Убедившись в поразительном действии цветочного чая, Сикун Вань всё же не спешила приступать к исследованиям. Ей требовалось твёрдо удостовериться, что загадочное растение не несёт скрытой угрозы для человеческого организма и не вызывает побочных эффектов.
Впрочем, младшая сестра, Сикун Тань, уже упоминала, что в городе у Горы Поиска Дракона подобный сбор водится едва ли не в каждом доме. Господин Хэ преподносил его местным жителям в качестве ответного подарка на праздники.
До сих пор никаких тревожных симптомов или пагубных последствий ни у кого в Милуншаньчжэне не наблюдалось. Будь иначе, рассудительная А-Тань ни за что не стала бы отправлять заветные бутоны своей семье.
И всё же врождённый перфекционизм и профессиональная дотошность требовали личного участия. Сикун Вань решила самолично провести опрос среди старожилов, чтобы подкрепить свои догадки неоспоримыми фактами. Если гипотеза подтвердится, биологический институт, которым она руководила, получит весомый повод для открытия совершенно нового, прорывного научного направления. Ведь каждый неизученный вид — это окно в мир неизведанных возможностей.
В городе у Горы Поиска Дракона Сикун Вань провела целых два месяца. Шаг за шагом она обошла каждого, у кого хранился или когда-либо заваривался этот чай. Итогом кропотливого труда стал пухлый, до мельчайших деталей выверенный отчёт.
Анализ собранных сведений позволил сделать ошеломляющие выводы: напиток действительно не вызывал ни малейшего отторжения, а его благотворное влияние не ограничивалось одним лишь ментальным успокоением. Напротив, создавалось устойчивое ощущение, что сбор планомерно укрепляет весь организм, стимулируя скрытые ресурсы тела. Местные старики, пристрастившиеся к вечерней чашке ароматного настоя, один за другим хвастались, что их застарелые, годами не поддававшиеся лечению недуги внезапно пошли на спад.
Вновь перечитав свои записи и окончательно убедившись в беспрецедентности открытия, Сикун Вань поспешила нанести визит старейшине Сан Шаньпину. А-Тань близко дружила с Сан Тянь, поэтому старец принял её сестру на редкость тепло и радушно.
— Вы хотите нанести визит господину Хэ? — Сан Шаньпин озадаченно приподнял седые брови. — Но отчего же не пойти к нему напрямую? К чему эти церемонии с посредниками?
Сикун Вань на секунду замялась, а затем мягко произнесла:
— А-Тань упоминала, что господин Хэ крайне не жалует незваных гостей и ценит своё уединение.
Её намерения были сугубо деловыми, а в научном партнёрстве крайняя степень уважения к личным границам визави нередко решает исход всего дела. К тому же Сикун Вань прагматично рассудила, что авторитетное слово старца Сана весит куда больше, чем рекомендации безвестного столичного биолога.
Проведя в городе у Горы Поиска Дракона два месяца, она не могла не прослышать про наглых репортёров и блогеров — этих безжалостных «гиен», почуявших жареное и осаждавших гору ради дешёвой популярности. После подобного бесчинства господин Хэ наверняка запер свои ворота для всех чужаков. Появись она на пороге без предупреждения — и её, скорее всего, выставили бы вон без лишних объяснений, поставив крест на любых перспективах.
— Вот оно что... — старец Сан с пониманием покачал головой. — Что ж, резон в твоих словах есть. Ладно, уважу твою просьбу, поднимусь к нему сам!
Услышав от запыхавшегося старца Сана, что некая Сикун Вань настойчиво ищет с ним встречи, Хэ Сюэши на мгновение задумался.
— Позвольте спросить, кем она приходится Сикун Тань?
— Родные сёстры, — добродушно улыбнулся Сан Шаньпин. — Славные девчата. Надо сказать, за эти недели Сяо Вань очень помогла нашему посёлку.
Хэ Сюэши сразу разгадал нехитрый умысел старика, решившего составить протекцию гостье. С другой стороны, им овладело искреннее любопытство: зачем старшая сестра пожаловала в эти края? Ведь её младшей родственнице он дал более чем ясный от ворот поворот. Что ж, если столичные учёные никак не утихомирят свой пыл, придётся растолковать им положение дел ещё раз — со всей возможной твёрдостью.
Несмотря на то, что в её имени звенел иероглиф «Вань», сулящий кротость и мягкость, Сикун Вань никогда в жизни не отличалась покладистым нравом. Её характер закалился в суровых испытаниях. В детстве девочке пришлось столкнуться с жестокостью сверстников — травля в школе была долгой и изнурительной. Родители же, вечно пропадавшие на работе ради карьеры, упорно не замечали терзаний дочери.
Когда правда наконец вскрылась, горькое чувство вины навсегда лишило отца и мать права голоса в глазах Сикун Вань. С тех пор они безропотно соглашались с любым её решением, не смея перечить даже тогда, когда внутри всё восставало против её выбора. Единственную робкую попытку сопротивления они предприняли, когда дочь выбирала будущую специальность в университете: тогда отец осторожно заикнулся о туманных карьерных перспективах чистой биологии. Дочь выслушала его с ледяным спокойствием — и на этом дискуссия завершилась раз и навсегда.
Хэ Сюэши с вежливым интересом оглядел расположившуюся напротив гостью. Её осанка дышала стальной уверенностью.
— Цель вашего визита? — спросил он с едва заметной полуулыбкой.
— Я прибыла, дабы предложить вам взаимовыгодное партнёрство, — её голос звучал ровно, без тени заискивания. — Моя сестра уже пыталась завести этот разговор, но получила отказ. Я в курсе.
Хэ Сюэши благосклонно наклонил голову:
— Именно так.
Он скрестил пальцы на коленях, с растущим любопытством наблюдая за её непоколебимой уверенностью.
— И чем же вы намерены меня переубедить? Какие козыри припасли?
Вместо долгих речей Сикун Вань без лишних слов водрузила на стол внушительную, туго перевязанную стопку листов, исписанных убористым почерком.
— И что это? — брови хозяина дома удивлённо поползли вверх.
— Подробный аналитический отчёт о физиологическом воздействии вашего цветочного сбора, а также оценка потенциальных побочных эффектов.
Хэ Сюэши на мгновение лишился дара речи. Смешанные чувства отразились на его лице, когда он развязал тесьму и углубился в чтение первых страниц.
Перелистывая страницу за страницей, Хэ Сюэши ловил себя на том, что его первоначальный скепсис уступает место глубокому уважению. Профессионализм этой женщины превзошёл все его ожидания. Не имея ни малейшего представления о сакральной природе Цветка Девяти Превращений и Ста Сердец, руководствуясь лишь сухими наблюдениями, опросами местных жителей и рискованными опытами над собственным организмом, она с поразительной точностью реконструировала базовые свойства духовного растения.
А ведь Цветок Девяти Превращений и Ста Сердец полностью оправдывал своё имя: для истинного созревания ему требовалось пройти девять циклов трансформации, каждый из которых длился без малого десять тысяч лет. Из-за этого парадоксального свойства он легко пускал корни практически в любой почве, но вырастить его до зрелости в обычных условиях было задачей из разряда невыполнимых. Нынешние благоухающие угодья у подножия горы появились лишь потому, что в день своего прибытия Хэ Сюэши небрежным жестом рассыпал горсть семян по склону.
Хэ Сюэши аккуратно сложил листы в стопку и поднял взгляд на гостью:
— Что ж, вынужден признать: ваша работа впечатляет. Излагайте ваши соображения.
— Я хочу приобрести у вас семена этого цветка.
— Семена? — переспросил Хэ Сюэши, забавляясь её прямотой.
Он понимающе хмыкнул. Сикун Вань зрит в самый корень. Зачем покупать готовое сырьё, когда можно заполучить первоисточник и наладить собственное масштабное производство?
План безупречный для обычного мира, но совершенно бесполезный в случае с флорой высших сфер. Цветок Девяти Превращений и Ста Сердец пустил здесь побеги лишь благодаря мощному массиву сбора духовной энергии, который Хэ Сюэши лично выстроил вокруг поля, укрепив его редчайшими духовными камнями. За пределами Милуншань эти капризные семена превратятся в обычную мёртвую труху, не способную дать даже крошечный росток.
Оценив академическую честность и непреклонную волю исследовательницы, Хэ Сюэши решил не водить её за нос.
— Вынужден вас разочаровать. Вне здешних почв эти семена не приживутся. Попытка вырастить их в другом месте обречена на провал.
Сикун Вань недоверчиво прищурилась. Её прагматичный научный разум отказывался принимать подобные суеверия. В её картине мира существовали лишь пять незыблемых факторов: свет, тепло, влага, воздух и минеральные удобрения. Обеспечь их в нужной пропорции — и зацветёт даже сухая ветвь.
— Земли Хуася огромны, они охватывают множество климатических и температурных зон, — твёрдо возразила она. — Мы сумеем подобрать идеальные условия в одной из наших лабораторий или заповедников.
Видя это упрямство, граничащее с фанатизмом, Хэ Сюэши лишь снисходительно улыбнулся.
— Что ж, пока сами не обожжётесь — не поверите. Попробуйте, я не возражаю.
— Назовите вашу цену за партию семян, — деловито отозвалась Сикун Вань.
Хэ Сюэши небрежно скользнул рукой в рукав и бросил на полированное дерево стола расшитый парчовый мешочек.
— Денег не нужно. Считайте это научным вызовом. Если сумеете заставить проклюнуться хотя бы один росток — я подпишу любые ваши контракты.
— По рукам! — глаза исследовательницы азартно блеснули.
— По рукам.
***
Хэ Сюэши ни на секунду не допускал мысли, что без духовной энергии Сикун Вань совершит чудо, поэтому выбросил эту встречу из головы в тот же вечер. Куда больше его занимал статный мужчина, который уже третий час бесшумной тенью следовал за ним по пятам. Хэ Сюэши наконец не выдержал и обернулся, нахмурив брови:
— И долго ты намерен за мной ходить? Что ты делаешь?
Лун Сюаньчжи ответил с обезоруживающей прямотой:
— Отдаю долг чести. Мой долг жизни перед тобой ещё не выплачен.
Хэ Сюэши утомлённо вздохнул.
— И твоя великая благодарность выражается в роли молчаливого телохранителя?
Дракон на мгновение задумался, а затем кивнул:
— Могу заняться чем-нибудь другим. Только прикажи.
Хэ Сюэши лишился аргументов. Его взгляд скользнул по мужественному лицу гостя, в глубине темных глаз заплясали лукавые искорки.
— Что ж... Как насчёт стряпни? Сумеешь приготовить обед?
С тех пор как Хэ Сюэши обосновался в этом мире, его рационом заведовал верный механический помощник. Готовил робот безукоризненно, но с пугающей, чисто машинной точностью: отмерял специи до миллиграмма, выдерживал температурный режим секунда в секунду и закладывал овощи строго по алгоритму. Вкусовые качества блюд не вызывали нареканий, но домашнего тепла в этой еде не чувствовалось. База данных Сяо Ци ломилась от кулинарных изысков сотен галактик, однако за месяцы однообразной «проверенной» диеты Хэ Сюэши изрядно заскучал по живой, непритворной стряпне с характером.
Раз уж Лун Сюаньчжи сам вызвался услужить, Хэ Сюэши решил дать ему шанс проявить себя на кулинарном поприще. Увы, провожая взглядом преисполненного решимости дракона, шагающего в сторону кухни, Хэ Сюэши даже не подозревал, какую катастрофическую ошибку совершает.
Отрезвление наступило в тот момент, когда по дому разнёсся оглушительный взрыв, сотрясший деревянные стены. Выбежав на шум, Хэ Сюэши застал живописную картину. Голубые линзы робота испуганно мерцали, сменив форму с круглых на выгнутые дуги — верный признак критической перегрузки процессора. Хэ Сюэши прижал ладонь к лицу, чувствуя, как у него начинает раскалываться голова.
— Хозяин! Этот дикарь покушался на мою системную плату! Он хотел меня уничтожить! — жалобно запищал Сяо Ци, указывая металлическим манипулятором на виновника торжества.
— Я этого не планировал, — Лун Сюаньчжи замер посреди клубов чёрного дыма, его величественный вид изрядно портила налипшая на щёку копоть. В голосе грозного дракона сквозила искренняя детская обида.
Хэ Сюэши вздохнул, оглядывая обугленные руины некогда технологичной кухни:
— Объясните толком, что здесь произошло?
Осанив паникующего андроида строгим взглядом, он повернулся к дракону:
— Начнём с тебя. Рассказывай.
— Я лишь хотел разжечь огонь, — буркнул Лун Сюаньчжи, отводя взгляд.
«Просто разжечь огонь — и разнести к чертям половину дома?»
— мысленно простонал Хэ Сюэши.
Вслух же он лишь выразительно выгнул бровь, требуя подробностей.
— Едва я призвал искру Истинного пламени...
У Хэ Сюэши нервно дернулось веко.
— Ты использовал Истинное пламя расы драконов? Для обычной плиты?!
— Ну разумеется, — со всей серьёзностью кивнул Лун Сюаньчжи, не понимая сути претензии.
Хэ Сюэши обессиленно прикрыл глаза ладонью. Теперь всё встало на свои места. Истинное пламя расы драконов — это первозданная стихия разрушительной мощи, способная плавить целые скалы. Даже крохотная искра этого огня обладала чудовищным жаром.
Удивительно, как деревянный каркас усадьбы вообще уцелел. Ведь кухонная утварь Хэ Сюэши принадлежала не миру совершенствующихся с их зачарованными котлами, а высокотехнологичной цивилизации будущего — сплавы и пластик умных приборов попросту испарились под воздействием божественного жара. Они были абсолютно бессильны против пламени высшего порядка. Единственное, чему стоило радоваться — сама деревянная усадьба являлась древним пространственным артефактом высших сфер. Не обладай стены защитной магической печатью, пламя Лун Сюаньчжи обратило бы в пепел не только кухню, но и половину уезда.
Что же до истошных воплей Сяо Ци о покушении...
Хэ Сюэши ласково погладил металлическую макушку андроида:
— Тихо, малыш. Это моя оплошность, не злись.
Лун Сюаньчжи с нескрываемым подозрением уставился на суетящуюся жестянку. В его глазах отразилось искреннее замешательство.
«Неужели какой-то скитающийся дух сумел завладеть этой железной оболочкой?»
Но ведь этот прибор лишён каналов ци и меридианов крови — как неодушевлённый металл способен удерживать в себе тонкую субстанцию бессмертной души?
Пока Сюаньчжи предавался философским размышлениям, Хэ Сюэши окончательно успокоил разволновавшегося помощника и торжественно пообещал выдать дракону пожизненный запрет на приближение к плите. Удовлетворённый такой справедливостью, Сяо Ци радостно мигнул индикаторами и укатил разгребать завалы уцелевшей техники.
Когда в коридоре наконец воцарилась относительная тишина, Хэ Сюэши вновь повернулся к своему незваному защитнику.
— Послушай, — Хэ Сюэши деликатно кашлянул. — Твоё появление в этом мире... Оно ведь связано с каким-то важным поручением, не так ли?
Намёк был прозрачным: «Если у тебя есть неотложные дела, не смею тебя задерживать».
Прямодушный дракон, разумеется, изящной иронии не уловил и кивнул со всей серьёзностью:
— Да, у меня есть долг перед кланом. Каждый истинный дракон, достигнув зрелости, обязан взять под своё покровительство один из миров. Недавно я прошёл обряд совершеннолетия, принял это назначение и отправился сюда.
Услышав это, Хэ Сюэши нахмурился, в его глазах мелькнула тревога.
— Но в этом мире духовная энергия истощена до предела. Её практически нет. Ты уверен, что старейшины, распределявшие уделы, не преследовали тайных целей? Тебя явно подставили.
Лун Сюаньчжи на миг замер, словно натолкнувшись на невидимую стену.
— Я... не думал об этом.
«Не думал? Действительно не подозревал о коварстве сородичей или просто поленился вникнуть в суть дела?»
— Хэ Сюэши мысленно вздохнул, понимая, что перед ним предстал на редкость наивный воин.
Впрочем, драконы всегда славились своей гордыней и прямолинейностью — плести интриги они не умели, зато верить в благородство близких продолжали до последнего. Интуиция подсказывала Хэ Сюэши, что бедолагу банально обвели вокруг пальца старшие соплеменники.
Немного помолчав, Хэ Сюэши спросил:
— А если бы ты отказался принять этот удел? Что случилось бы тогда? Клан отправил бы кого-то другого? И раз уж твоя миссия — защита этого мира, как вышло, что ты прибыл сюда тяжело раненым? Кто посмел напасть на тебя на границе миров?
Лун Сюаньчжи терпеливо выслушал лавину вопросов и ответил без тени раздражения:
— Драконьи жилы этого мира были практически перерублены и истощены. И всё же вера и преданность смертных на протяжении тысячелетий питали угасающую землю. Сейчас сила восстановилась примерно наполовину, но вернуть прежнее величие без сторонней помощи этот мир уже не сможет.
Хэ Сюэши мысленно перебрал вехи древней истории здешней страны и понимающе кивнул. В этом был глубокий сакральный смысл: ведь здешний народ испокон веков гордо величал себя «потомками дракона».
— Потомки дракона? — Лун Сюаньчжи озадаченно моргнул, выдав на редкость простодушную версию. — Неужели кто-то из моих предков втайне согрешил со смертной женщиной, положив начало здешним династиям?
Хэ Сюэши поперхнулся воздухом и красноречиво промолчал.
«Да у тебя, я погляжу, весьма своеобразные представления о моральном облике твоих сородичей!»
Его забавляла эта непосредственность.
http://bllate.org/book/40722/5181735
Готово:
