Взяв чистую одежду и собираясь направиться в ванные комнаты, он замер на месте.
333: [Согласно образу...]
Чу Сюэ: Мне ведь следует мыться в ванной при главной спальне, да?
333: [√]
Чу Сюэ: Но... сейчас здесь никого нет, мне что, тоже обязательно поддерживать образ?
333: [Я здесь.]
Чу Сюэ мысленно закатил глаза: ладно.
Так или иначе, Бо Яньюя сейчас всё равно нет дома, так что эти пять очков за поддержание образа Чу Сюэ обязан был заработать.
Шагнув в ванную при главной спальне, Чу Сюэ мгновенно понял, почему прежний владелец тела так тосковал по этому месту.
Не говоря уже о просторной мраморной раковине и огромном умном зеркале, сама ванна была встроена в стену. Эта белоснежная матовая чаша была настолько огромной, что в ней спокойно могли бы поместиться три-четыре человека.
А прямо за ней открывался вид на ночной город, постепенно погружающийся во тьму после заката.
Если бы была возможность, Чу Сюэ предпочел бы, чтобы Бо Яньюй вообще не возвращался сегодня ночью — ему хотелось проспать в этой ванне до самого утра.
Тёплая вода разморила Чу Сюэ, и его начало клонить в сон. Он достал телефон и принялся листать ленту с комментариями. По мере того как его палец скользил по экрану, его взгляд выхватил что-то смутно знакомое.
Вернувшись чуть назад, он обнаружил, что это был Сюй Цинъяо.
Его аватарка показалась ему знакомой.
Поначалу во время битвы PK он не стал приглядываться, но теперь, увеличив аватарку Сюй Цинъяо, Чу Сюэ отчетливо увидел там того самого розового кролика, которого он отправил сегодня утром в подарок.
Еще страшнее было то, что у этого кролика оказалось сломано одно ухо.
Прежде столь милые пуговицы-глазки теперь вызывали у Чу Сюэ лишь леденящий душу ужас.
Чу Сюэ был готов заплакать от страха: хотя одним из условий прохождения игры для него было уничтожение главным героем-атакующим, перспектива столкнуться с угрозой так быстро всё равно пугала его, человека без опыта работы в качестве сотрудника.
— Система, система, сколько у Сюй Цинъяо очков злодея? Он ведь не убьет меня?
333: [Тридцать. Хотя скорость и очень низкая, значение действительно немного выросло, это странно.]
[Однако эта цифра еще не представляет для тебя угрозы.]
Хотя система и попыталась его успокоить, Чу Сюэ не мог полностью расслабиться. Ему уже перехотелось принимать ванну, и с замирающим от тревоги сердцем он поднялся из воды.
— Есть ли у меня завтра занятия, не окажусь ли я снова в одной аудитории с Сюй Цинъяо...
Чу Сюэ на ходу натягивал одежду, а его похолодевшие пальцы уже лихорадочно проверяли расписание на завтра.
Щелк.
— А-а-а!!
Внезапный шум раздался прямо у самого уха, до смерти перепугав Чу Сюэ. В панике пытаясь броситься в сторону, он поскользнулся.
Мир вокруг него перевернулся.
Едва отворив дверь, Бо Яньюй увидел, как его прекрасный маленький сосед по комнате плашмя рухнул на пол. Тот еще не успел натянуть пижамные штаны, и его стройные, прямые и белоснежные ноги оказались прямо перед ним.
Глава 6. Продажный стример (6)
Сегодняшний пейзаж казался поистине прекрасным.
Нежно-голубая ткань облегала мягкие округлости, а еще не высохшие прозрачные капли воды под действием силы тяжести медленно скатывались с коленей Чу Сюэ по внутренней стороне бедер, вычерчивая изящную дугу.
Ярость, с таким трудом подавленная Бо Яньюем сегодня в полдень, при виде этой картины мгновенно взметнулась вверх с новой силой.
Мякоть на его бедрах, должно быть, очень приятно мять.
Чу Сюэ даже не успел потереть ушибленный при падении зад, но, осознав, перед кем опозорился, тут же вспыхнул праведным гневом.
— Как ты можешь входить без спросу... то есть погоди, я же точно запирал дверь!Видя, что собеседник пялится прямо на его трусы, Чу Сюэ покраснел так, будто вот-вот истечет кровью. Одной рукой он попытался натянуть подол одежды вниз и уже собирался встать, как кто-то схватил его за щиколотку и прижал к полу.
— Да потому что замок на двери сломан, глупышка.
Мужчина насмешливо фыркнул и шагнул к Чу Сюэ.
— Разве ты не собирался меня соблазнить? Почему теперь стал таким застенчивым?
— Почему у тебя такие маленькие стопы... Впрочем, неудивительно, ростом ты ведь не вышел.
Присев на корточки, Бо Яньюй хриплым голосом рассуждал сам с собой. При росте метр девяносто он даже на корточках казался миниатюрной горой. Одной рукой он обхватил сияющую белизну хрупкой щиколотки Чу Сюэ — даже пальчики на ногах выглядели прелестно: белые, тоненькие, с розоватым оттенком.
— Откуда я знал, что он сломан...
— Зачем ты держишь меня за ногу? Какой извращенец, мне еще штаны надеть надо!
Чу Сюэ и без того был напуган Сюй Цинъяо до полусмерти, а внезапное появление Бо Яньюя довело его до слез. Тонкая кожа на веках покраснела, кончик носа тоже порозовел, а в уголках глаз застыли прозрачные капли слез.
— Внезапно я понял, что ты правильно делаешь, не живя в общежитии, — неожиданно выдал Бо Яньюй.
От Чу Сюэ, только что принявшего ванну, исходил влажный аромат, в котором смешались запах дорогого геля для душа и шарика для ванн. Кожа под пальцами Бо Яньюя была такой мягкой, казалось, из нее можно выжать воду. Весь он еще не остыл после горячей воды, и сквозь кожу проступал нежный розоватый оттенок.
Лучше бы он не тянул одежду вниз: тонкая ткань не только ничего не прикрывала, но и подчеркивала округлые линии бедер, отчетливо вырисовывая тайный треугольник с намеком на телесный цвет и легкую голубизну.
Чу Сюэ не понимал, какой бред тот несет:
— Ч-что?
— Иначе, если твои соседи по комнате увидят тебя в таком виде, разве они не сойдут с ума и не набросятся на тебя поодиночке?
Рука Бо Яньюя, державшая щиколотку Чу Сюэ, плавно скользнула вверх. Большой палец нажал на его точеную белую икру, оставляя неглубокую ямочку, что принесло Бо Яньюю странное удовлетворение.
— С ума тут сходишь только ты!
Чу Сюэ долго пытался вырваться, но так и не смог вытащить ногу из хватки Бо Яньюя. Его и без того скверное настроение испортилось окончательно; он до крови закусил нижнюю губу, а крылья его носа слегка затрепетали.
— У меня и так на душе скребли кошки, а ты еще вздумал издеваться надо мной...
Голос Чу Сюэ становился все тише и тоньше. Казалось, он хотел спрятать лицо в коленях, а его голос дрожал в такт подрагивающим длинным ресницам, словно срываясь на самом конце.
Бо Яньюй подался вперед и, протянув руку, ухватил маленького соседа за подбородок, заставляя поднять голову.
Его темные, влажные глаза застилала блестящая пелена. Края глаз покраснели, а опущенные уголки рта ясно давали понять, что он из последних сил сдерживает слезы.
— П-плачешь... Чего ты плачешь-то... М?
Бо Яньюй растерялся от такой картины.
Он никак не ожидал, что сможет довести человека до слез, и какое-то время просто не знал, как себя вести. Поспешно разжав пальцы, он принялся стирать слезы с уголков глаз Чу Сюэ.
Чу Сюэ и так уже изрядно перенервничал из-за той аватарки, а страх, вызванный Бо Яньюем, лишь усилил эти мрачные эмоции. Но стоило теплой коже мужчины коснуться его щеки, как из глубины груди почему-то вырвалась волна тяжелой, жгучей обиды.
http://bllate.org/book/41045/5224116
Готово: