Едва он договорил, за соседними столиками головы повернулись в их сторону: люди увидели, как мужчина в безупречном костюме и военный в камуфляже стоят напротив друг друга, но тут же отвели глаза — будто по негласному уговору.
Фу Чэнъянь долго молчал и наконец произнёс:
— Прости. Это моя вина.
Вэнь Фэн хлопнул в ладоши, прикусил губу, на секунду задумался и спросил:
— Тогда я повторю вопрос: выбирай — армия или Яо-Яо?
Кофе в чашке давно вышел до дна, но горечь всё ещё держалась на языке — упрямая, несмываемая.
Фу Чэнъянь не ответил. Его взгляд оставался твёрдым, как гранит, и не дрогнул ни на миг.
Он молча сжимал крошечную чашку так, что пальцы побелели. Ещё чуть-чуть — и фарфор треснул бы в его руке.
Прошла целая вечность, прежде чем Вэнь Фэн поднялся, перекинул пиджак через локоть и сказал:
— Ладно. Ясно, капитан Фу.
Он вынул из кармана лист бумаги, аккуратно положил на стол и подтолкнул к Фу Чэнъяню.
Это был чистый чек.
Уже собираясь уходить, он вдруг остановился:
— Она спала три дня. И всё это время звала только тебя. Загляни к ней. А потом… больше не ищи её.
Бросив на Фу Чэнъяня долгий, пристальный взгляд, Вэнь Фэн вышел и сел в чёрный «Бентли», который тут же скрылся за поворотом.
Фу Чэнъянь остался сидеть. Он долго вертел в руках зажигалку, потом поднёс пламя к чеку.
Тот вспыхнул мгновенно.
Пепел рассыпался по столу.
Тлеющие искры не давали ни капли тепла.
Он слегка приподнял подбородок.
— Хорошо.
—
Вэнь Цинъяо снова видела сон. Она шла по морской набережной одна, пока вдруг не увидела Фу Чэнъяня.
Он тоже подошёл к ней, взял за руку, ничего не сказал — лишь смотрел так пристально, будто пытался навсегда запечатлеть её в памяти.
— Фу Чэнъянь…
— Это я, А-Яо.
Он обнял её. Объятие было по-прежнему тёплым — настолько тёплым, что она не могла отвести глаз. Она просто смотрела на него, не мигая.
Фу Чэнъянь обхватил ладонями её лицо и нежно поцеловал в лоб.
— Мне пора, А-Яо.
— Куда?
— Не знаю. Может, в горы… или к морю…
С этими словами он развернулся и решительно зашагал прочь — без колебаний, без оглядки. Даже поцелуй на лбу не оставил после себя тепла.
— …
Вэнь Цинъяо нахмурилась. Свет показался ей невыносимо ярким, и она плотно зажмурилась.
— Яо-Яо?
Гу Битун крепко сжимала её руку.
Вэнь Цинъяо с трудом открыла глаза, долго смотрела в потолок, пытаясь осознать, где находится, и вдруг резко села.
Услышав шум, Вэнь Фэн тут же вошёл в комнату. Радость на его лице невозможно было скрыть.
— Яо-Яо, ты очнулась?
Она потерла глаза, то открывая, то закрывая их, огляделась и спросила:
— Где Фу Чэнъянь? Он приходил?
Гу Битун слегка замерла и опустила глаза, не говоря ни слова. Вэнь Фэн же спокойно ответил:
— Он не приходил.
Вэнь Цинъяо прижала пальцы к вискам. Выстрел всё ещё эхом отдавался в голове, но поцелуй Фу Чэнъяня на лбу казался таким реальным — она не могла ошибаться.
Нахмурившись, она помолчала несколько секунд и вдруг спросила:
— Погоди… Откуда ты вообще знаешь, кто такой Фу Чэнъянь?
Вэнь Фэн резко замер.
Вэнь Цинъяо пристально смотрела на него, заметив, как его лицо мгновенно изменилось, затем перевела взгляд на Гу Битун.
Та уже отвела глаза и, скрестив руки, смотрела в дверной проём, молча.
— Гу Битун, это ты ей сказала?
— …
Вэнь Цинъяо повысила голос:
— Вы за ним следили?
Гу Битун прикрыла лицо ладонью. Её глаза покраснели, и она не знала, куда деться.
Вэнь Цинъяо резко откинула одеяло.
— Он приходил, верно?
— Яо-Яо…
— Вы его прогнали?
Вэнь Фэн обнял её.
— Яо-Яо, послушай меня…
Она резко оттолкнула его руку.
— Где мой телефон? Мне нужно найти его…
Вэнь Фэн достал её телефон и протянул.
— Ты не найдёшь его. Он ушёл.
Вэнь Цинъяо с недоумением уставилась на аппарат.
— Ушёл? Что это значит?
— Он был всего лишь информатором полиции. Использовал тебя и исчез.
— Информатором?
— Не может быть…
В голове всё перемешалось. Она ведь чётко помнила: Адай — военная собака, у него было оружие, он охранял её на свадьбе, и именно он застрелил Чжун Хуая в тот вечер.
Вэнь Фэн твёрдо сказал:
— Попробуй сама найти его. Посмотри, получится ли.
Руки Вэнь Цинъяо задрожали. Всё вокруг казалось ненастоящим. Эти два месяца будто прошли в густом тумане, без начала и конца.
Она набрала номер — телефон был выключен.
Написала в WeChat — появилось сообщение: «Вы ещё не добавлены в друзья».
Она вспомнила: он никогда не говорил, что он военный. Никогда не называл своего имени. Но разве информатор может носить оружие? Разве у него может быть такая выучка и хладнокровие?
Вэнь Цинъяо схватила Гу Битун за руку.
— Гу Битун! Ты же сама сказала, что он военный!
Гу Битун виновато пробормотала:
— Я ошиблась…
Вэнь Цинъяо резко оттолкнула её.
— Ты врёшь!
— Яо-Яо! — Вэнь Фэн вмешался. — Как ты разговариваешь с невесткой?
— Невесткой? — Вэнь Цинъяо замерла, а затем, как молния, поняла.
— Гу Битун! Ты использовала мои отношения с Фу Чэнъянем, чтобы войти в наш дом, да?
Гу Битун широко распахнула глаза.
— Нет! Я не делала этого!
Вэнь Цинъяо посмотрела на них и больше ничего не сказала. Перед их глазами она вырвала капельницу и выбежала из палаты, не оглядываясь.
Вэнь Фэн бросился за ней.
Но Вэнь Цинъяо бежала быстро. Уже в холле больницы она затерялась в толпе, выскочила на улицу и села в такси.
Водитель нахмурился, увидев девушку в больничной пижаме.
— Девушка… ты в таком виде…
— Мне срочно домой, — нетерпеливо перебила она и назвала адрес, где жил Фу Чэнъянь.
Водитель больше не стал спрашивать.
Добравшись до места, Вэнь Цинъяо бросилась к маленькой железной калитке и изо всех сил толкнула её.
— Скри-и-и…
Калитка отворилась, и Вэнь Цинъяо с надеждой подняла глаза. Даже если Фу Чэнъяня не будет, хотя бы Адай или Чжэн Хао должны быть здесь — тогда она сможет узнать, где он.
Но за калиткой царила пустота.
Ни Адая, ни плетёного стула во дворе, ни простыней, сохнущих на верёвке между деревьями.
Она вошла в левую комнату.
Пусто. Остались лишь знакомая мебель, да и та выглядела так, будто здесь давно никто не жил. Всё было холодным и безжизненным.
Она немного посидела, затем подошла к окну и отодвинула занавеску. Яркий солнечный свет заставил её зажмуриться.
Когда она снова открыла глаза, за окном стоял мужчина спиной к ней и курил. Дым окутывал его фигуру, и разглядеть лицо было невозможно.
Она опустила штору и выбежала наружу.
— Фу Чэнъянь!
Но, увидев силуэт мужчины вблизи, её глаза тут же потускнели.
Вэнь Фэн обернулся и потушил сигарету.
Он раскрыл объятия и с болью в голосе сказал:
— Забудь его, Яо-Яо.
— Забудь его, Яо-Яо.
Эти слова снова и снова звучали у неё в голове, отдаваясь эхом.
Но за два месяца каждая деталь их общения, каждое слово, каждая улыбка, даже та близость в последнюю ночь — всё это врезалось в память навсегда.
Она могла смеяться беззаботно, будто ей всё равно, могла хладнокровно соблазнять его в ночном клубе, лишь бы украсть пистолет — всё потому, что полюбила Фу Чэнъяня.
А теперь ей говорили, что этот человек исчез из её жизни, будто его и не было вовсе. Лучше бы она никогда с ним не встречалась.
Вэнь Фэн лично отвёз её домой, за машиной следовали два автомобиля с телохранителями. Даже если бы она выпрыгнула из окна, далеко бы не уехала.
Дома мать уже знала обо всём. Увидев дочь, она не смогла сдержать слёз облегчения.
— Яо-Яо, чем ты занималась этим летом? Почему ничего не говорила?
Что ей сказать?
Что она сама узнала обо всём лишь несколько дней назад?
Вэнь Цинъяо отстранила мать.
— Мам, не спрашивай. Мне хочется поспать.
Отец тоже был обеспокоен. После того как дочь четыре часа провела в заложниках в отеле, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы заглушить новость в прессе. Теперь, видя её подавленное состояние, он вдруг осознал, как мало сделал для неё.
Вэнь Фэн погладил её по голове.
— Хорошо выспись.
Вэнь Цинъяо кивнула, но в глазах не было ни тени эмоций.
— Да… тогда я снова увижу его.
С этими словами она закрыла дверь своей комнаты.
Щёлкнул замок — и она осталась одна.
За дверью Вэнь Цинъяо медленно сползла по ней на пол, обхватила себя за плечи и наконец дала волю слезам.
Сначала она плакала тихо, прикусив палец, глаза покраснели, а всхлипы застревали в горле, как у раненого котёнка, который пытается зализать свои раны.
Но постепенно сдерживаться стало невозможно. Слёзы хлынули рекой, и она зарыдала во весь голос, крепко обнимая себя, будто пытаясь удержать то, что уже ускользнуло.
Ведь ещё несколько дней назад кто-то обнимал её. Ещё несколько дней назад кто-то целовал её и обещал: «А-Яо, я буду ждать, пока ты не окончишь университет».
А теперь, когда она открыла глаза, мир перевернулся с ног на голову.
Фу Чэнъянь исчез из её жизни так полностью, будто его никогда и не существовало: ни звонков, ни сообщений, даже дом, где он жил, оказался пуст.
Плечи её дрожали, плач эхом разносился по комнате, не оставляя места даже для отголосков.
За дверью Вэнь Фэн с досадой ударил кулаком по стене.
Мать тоже была в отчаянии:
— Ну как так? Влюбилась в какого-то солдата — ни денег, ни положения, да ещё и работа опасная!
Вэнь Фэн тихо сказал:
— Я поговорил с ним. Предложил уйти из армии и найти другую работу. Он отказался.
Мать закрыла глаза.
— Спецназ вооружённой полиции… Даже не говоря о прочем, в таком городе, как Наньчэн, это всё равно что постоянно быть на передовой. Слишком опасно.
Вэнь Фэн пожал плечами.
— Поэтому пусть уж лучше я буду злодеем. По крайней мере, сейчас всё кончено, и ей не придётся жить в постоянном страхе.
Мать нахмурилась:
— Что ты ему сказал?
Вэнь Фэн подошёл к бару, налил себе немного ледяного вина и сделал несколько глотков.
— Я пригрозил, что если он ещё раз появится рядом с Яо-Яо, я выдам её замуж по расчёту. Я человек слова.
Вино во рту было приторным, но вкуса не чувствовалось.
—
Вэнь Фэн несколько дней не ходил на работу — он оставался дома, точнее, следил за Вэнь Цинъяо.
Только когда начался новый семестр, Вэнь Цинъяо наконец вышла из своей комнаты.
Она сильно похудела. Глаза были широко раскрыты, будто пытаясь разглядеть дорогу вперёд, но путь оставался туманным.
В общежитии всё осталось прежним: та же комната, та же кровать, тот же стул, даже талисман за дверью висел на месте.
Прошло всего два месяца, но казалось, будто прошла целая вечность — настолько она забыла, что делать дальше.
Вэнь Цинъяо распаковывала вещи, поправляла постель и, не поднимая глаз, сказала:
— Тебе пора уходить. Это женское общежитие.
Вэнь Фэн прислонился к косяку.
— Я твой родной брат.
Вэнь Цинъяо посмотрела на него без выражения.
— Так ты собираешься следить за мной постоянно?
Вэнь Фэн задумался. Ведь у неё нет телефона, нет соцсетей, она даже не знает, где он. Куда она может деться?
Он глубоко вздохнул.
— Учись хорошо. Я ухожу.
После его ухода Вэнь Цинъяо закрыла дверь и долго сидела на кровати, пока солнце не начало садиться. Вдруг она вспомнила кое-что, схватила телефон и выбежала из комнаты.
Вэнь Фэн забрал у неё ключи от машины, поэтому она вызвала такси.
Она помнила адрес с удостоверения личности Фу Чэнъяня.
Хотя это удостоверение, скорее всего, было поддельным во всём, кроме имени, она всё равно хотела попробовать.
http://bllate.org/book/4084/426450
Готово:
