Вскоре все уловили суть игры, и за несколько раундов никто не ошибся — ни в словах, ни в жестах. Цинь Ли Ли заскучала и тут же предложила новую игру.
— Игра такая, — объявила она. — Один говорит: «Раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь, мы пришли в какое-то место», — а следующий по кругу называет, что в этом месте есть. Так продолжается по очереди, пока кто-нибудь не запнётся или не ошибётся! За ошибку — наказание!
— На этот раз начну я! — Дуань Юйпэн поднял руку выше всех.
— Хорошо, начинай!
— Э-э-э… — задумался Дуань Юйпэн и произнёс: — Раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь, мы пришли в сад!
Ся Цзысюань тут же подхватила:
— Яблоки!
Все не отставали.
Вэнь Жао:
— Хурма!
Гун Ши Лье:
— Виноград!
Хань Хань:
— Яблоки!
Цинь Ли Ли:
— Киви!
Дуань Юйпэн:
— Груши!
Ся Цзысюань:
— Апельсины!
Вэнь Жао:
— Вишни!
Гун Ши Лье:
— Питайя!
Хань Хань:
— Лонган!
Цинь Ли Ли:
— Арахис!
Дуань Юйпэн:
— Грецкие орехи!
Настала очередь Ся Цзысюань. Она тут же закричала:
— Стоп, стоп, стоп…
— Что случилось? — не поняла Цинь Ли Ли.
— Арахис и грецкие орехи — это разве плоды деревьев? — спросила Ся Цзысюань.
— Грецкие орехи, наверное, можно считать таковыми, — задумалась Вэнь Жао и кивнула.
— Но арахиса в саду точно нет! — Хань Хань повернулся к Цинь Ли Ли.
Цинь Ли Ли растерялась:
— Похоже… арахис и правда не растёт на деревьях…
— Тогда…
Цинь Ли Ли решительно подняла бокал:
— Я пью!
И за секунду осушила целый бокал.
— Давайте теперь я начну? — хитро улыбнулась Цинь Ли Ли.
Все переглянулись. Почему-то стало ощущаться, что место это стало «опасным».
Цинь Ли Ли зловеще рассмеялась:
— Раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь, мы пришли в выгребную яму!
Кто вообще ходит играть в выгребную яму?
Дуань Юйпэн скривился от отвращения:
— Цинь Ли Ли, рядом с тобой же сидит твой парень!
Хань Хань уже привык к таким выходкам и лишь пожал плечами, показывая, что ему всё равно.
По правде говоря, ему нравилась её непосредственность.
Вэнь Жао тоже посчитала это слишком вульгарным.
Гун Ши Лье нахмурился.
Но игра продолжалась.
Дуань Юйпэн:
— Большой!
Ого, сразу пошло по-взрослому.
Ся Цзысюань:
— Окурки!
В детстве она часто видела, как дедушка курил у выгребной ямы и после бросал окурки прямо туда — бабушка туда почти не заходила, так что это было отличным способом «замести следы».
Сначала хотела сказать «малый», но передумала.
Вэнь Жао:
— Бумажки!
Ну, туалетная бумага, конечно.
Гун Ши Лье:
— Грязная вода!
Ему и правда не хотелось продолжать. Слишком уж мерзко.
Хань Хань:
— Малый!
Такой отличный вариант, а никто не сказал! Он сам его и забрал.
Цинь Ли Ли:
— Черви!
Фу…
От одной мысли становилось противно.
Дуань Юйпэн:
— Пыль!
Разве там может не быть пыли?
— Э-э-э… ну… э-э-э… — Ся Цзысюань никак не могла придумать ничего. — Ладно, я пью!
Вэнь Жао рядом с облегчением выдохнула — она тоже не знала, что сказать.
Ся Цзысюань выпила и, подумав, решила ответить той же монетой. Она посмотрела на Вэнь Жао и игриво сказала:
— Раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь, мы пришли… на тело Вэнь Жао!
И уставилась на неё с вызовом.
— А? На меня? — Вэнь Жао явно не ожидала такого поворота, но поскольку все поняли, что вопрос Ся Цзысюань был колючим, её небольшая пауза была дружелюбно проигнорирована.
Вэнь Жао собралась и ответила:
— Э-э… одежда!
Гун Ши Лье тоже не ожидал подобного вопроса. Он взглянул на Вэнь Жао и сказал:
— Длинные волосы!
Ему очень нравились её длинные, чёрные, блестящие волосы — просто загляденье.
Хань Хань тоже на секунду замер и ответил:
— Глаза!
Именно за эти выразительные, живые и яркие глаза он и влюбился в Вэнь Жао.
Цинь Ли Ли ответила без раздумий:
— Нижнее бельё!
Вэнь Жао невольно крепче прижала к груди шарф.
Дуань Юйпэн остался спокойнее:
— Обувь!
Ся Цзысюань заранее придумала свой ответ и весело сказала:
— Трусы!
Вэнь Жао тут же вспомнила утреннюю сцену, как Гун Ши Лье стирал её трусы, и лицо её мгновенно покраснело.
Вэнь Жао:
— Заколка для волос!
Гун Ши Лье:
— Губы!
И ему уже захотелось поцеловать их, но вокруг было слишком много людей.
Хань Хань:
— Носки!
Цинь Ли Ли:
— Нос!
Дуань Юйпэн:
— Ресницы!
Ся Цзысюань:
— Грудь!
Она посмотрела на слегка выступающую грудь Вэнь Жао и сглотнула. Раньше у них были примерно одинаковые размеры, а теперь у Вэнь Жао, похоже, стало больше. Неужели из-за одежды?
Вэнь Жао:
— Пальцы!
…
Несколько раундов спустя они перечислили всё: от одежды и черт лица до конечностей и даже внутренностей.
Парни старались избегать слишком интимных частей тела, но Цинь Ли Ли и Ся Цзысюань без стеснения называли всё подряд, заставляя своих парней краснеть за них.
Теперь была очередь Цинь Ли Ли. Она долго думала — ведь всё, что можно и нельзя, уже, кажется, перечислили.
— Э-э… э-э…
— Ли Ли, ты проигрываешь? — Ся Цзысюань усмехнулась.
— Кто сказал! Прокладки! — в последний момент Цинь Ли Ли почти закричала, тыча пальцем в Вэнь Жао.
Ведь её двоюродный брат только что упомянул, что у Вэнь Жао сейчас критические дни!
Дуань Юйпэн окончательно завис и молча осушил бокал.
Этот раунд начал Дуань Юйпэн. Вэнь Жао тут же обратилась к нему с мольбой:
— Староста, можешь выбрать место поприличнее?
Дуань Юйпэн и сам пострадал от предыдущих раундов и понимающе кивнул.
Следующие несколько раундов прошли с переменным успехом: кто-то проигрывал, кто-то выигрывал. Но за всё время больше всех выпил Гун Ши Лье: ему приходилось пить и за свои проигрыши, и за проигрыши Вэнь Жао.
К тому же здесь подавали крепкий байцзю, а Гун Ши Лье никогда не отличался хорошей переносимостью алкоголя. Он уже начал подшофе.
Цинь Ли Ли помогала Вэнь Жао поддерживать Гун Ши Лье и весело сказала:
— Ты первая, кому удалось напоить моего двоюродного брата до такого состояния!
— Да это всё ты! — возмутилась Вэнь Жао. — Ты же специально его подставляла!
— Ну… — Цинь Ли Ли хотела напоить Вэнь Жао, чтобы помочь брату: ведь он так много для неё сделал, и она хотела отблагодарить. Но тот начал пить за Вэнь Жао… Ну и ладно! Зато пьяный двоюродный брат — тоже забавно.
На самом деле Гун Ши Лье выпил столько же, сколько и остальные, но Цинь Ли Ли подменила его напиток на особенно крепкий, а остальным налила более слабый.
Как же иначе добиться «пьяного беспорядка»?
Она прекрасно знала, что её двоюродный брат в обычной жизни не из тех, кто проявляет инициативу, поэтому решила ему помочь.
Говорят, пьяные мужчины становятся страстными и раскованными. Правда ли это?
Ха-ха…
Хотя, на самом деле, брат и так молодец — столько выпил, и только сейчас опьянел.
Вэнь Жао смотрела на Гун Ши Лье, который уже без сознания лежал на ней, и растерялась:
— Что теперь делать?
Дуань Юйпэн уже увёл Ся Цзысюань, и остались только они вчетвером.
Если отвезти Гун Ши Лье домой, Су Вэнь обязательно будет переживать. В кампус вернуться тоже нельзя — ворота уже закрыты.
Цинь Ли Ли не раздумывая предложила:
— В отеле наверху есть номера. Просто снимите комнату на ночь!
Вэнь Жао в панике:
— Снять номер?
От этих слов стало как-то неловко.
— А что ещё делать?
— Ладно… — у Вэнь Жао не было другого выбора.
У стойки регистрации она робко спросила Цинь Ли Ли:
— А нельзя ли снять два номера?
Цинь Ли Ли, конечно, не согласилась:
— Один хватит! Кровать там, наверняка, огромная. Зачем тратить деньги на два?
Выглядела она как настоящая скряга.
Вэнь Жао:
— …
— Да и потом, — Цинь Ли Ли тут же пустила в ход эмоциональный козырь, — мой брат сейчас в таком состоянии, что может и вырвать. Ты же не бросишь его одного в номере?
Вэнь Жао покачала головой.
В итоге Цинь Ли Ли сняла один номер и вместе с Хань Ханем помогла уложить Гун Ши Лье в комнату, после чего они ушли.
Перед уходом Цинь Ли Ли ещё раз взглянула на лежащего на кровати брата и про себя подумала: «Братец, в такую прекрасную ночь не подведи меня!»
Вэнь Жао тихонько закрыла дверь и сначала сняла с Гун Ши Лье обувь, затем подошла с другой стороны, чтобы помочь ему снять куртку.
Медленно протянув руку к воротнику, она заметила, что её пальцы дрожат. Гун Ши Лье даже во сне выглядел потрясающе. Вэнь Жао невольно перевела руку к его лицу.
Едва она коснулась его щеки, как Гун Ши Лье внезапно открыл глаза и одним движением прижал её к кровати.
— Лье… Ты же не пьян?
Разве Гун Ши Лье не пьян?
Его голова кружилась, но он чётко понимал, что под ним — его Вэнь Жао.
— Лье… ты… ммм… — Вэнь Жао не успела договорить — поцелуй Гун Ши Лье обрушился на неё, быстрый и страстный, как шквал.
Его руки тоже не оставались без дела — они нетерпеливо скользили по её телу, хаотично и жадно.
http://bllate.org/book/4146/431145
Готово:
