Глава 1. Первая встреча
Юань И сидел на стуле, выпрямив спину, и с легким беспокойством поглядывал на интервьюера, расположившегося напротив.
Тот бегло просмотрел его резюме и поднял взгляд.
— О? Даже среднюю школу не закончили?
В его низком голосе отчетливо слышалось удивление.
— М-м. Послушайте, а для работы кондитером обязательно нужно высшее образование? — Юань И поставил на стол коробку с тортом и слегка подтолкнул её вперед. — Я тут сделал торт, можете попробовать. Друзья говорят, получается неплохо…
— Не нужно, — прервал его интервьюер. — Мы — фешенебельный западный ресторан, у нас в основном иностранные клиенты. Даже обычным официантам требуется диплом бакалавра. Вам лучше поискать другое место. К тому же… — он смерил Юань И оценивающим взглядом, — ваш внешний вид, эх…
Пока интервьюер говорил, Юань И уже самостоятельно открыл упаковку. Перед мужчиной предстал изящный тортик с искусными кремовыми цветами. Интервьюер на мгновение застыл, перевел взгляд с Юань И на торт и обратно, и в его спокойных глазах постепенно загорелся интерес.
Юань И не заметил этой перемены. В голове у него все еще звучали слова собеседника, и он машинально опустил взгляд на свое творение. В его глазах отражалась мягкость, а в голосе не было ни заискивания, ни дерзости:
— К выпечке я отношусь куда серьезнее, чем к учебе. Если бы за торты давали диплом, я бы сейчас как минимум бакалавром был. А что до моей полноты… — Юань И поднял голову, ущипнул себя за щеку и с беспомощной улыбкой начал потихоньку пятиться к выходу, — так это всё оттого, что я пробую всё, что готовлю. Боюсь, быстро похудеть не выйдет, разве что сменю профессию. Но пока таких планов нет.
Дойдя почти до самой двери, он добавил:
— Простите, что побеспокоил. Этот торт пусть будет подарком при знакомстве. Ешьте смело, он очень чистый и свежий, все продукты я выбирал лично.
Интервьюер, посчитавший его слова прощанием, уже хотел окликнуть его, но прежде чем он успел открыть рот, Юань И юркнул в дверной проем. Он ушел так стремительно и легко, будто его и не было.
— Эй? Я еще не договорил! — интервьюер вскочил с места и бросился следом, но в коридоре уже никого не было. Он лишь досадливо покачал головой: — Толстячок, а ноги-то быстрые, бегает быстрее зайца!
***
У Чжун Маня день с самого утра не задался.
Едва он успел погрузиться в приятные сновидения, как раздался звонок от отца, который окончательно вырвал его из объятий сна.
Старик, как всегда, был краток. Бросив два слова: «Свидание вслепую», он без колебаний отключил связь, не оставив сыну ни единого шанса на возражения.
Чжун Мань попытался перезвонить, но телефон отца был уже выключен.
Ха?! Он стоял с мобильником в руке, не зная, смеяться или плакать. Нельзя же так давить на человека…
Чжун Мань был геем и открылся семье два года назад. По его мнению, это решение не было импульсивным, но в доме всё равно разразился скандал. Он до сих пор помнил, как мать рыдала навзрыд и тащила его к врачу, а отец, вне себя от ярости, швырял в него всем, что попадалось под руку. Чжун Мань был упрям: он неподвижно стоял на коленях перед родителями, позволяя отцу вымещать гнев. У него даже на голове образовалась рана от удара, но он не шелохнулся.
Прошло два года. Родители так и не смогли его понять, но и отчуждения между ними не возникло. Сам же он не собирался требовать от них принятия. Каминг-аут — процесс долгий, требующий общения и притирки, а не разовое заявление. Он был готов к долгой борьбе.
Однако навязчивые попытки отца устроить ему свидания вслепую всё равно вызывали лишь горькую усмешку. Родители, движимые своими убеждениями, верили, что гомосексуальность можно исправить, и пытались вернуть сына на правильный, по их мнению, путь. Чжун Мань пытался разговаривать, но результат был неутешителен. Порой, не желая причинять им лишнюю боль, он шел на уступки.
На самом деле такие свидания не приносили радости ни ему, ни родителям. Каждый раз он соглашался, но шел туда без всякого желания, и результат был предсказуем: полный провал. Конечно, больше всех злился отец. Чжун Мань даже восхищался им: несмотря на то, что его раз за разом доводили до белого каления, он продолжал упорствовать в своем деле, словно сваха, пытаясь женить сына. Похоже, он решил идти до конца.
Отец и сын были оба упрямы, как быки. Чжун Мань уважал отца и не хотел идти на открытый конфликт, но это не означало, что он готов сдаться.
Ладно, схожу. В конце концов, это ничего не изменит.
Едва Чжун Мань подумал об этом, пришло сообщение от отца: время, место и информация о девушке. Он мельком просмотрел текст: 18:00, отель Интернешнл, столик номер шестнадцать. Описание достоинств «невесты», раздутое до невероятных масштабов, он даже читать не стал.
Раз уж его разбудили, Чжун Мань решил встать пораньше. Утренняя пробежка, душ, завтрак, и вот он уже привел себя в порядок, выглядя не хуже кинозвезды, и зашагал прочь из дома.
В свои двадцать восемь он владел пекарней, совмещенной с рестораном западной кухни. Несмотря на высокий уровень заведения, благодаря концепции легкой и здоровой пищи, ресторан выигрывал в жесткой конкуренции и всегда получал отличные отзывы.
Он успел не только набить кошелек, но и заработать репутацию. Вкупе с привлекательной внешностью и ростом сто восемьдесят восемь сантиметров, он был настоящим идеалом — богат и хорош собой. Друзья называли его счастливчиком: есть машина, квартира, бизнес, ни в чем себе не отказывает, живет в свое удовольствие. Но Чжун Мань считал их поверхностными — они не видели его внутренней печали.
У него было две беды: во-первых, он никак не мог найти подходящего парня, а во-вторых, в ресторане была слишком большая текучка кадров. Как раз на днях шеф-кондитер, проработавший у него много лет, внезапно уволился по личным причинам, и Чжун Мань был в отчаянии.
Каждый уход сотрудника приводил его в бешенство. А в этот раз уходил самый важный человек — всё равно что лишиться правой руки. К счастью, тот пообещал задержаться еще на пару дней, иначе Чжун Мань не справился бы с этой головной болью.
Он одновременно просил знакомых поискать кандидата в индустрии и разместил вакансию. За эти два дня многие приходили на собеседование, но никто ему не понравился. Если у человека сформировались глубокие убеждения, их трудно изменить: он привык к десертам бывшего шефа, а всё остальное, как бы хорошо ни было приготовлено, казалось ему недотягивающим до нужной планки.
Менеджер ресторана называл его придирчивым, сам же Чжун Мань считал это стремлением к совершенству. Менеджер, не желая спорить, лишь постоянно напоминал, что шеф-кондитер вот-вот их бросит. Это означало, что времени в обрез, и выбирать особо не приходится. К тому же, это не выбор партнера для жизни, а он выставил целый список нелепых требований — найти подходящего человека за такой срок было сродни восхождению на небеса.
Видя, что шеф-кондитер вот-вот соберет вещи, а замены до сих пор нет, Чжун Мань начал нервничать. Ему не хотелось заниматься ничем другим, и он поехал прямиком в свой ресторан.
Припарковавшись и подойдя к главному входу, он увидел, что дорогу ему преградил какой-то толстячок.Чжун Мань уставился на него и заметил: хоть парень был толстоват, лицо у него было на редкость добродушное. Светлая кожа, округлые щеки, а глаза из-за полноты совсем не казались маленькими — напротив, благодаря двойным векам они выглядели огромными, из-за чего нос и губы на их фоне казались крошечными. При первом же взгляде на лицо в памяти оставались только эти большие глаза.
Чжун Мань подумал, что парень похож на кота удачи: поставь такого у входа, заставь хлопать длинными ресницами и махать рукой — точно привлечет толпу клиентов.
В этот момент данный кот удачи, обхватив телефон, увлеченно с кем-то разговаривал, совершенно не замечая присутствия Чжун Маня. Чжун Мань окликнул его несколько раз, но тот был настолько поглощен беседой, что, казалось, ничего не слышит.
Чжун Маня охватило любопытство: что же это за тема такая захватывающая? Парень загородил вход в ресторан, словно дверной страж, и так горячо спорил, что даже не заметил стоящего перед ним человека. Сделав пару шагов вперед, Чжун Мань без зазрения совести начал подслушивать.
В следующую секунду до его слуха донесся чистый голос, средний между юношеским и взрослым. Он напоминал звучание скрипки под мягкими лучами зимнего солнца — теплый, обволакивающий, такой, что услышав однажды, уже не забудешь.
— Ну да, собеседование я не прошел, они решили, что я толстый... Неужели я правда такой толстый? Да не особо, просто слегка полноват. Вчера в душе даже заметил, что у меня талия немного очертилась... Что ты говоришь про ключицы? А что с ними не так? Пусть их не видно, но нащупать-то можно! Я завтра пропущу обед, и они сразу проступят... Ну зачем ты так расстраиваешься? Вот похудею — только не завидуй и не злись... Ладно, не буду болтать, пойду домой. Отец сварил суп из свиных ножек с фасолью. Приходи днем поесть, если не занят, но если опоздаешь — всё съем, я могу в одиночку почти всю кастрюлю осилить... Ой, иди ты! Сам ты ешь как свинья!
Чжун Маня рассмешил этот монолог. Судя по началу, парень приходил сюда наниматься на работу.
Чжун Мань окинул его взглядом. На самом деле, всё было не так уж плохо — ну, чуть больше, чем «слегка полноват», но именно благодаря круглым глазам эта полнота придавала ему некий уникальный шарм. Пожалуй, это был самый приятный на вид толстяк из всех, кого Чжун Мань встречал. Только вот выглядел он совсем юным, от силы чуть за двадцать, разве можно доверить такому должность шеф-повара? Вот «котом удачи» — вполне.
Чжун Маню стало интересно, и он решил немного подшутить над незнакомцем. Искривив губы в ироничной усмешке, он нарочито вызывающе бросил:
— Эй, красавчик, ты дверная панель, что ли? Загораживаешь мне проход.
Тот по-прежнему не обращал на Чжун Маня внимания, продолжая яростно стучать по экрану телефона:
— Папа, ты где?.. В танцевальном зале? Хорошо, я сейчас приеду... Да, кстати, я вчера оставил на твоем столе недоеденную булочку, ты её не выкинул?.. Ой-ой, правда выкинул? Ну как ты мог так жестоко поступить с такой милой булочкой, я же собирался её доесть... Да не тороплю я тебя, сейчас буду... О, вижу такси, я отключаюсь. Приготовь мне в обед говяжью соломку с молодым имбирем!
Чжун Мань во все глаза смотрел, как этот помешанный на еде толстячок пулей проносится мимо, и впал в ступор. Его только что проигнорировали? Впервые в жизни!
С чувством глубокого недоумения Чжун Мань шагнул в двери ресторана. Девушка на ресепшене, увидев его, приветливо улыбнулась:
— Господин Чжун.
Он слегка кивнул, прошел пару шагов и обернулся:
— Сегодня много народу на собеседование приходило?
— Немного, пара человек.
— Конкретнее?
— Кажется, пятеро...
— Кажется? — Чжун Мань прищурился.
Девушка неловко хихикнула. Чжун Мань раздраженно буркнул:
— Смешно тебе! — и зашагал дальше.
Глядя ему вслед, девушка тихонько улыбнулась: у господина Чжуна, как всегда, язык острый, а сердце доброе.
Пройдя через главный зал в офисную зону на втором этаже, Чжун Мань направился прямиком в комнату для собеседований. Толкнув дверь, он увидел мужчину в деловом костюме и очках, который сидел перед столом и невозмутимо изучал бумаги.
Чжун Мань подошел и плюхнулся на стул напротив, издав при этом громкий звук. Заметив, что тот поднял глаза, Чжун Мань перешел к делу:
— Старый Чэнь, есть подходящие кандидаты?
— Нет. — Мужчина, которого назвали Старым Чэнем, вернулся к чтению. Его лицо оставалось бесстрастным, но голос был беспощаден: — Чтобы оценить мастерство кондитера, нужно смотреть на его умения, а ты делаешь упор на образование, внешность и вещи, никак не связанные с десертами. Не кажется ли тебе, что ты перепутал главное с второстепенным? — Мужчина закрыл папку, откинулся на спинку стула и, бросив взгляд на Чжун Маня, изобразил фальшивую улыбку: — Господин Чжун, я понимаю, что ты долго одинок и маешься от скуки, но не стоит смешивать личное с рабочим. Нам нужен кондитер, а не твой потенциальный парень.
— ... — Чжун Мань лишь хмыкнул.
Честно говоря, он побаивался острого языка Старого Чэня. Чжун Мань точно знал, что не имел в виду ничего подобного, но, выслушав столь аргументированные доводы, невольно начинал думать, что тот прав, и крыть было нечем.
Старому Чэню было тридцать два, его полное имя — Чэнь Шимин, а прозвище — Хитрец Чэнь. Смысл был ясен: он был расчетлив, изворотлив и хитрее лисы. В этом сложном мире он мастерски лавировал между людьми, никогда не давая себя обмануть или провести. Одно это говорило о многом.
Он был дальним родственником матери Чжун Маня. По идее, Чжун Мань должен был называть его дядей, но, поскольку разница в возрасте была невелика, обращение казалось нелепым, и он стал называть его Старым Чэнем — в знак уважения.
Когда у Чжун Маня впервые появилась идея открыть ресторан, мать настоятельно рекомендовала привлечь её дальнего родственника Чэнь Шимина для управления делами. Жизнь доказала: Старый Чэнь был проницательным, рассудительным и обладал великолепной деловой хваткой. Он был словно якорь ресторана, и пока он был рядом, о прибыли можно было не беспокоиться.
Чжун Мань считал его своим богом богатства и обычно беспрекословно следовал его указаниям. Исключением был только этот наём персонала, в котором он решил поспорить.
Не сумев никого найти, Чжун Мань больше не стал настаивать на своем и махнул рукой:
— С наймом я больше не лезу. Разбирайся сам.
Чэнь Шимин поправил очки, и в его глазах блеснула ирония:
— О, наконец-то ты прозрел?
— Кхм, лишь бы ты не говорил, что я не разделяю личное и общественное.
Чжун Мань поднялся, собираясь уйти в свой кабинет, но случайно заметил на углу стола маленькое пирожное. Поскольку он занимался кондитерским бизнесом, он был крайне чувствителен ко всему, что касалось сладостей — например, на улице он всегда невольно засматривался на выпечку в руках прохожих.
Этот незнакомый десерт сразу приковал его взгляд. Он внимательно присмотрелся, и в его глазах мелькнуло искреннее восхищение. Надо признать, выглядело пирожное потрясающе. Множество крошечных цветов в сочетании с засахаренными орешками на нежно-голубой глазури смотрелись вовсе не наляписто, а наоборот, создавали ощущение свежести и живости.
Чжун Мань протянул палец, отщипнул цветочек и отправил в рот. Попробовав его, он широко раскрыл глаза. Он посмотрел на Старого Чэня — его взгляд был полон эмоций, а на лице читалось такое изумление, что Чэнь Шимин ничего не понял.
Чэнь Шимин лишь смотрел на него, не понимая, что это за странное представление.
Ха, если ты такой актер, почему до сих пор не в кино...
http://bllate.org/book/40880/5200338
Готово:
