— Эй, что это за звук? — Сюй Цзин говорила тихо, не обращаясь к микрофону, так что услышать её могли лишь те, кто находился на сцене.
— Похоже, это голос Сяобай… — режиссёр Линь тоже вытянул шею и вопросительно взглянул на Му Сюйи.
Тот оставался невозмутимым, устремив взгляд прямо перед собой, и не собирался вступать в разговор.
Цзин Сяочи тоже услышала их слова. Она прижала лапки к мордочке и замерла. Но что задумал её бог? Его пальцы всё ещё играли с её ушками, вызывая приятную дрожь по всему телу.
Она слегка поцарапала его ладонь коготками, но больше не издавала ни звука.
Похоже, Му Сюйи пристрастился к этой игре: то щипал её за ушки, то гладил по хвостику…
Цзин Сяочи наконец вырвалась из его ладоней, уцепилась за край кармана и высунула голову наружу.
Увы, стол загораживал обзор, и журналисты не могли её заметить.
Она глубоко вдохнула свежий воздух и подняла мордочку. В её чёрных, как бездна, глазах читалось одно лишь обвинение.
Му Сюйи опустил на неё взгляд. Возможно, из-за угла наклона, но ей показалось, что уголки его губ изогнулись особенно выразительно и обаятельно.
Она помахала лапками в воздухе в знак протеста против его недавних шалостей.
Му Сюйи, будто поняв её, слегка ткнул пальцем ей в макушку и больше не трогал чувствительные ушки и хвост.
Цзин Сяочи удовлетворённо убрала лапки, положила подбородок на край кармана и слегка наклонила голову — нагло и мило.
И, к её удивлению, это сработало: чёткие, будто нарисованные тушью, черты лица Му Сюйи смягчились, а улыбка на губах стала почти осязаемой.
Цзин Сяочи залюбовалась им и не сразу заметила, как вспышки фотоаппаратов стали ещё ярче, а щёлканье затворов — непрерывным.
Прежде чем она успела опомниться, Му Сюйи легко надавил пальцем ей на макушку, и она снова погрузилась в глубину кармана.
Цзин Сяочи не сдавалась и снова попыталась выбраться, но рука её бога накрыла её сверху и не давала пошевелиться.
Эх, ещё не насмотрелась…
Она немного обиделась, но боялась доставить ему неприятности и потому затихла.
Му Сюйи почувствовал, что его маленький питомец успокоился, и убрал руку. Подняв глаза, он мгновенно избавился от всего тепла — теперь в его взгляде осталась лишь холодная, безмолвная глубина, словно в зимнем озере.
Журналисты в зале были озадачены: им показалось или Му Сюйи только что выглядел так, будто влюблён?
Сбоку от сцены Чжан Цзе и Сяо Лю переглянулись и лишь вздохнули с досадой.
Другие, возможно, и не знали, но они-то прекрасно понимали: в кармане Му Сюйи спрятана маленькая пушистая зверушка. Они готовы были поклясться, что только что он забавлялся именно с Сяобай!
Рядом с ними стоял хрупкий, бледный юноша с безучастным лицом, но за стёклами очков в его глазах вспыхивал безумный огонь, а сжатые в кулаки руки дрожали.
—
Вернувшись за кулисы, Му Сюйи слегка надавил на карман, но ответа не последовало — значит, его маленький питомец, скорее всего, уснул.
В этот момент к нему подошла Сюй Цзин. Чжан Цзе и Сяо Лю всё ещё были рядом, и ей было неловко заводить разговор.
— Сюйи-гэ, у тебя есть минутка? Можно поговорить?
— Говори сейчас, — прямо ответил Му Сюйи.
Личные встречи знаменитостей, какими бы невинными они ни были, всегда порождали слухи.
Сюй Цзин взглянула на Чжан Цзе и Сяо Лю, которые всё ещё стояли на месте. Внутри она разозлилась, но виду не подала.
— Сюйи-гэ, «Хуанчао Энтертейнмент» постоянно тебя очерняет. Я думаю, я могу кое-чем помочь — как извинение за то, что случилось раньше…
Да не просто очерняют — откровенно намекают на полный запрет и блокировку. «Хуанчао Энтертейнмент» — крупная компания, и их угрозы имеют вес. Сейчас почти все агентства, которые раньше готовы были сотрудничать с ним, резко отстранились.
— Не нужно, — без тени волнения произнёс Му Сюйи, его тёмные глаза оставались холодными и бездонными.
Сюй Цзин не почувствовала унижения от столь прямого отказа — она решила, что он просто не хочет терять лицо.
Она вынула визитку и протянула ему:
— Сюйи-гэ, это визитка арт-директора агентства «Тунхуа Энтертейнмент». Возможно, он сможет тебе помочь.
Му Сюйи действительно бросил взгляд на карточку, но брать её не стал.
Зато Чжан Цзе прочистила горло и взяла визитку:
— Спасибо тебе.
Сяо Лю еле заметно дернул уголком губ: «Тунхуа Энтертейнмент»? Неужели это агентство Му Сюйтун?
— Не за что. Я очень восхищаюсь тобой, Сюйи-гэ, и надеюсь, что мы ещё снимемся вместе. Раньше я была глупа, но теперь всё исправлю, — сказала Сюй Цзин, и её глаза слегка покраснели, делая её трогательно уязвимой.
Чжан Цзе дружелюбно похлопала её по плечу и с трудом увела прочь.
— Похоже, со стороны тебя считают жертвой, — сказала она, глядя на Му Сюйи. — Очерняют и даже пытаются запретить? «Хуанчао Энтертейнмент» что, думает, что они боги?
— Чжан Цзе, когда лучше назначить пресс-конференцию? — спросил Сяо Лю.
Чжан Цзе пожала плечами и посмотрела на Му Сюйи:
— Это зависит от него. Он в последнее время серьёзно ленится и полностью погружён в Сяобай.
— А разве плохо получать зарплату, ничего не делая? — лениво спросил Му Сюйи и вытащил из кармана своего питомца.
Чжан Цзе прикрыла лицо ладонью: опять началось — двадцать четыре часа в сутки образцовый хозяин.
Сяо Лю тем временем уже достал собачий корм.
У них самих редко получалось есть вовремя, но Сяобай кормили строго по расписанию — это было удобно.
Цзин Сяочи проснулась, чувствуя лёгкий голод, и действительно уловила аромат еды.
Она открыла глаза и обнаружила, что её посадили на стол, а перед носом стоит коробочка с кормом.
Она оглянулась и приветственно тявкнула:
— Аууу.
Му Сюйи чуть заметно кивнул подбородком и нежно произнёс:
— Сначала поешь.
— Спишь — ешь, ешь — спишь. Сяобай, ты превратишься в свинку, — съязвила Чжан Цзе.
Цзин Сяочи вздрогнула и молча посмотрела на неё. От внезапного приступа совести она даже есть расхотела.
Она опустила глаза на своё пушистое тельце… Эх, лапок не видно.
— Похоже, в школе ты биологию прогуливала, — спокойно парировал Му Сюйи.
— Ладно, больше не буду говорить о Сяобай. Прости, — сдалась Чжан Цзе.
Цзин Сяочи снова повеселела.
Автор говорит: Простите за задержку с обновлением! Спасибо за питательную жидкость от Диндин Дундун и за первый гремучий гранат от «Сезона урожая»! Так волнительно!
Пока Цзин Сяочи молча ела корм, Му Сюйи вызвали на короткое интервью, и рядом с ней остался только Сяо Лю.
Вскоре Сяо Лю получил звонок — похоже, срочное дело. Он посмотрел на Цзин Сяочи и замялся.
— Сяобай, оставайся здесь, хорошо? Я быстро вернусь, правда!
Он хотел было взять её с собой, но вспомнил, как в прошлый раз уронил и поранил, и решил, что лучше не рисковать.
Цзин Сяочи чавкнула и спокойно уселась рядом.
— Аууу, — махнула она лапкой. Иди, иди.
— Такая умница, — улыбнулся Сяо Лю, погладил её по шёрстке и выбежал, прижимая к уху телефон.
Цзин Сяочи проводила его взглядом и уже собиралась прилечь вздремнуть, как вдруг услышала, что дверь снова открылась.
Неужели её бог вернулся?
Она радостно вскочила и уставилась на вход, но внутрь быстро вошёл худой, бледный юноша.
А, это же Сяо Цань, автор «Истинного убийцы»!
Эта гримёрка не принадлежала исключительно Му Сюйи, так что его появление не удивило Цзин Сяочи. Но почему он направляется прямо к ней с таким странным выражением лица…
Она почувствовала лёгкую угрозу и отступила в угол, пристально наблюдая за приближающимся Сяо Цанем.
— Гав-гав! — грозно зарычала она.
Сяо Цань лишь ослепительно улыбнулся и дрожащей рукой протянул к ней ладонь:
— Сяобай, пойдём со мной, хорошо?
— !!! — уши Цзин Сяочи дёрнулись, и она ещё настороженнее уставилась на него, обнажив клыки.
Но для Сяо Цаня эта крошечная собачка размером с ладонь не представляла никакой угрозы — наоборот, казалась чертовски милой.
Он крепко схватил её, и, несмотря на её отчаянные попытки вырваться и лай, надел на мордочку чёрный намордник, который полностью заглушил все звуки!
Что он задумал?!
Сяо Цань засунул её в карман, и перед глазами всё погрузилось во тьму. Она слышала только торопливые шаги!
Цзин Сяочи отчаянно пыталась вырваться, но не могла пошевелиться! Намордник, будто сшитый специально под неё, плотно обхватывал морду, и, сколько бы она ни старалась, издать звук было невозможно!
Когда Сяо Цань вытащил её из кармана, она сразу же уставилась на него взглядом, от которого любой бы давно превратился в прах!
Сняв очки, Сяо Цань сжал её крошечное тельце в руке. Его бледное лицо слегка порозовело.
Он потрогал её беспокойные лапки и прошептал сухими, потрескавшимися губами:
— Сяобай, ты такая милая… Давай жить вместе? Я буду очень хорошо к тебе относиться.
Цзин Сяочи почувствовала дискомфорт от его прикосновений и оцарапала ему тыльную сторону ладони.
Глядя на его голос и выражение лица, она всё ещё испытывала страх. Неужели этот Сяо Цань психически нездоров? Кто вообще похищает чужих собак?
Сяо Цань взглянул на царапины, из которых сочилась кровь, но, похоже, не чувствовал боли — наоборот, продолжал улыбаться.
Без очков он выглядел менее книжным и более невинным.
Цзин Сяочи никогда никого не царапала, и, увидев его рану и улыбку, постепенно успокоилась.
Похоже, он не хотел ей навредить…
Сяо Цань посадил её в железную клетку на пассажирское сиденье и завёл машину.
— Сяобай, тебе понравится наш дом. Я так долго его обустраивал!
Цзин Сяочи молча лежала в клетке, внимательно наблюдая за Сяо Цанем и обстановкой в салоне.
Писатель, пишущий для женского сайта, хрупкий и застенчивый, выглядел как типичный «маленький суб», но при этом ездил на кричаще-красном «Феррари».
Когда машина въехала в элитный жилой комплекс, Цзин Сяочи увидела надпись у клумбы и немного успокоилась.
Жилой комплекс «Лунцюань» находился в другом районе, но не так далеко от дома её бога.
Какой бы ни была причина, по которой Сяо Цань её похитил, она хотела вернуться только к своему богу…
Сяо Цань привёл её в свою квартиру.
Цзин Сяочи осмотрела простую, но уютную двухуровневую квартиру и снова перевела взгляд на Сяо Цаня.
Он радостно поднял клетку и повёл её наверх, в спальню.
— Сяобай, смотри! Нравится? — Он сделал полный круг, чтобы она могла всё рассмотреть.
Но Цзин Сяочи было не до восторгов. Она уныло свернулась в клетке и даже не смотрела на него.
— Сяобай? — Сяо Цань слегка потряс клетку и приблизил лицо. — Нравится?
Цзин Сяочи закрыла глаза и отвернулась.
Сяо Цань совсем не расстроился. Он тихо рассмеялся, явно в прекрасном настроении.
— Бах!
Внезапный громкий удар заставил Цзин Сяочи подпрыгнуть от испуга — клетка сильно тряхнуло, и она подлетела, а потом упала обратно. Больно не было, но страшно до дрожи!
Она резко открыла глаза и поняла: Сяо Цань швырнул клетку на пол.
Его улыбка исчезла, и лицо стало зловещим.
Цзин Сяочи посмотрела на него и почувствовала, как сердце замерло. Неужели она попала к психопату? Её сейчас не разрежут на кусочки?
— Сяобай, будь послушной. Я не хочу злиться, поняла? — Сяо Цань наклонился и лёгким движением постучал по прутьям клетки.
Цзин Сяочи почувствовала, как клетка дрожит, и её конечности задрожали вслед за ней.
Она прижалась к дальнему углу и больше не осмеливалась игнорировать его.
Сяо Цань снова поднял клетку, обошёл с ней спальню и спустился вниз.
Он уселся на диван, засунул руку в клетку и вынул Цзин Сяочи.
Сняв намордник, он мягко произнёс:
— Я не люблю шум. Сяобай тоже будет тихой, правда?
Цзин Сяочи почувствовала, что намордник исчез, но радоваться было нечему.
Её держал в руках, похоже, псих, и она боялась, что он в гневе швырнёт её на пол — тогда точно конец.
—
Сяо Лю вернулся в гримёрку и увидел, что чихуахуа мирно лежит на столе, не шевелясь. Он невольно замедлил шаги.
Малышка наелась и спит — как же здорово быть собакой…
http://bllate.org/book/4163/432776
Готово:
