Если режиссёр решит, что твоя импровизация — сплошная чепуха, всё равно придётся покорно следовать сценарию. А если одобрит — тогда все останутся довольны.
Цзян Юаньчао встал и отряхнул пыль с одежды:
— Это идея Чусяю.
Юнь Чусяю играла колокольчиком на поясе и улыбалась.
Режиссёр Лю кивнул и одобрительно произнёс:
— Неплохо переделала.
— Спасибо, режиссёр Лю! — весело отозвалась Юнь Чусяю.
Режиссёр Лю хлопнул в ладоши:
— Ладно, на сегодня всё. Сворачиваемся.
Юнь Чусяю подпрыгнула и побежала пить воду. Режиссёр Лю проводил её взглядом, потом повернулся к Шэнь И, всё это время молча стоявшему позади:
— Сяо Шэнь, Юнь Чусяю — неплохая девочка. Ты не ошибся с выбором. У неё настоящий потенциал.
Мужчина стоял на границе света и тени. Губы его были сжаты, взгляд не отрывался от монитора, а от края очков отражался едва заметный блик.
На экране шёл повтор только что снятой сцены: девушка в красном двигалась легко и грациозно. Без лисьих ушей и хвоста, добавленных спецэффектами, она скорее напоминала живую фею в алых одеждах.
Без тени и не ведающая теней.
Яркая и бесстрашная.
Взгляд Шэнь И вдруг стал отстранённым, глаза потемнели, словно над землёй опустилась беззвёздная ночь, густая и непроницаемая.
Спустя несколько мгновений он чуть шевельнул губами, и в глубине его взгляда мелькнул едва уловимый отблеск.
— Да, — тихо сказал он. — Я не ошибся.
**
Съёмки во второй половине дня прошли без происшествий. После окончания работы Цзян Юаньчао остановил Шэнь И и предложил поужинать вместе — ведь давно не виделись. Заодно прихватили и Юнь Чусяю.
Так четверо — Цзян Юаньчао, его ассистент Сяо Чжао, Шэнь И и Юнь Чусяю — отправились в ближайшее кафе.
Рестораны вокруг киностудии встречались на каждом шагу: они в основном обслуживали съёмочные группы, привыкшие принимать звёзд, поэтому и обстановка, и блюда здесь были на высоте.
Четверо поднялись на второй этаж и вошли в отдельный кабинет. Цзян Юаньчао, последним зашедший вслед за Юнь Чусяю, снял маску и кепку и с досадой воскликнул:
— Жарко до смерти! Ванну зря принимал.
Он один из всех был знаменитостью, вынужденной прятаться от папарацци, и, глядя на остальных троих в лёгкой одежде, чувствовал глубокую несправедливость.
— Чусяю, поскорее становись популярной, — вздохнул он. — Стань знаменитой и раздели со мной эту муку.
Юнь Чусяю провела рукой по своим свежевымытым, мягким и блестящим волосам:
— Хи-хи, не хочу.
Голодные актёры без промедления принялись выбирать блюда. Когда дошла очередь до Юнь Чусяю, Шэнь И, до этого почти не разговаривавший с ней, вдруг оживился.
Юнь Чусяю просматривала меню и ткнула пальцем:
— Возьмём свинину по-шанхайски.
Официантка уже готова была записать заказ.
— Нет, — глухо произнёс Шэнь И. — Слишком жирное. Тебе нельзя.
Официантка замерла в ожидании согласованного решения.
Юнь Чусяю бросила на него взгляд и, сделав вид, что не услышала, повторила:
— Девушка, свинину по-шанхайски.
Официантка растерянно посмотрела на Шэнь И.
— Не надо, — сказал он.
Она перевела взгляд на Юнь Чусяю, чьё лицо уже потемнело от раздражения, и быстро решила, кто здесь главный. С честным видом она не стала записывать заказ.
Юнь Чусяю:
— …
Ладно, ты главный, ты босс, ты великий мастер. Не буду есть — и всё тут.
— Тогда курицу по-чунцински.
— Нет. Жарко, легко высыпать прыщи, а потом неудобно грим накладывать.
— …
— Курицу «саньбэйцзи».
— Нет.
— Острые креветки.
— Нет.
— Почки в остром соусе.
Шэнь И перешёл на односложные ответы:
— Меняй.
— …
Юнь Чусяю швырнула меню на стол:
— Если всё нельзя, может, мне пить росу? Как вам угодно?
Шэнь И задумался на несколько секунд и серьёзно ответил:
— Отличная идея. Разве маленькие феи не пьют росу?
К чёрту тебя и твоего большого сына с маленькой головой!
Юнь Чусяю мрачно подтолкнула меню в его сторону:
— Мастер Шэнь, меню ваше. Заказывайте сами.
Шэнь И не стал отказываться и совершенно спокойно взял меню. Пролистав пару страниц, он сказал:
— Парового окуня. Мало жира, лёгкое блюдо, к тому же полезное.
— ?
Юнь Чусяю крепко сжала стакан и злобно уставилась на него:
— Я не ем рыбу!
Она никогда не была привередливой в еде: сладкое, солёное, острое — всё шло в ход, и она с удовольствием пробовала любые блюда. Единственное, что она категорически не терпела с детства, — это горечь и рыбу. Причины? Причин не было. Просто не любила — и всё.
Шэнь И чуть приподнял бровь и взглянул на неё.
Разве бывает кошка, которая не ест рыбу?
— Парового окуня, — повторил он.
Официантка быстро записала заказ.
Юнь Чусяю сделала глоток воды и постепенно успокоилась.
Заказывай, заказывай… Я всё равно есть не буду — что ты сделаешь?
Цзян Юаньчао и Сяо Чжао молча пили воду, стараясь не привлекать внимания.
Цзян Юаньчао почесал подбородок и пробормотал:
— Я ещё не видел, чтобы Шэнь-гэ так себя вёл. Нет уж, девчонка права — в его улыбке не нож, а настоящая дубинка спрятана.
Он поставил стакан и вдруг с чувством вздохнул:
— Сяо Чжао…
Сяо Чжао был из деревни, приехал в город на заработки и устроился к Цзян Юаньчао в помощники, когда тот создал свою студию. Парень был тихим и скромным, но сообразительным и расторопным, привыкшим терпеть трудности.
Сяо Чжао послушно откликнулся:
— Да, босс Цзян.
— Не волнуйся, я тебя не обижу и не урежу пайку. Пока у меня есть кусок мяса, у тебя будет глоток вина.
— …
Сяо Чжао: ???
Юнь Чусяю сидела у края стола. Каждое блюдо, которое подавали, источало такой аромат, что запахи крутились у неё под носом, прежде чем улетучиться. Когда официантка принесла парового окуня — блюдо, лично заказанное «Мастером Шэнем», — она аккуратно поставила его прямо перед Юнь Чусяю.
— …
Юнь Чусяю постучала палочками друг о друга, спокойно повернула круглый столик и отправила блюдо к остальным троим.
Рыба была приготовлена отлично: белоснежное мясо контрастировало с тёмным соусом, а мелко нарезанный лук и имбирная соломка добавляли свежести, смягчая рыбный запах.
Шэнь И раскрыл палочки, взял самый нежный кусок — «месячное филе» — и медленно окунул его в соус.
Затем положил в тарелку Юнь Чусяю.
Его улыбка была мягкой и заботливой:
— Ты сегодня хорошо потрудилась. Надо подкрепиться.
Юнь Чусяю:
— …
Она смотрела на дымящийся кусочек рыбы в своей тарелке и стиснула зубы.
Этот ужин стал для неё настоящей пыткой.
Мясных блюд хватало, но Шэнь И строго контролировал порции — ни на грамм больше. Она даже не успевала как следует насладиться вкусом: мясные блюда не задерживались перед ней больше трёх секунд.
В итоге пришлось наедаться овощами, а сладкий напиток Шэнь И заменил на летнюю «спецводу» — простую кипячёную воду.
Блюда были вкусными, но настроение — унылым.
Какая ещё «управляемость фигурой»? Она и так не полнеет! Свинья ты эдакая, Шэнь И!
Юнь Чусяю опёрлась подбородком на ладонь и сделала глоток «летнего напитка», уныло думая об этом.
Кабинет был просторнее обычного, и четверо сидели в нём с запасом места. Юнь Чусяю слева сидел Сяо Чжао. Цзян Юаньчао и Шэнь И вели непринуждённую беседу, смеялись и шутили, создавая тёплую атмосферу. Она послушала немного и заскучала, повернувшись к Сяо Чжао, который молча уплетал рис.
Ей этот тихий и скромный ассистент сразу понравился. Взгляд её скользнул по чашке рядом — в ней вместо чая лежал кусочек рыбы, который ей подложил Шэнь И.
Юнь Чусяю подвинула чашку к Сяо Чжао:
— Братец Чжао, ешь рыбу.
Сяо Чжао был всего на год-два старше неё, так что звать его «братцем» было вполне уместно.
Но Сяо Чжао явно не ожидал такого.
Он как раз сделал глоток супа, и в этот момент у него перехватило дыхание — горячая жидкость хлынула не в пищевод, а в дыхательные пути.
Сяо Чжао закашлялся, схватил салфетку и начал откашливаться.
Первые приступы кашля уже привлекли внимание Шэнь И и Цзян Юаньчао.
Юнь Чусяю налила ему воды:
— Братец Чжао, всё в порядке?
Она удивилась: неужели от простого обращения такая реакция?
Сяо Чжао сделал пару больших глотков и наконец смог выдохнуть:
— Спасибо… Госпожа Юнь, не надо… так меня называть.
Его шея и лицо покраснели — то ли от кашля, то ли по другой причине.
— А как тогда?
Сяо Чжао, смущённый, не смотрел на неё:
— З-зовите просто Сяо Чжао.
— Так нельзя, — возразила Юнь Чусяю. — Получится, будто я старше.
— …
Сяо Чжао с мольбой посмотрел на своего босса.
Цзян Юаньчао прочистил горло:
— Чусяю, да ладно, разницы почти нет. Можно не обращать внимания.
Юнь Чусяю взглянула на всё ещё красного Сяо Чжао:
— Ладно, пусть будет так.
И снова подвинула чашку с рыбой:
— Сяо Чжао, ешь рыбу.
Сяо Чжао не стал раздумывать и поблагодарил. Но едва он поднял палочки, как вдруг почувствовал лёгкий озноб.
В кабинете была включена система кондиционирования, и температура была комфортной. Однако Сяо Чжао ощутил на себе чей-то пристальный взгляд — спокойный, но с явной угрозой.
Он поднял глаза и встретился взглядом с Шэнь И. Тот слегка сжимал губы, и в его тёмных глазах мелькала едва уловимая улыбка.
Улыбка была весьма многозначительной.
Мягкая, но ледяная. Вежливая, но угрожающая.
Сяо Чжао вдруг понял, что шевелиться больше не может.
Он на секунду задумался, опустил палочки и осторожно подвинул чашку в сторону Шэнь И:
— Мастер Шэнь, может, вы?
Шэнь И:
— …
Юнь Чусяю повернулась к нему с искренним выражением лица:
— Мастер Шэнь, хотите?
— … — Шэнь И взглянул на Сяо Чжао и любезно улыбнулся: — Ешь сам, а то пропадёт зря.
Сяо Чжао кивнул, но до самого конца ужина кусочек рыбы так и остался нетронутым — таким же, каким и был вначале.
**
После ужина четверо направились в отель.
У Цзян Юаньчао каждый день было много сцен, поэтому он сразу пошёл разбирать сценарий, уведя с собой Сяо Чжао. Юнь Чусяю завтра снималась только во второй половине дня, так что спешили не они. Шэнь И пошёл с ней медленным шагом.
Только что выйдя из прохладного кондиционированного помещения, они ощутили лёгкую жару, но летний ветерок был свеж и приятен, и вскоре стало легко и свободно дышать.
Юнь Чусяю поела лишь на семь-восемь баллов — этого хватило, чтобы утолить голод, но по сравнению с обычным обедом еда показалась пресной. Во рту зачесалось, захотелось чего-нибудь вкусненького.
Хорош бы сейчас ледяной колы… Но это оставалось лишь мечтой.
Она вздохнула.
Шэнь И шёл чуть позади. Девушка была в свободной майке с открытыми плечами, заправленной в короткую юбку, и её стройные ноги были полностью видны.
По меркам большинства актрис она была невысокой, но пропорции тела были идеальными — тонкая талия и длинные ноги. В одиночку она выглядела выше, чем была на самом деле.
Но для него она казалась слишком хрупкой.
— Как тебе работа на площадке?
Юнь Чусяю, не оборачиваясь, пожала плечами:
— Нормально. Режиссёр Лю строгий.
— С ним многому можно научиться, — сказал Шэнь И, поравнявшись с ней.
— Это точно, — кивнула она. — Хотя, честно говоря, учитель Юнь Сяо был куда строже.
Она вспомнила суровое лицо старого Юнь, когда он обучал её актёрскому мастерству, и высунула язык.
Но именно благодаря его строгости она так быстро освоила игру. Конечно, ей ещё далеко до совершенства — нужна постоянная практика.
Общение с Шэнь И сегодня было необычно мирным и лишённым конфликтов, и Юнь Чусяю немного расслабилась, раскрываясь в разговоре.
http://bllate.org/book/4069/425412
Готово:
