Выпив последнюю капли, он протянул руку, подзывая официанта, чтобы расплатиться.
В полусонном мареве Ся Ланчжэнь услышал, как кто-то зовёт его, но веки казались свинцовыми, и открыть их было невозможно.
Слова того, кто стоял у него над душой, доносились невнятно, в густом тумане сознания удавалось разобрать лишь череду команд: Встань, сделай шаг, садись.
Тут же чья-то рука обвилась вокруг какого-то предмета, его тело подалось строго вперёд и оказалось зафиксировано. Некоторое время его трясло в пути, а затем последовало резкое падение в состоянии невесомости.
Ему показалось, будто он лежит в небольшой лодке, покачиваясь на тёплых, мягких подушках.
Сколько времени прошло — неизвестно. Лодка пристала к берегу, Ся Ланчжэнь снова испытал перегрузку, тряску и невесомость, а затем опрокинулся назад и упал в мягкое углубление.
Веки наконец приоткрылись на щелочку, и перед ним под странным углом возникло лицо, с которым он познакомился совсем недавно.
Ся Ланчжэнь инстинктивно приподнялся, желая поздороваться, но его одолевала такая непреодолимая сонная дурь, что стоило закрыть глаза, как он окончательно провалился в небытие.
Когда он проснулся снова, солнце пробивалось сквозь плотные шторы у самого пола, оставляя на полу ряд золотых лучей.
Ся Ланчжэнь сел, включил комнатное освещение и лишь тогда понял, что вернулся в свой гостиничный номер.
Воспоминания о прошловечерних событиях обрывались на том моменте, когда Чэнь Цимин согласился поделиться историями о своих прошлых любовных похождениях.
Однако что именно тот рассказывал и как сам он в итоге добрался до номера, Ся Ланчжэнь помнил едва ли.
Он потёр виски, коря себя за то, что вчера перебрал. К счастью, Чэнь Цимин оказался благородным человеком — не бросил его одного и не позволил себе лишнего.
Ся Ланчжэнь поднялся, умылся и отправил Чэнь Цимину сообщение с благодарностью за заботу минувшей ночью. Тот ответил короткой фразой: [Всё в порядке].
Желая искупить вину, Ся Ланчжэнь тут же перевёл остаток долга в размере десяти тысяч иен и поинтересовался, не хочет ли Чэнь Цимин чего-нибудь полезного — он с радостью купил бы это, чтобы компенсировать обещанное накануне угощение.
Чэнь Цимин прислал ему в ответ цепочку многоточий и спросил, не забыл ли тот о своих же словах.
Ся Ланчжэнь мгновенно напрягся: неужели он в пьяном виде сболтнул лишнее и во всём признался?
Чэнь Цимин, казалось, подбирал слова. Спустя некоторое время пришёл ответ:
[Ты попросил меня поводить тебя повсюду три дня, маршрут выбираю я, расходы на еду и жилье на тебе, и вдобавок ты платишь мне по двадцать тысяч иен ежедневно.]
Ся Ланчжэнь с облегчением выдохнул: [Ты согласился?]
[Да, — ответил Чэнь Цимин. — Но учитывая, что ты можешь переводить лишь по десять тысяч в день, возникнет задержка с оплатой. На всякий случай я бы хотел попросить тебя оставить какую-нибудь расписку.]
[Без проблем!]
Ся Ланчжэнь как раз ломал голову над тем, куда податься в ближайшие дни. Он никак не ожидал, что в пьяном виде окажется настолько дельным и уладит все вопросы.
Опасаясь, как бы Чэнь Цимин не передумал, он решил ковать железо пока горячо: [Куда мы отправляемся сегодня? Во сколько встречаемся?]
Чэнь Цимин отвечать не стал, а вместо этого поинтересовался, на сколько дней забронирован его нынешний отель и не хочет ли он покинуть Токио, чтобы съездить куда-нибудь ещё.
Ся Ланчжэнь, разумеется, обеими руками поддержал эту идею и спонтанно спросил, где ещё можно полюбоваться сакурой.
Чэнь Цимин ответил, что сезон цветения вишни давно завершился и в это время года застать её удастся разве что на Хоккайдо.
Ся Ланчжэнь отмахнулся: тогда ладно, подойдёт любое место, лишь бы подальше от главных туристических точек.
Они договорились встретиться в полдень возле станции Синдзюку. Ся Ланчжэнь отправил Чэнь Цимину необходимые личные данные и с радостным предвкушением принялся собирать чемодан.
В двенадцать часов дня Чэнь Цимин с лёгкой дорожной сумкой через плечо вовремя появился перед станцией.
Двадцать минут спустя Ся Ланчжэнь всё ещё не объявился.
Сообщения оставались без ответа, на голосовые вызовы никто не отвечал — он просто пропал со связи.
Когда Чэнь Цимин уже начал гадать, не заблудился ли тот снова по своей рассеянности, у турникетов вдруг кто-то выкрикнул его имя.
Обернувшись, он увидел Ся Ланчжэня: тот волок за собой чемодан, нёс пакет и бегом выбегал из прохода. Выглядя так, будто только что преодолел долгий путь, он запыхавшийся остановился прямо перед ним.
— Прости-прости, что заставил ждать! Здесь такие запутанные развязки! Я сначала сел не на тот поезд, а когда вышел, чуть не перепутал выход...
Заметив, что от бега у того растрепались волосы, Чэнь Цимин понял, что тот не лжёт, и вздохнул:
— Главное, что нашёл дорогу, уже прогресс. Но почему ты не отвечал на сообщения и звонки?
Ся Ланчжэнь почесал в затылке:
— Телефон вчера разрядился. Я думал, что поставил его на зарядку, когда собирался, но забыл воткнуть штекер в розетку... Он вырубился вскоре после того, как я сел в поезд... Хорошо хоть я запомнил маршрут с пересадкой, пусть даже всё равно уехал не туда...
Похоже, Чэнь Цимин уже привык к его простодырной бестолковости. Молча достав из наплечной сумки портативный аккумулятор, он протянул его со словами:
— В следующий раз в такой ситуации можешь зайти в круглосуточный магазин или кофейню — там везде есть розетки. Или обратись в какой-нибудь торговый центр, попроси администратора на ресепшене подзарядить телефон на экстренный случай.
— Спасибо! — с благодарностью приняв павербанк, Ся Ланчжэнь тут же подключил его. — Я просто боялся, что ты заскучаешь в ожидании. Кстати, я купил напитки по дороге, какое тебе больше по душе?
С этими словами он качнул перед Чэнь Цимином пластиковым пакетом, раскрывая его для выбора.
Заглянув внутрь, Чэнь Цимин обнаружил там баночный кофе, минеральную воду, лимонад и ещё несколько разных напитков, отчего на секунду почувствовал лёгкое уныние:
— Зачем ты набрал столько? Вдоль дороги полно торговых автоматов.
— У меня же нет наличных, — с абсолютно невозмутимым видом заявил Ся Ланчжэнь. — Если бы я покупал в автомате, пришлось бы снова просить тебя угостить меня.
— Ах да. — Только теперь Чэнь Цимин вспомнил о финансовом положении Ся Ланчжэня. Достав из пакета бутылку минералки, он вытащил из собственного кошелька купюру в десять тысяч иен и протянул её спутнику: — Возьми на непредвиденные расходы.
Ся Ланчжэнь радостно принял деньги и с улыбкой произнёс:
— Выходит, я снова должен тебе десятку?
— Ты задолжал мне гораздо больше, я внесу это в общий счёт, — ответил Чэнь Цимин и повернулся. — Пошли, для начала надо заморить червячка.
Пообедав дешёвой и сытной говядиной на рисе в Мацуе, они сели на поезд, направлявшийся к побережью.
Из-за разгара туристического сезона вагоны были битком набиты местными жителями, приезжими из других городов и иностранными туристами.
Они встали у самого входа, устроившись в углу: то и дело проверяли телефоны, то разглядывали окружающих, то перебрасывались парой фраз.
Услышав о пункте назначения, Ся Ланчжэнь сначала засомневался: вспомнив популярные в соцсетях места съёмок Слэм Данк, он решил, что там всё кишит толпами зевак.
Чэнь Цимин быстро рассеял его сомнения, заявив, что они поедут не туда, а в Северную Камакуру.
— А в чём разница?
— На одну станцию дальше. В Северной Камакуре меньше народу, свежий воздух, идеально для пеших прогулок, а по пути можно посмотреть множество храмов. Правда, немного жаль — гортензии в это время ещё не цветут.
Ся Ланчжэня это ничуть не смутило:
— Ничего страшного, я всё равно еду не ради цветов.
— А зачем тогда? Просто чтобы поменять обстановку, погулять и поесть?
После двух дней общения Чэнь Цимин проникся к нему некоторым любопытством:
— Редко встретишь путешественников, которые не составляют план поездки. Неужели тебе не жалко тратить отпуск впустую?
— Не сказал бы, что впустую.
Ся Ланчжэнь перехватил поручень, за который держался, потому что ладонь вспотела, а ногой продолжал удерживать чемодан в устойчивом положении:
— За эти два дня я тоже побывал во многих местах и накопил всяких впечатлений.
— Раз тебя всё устраивает — ладно. — Больше ничего не говоря, Чэнь Цимин снова уткнулся в карту.
— Кстати, а что делать с багажом, если мы пойдём пешком? — Ся Ланчжэнь кивнул на свой чемодан и сумку Чэнь Цимина. — Таскать их с собой неудобно же.
— Оставим в камере хранения на станции.
— Разве в таком случае нам не придётся возвращаться обратно той же дорогой?
Чэнь Цимин указал на схему маршрута в телефоне и пояснил Ся Ланчжэню:
Будучи вполне уверен в собственном плане, Чэнь Цимин бросил взгляд на яркое солнце за окном и добавил:
— Сегодня погода отличная, облака тонкие, с побережья наверняка будет видно Фудзи.
— Правда?! — Ся Ланчжэнь невольно оживился. — Разве это не безумно красиво?
Чэнь Цимин улыбнулся:
— Да. Должно быть очень красиво.
Они снова заговорили о прошлых поездках и внезапно выяснили, что в один и тот же год отдыхали в Италии в абсолютно тот же самый период времени. Совпадали даже посещённые города и достопримечательности.
— Какое совпадение!
Ся Ланчжэнь назвал это чудом, заявив, что их встреча была предопределена самой судьбой.
Однако Чэнь Цимин отнёсся к этому скептически:
— Ты тоже ездил в Италию один? Что-то верится с трудом.
— Ха. — Ся Ланчжэнь споткнулся на полуслове, выдавил из себя сухой смешок и пояснил: — С бывшим.
— То-то же, — в голосе Чэнь Цимина читалось выражение абсолютной уверенности. — Такой подход к путешествиям без всякого плана в Европе бы не прокатил.
— Да нормально всё было.
Взгляд Ся Ланчжэня уплыл к синеве за окном, а настроение поднялось настолько, что он позволил себе дерзкую реплику:
— Встреть я тебя тогда, глядишь, тот бывший стал бы позапрошлым.
Чэнь Цимин на секунду замер и с натянутой улыбкой произнёс:
— Ты что, мне в любви признаёшься?
— Хе-хе. — Ся Ланчжэнь отвёл взгляд, осквернил лицо лукавой усмешкой и внезапно наклонился к самому уху Чэнь Цимина: — Мы оба относимся к тому же типу людей, к тому же одиноки — не слишком ли расточительно упускать шанс и ничего не замутить?
Чэнь Цимину стало щекотно, и он оттолкнул его ладонью, глядя прямо перед собой:
— Ничего подобного.
Ся Ланчжэнь с улыбкой отпрянул:
— Ну ты и невыносимый зануда.
— Брось эти шуточки, — бесстрастно отозвался Чэнь Цимин. — Ты ведь и сам не из тех, кто разбрасывается подобными вещами.
Уголки губ Ся Ланчжэня замерли на несколько секунд, а затем сошли на нет. Проронив тихое «о», он снова уставился в окно.
Атмосфера мгновенно стала неловкой, а сомнения в душе Чэнь Цимина поползли кругами, словно рябь по воде.
Почему Ся Ланчжэнь сказал, что бывший стал бы «позапрошлым»?
Значит ли это, что даже если бы они тогда завязали роман, к настоящему моменту они бы уже расстались?
Неужели он настолько пессимистично смотрит на вещи?
Он вспомнил, как прошлой ночью нёс Ся Ланчжэня в отель, а прильнувший к его спине человек точно так же внезапно наклонился к самому уху.
Обжигающее дыхание казалось дразнящим, но говорил тот совсем другое: «Не грусти».
Чэнь Цимин тогда не сразу сообразил, переспросил «что?», а Ся Ланчжэнь громко икнул и произнес:
— Не убивайся по тем, кто ушёл.
— Побудь со мной.
Именно из-за этих слов Чэнь Цимин тогда неожиданно для себя смягчился и пошёл на поводу у Ся Ланчжэня, согласившись на придуманную на ходу трёхдневную поездку.
Но сам Ся Ланчжэнь, судя по всему, ничего из этого не помнил.
http://bllate.org/book/41510/5295403
Готово: