Заданий лимит времени на выполнение задачи был невелик, поэтому, несмотря на все накопившиеся у людей вопросы, долго задерживаться на месте они не стали.
Случилось то, чего никто не ожидал, хотя втайне всё же предчувствовал: сегодня Нань Хэюй не остался в тылу, как делал это обычно, не стал делать вид, будто происходящее его не касается, а вместо этого решил подняться на борт собственной мехи. В этот раз Тань Чэньюэ должна была пилотировать меху для конвоирования космических пиратов, а на Нань Хэюя возлагалась задача по охране эскорта.
Огромная черная меха мгновенно предстала перед глазами собравшихся: она еще даже не сдвинулась с места, но от нее уже исходило подавляющее, тяжелое давление. При виде этой машины даже подчиненные Нань Хэюя невольно испытали чувство нереальности происходящего.
Неужели Нань Хэюй и впрямь собирался лично участвовать в операции?
Хотя все они слышали легенды о ранних годах генерала, в последнее время Нань Хэюй крайне редко появлялся за штурвалом мехи. Даже его собственные подчиненные были почти незнакомы с этим черным гигантом, стоявшим перед ними.
Лишь сегодня у людей выдалась возможность рассмотреть его вблизи. Меха еще не взлетела, но при одном взгляде на эту исполинскую громадину, замершую прямо перед ними, становилось очевидно, какой густой жаждой убийства она пропитана.
В собственности Нань Хэюя находилось три мехи, и все они были выкрашены в абсолютно черный цвет. Машина, которой он управлял сейчас, была не только крупнейшей среди его личных мех, но и вообще самой большой из всех боевых мех, состоявших на вооружении во всем Звездном союзе.
Для военных это было общеизвестным фактом, но лишь подняв головы и воочию увидев меху, возвышавшуюся подобно небольшому холму, люди наконец-то смогли по-настоящему осознать всю грандиозность этой машины.
Перед тем как официально подняться на борт, люди Тань Чэньюэ привели пленного космического пирата. Прежде чем отправиться на Столичную планету, им предстояло завершить передачу и сверку личных данных на Планете Люелелань.
Задание было принято прежним владельцем тела в самый последний момент, поэтому Нань Хэюй толком ничего о нем не знал. Пока они ожидали доставки заключенного, он наконец вспомнил об одном обстоятельстве, которое до сих пор упускал из виду.
В Империи Ланьцзюнь насчитывалось менее десятка генералов-полковников, причем прежний владелец тела вместе с Тань Чэньюэ входили в число тех немногих, кто обладал реальной властью. Кто этот перевозимый пират? Почему Военное министерство поручило задание Тань Чэньюэ и даже разрешило присоединиться к нему Нань Хэюю?
Спустя несколько минут ожидания Нань Хэюй наконец дождался главного сегодняшнего «героя». Вопреки его ожиданиям, прибывший вовсе не выглядел свирепым злодеем.
Толстовка дымчато-розового цвета в сочетании с чуть удлиненной чёлкой... С какой стороны ни посмотри, этот пират был похож на старшеклассника.
Пока Нань Хэюй, разглядывая его, погрузился в глубокие раздумья, толпа конвоиров впереди внезапно заволновалась. Стоило ему поднять голову, как он увидел, что юноша, у которого только что сканировали биометрические данные, резко развернулся и посмотрел прямо на него. Поведение это выглядело откровенно странным, и в тот же миг, как юноша повернулся, окружавшие его военные быстро заступили ему за спину, загораживая обзор.
Этот космический пират смотрит на него?
Поколебавшись, Нань Хэюй не стал подниматься в меху и медленно направился к юноше. Заметив приближение Нань Хэюя, заслонявшие парня солдаты на мгновение замешкались, но в конце концов расступились, давая ему дорогу.
Нань Хэюй остановился прямо напротив юноши. Увидев это, тот внезапно выпрямился.
Генерал, — тихо позвал он Нань Хэюя, заодно одарив его слегка робкой улыбкой.
Услышав это, Нань Хэюй невольно замолчал. Здесь присутствовало два генерала-полковника, так почему же космический пират посмотрел именно на него и с таким выражением лица? Неужели прежний владелец тела проворачивал с этим пиратом какие-то тайные делишки в прошлом, и теперь тот рассчитывает шантажировать его?
При мысли о такой возможности на сердце генерала легла тяжесть, однако он сохранил хладнокровие и прямо спросил: — Что-то случилось?
Услышав это, пират снова покачал головой, бросил на Нань Хэюя многозначительный взгляд и вновь отвернулся.
...
Этот взгляд был донельзя странным. Даже когда Нань Хэюй уже поднялся на борт мехи и взмыл в открытый космос, он все еще продолжал раз за разом всплывать в его памяти.
Кто этот пират? И какие отношения связывали его с ним?
Как только меха перешла в автоматический режим пилотирования, Нань Хэюй наконец через внутреннюю Звездную сеть Военного министерства отыскал досье с личными данными этого пирата. Его звали Гу Минчжи, он совсем недавно совершеннолетний, а по профессии являлся архитектором Звездной сети. Несмотря на столь юный возраст, Гу Минчжи входил в ближний круг главного главаря космических пиратов и пользовался его полнейшим доверием.
Казалось, это действительно объясняло, почему Имперское министерство обороны поручило именно Нань Хэюю и Тань Чэньюэ сопровождать его. Но это по-прежнему не давало ответа на самый глубокий вопрос, терзавший Нань Хэюя.
Был ли Гу Минчжи знаком с ним раньше? И каковы были его отношения с прежним хозяином тела? Нань Хэюй отчаянно пытался вспомнить хоть что-то, но его мозг упорно отказывался выдавать хоть малейшую полезную информацию.
Будучи ключевой фигурой в банде пиратов, Гу Минчжи занимал крайне специфическое положение. Точно так же, как и упоминалось в оригинальном произведении, не успел отряд мех пролететь и половины пути, как поступил экстренный сигнал, извещавший о нападении пиратов.
В тот же миг все мехи сомкнули ряды, плотным кольцом окружив ту из них, в которой перевозили пирата. Как ни удивительно, но, несмотря на недавнее переселение душ, при виде этой картины Нань Хэюй не почувствовал ни капли паники или растерянности. Напротив, кончики его пальцев слегка дрожали от возбуждения.
Каждая клетка тела Нань Хэюя ликовала, словно горный орел, почуявший запах крови в безмолвной пустыне.
Он медленно выровнял дыхание и положил руку на панель управления.
Вперед... Вперед! — голос в голове неотступно подгонял и подбадривал Нань Хэюя. Он глубоко вздохнул и устремил взгляд вперед.
Прошло всего несколько секунд, как остальные увидели, как огромная меха вспыхнула ярко-темно-фиолетовым светом, а затем вырвалась из самого центра строя. Нань Хэюй не стал прятаться за спинами товарищей, как бывало прежде, а ринулся вперед первым. Если все его предыдущие поступки еще можно было как-то оправдать, то сейчас он определенно поверг всех окружающих в шотаковой ступор.
С чего это вдруг этот прославленный любитель отсиживаться за чужими спинами генерал так круто переменил свои привычки?
Не только коллеги Нань Хэюя, но даже сами пираты на мгновение растерялись от его внезапного появления. Почти никто не узнал эту черную меху — они увидели лишь то, как черная громадина, сияя огнями, несется к ним издалека, а затем идет в атаку с совершенно непреодолимой мощью.
Тань Чэньюэ, находившийся неподалеку, медленно нахмурился, а затем перевел взгляд на то место, где находился Нань Хэюй.
В отличие от остальных, он вовсе не задавался вопросом, что же стряслось с Нань Хэюем. Вместо этого он вспомнил одну вещь: в отличие от него самого, родившегося с серебряной ложкой во рту, Нань Хэюй не имел за душой абсолютно никаких влиятельных покровителей. Всего, чего он добился, дослужившись до нынешнего поста, он достиг исключительно собственными силами, пробивая себе дорогу в бою за боем.
Быть может, человек, предстающий сейчас перед их глазами, и был настоящим Нань Хэюем.
— Он ведь силен, верно? — неожиданно подал голос Гу Минчжи, запертый в задней части кабины. Тань Чэньюэ невольно обернулся к нему. Заметив, что Тань Чэньюэ смотрит на него, Гу Минчжи кивнул на окно — судя по всему, опасаясь, что тот не поймет его слов. — Я говорю о Нань Хэюе. Он сильнее тебя.
Тань Чэньюэ прожил на свете немало лет, но впервые ему доводилось слышать, чтобы кто-то разговаривал с ним в подобном тоне.
Стоило Гу Минчжи произнести эти слова, как остальные военные в мехе напряглись: очевидно, они решили, что этот пират пытается посеять рознь между Нань Хэюем и Тань Чэньюэ.
Они уже собирались сделать Гу Минчжи внушение, как вдруг Тань Чэньюэ, не выказав ни малейшего признака гнева, напротив, задал ему встречный вопрос: — Ты им восхищаешься?
Гу Минчжи приоткрыл было рот, собираясь что-то сказать, но тут же захлопнул его, покачал головой и бросил: — Кажется, тебя это не касается.
Тань Чэньюэ потерял всякий интерес к дальнейшему разговору с Гу Минчжи, потому что заметил, как из воздушного пространства неподалеку к ним приближается еще несколько огромных мех темно-красного цвета, которые стремительно брали Нань Хэюя в кольцо.
Атмосфера вмиг стала до предела натянутой. Хотя большинство присутствующих здесь составляли подчиненные Тань Чэньюэ, а с Нань Хэюем у них были крайне натянутые отношения, в данный момент все они представляли единое целое — Империю. Никто не желал гибели Нань Хэюя, даже если они и были соперниками.
Однако все дальнейшее показало, что их тревоги были напрасны.
Черная меха, при всей своей чудовищной громоздкости, не казалась неповоротливой ни на йоту. Напротив, сочетание столь внушительных габаритов с ювелирной точностью управления нагоняло на противника суеверный ужас. Из-за появления Нань Хэюя все вражеские мехи разом оставили попытки атаковать Тань Чэньюэ и переключились на окружение нового противника.
И тем не менее Нань Хэюй не выглядел загнанным в угол. Более того, чем дольше продолжался бой, тем увереннее он действовал: каждое его движение отличалось такой плавностью и совершенством, словно было продиктовано чистым инстинктом. Стиль боя Нань Хэюя был донельзя жестким и стремительным, так что даже его собственные подчиненные и люди Тань Чэньюэ не смели приближаться ближе, опасаясь попасть под горячую руку.
Тем, кто не мог напрямую участвовать в схватке, оставалось лишь наблюдать со стороны, обеспечивая дальнюю огневую поддержку. И вот тут те, кто неотрывно следил за ходом боя, испытали абсолютный шок — поистине генеральский уровень! Его оценки маневров противника оказались безошибочны от начала и до конца: несмотря на то, что он был взят в плотное кольцо, эта колоссальная меха не получила ни единой царапины. Это был чистейший мастер-класс по пилотированию, достойный учебников.
Нань Хэюй никогда не страдал тягой к сражениям, но сейчас он неожиданно увяз в этом состоянии с головой. Это было на уровне мышечной памяти... Но почему обладавший подобными инстинктами прежний владелец тела в последние годы предпочитал прятаться за чужими спинами? Как ни старался, Нань Хэюй не мог найти ответа на этот вопрос.
Пираты изначально рассчитывали застать их врасплох, но никак не ожидали, что Нань Хэюй полностью сломает им всю игру. Поняв, что дело приняло дурной оборот, они немедленно отдали приказ к отступлению. Обстановка в здешнем секторе космоса была слишком сложной, так что преследовать отступающих по пятам не стоило. Убедившись, что пираты действительно отступают, все имперские мехи начали вновь собираться в единый строй.
Нань Хэюй шумно выдохнул, после чего машинально опустил взгляд на собственные руки, все еще лежавшие на панели управления. Неужели бой окончился? Будучи тем самым пилотом, что вел меху в бой, Нань Хэюй почему-то вновь ощутил неуловимое чувство нереальности происходящего.
Он выровнял дыхание и уже собирался развернуть машину обратно.
Но в этот самый момент внутренние системы мехи Нань Хэюя издали короткий звуковой сигнал, и прямо в его наушниках раздался голос: — А ты все такой же, как в те годы.
— Это был сигнал, отправленный пиратами напоследок перед уходом.
http://bllate.org/book/41130/5235831
Готово:
