и инстинктивно поднялся на ноги, следуя за запахом.

— Сань Цзинь, — позвал он в сторону двери.

Сань Цзинь тут же отозвался:

— Молодой господин, вы наконец проснулись.

Сань Цзинь проволновался всю ночь, не сомкнув глаз, и сторожил у порога до рассвета, смертельно боясь, что юному господину снова перережут горло. К тому же вчерашнее было его халатностью, иначе молодой господин не получил бы столь тяжелых ран.

Если бы Глава селения узнал об этом…

— Кто сегодня готовил еду? Так вкусно пахнет, — Се Юньчжэн с усилием втянул носом воздух и тут же замер.

Заболела шея.

Сань Цзинь спросил:

— Молодой господин, проголодались?

Он поспешно шагнул вперед, чтобы помочь юному господину переодеться, и доложил:

— Это жена…

Сань Цзинь не успел договорить, как его прервал холодный, суровый голос:

— Это моя мама приготовила тебе завтрак.

Пэй Хэчжи стоял в дверях, держа в руках узелок с едой, а его лицо, как и всегда, было мрачным и темным.

Услышав это, Се Юньчжэн посмотрел на дверь.

Десятилетний Пэй Хэчжи на вид казался семи-восьмилетним: худощавое телосложение, землистый цвет лица, невысокий рост. Лишь черты лица, унаследованные от матери, в столь юном возрасте уже наделяли его божественной красотой. Но в отличие от мягкой и нежной красоты его матери, линии лица мальчика были более резкими и мужественными, а из-за худобы черты казались еще более рельефными.

Особенно те пронзительные, как у ястреба, черные глаза — глубокие и отрешенные, словно бездонная пучина.

Столь выдающийся нрав в столь юном возрасте совсем не походил на сына простой деревенской женщины.

По правде говоря, Пэй Хэчжи и в самом деле не был простым человеком…

Его отец — нынешний Сын Неба, да и его мать вовсе не какая-то деревенская баба, а благородная девица из знатного рода в Столице.

На придворном пиру захмелевший император насильно овладел ею, но впоследствии старшая законная сестра выдала себя за нее и вошла во дворец в качестве благородной супруги.

Месяц спустя мать обнаружила, что беременна, но семья тайком отправила ее в загородное поместье в глуши под предлогом поправки здоровья.

Позже Юнь-нян узнала, что у старшей сестры тоже будет ребенок, к несчастью — девочка, а ее саму оставили в живых лишь ради того, чтобы она родила принца.

Юнь-нян понимала, что едва она разрешится от бремени, как ее тут же убьют. Поэтому в день родов она подкупила повитуху, инсценировала собственную смерть, чтобы вырваться на свободу, а затем вместе с Пэй Хэчжи скиталась среди простого народа, превратившись в бедную сироту с матерью.

Всем же они говорили, что муж умер и они бежали от бедствий.

— Хэ-эр, молодой господин великодушен и не станет с тобой возиться, тебе нельзя вести себя дерзко, — подоспевшая Юнь-нян мягко отчитала сына.

Она отчетливо понимала, что давно уже не благородная девица из знатного рода, и раз они с сыном угодили в логово разбойников и хотят жить дальше, им придется научиться сгибать спину.

Пэй Хэчжи понимал материнское сердце, а потому больше ничего не сказал.

Се Юньчжэн же нынче жаждал задобрить его, а потому, естественно, не собирался с ним ссориться.

— Ха-ха, пустяки. Раньше я сгоряча заставил его всё не так понять, но впредь этот юный гос… то есть я докажу ему, что у меня нет дурных замыслов против вас, — с предельной искренностью произнес Се Юньчжэн.

Услышав это, Юнь-нян немного успокоилась и добавила:

— Раз молодой господин ранен, ему не следует есть острую и жесткую пищу, поэтому я нарочно сварила немного рисовой каши. Надеюсь, молодой господин не побрезгует.

Се Юньчжэн подумал про себя: и вправду благородная девица, сколько всего она знает.

Видя, что он молчит, Юнь-нян испугалась, что он опасается отравы:

— Если молодому господину не по вкусу, эта каша…

— Нравится, нравится!

Спохватившись, Се Юньчжэн заговорил:

— Я как раз немного проголодался, каша с виду очень аппетитная, я сейчас же отведаю.

Сказав это, он вдруг о чем-то вспомнил:

— Верно. Вы — старшая, больше не нужно звать меня молодым господином. Мы с вашим сыном почти ровесники, можете звать меня просто по имени или Чжэн-эр, отец именно так меня зовет.

Если она станет звать его так же, как отец, это равносильно тому, что она признает его наполовину своим сыном. Разве тогда он не станет старшим братом Пэй Хэчжи?

И раз уж так сложится, если Пэй Хэчжи в будущем сделает большую карьеру при чиновниках, не превратится ли и он сам в человека, близкого к знати?

Се Юньчжэн сладко замечтался про себя.

Однако в ушах матери и сына Пэй Хэчжи эти слова звучали совсем иначе.

Заметив, что те молчат, Се Юньчжэн кое-что сообразил и поспешил объясниться:

— Вы не так поняли. Я к тому, что звать меня по имени слишком чужое. Если матушка Юнь не против, впредь можете звать меня А Чжэн.

С этими словами он перевел взгляд на стоявшего рядом Пэй Хэчжи:

— А ты просто зови меня по имени.

Увидев, что они все еще чувствуют себя скованно, он сам усадил их за стол:

— Давайте-давайте, присаживайтесь и поедим вместе. Мы, разбойники, — люди благородные и преданные долгу, раз вы помогли мне, отныне мы одна семья.

Раз уж они семья, у тех двоих больше не будет причин уничтожать его вместе с отцом-разбойником, верно?

Но для матери и сына Пэй Хэчжи его намеки звучали совсем иначе.

Разве можно описывать разбойников словом преданные долгу?

Юнь-нян решила при первой же возможности хорошенько объяснить сыну истинное значение слова благородство и преданность.

Пэй Хэчжи же посчитал, что в словах Се Юньчжэна кроется какой-то скрытый подтекст.

И верно.

Не успела мысль угаснуть в его голове, как из-за двора донесся какой-то шум.

Се Юньчжэн тоже услышал его:

— Почему снаружи так шумно?

Сань Цзинь вышел наружу, чтобы взглянуть, а затем вернулся с докладом:

— Докладываю молодому господину, кажется, это Глава селения...

— Мой отец? Он что, снова собрался спускаться с горы?

Отец только что поднял на гору целую партию добычи, по идее, ему не положено так быстро снова идти на грабеж. К тому же его отец не грабил кого попало: обычные люди внизу сами недоедали и ходили в лохмотьях, даже если напасть на них, ничего ценного или съестного не добудешь. Поэтому его отец был умом велик: грабить — так только богачей.

Например, проезжающих мимо богатых купцов, землевладельцев и местных богатеев, захвативших земли, и даже местные продажные чиновники попадали в сферу грабежей его отца, ведь у честных чиновников не было денег, а у простого народа — зерна, которое стоило бы отнимать.

Впрочем, это увеличивало и риск разбоя, ведь богатые купцы нанимали в сопровождение мастеров боевых искусств, землевладельцы — дворовую стражу, а за продажными чиновниками и вовсе приглядывали слуги ямы. Именно поэтому его отец не спускался на грабеж каждый день: сначала он отправлял людей разведать обстановку, подыскивал цель, разрабатывал план и только потом шел на дело...

Сань Цзинь покачал головой:

— Глава селения не собирается спускаться с горы.

Се Юньчжэн не понял:

— Тогда зачем он поднял такой шум?

— Глава селения говорит... говорит, что хочет... — Сань Цзинь с заминкой посмотрел на прекрасную мать Пэй Хэчжи.

— Чего он хочет? — Се Юньчжэн потягивал горячую мягкую рисовую кашу, и его голова еще не сообразила, в чем дело.

Се Юньчжэн до самой смерти так и не женился и не завел детей.

Пэй Хэчжи сообразил быстрее.

Он сжал кулаки, и крошечная капелька бдительности, которую он только что позволил себе ослабить, вновь взметнулась до предела.

Юнь-нян, кажется, тоже о чем-то догадалась, и ее лицо слегка побелело.

Немного поколебавшись, Сань Цзинь произнес:

— Глава селения говорит... говорит, что намерен жениться на захваченной жене вожака, и сейчас сам вовсю хлопочет о свадьбе...

— Что?

Се Юньчжэн разом подскочил на месте и тут же повернулся к сидевшей рядом парочке, спешно заверяя:

— Я сию же минуту разберусь с этим! Клянусь, раз вы не хотите, я не позволю моему отцу добиться своего.

С этими словами он даже забыл про недоеденный утренний завтрак и широким шагом направился во двор отца, оставив мать с сыном переглядываться в тревоге.

Селение было небольшим, просторным казался разве что двор Се Юньчжэна, а потому любые крупные события в лагере были слышны из каждого уголка.

Быстрым шагом Се Юньчжэн добрался до двора отца и еще до входа услышал, как тот распоряжается приводить комнаты в порядок — у самых ворот уже вовсю вешали красные шелковые ленты.

Се Юньчжэн окончательно уверился в том, что его сон был вещим.

Войдя во двор, он увидел с полтора десятка мелких разбойников, вытащивших из кладовой всю утварь красного цвета.

Красный шелк — на ворота, красные фонари — под карнизы, красные вазы — в комнаты, красная бумага — на окна, даже постельное белье в комнате сменили на ярко-красное — всё в точности как на настоящей свадьбе.

А отец-разбойник перерыл всю кладовую, пока не откопал одежду из красной ткани и натянул ее на себя.

Почему именно натянул?

Потому что она была ему мала.

Отец отличался крупным телосложением, и готовое платье обычных людей было ему почти не по росту, но он все же втиснулся в него.

Одежда натянулась треща по швам, а рукава и штанины оказались короткими почти до середины.

Глядя на это, Се Юньчжэн мысленно возблагодарил небеса: к счастью, ростом он не пошел в отца — ни высок, ни мал, ни толст, ни тощ, словом, обладал телосложением образцового мужчины.

Конечно, в косатой и широкой фигуре отца не было ничего плохого, к тому же она придавала ему больше мужественности и делала похожим на настоящего разбойника, но носить такую одежду было поистине тяжело, да и выглядела она непрезентабельно.

Обычное платьице на него не налезло бы, тут требовалось заказывать у портнихи по мерке.

А они, разбойники, едва награбят добро, как тут же бегут обратно в горы делить добычу, опасаясь облавы властей — откуда у них время искать портниху для индивидуального заказа?

Именно поэтому отец выглядел несколько неряшливо, а порой и вовсе щеголял с голым торсом, подпоясавшись лишь парой рваных портков, словно какой-то неотесанный дикарь.

Чего уж говорить о прекрасной матери Пэй Хэчжи, которая и смотреть на него не желала, — даже любой нормальный мужчина едва ли смог бы оценить внешний вид его отца.

Се Юньчжэн подумал про себя: хорошо еще, что прекрасная мать Пэй Хэчжи не видела отца в таком наряде, иначе прежде она сочла бы его просто дикарем, а теперь и вовсе решила бы, что он извращенец.

Сам же отец-разбойник не обладал ни капелькой подобной самокритики.

Увидев сына, он не только не спрятался, но с полнейшей уверенностью в своей неотразимости подошел ближе и покрутился перед ним:

— Чжэн-эр, как тебе отцовский наряд?

Се Юньчжэну никак не показалось, скорее — от вида этого зрелища чуть глаза не вытекли.

Смотреть на это он не мог, но и расстраивать отца было неудобно, поэтому он поинтересовался:

— Отец, ты это к чему?

Отец-разбойник удивился:

— Не видишь разве? Твой отец собрался жениться!

Се Юньчжэн-то видел, но...

— Разве я не говорил тебе? Чтобы завоевать чье-то тело, сначала нужно завоевать чье-то сердце. Ты должен ухаживать за человеком, уважать его, делать добро, не принуждать и не угрожать, чтобы он сам, по доброй воле отдал себя тебе и всем сердцем полюбил!

http://bllate.org/book/41680/5322187

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу