Готовый перевод The Damp Ghost Regent / Призрак-регент и его ненасытный супруг: Глава 11

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Дверь распахнуло ударом ноги.

Пятеро в черных одеждах и масках силой ворвались внутрь, их клинки были обагрены кровью, а от самих нападающих исходила густая жажда убийства.

Двигаясь слаженно и профессионально, без лишних слов, они сразу же бросились на двоих людей, взмахнув мечами.

Движения были чистыми и стремительными — настолько быстрыми, что Линь Ханьшу не успел даже среагировать. Видя, что клинок летит прямо ему в голову, Сяо Цзинци протянул руку и резко дернул его за спину.

Тут же он молниеносно обезвредил шедшего впереди ассасина, выхватил из его рук меч и одним пинком отбросил неприятеля прочь.

С клинком наготове, будучи в одиночку и при этом с обузой за спиной, Сяо Цзинци вел равный бой с четырьмя оставшимися убийцами и даже взял верх.

Оружие сталкивалось со звоном, металл высекал искры. Никаких вычурных приемов — обе стороны метили прямо в самые уязвимые места друг друга.

Сяо Цзинци справлялся с легкостью. Разобравшись с двумя подошедшими слишком близко убийцами, он заметил, что оставшиеся двое сочли положение безвыходным и попытались сбежать, но тут наконец подоспело подкрепление.

Поняв, что уйти не удастся, оба ассасина переглянулись, раскусили спрятанные за щеками капсулы с ядом и мгновенно испустили дух.

Всюду валялись трупы.

Залитые закатным багрянцем облака пробивались сквозь оконную раму, окрашивая всю комнату в кроваво-красный цвет, выглядевший до ужаса жутко.

Сяо Цзинци отбросил ненужный меч, небрежно вытер кровь с лица и бросил подоспевшим воинам:

— Уберите тела, приведите комнату в порядок.

Командир подкрепления шагнул вперед и с легким недоумением спросил:

— Ваше Высочество, разве нам не следует проверить их личности?

— Раз они приняли яд и покончили с собой, это значит, что те, кто их послал, не оставили никаких улик. Проверять бесполезно, не стоит тратить время.

Сяо Цзинци махнул рукой и присел на краю кровати.

Внезапно о чем-то вспомнив, он поднял взгляд на стоявшего рядом Линь Ханьшу. Тот замер столбом — то ли перепугавшись до полусмерти из-за убийц, то ли остолбенев от вида тел, устилавших пол.

Тогда Сяо Цзинци перевел взгляд на командира подкрепления и добавил:

— Вели кому-нибудь сварить успокаивающий отвар и принести сюда.

Отдав приказ, тот увел часть людей, утащивших тела, а остальные остались убирать комнату.

Вскоре здесь снова воцарилась безупречная чистота — так, будто ничего и не произошло.

Послушник принес успокаивающий отвар, и Линь Ханьшу, все это время простоявший в комнате каменным истуканом, наконец ожил. Он выхватил миску из рук слуги, зачерпнул ложку и уже собирался накормить Сяо Цзинци.

Сяо Цзинци вовремя перехватил его руку, встречаясь взглядом с его чистыми, подобными талому снегу глазами:

— Это тебе нужно выпить. Разве ты не испугался только что?

— Я вовсе не испугался, — с абсолютно честным видом ответил Линь Ханьшу, на его лице и вправду не было заметно ни капли страха или ужаса.

Это заставило Сяо Цзинци слегка усомниться:

— Тогда почему ты до этого стоял неподвижно?

— Меня потрясло доблестное и боевое мастерство Вашего Высочества! — Линь Ханьшу изо всех сил захлопал ресницами, не скрывая своего восхищения. — Не ожидал, что Ваше Высочество владеет боевыми искусствами. Разобраться с этими убийцами для вас было все равно что шинковать овощи — просто невероятно круто, душа в пятки уходит!

Едва он договорил, как Сяо Цзинци внезапно отвернулся и закашлялся.

Линь Ханьшу решил, что тот просто не привык к столь искренним похвалам, и мягко предложил ему сделать глоток успокаивающего отвара, чтобы прийти в себя.

Но когда он протянул миску Сяо Цзинци, то внезапно заметил, что лицо того пугающе бледно.

Не удержав миску в руке, он уронил ее на пол. Раздался глухой стук, осколки и брызги отвара разлетелись во все стороны.

Забыв о беспорядке под ногами, Линь Ханьшу бросился к Сяо Цзинци и встревоженно выпалил:

— Ваше Высочество, что с вами? Привести сейчас лекаря?

— Все в порядке, — Сяо Цзинци перехватил его за руку и глубоко вздохнул, словно превозмогая невыносимую боль. — Просто когда используешь внутреннюю энергию, запечатанный в теле яд на какое-то время дает о себе знать.

Подняв взгляд и глядя на лицо Линь Ханьшу, полное искренней тревоги, он добавил:

— Обычные лекари тут не помогут. Поговори со мной, и время пролетит незаметно.

Линь Ханьшу опустил взгляд. Весь его вид выражал уныние, а в глазах читалась глубокая вина — он был похож на приунывшего щенка.

— Во всем виноват я, это я тянул Ваше Высочество назад. С сегодняшнего дня я обязательно начну тренироваться, чтобы защищать Ваше Высочество.

Краски полностью сошли с губ Сяо Цзинци, он выглядел до крайности ослабшим, но все же выдавил из себя беспомощную улыбку:

— Обучение боевым искусствам нужно начинать с самого детства. Растягивать сухожилия и связки, делая тело более гибким, чем у обычных людей, чтобы получить преимущество в бою. Если начнешь тренироваться сейчас, боюсь, уже поздно.

Услышав это, Линь Ханьшу сник еще сильнее — ему захотелось растянуться на полу бесполезной лужицей, из которой уже ничего не слепишь.

Собирая последние силы, он принялся вытирать пот со лба Сяо Цзинци и попытался сменить тему:

— Когда Ваше Высочество начал заниматься боевыми искусствами?

Когда же...

Сяо Цзинци вдруг вспомнил, как в пятилетнем возрасте стоял во дворе и размахивал маленьким деревянным мечом, а под цветущим деревом рядом плечом к плечу стояли двое. Мужчина обнимал женщину за талию, и оба смотрели на него так нежно и любовно, словно в их взглядах отражались весенние воды южных рек.

Это воспоминание промелькнуло лишь на мгновение и тут же угасло. Сяо Цзинци покачал головой:

— Прошло слишком много времени, я уже не помню.

Линь Ханьшу отчетливо видел, что выражение лица собеседника изменилось. «Не помнит» — ложь, а вот «не хочет говорить» — правда. Видимо, за этим скрывалось что-то, о чем ему не хотелось вспоминать.

Но Линь Ханьшу твердо верил: настанет день, когда Сяо Цзинци проникнется к нему абсолютным доверием и сам расскажет обо всем.

Он не спешил. Наклонившись, чтобы подобрать осколки керамики, он тут же услышал запрет Сяо Цзинци:

— Не трогай, еще порежешь руки, игра не стоит свеч. Оставь, пусть постоялый двор убирает прислуга.

Послушно убрав руку, он присел рядом с Сяо Цзинци:

— Хорошо, у меня больше нет вопросов к Вашему Высочеству. А у Вашего Высочества есть ко мне вопросы?

У Сяо Цзинци действительно нашелся один:

— Все вокруг твердят, что ты — звезда бедствия, но я почему-то еще ни разу воочию не видел, чтобы ты приносил несчастья тем, кто находится рядом.

Как это — ни разу воочию не видел?

А разве Сяо Суйчжоу намедни не продемонстрировал столь зрелищное падение на абсолютно ровном месте?

Линь Ханьшу уже собирался возразить, как вдруг за окном раздался раскат грома, ударивший в небольшой лесок неподалеку от постоялого двора.

Следом за этим кто-то пронзительно взвизгнул. Голос показался до боли знакомым — кажется, это был командир того самого подкрепления:

— Быстро, скорее доложите высочеству регенту! Небесные знамения! Молния обуглила тела убийц!

Линь Ханьшу тут же выпрямил спину и гордо задрал подбородок:

— Что ж, явился не запылился. Разве Ваше Высочество только что не убедился в этом сам?

Звезда бедствия — во всей своей красе.

Однако у Сяо Цзинци оставались вопросы:

— Тогда почему я провожу с тобой столько времени наедине, но со мной еще ни разу не случилось никакой напасти?

Этот вопрос разом вогнал Линь Ханьшу в ступор.

Его процессор прекратил вращение, мозг отключился, а над головой медленно материализовался вопросительный знак.

Он поднял взгляд в небеса, часто-часто хлопая густыми длинными ресницами, и застыл с выражением абсолютного недоумения на лице.

И правда.

Родители натерпелись бед, Сяо Суйчжоу пострадал, ассасины тоже влипли, и только стоило Сяо Цзинци приблизиться к нему, как все беды обходили его стороной.

Почему же так?

Неужели даже у конституции звезды бедствия рука не поднимается натворить дел, когда она видит лицо Сяо Цзинци?

Линь Ханьшу счел это объяснение весьма правдоподобным.

Он как раз собрался рассыпаться в комплиментах внешности Сяо Цзинци, как тот внезапно перехватил его за запястье и повалил на кровать.

Темные волосы рассыпались по постели подобно пролитой туши. Линь Ханьшу лежал поверх груди Сяо Цзинци, все еще крепко удерживаемый за руку — их тела соприкасались, создавая донельзя интимную позу.

Испуганно затрепетав ресницами, он поднял веки и услышал неторопливый голос Сяо Цзинци:

— Время уже позднее, давай спать.

С этими словами он свободной рукой попытался закрыть Линь Ханьшу глаза.

Линь Ханьшу предугадал его маневр на шаг вперед:

— Ваше Высочество, вы ведь не собираетесь снова меня усыпить?

План был раскрыт, рука на мгновение замерла, а затем легко опустилась на подбородок Линь Ханьшу, оглаживая его нежную кожу.

Подушечки пальцев были прохладными, но от этого прикосновения по телу побежала волна жгучего зуда.

Сжавшись в плечах и стараясь не обращать внимания на столь странные ощущения, Линь Ханьшу спросил:

— Я давно хотел спросить у Вашего Высочества: с чего это вдруг вы вечно нокотите меня до потери сознания при каждом удобном случае?

Сяо Цзинци опустил взгляд и ответил с абсолютно невозмутимым видом:

— Я разговариваю во сне и не хочу, чтобы кто-то это слышал.

Разве он сам верил в подобную чушь?

Линь Ханьшу просто не мог представить, что такой небожитель на вид станет нести во сне какую-то бредь.

Хотя в его словах и таилась доля сомнения, он все же решил подыграть:

— Ваше Высочество может мне доверяться. Мы с вами в одной лодке, и что бы вы ни говорили во сне, я никому не скажу.

Выдержав паузу, он заглянул в глаза Сяо Цзинци и, не скрывая тревоги на дне своих глаз, продолжил:

— К тому же, яд в теле Вашего Высочества бушевал совсем недавно. Я боюсь, что вам плохо, и хочу лично увидеть, как вы заснете — только тогда я смогу успокоиться.

Вокруг царила тишина.

Его слова звонким эхом упали в тишину — подобно каплям дождя, стучащим по черепичной крыше, или перезвону колокольчиков под карнизом, колышимых ветром.

Вглядываясь в прекрасные глаза Линь Ханьшу, оказавшиеся совсем близко, Сяо Цзинци внезапно перевернулся, прижимая его к постели.

Снаружи донеслись тяжелые шаги — посыльный наконец добежал до места. Едва он успел постучать в дверь, как оборвался на полуслове от окрика Сяо Цзинци:

— Вон!

Стук тут же прекратился. Бедолага, не понявший, чем вызвана такая ярость Вашего Высочества, затрясся от страха.

Помедлив мгновение, он действительно опустился на корточки, свернулся калачиком и шустро покатился прочь.

Этот грозный окрик напугал не только того, кто стоял за дверью, но и самого Линь Ханьшу.

Он никогда прежде не видел Сяо Цзинци таким — словно налетевшая грозовая буря, несущая с собой пронзительный до костей холод, способный уничтожить абсолютно все дотла.

Но Линь Ханьшу мог его понять: в конце концов, в теле Сяо Цзинци бушевали и яд, и губительные черви, и старые раны. Все это терзало его каждую секунду, и даже при самом мягком характере неизбежно наступали моменты, когда боль становилась настолько невыносимой, что срывала гнев на окружающих.

Поэтому Линь Ханьшу лишь на миг растерялся, но быстро пришел в себя и с заботливой ноткой в голосе предложил:

— Ваше Высочество все еще чувствует боль? Дайте мне порошок, я помо...

Он не успел договорить. Сяо Цзинци подался вперед, и его губы скользнули по уголку губ Линь Ханьшу.

Прикосновение было легким, словно касание крыла стрекозы, но от него все лицо Линь Ханьшу мгновенно вспыхло, а сердце забилось в бешеном ритме. Заикаясь от волнения, он выдавил из себя:

— Ва... Ваше Высочество, что вы делаете...

http://bllate.org/book/41597/5310623

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода