Готовый переклад The Little Dog Whines / Щенячий скулеж: Игра наперегонки: Розділ 8

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Шагнув вперёд, Линь Чэнъань ощутил на лице порыв морского бриза, а воздух заполнился влажным запахом. Он глубоко вдохнул, позволяя застоявшейся в груди тяжести развеяться.

Подойдя к краю террасы, он достал портсигар, чиркнул зажигалкой и прикурил сигарету, издав щелчок.

В этот момент в самом дальнем углу террасы кто-то резко обернулся на этот звук.

Над головой одновременно зажглись датчики движения, и лучи света, разошедшись веером, упали прямо на мертвенно-бледное лицо этого человека.

Оказывается, лампа вовсе не была сломана, просто находившийся в тени человек не издавал ни звука.

Воспользовавшись этим светом, Линь Чэнъань разглядел того, кто прятался в темноте — это был Цзи Цянь, похожий на блуждающую в мире одинокую душу.

Заметив внезапное появление Линь Чэнъаня, Цзи Цянь растерянно моргнул. В его удивлении читалась и доля лёгкой радости: на этот-то раз он уж точно не пытался намеренно привлечь к себе внимание Линь Чэнъаня.

Он подался вперёд из угла. Линь Чэнъань уже затянулся сигаретой и вовсе не собирался уходить. Цзи Цянь прочистил горло и только было произнёс первый слог:

— Линь...

— Господин Линь, вы здесь! — появление Хэ Вэньсинь нарушило царившую на террасе тишину и лишило Цзи Цяня возможности договорить.

— Ой, братец, ты тоже тут, — следом подоспел Цзи Чжаонань и произнёс: — А я-то думал, куда ты пропал, тебя уже полдня не видно.

Лишь когда Цзи Чжаонань подошёл к самому Цзи Цяню, Хэ Вэньсинь заметила последнего, чью фигуру почти целиком заслонял Линь Чэнъань. Она сдержала рвущуюся наружу улыбку, втайне ликуя: похоже, сами небеса были на её стороне — вся семья собралась здесь вместе.

Она совладала с голосом, стараясь звучать не слишком взволнованно, и заговорила в непринуждённой манере случайной знакомой:

— Господин Линь, не ожидала снова встретить вас здесь. Только что внутри я так хотела с вами поболтать. Я жена главы семьи Цзи, а это... вы ведь наверняка знаете Сяо Цяня, так что я не буду слишком долго его представлять.

— Госпожа Цзи, здравствуйте.

Линь Чэнъань не разделял энтузиазма Хэ Вэньсинь. Подобного рода сцены он повидал в избытке, и стоило Хэ Вэньсинь открыть рот, как он тут же догадался о её намерениях.

Однако разоблачать её он не собирался. В большинстве случаев он просто отстранялся от подобных бесед, превращая их в заранее отрепетированную пьесу, где сам выступал лишь зрителем, способным оценить актёрское мастерство каждого участника.

Наступило время насладиться представлением. Линь Чэнъань лениво стряхнул пепел, и на его лице застыла безупречная улыбка.

Его взгляд легко скользнул по лицу Цзи Цяня, и он вежливо произнёс:

— Виделись, мне посчастливилось однажды выпить с господином Цзи.

— Вот и прекрасно!

Хэ Вэньсинь понятия не имела о каких-либо неприятных моментах между ними и наивно полагала, что Линь Чэнъань и Цзи Цянь по крайней мере знакомы, что вселяло в неё огромную уверенность для дальнейшего сватовства.

Она подтолкнула Цзи Чжаонаня прямо к Линь Чэнъаню, насильно вплетая того в разговор. Обеими руками опустившись на плечи Цзи Чжаонаня, она с расстановкой произнесла:

— Это мой младший сын, Цзи Чжаонань. Сейчас он учится на четвёртом курсе академии искусств на факультете скульптуры. Этот ребёнок с детства всем нравился, да и лицом вышел — в школе ему многие альфы пишут любовные письма, но он, подумать только, заявляет, что никто ему не нравится, и всех до единого отвергает.

— О? — Линь Чэнъань отреагировал именно так, как требовалось. Подняв брови, он мысленно уже выставил Хэ Вэньсинь оценку за актёрскую игру.

По десятибалльной шкале Хэ Вэньсинь заслуживала от силы четвёрку: вступление неуклюжее, фразы вычурные, к тому же она слишком спешит перейти к сути, из-за чего её ложь выглядит грубо сшитой на скорую руку.

Ходили слухи, что до замужества в семье Цзи и обретения статуса госпожи Цзи Хэ Вэньсинь вела полунищенское существование, зарабатывая на жизнь продажей палёного алкоголя по клубам. Видимо, навык плести небылицы остался у неё ещё с тех времён, оттого и получалось так жалко.

— Точно, — Хэ Вэньсинь расплылась в улыбке, обращенной к Линь Чэнъаню, и, уловив на его лице выражение, похожее на одобрение, продолжила: — Я у него спрашиваю: почему же, неужто ни один не по душе? А он мне в ответ, что любит вас, и хочет завести роман только с тем, кто сможет сравниться с вами. Но где же найти такого же выдающегося альфу, как вы?

— Сяо Нань, ведь так? Ты рад встрече с господином Линем? Поздоровайся же с ним, чего стоишь истуканом?

Она укращипку ущипнула Цзи Чжаонаня. Почему этот ребёнок и сейчас стоит ни живет ни мертв? Как же они договаривались перед выходом? Стоит дойти до ключевого момента, как он тут же пасует.

— А... я... — неожиданно оказавшись в центре внимания, Цзи Чжаонань совсем растерялся.

Его охватила паника: он теребил пальцы и даже не смел поднять глаза на Линь Чэнъаня. Опустив голову, он промямлил от страха: — Здравствуйте, господин Линь, я Цзи Чжаонань...

На этом диалог иссяк.

Долго прождав подобного вступления, Линь Чэнъань невольно тихонько усмехнулся.

Он давным-давно не встречал столь бездарной игры. Какой из Цзи Чжаонаня поклонник? Скорее, он панически его боялся, напоминая страуса в опасности, который вот-вот зароет голову в песок.

Если бы не Хэ Вэньсинь, державшая Цзи Чжаонаня за плечи и не позволявшая ему сделать и шагу назад, Линь Чэнъань не сомневался, что этот трусливый омега давно бы сбежал.

Хэ Вэньсинь совершенно не догадывалась о мыслях Линь Чэнъаня. Преисполненная самодовольства, она приняла смешок Линь Чэнъаня за знак того, что Цзи Чжаонань кажется тому милым. Она снова чувствительно ущипнула сына, призывая того расправить плечи.

— Сяо Нань, не хочешь пообщаться с господином Линем с глазу на глаз? — спросила она.

— Я... — услышав, что Хэ Вэньсинь собирается оставить их с Линь Чэнъанем наедине, Цзи Чжаонань мгновенно лишился дар речи от ужаса. Инстинктивно он всей душой противился этому, но по привычке во всём подчиняться Хэ Вэньсинь не смел вымолвить и полслова.

Беспомощно вскинув голову и не зная, у кого искать спасения, он перевел взгляд на молчавшего до сих пор Цзи Цяня, посылая ему сигнал SOS. Он отчаянно надеялся, что старший брат замолвит за него словечко и хотя бы не позволит остаться с Линь Чэнъанем один на один.

Цзи Цянь, хранивший молчание столь долго, почувствовал, как его терпение лопнуло при виде тоски на лице младшего брата. Ради Цзи Чжаонаня, а возможно, подспудно движимый и какими-то собственными скрытыми мотивами, он больше не желал позволять этому нелепому разговору продолжаться.

— Хватит! — прикрикнул Цзи Цянь.

Шагнув вперёд, он вызволил Цзи Чжаонаня из хватки Хэ Вэньсинь и, словно наседка, защищающая цыпленка, заслонил его спиной.

— Господин Линь, Сяо Нань ещё молод и пока не думает о подобном. Прошу прощения за беспокойство.

Повернувшись к Линь Чэнъаню, Цзи Цянь с достоинством поклонился. Полуприкрытые глаза и бушующие на дне зрачков глубокие, тонкие чувства были надежно спрятаны от посторонних глаз.

В этот момент со стороны могло показаться, будто он не более чем старший брат, заступающийся за младшего, и в его поступке не было ни капли личного подтекста.

— Уходим, — самовольно решив за двоих, Цзи Чжаонаня уже потянули за руку, однако путь им преградила Хэ Вэньсинь.

— Цзи Цянь, ты что творишь...?! Что за бред ты несёшь господину Линю? — с одной стороны, одаривая Линь Чэнъаня извиняющейся улыбкой, она напустилась на Цзи Цяня: — Немедленно отпусти его! Кто позволил тебе уводить Сяо Наня?

Взбешенная женщина попыталась оттащить руку Цзи Цяня, которой тот держал Цзи Чжаонаня, но впопыхах совершенно упустила из виду разницу в физической силе. Пусть Цзи Цянь и был омегой, но среди омег слыл мужчиной, и под её рывками он даже не сдвинулся с места, продолжая непоколебимо стоять на прежнем месте.

Наблюдая за этой комичной и суетливой возтней нескольких людей, Линь Чэнъань молча отступил на шаг назад, бесшумно покидая самый эпицентр бури. Он не желал ввязываться в дрязги семейства Цзи и не имел ни малейшего намерения завязывать с ними новые отношения.

Слегка кивнув скандалящей Хэ Вэньсинь, Линь Чэнъань произнёс: — Госпожа Цзи, у меня дела, я пойду, — и больше не обращал внимания на её попытки остановить его.

Уж если Линь Чэнъань решил уйти, удержать его было невозможно. Хэ Вэньсинь воочию наблюдала, как главная цель этого вечера постепенно ускользает из поля зрения, заворачивает за угол и скрывается из виду окончательно.

План рухнул из-за чьего-то вмешательства, и вся накопившаяся злость Хэ Вэньсинь обрушилась на того, кого она сочла главным виновником: — Цзи Цянь, посмотри на свои художества! Ты разрушил всё, к чему я так долго готовилась!

Она говорила всё с большим воодушевлением, вытянув шею так, что на ней вздулись вены: — Линь Чэнъань — желанная пара для любого! Как ты можешь не думать о Сяо Нане? Разве легко мне было подыскать для него такой шанс? Не на каждом же банкете можно столкнуться с Линь Чэнъанем и тем более заговорить с ним!

Услышав это, Цзи Чжаонань хотел было заступиться за брата — ведь это он сам обратился к Цзи Цяню за помощью, из-за чего тот так и поступил. Но стоило Хэ Вэньсинь свирепо зыркнуть на него, как он снова втянул голову в плечи и замолчал.

Голос Хэ Вэньсинь звенел невероятно громко. От её криков и брани прямо в лицо у Цзи Цяня заложило уши, казалось, перепонки вот-вот лопнут от чужого визга.

Тем не менее он не отступил. Выдержав её поток ругани, он глухим голосом произнёс:

— Мам, хватит.

Это был первый раз с момента его ухода из дома, когда он назвал Хэ Вэньсинь мамой. Услышав это подзабытое обращение, Хэ Вэньсинь вздрогнула всем телом и на мгновение умолкла.

Воспользовавшись паузой, чтобы перевести дух, Цзи Цянь устало прикрыл глаза, кончиками пальцев массируя переносицу. Когда же он снова раскрыл их, во взгляде, устремленном на Хэ Вэньсинь, читалось одно лишь бесконечное бессилие.

Он понимал, что вряд ли сейчас достучится до неё, но некоторые вещи всё равно должны были быть сказаны.

— Мам, перестань давить на Сяо Наня. Во-первых, они с Линь Чэнъанем банально не подходят друг другу по возрасту, а во-вторых, Сяо Нань ещё даже не окончил учебу. Заводить об этом разговоры сейчас ещё слишком рано.

Хэ Вэньсинь, разумеется, и слышать ничего не желала и не собиралась успокаиваться.

На каждое слово Цзи Цяня у неё находилось с десяток ответов. Не сумев оторвать руку сына, она вцепилась в воротник его рубашки.

— Да что ты понимаешь?! Я делаю это для блага Сяо Наня! Разве я не права, пытаясь подготовить его заранее? Для омеги сейчас как раз самый разгар золотого возраста для поиска пары! — накрашенные губы Хэ Вэньсинь скривились в издевательской усмешке, а неповиновение старшего сына распаляло её гнев ещё сильнее.

Раз уж Линь Чэнъань всё равно ушёл, она окончательно потеряла рассудок, и её злобное, мелочное нутро вылезло наружу без остатка.

— Слушай сюда, Цзи Цянь: раз твоя собственная жизнь не удалась, не смей портить попытки Сяо Наня обрести счастье!

— Я не порчу.

Длинные, остро подпиленные ногти Хэ Вэньсинь уже впились в кожу на шее Цзи Цяня, но он словно не чувствовал боли и даже не пытался отстраниться. Не мигая, он смотрел прямо на неё и слово за словом твердил: — Я не мешаю Сяо Наню искать счастье.

— К тому же, ты ведь и сама знаешь, что я живу несчастно... — в зрачках Цзи Цяня мелькнула мрачная тень.

http://bllate.org/book/41369/5273330

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу