×
⚠️ Внимание! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написать мне в ЛС ↗
Важно: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый перевод The Crippled God of War Married Me as a Concubine / Соблазнение опального генерала: Как выжить, если твой супруг — будущий тиран: Глава 4

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Цзян Суйчжоу невольно отступил на полшага, и красный свадебный платок опустился на пол.

Он почувствовал, как сердце испуганно заколотилось, а в ушах запульсировала кровь.

…Всего лишь один взгляд.

Его брови, острые и низко посаженные, придавали взгляду холодную жестокость, в которой читались нескрываемая жажда убийства и свирепость.

В полузабытьи Цзян Суйчжоу показалось, что перед ним умирающий дикий зверь: хотя он и лежал у его ног, казалось, в любую секунду он готов броситься вперед, перегрызть горло и утащить его с собой в могилу.

В воздухе витал запах крови, смешанный со сладким ароматом красных свечей и нотками затхлой сырости тюремных застенков.

Теперь, когда спрашивать было не нужно, он понял, кто перед ним.

…Разве это не тот самый Маркиз, Укрощающий Север, великий полководец Даляна, которого последний правитель Цзин замучил до состояния калеки, и который через три года отрубит ему голову и выставит её на городской стене на всеобщее обозрение?

Цзян Суйчжоу прикусил губу. Внезапно ему нестерпимо захотелось извиниться перед своим студентом.

Отпустите его обратно, умоляю, он хочет уйти.

Цзян Суйчжоу застыл на месте, а Мэн Цяньшань рядом с ним уже был близок к безумию.

Что делает этот ван! Сорвал платок, тут же бросил его, а теперь молча, ледяным взглядом буравит человека перед собой.

Мэн Цяньшань украдкой покосился на Хо Уцзю.

Раньше он лишь слышал, что единственный сын Маркиза, Укрощающего Север, — легендарный юный герой, и теперь видел, что это сущая правда. После того как император приказал схватить его, он бросил его в темницу Императорского дворца. Те, кто попадал туда, не выживали и трех дней, погибая от нечеловеческих мук.

А ведь эта госпожа Хо провела там больше месяца.

Сейчас губы пленника были неестественно бледными, в уголках рта запеклась кровь, виднелись синяки. Нельзя было отрицать: он был невероятно красив, с тонкими чертами лица, в его облике сквозила дерзость и решимость, словно в настоящем полководце, привыкшем вершить судьбы. Даже раны не делали его жалким, а лишь добавляли болезненной, надломленной утонченности.

Под свадебным одеянием виднелись следы увечий, выглядывавшие из-под ворота и оставлявшие тусклые пятна на ярко-красной ткани.

И даже Мэн Цяньшань, прекрасно знавший, на чьей стороне его хлеб, не мог не испытать жалость к этой госпоже Хо.

Он решил рискнуть и сгладить ситуацию.

С этой мыслью Мэн Цяньшань осторожно склонился, поднося Цзян Суйчжоу чаши с вином для обряда слияния.

— Ваше Высочество, — прошептал он у самого плеча господина.

Цзян Суйчжоу скосил взгляд и увидел на подносе две золотые чаши, наполненные вином.

Ему действительно нужно было успокоить нервы.

Он взял одну из чаш и, запрокинув голову, залпом осушил её.

Глаза Мэн Цяньшаня чуть не вылезли из орбит.

…Ой! Ваше Высочество! Это же вино для обряда слияния!

Мэн Цяньшань в панике перевел взгляд с Цзян Суйчжоу на Хо Уцзю.

Один из них держался холодно и бесстрастно, словно статуя, другой — ледяной и надменный, как сам владыка ада. Это заставило Мэн Цяньшаня проглотить слова, готовые сорваться с языка.

В этот момент он увидел, что господин повернулся и поставил золотую чашу обратно на поднос.

— Уходите, — приказал он.

Мэн Цяньшань замер: — Но, господин…

Он увидел, как господин бросил на него ленивый взгляд. Трепещущий свет свечи отразился в крошечной родинке у края его глаза.

— Все уходите.

***

После выпитого вина Цзян Суйчжоу наконец удалось взять себя в руки.

Теперь он окончательно убедился, что попал в историю, описанную в диссертации его студента, и стал тем самым злосчастным ваном, который женился на Хо Уцзю.

Осознав это, он даже успокоился.

В конце концов, персонаж, в которого он вселился, в любом случае должен был умереть молодым. Если его убьет Хо Уцзю — что ж, это даже к лучшему.

Болезнь не поддавалась контролю, но отношения между людьми изменить можно.

Хо Уцзю в истории представал человеком благородным. Он завоевал империю, но престол занял его дядя, а после смерти того — его кузен. Сам же Хо Уцзю вернулся в Яньгуань и всю жизнь охранял границы.

Должно быть, он человек слова. Если Цзян Суйчжоу не будет его унижать, а проявит хоть каплю уважения, возможно, через три года тот не станет его убивать.

Только вот…

Он посмотрел на Хо Уцзю.

Сейчас он — ван Нань Цзин, а Хо Уцзю для него — враг и мятежник.

Если он сразу начнет проявлять чрезмерную доброту, это вызовет лишь подозрения и даст обратный эффект.

Поэтому…

Цзян Суйчжоу медленно выдохнул и холодно произнес:

— От тебя несет кровью. Противно, — с насмешкой бросил он.

Хотя его собственное детство было не самым счастливым, он получил строгое воспитание и всегда был вежлив, никогда не позволяя себе подобных слов.

Поэтому фраза прозвучала несколько неловко, а голос дрогнул.

Но, к счастью, холодный тон и врожденная высокомерная манера речи помогли скрыть неуверенность и произвести впечатление.

Хо Уцзю никак не ответил.

Он опустил глаза, бесстрастно глядя на красный платок, лежащий на полу.

Он был невероятно холоден, в нем сквозила природная спесь. Хотя внешне он выглядел как человек, смирившийся со своей участью, его внутренняя сила была столь велика, что никто не смел подойти ближе.

Цзян Суйчжоу собрался с духом и продолжил:

— Только что вытащили из темницы и сразу прислали ко мне? Неужели брат думает, что я настолько всеяден, что готов броситься на это?

Он старался изо всех сил язвить, хотя от собственных слов у него самого мурашки бежали по спине.

Хо Уцзю перевел взгляд с платка на Цзян Суйчжоу.

Тот стоял в свете ламп, выпрямив спину, с холодным и тяжелым взглядом. Его лисьи глаза с приподнятыми уголками казались особенно притягательными в отблесках красных свечей, а маленькая родинка у глаза на фоне алого одеяния выглядела еще более вызывающе.

Говорил он дерзко, но как-то неуклюже, словно в его словах сквозили извинение и стыд — будто он никогда никого не ругал.

Хо Уцзю много раз сражался с Нань Цзин и, конечно, слышал о князе Цзине.

Слабак, рожденный от блудной наложницы, человек, полный коварства, — явно не из приятных.

Репутация князя Цзина как существа жестокого и мстительного гремела давно. Еще когда ему было двенадцать-тринадцать лет, из его дворца постоянно выносили трупы. А когда он внезапно «открыл в себе наклонности» к мужчинам, многие его любовники были замучены до смерти, и мало кто выжил.

Но сейчас…

Все оказалось преувеличением.

А Цзян Суйчжоу, всецело поглощенный подбором слов, не заметил быстрого оценивающего взгляда Хо Уцзю.

Он помолчал и добавил:

— Завтра позови лекаря, пусть осмотрит тебя. Даже если ты собрался помирать, делай это не в моих покоях, — он повернулся, чтобы уйти. — А теперь сиди тихо и не доставляй мне лишних хлопот.

Сказав это, Цзян Суйчжоу мысленно выдохнул.

…Достаточно свирепо получилось, наверное?

Нужно сохранять холодность к врагу, при этом не причиняя ему вреда, и найти повод вылечить его раны.

Как же это сложно.

Конечно, он хотел бы заняться лечением Хо Уцзю прямо сейчас.

Тот только что из тюрьмы, и последний правитель вряд ли давал ему лекарства. Внешние раны не смертельны, но затягивать с ними нельзя. К тому же, Цзян Суйчжоу, человек современный, никогда не видевший столько крови, чувствовал, как внутри все холодеет.

Но он понимал: нельзя.

Он прекрасно знал, что за люди окружают его в особняке, будучи единственным ваном при дворе. Именно поэтому он велел всем уйти.

Если бы он сразу начал лечить пленного врага, это выглядело бы подозрительно. Но если они проведут ночь вдвоем, завтра пригласить лекаря под любым предлогом будет вполне естественно.

Поэтому…

Цзян Суйчжоу незаметно осмотрел комнату.

Это был зал для свадебных церемоний. Кроме широкой кровати с резными столбиками и красным лаком, в комнате стояла лишь узкая тахта.

Больше спать было негде.

Тахта была изящной, с резными ножками, но такая узкая, что скорее напоминала украшение, чем предмет мебели.

Цзян Суйчжоу смирился.

Он знал, что сегодня ему придется ютиться на этой тахте.

Перед тем как отойти, он не забыл обернуться и холодно взглянуть на Хо Уцзю.

— Ложись на кровать, держись подальше от меня. Чтобы я не чувствовал запаха твоей крови, — приказал он.

Он не знал, что эта высокомерная поза в сочетании с его невероятно изящным лицом в свете танцующих свечей выглядела до странности соблазнительно.

Цзян Суйчжоу отвернулся и направился прямо к тахте.

Придется провести здесь всю ночь.

Он лег лицом к стене и не заметил, как после того, как он опустился на лежак, взгляд Хо Уцзю устремился ему в спину.

Холодный, оценивающий взгляд, острый, как лезвие клинка, зарытого в снега Яньгуаня.

Спустя мгновение Хо Уцзю отвел взгляд.

Он опустил глаза, и его левая рука, лежавшая на коленях, медленно разжалась.

Ладонь была перепачкана кровью. В свете свечи было отчетливо видно, что он сжимал острый, как нож, деревянный осколок.

Он выломал его из внутренней стенки паланкина по дороге сюда.

В любой момент, когда подворачивался случай, этот кусок дерева должен был вонзиться в горло князя Цзина.

Но…

Он мельком взглянул на спину Цзян Суйчжоу.

В тот самый миг, когда он собирался нанести удар, их глаза встретились.

Ясные, чистые, полные растерянности — словно тот испугался самого себя.

Хо Уцзю прикрыл глаза.

Дерево впилось в кожу, но в тот момент рука не смогла нанести удар.

Похоже, у него никогда не было склонности обижать слабых.

Спустя некоторое время он открыл глаза, уперся руками в края инвалидного кресла и, приложив усилие, перебрался на кровать.

Вспыхнула боль, мышцы неконтролируемо задрожали. Но он, словно не замечая этого, ловко и быстро, прикрываясь шорохом одежды при перемещении, спрятал окровавленный кусок дерева под кровать.

Он посмотрел на Цзян Суйчжоу, который лежал на тахте, явно испытывая неудобство, с напряженной спиной, словно заставляя себя уснуть.

…Хм.

Хо Уцзю равнодушно отвел взгляд.

http://bllate.org/book/40874/5199485

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода