Цель Вэнь Янься, похоже, сводилась к одному — просто снимать её…
Тан Жуаньюй смутно размышляла об этом.
В её экзаменационной сцене, казалось, не было ничего примечательного, но само ощущение, что за ней наблюдает Вэнь Янься, поднимало её мысли ввысь, будто унося в океан из лепестков сакуры, напоённый сладким, тёплым ароматом.
— А? — вдруг раздался удивлённый возглас, прервавший её мечтания.
Автор: Спасибо за чтение!
Тан Жуаньюй мгновенно пришла в себя и уставилась на экран телефона Вэнь Янься.
В центре кадра по-прежнему была она, но справа от неё фигура в школьной форме вдруг шевельнулась.
Угол съёмки оказался как раз таким, чтобы запечатлеть каждое движение юноши.
Поэтому все увидели: парень сначала бросил взгляд на преподавателя-наблюдателя, затем будто невзначай глянул на камеру видеонаблюдения и, убедившись, что за ним никто не следит, резко повернул голову и вытянул шею, чтобы заглянуть на край стола Тан Жуаньюй.
А на краю её стола как раз лежал листок.
Тан Жуаньюй мгновенно вспомнила — тогда она только что набросала план сочинения и основные тезисы на черновике, а чтобы сперва решить остальные задания, просто положила его на самый край стола!
— Все видели, да? — холодно усмехнулся Вэнь Янься и, кивнув подбородком в сторону Чжан Сыцзи, добавил: — Чжан Сыцзи, ведь это ты сидел рядом с Тан Жуаньюй, верно? Значит, на видео изображён именно ты?
Чжан Сыцзи опустил голову так глубоко, что его лицо стало совершенно невидимым.
Вэнь Янься, впрочем, не обратил на это внимания и продолжил с ледяной насмешкой:
— Удачное у тебя место — слепая зона видеонаблюдения! Ты ведь знал, что камера запишет только, как Тан Жуаньюй оглянулась на меня, но не зафиксирует, как ты вытягивал шею, чтобы подглядеть её работу, верно?
Все присутствующие перехватили дыхание. Янь Тунфу и мисс Ли были потрясены хитростью Чжан Сыцзи, а Тан Жуаньюй вздрогнула от слов Вэнь Янься «оглянулась на меня».
Она встревоженно покосилась на учителей, опасаясь, что они уловят странность в этой фразе. Однако Янь Тунфу, поглощённый происходящим, не заметил детали и сурово спросил Чжан Сыцзи:
— Чжан Сыцзи, всё, что сказал Вэнь Янься, — правда?
На самом деле видео было настолько чётким, что всем было ясно: Чжан Сыцзи действительно подглядывал за черновиком Тан Жуаньюй. Слова Вэнь Янься были лишь логичным предположением о его мотивах и действиях — правдивы они или нет, уже не имело значения, ведь факт списывания был доказан.
Чжан Сыцзи, очевидно, тоже это понимал. Он сидел, опустив голову, и дрожал всем телом, будто плакал.
Его поступок был по-настоящему подлым. Не только из-за самого факта списывания, но и из-за злостного доноса на другого ученика — это уже выходило за рамки простого нарушения, становясь проявлением низкого морального качества.
Оба учителя прекрасно осознавали всю тяжесть его проступка. Мисс Ли и Янь Тунфу обменялись взглядом, после чего мисс Ли, полная искреннего раскаяния, улыбнулась Тан Жуаньюй:
— Жуаньюй, прости нас, пожалуйста. Мы ошиблись, обвинив тебя.
Тан Жуаньюй поспешно замотала головой:
— Учительница… Вы… Вы же должны были сначала разобраться… Пока ситуация неясна, ваши подозрения были вполне естественны…
Мисс Ли одобрительно кивнула и сказала Янь Тунфу:
— Господин Янь, ваша ученица — настоящая образцовая студентка! Я вам завидую!
Затем она сердито бросила взгляд на своего собственного ученика и гневно произнесла:
— А ты, Чжан Сыцзи, я вынуждена доложить о твоих действиях в учебный отдел. Жди соответствующего наказания!
Чжан Сыцзи по-прежнему сидел, опустив голову, будто его шея совсем обмякла.
Янь Тунфу, наблюдая за всем этим, покачал головой и тихо сказал Тан Жуаньюй:
— Прости, Жуаньюй. Ты зря переживала и потратила время. Можешь идти.
Затем он строго посмотрел на Вэнь Янься:
— А ты, Вэнь Янься, пойдёшь со мной к директору!
Вэнь Янься лишь холодно усмехнулся, явно не придав значения угрозе, и беззаботно ответил:
— Ладно, всё равно я каждые три дня должен к нему являться.
С этими словами он обернулся к Тан Жуаньюй и улыбнулся — в этой улыбке читалось и утешение, и лёгкая гордость.
Тан Жуаньюй опустила глаза и очень-очень тихо спросила:
— Ты… зачем меня снимал?
Вэнь Янься, казалось, особенно внимательно относился к ней — даже такой шёпот он расслышал.
Он наклонился к её уху, и его низкий, чуть хрипловатый голос прозвучал соблазнительно:
— Перед экзаменом я уже говорил: хочу запечатлеть все твои милые моменты.
Тан Жуаньюй вспомнила ту сцену и ещё глубже спрятала лицо, бормоча себе под нос:
— Что в решении задач может быть милого…
Вэнь Янься услышал и пожал плечами:
— Наверное, потому что ты — моя маленькая конфетка. Поэтому всё в тебе мило.
Сказав это, он на мгновение полюбовался покрасневшими ушками Тан Жуаньюй, тихонько усмехнулся, засунул руки в карманы и, с видом полной самоуверенности, не обращая внимания ни на кого, направился к двери.
Янь Тунфу тяжело вздохнул, затем взглянул на всё ещё не ушедшую Тан Жуаньюй и, стараясь говорить мягче, сказал:
— Уже скоро звонок, Жуаньюй. Беги в класс.
После чего кивнул мисс Ли:
— Мисс Ли, пойдёмте в административный корпус.
Мисс Ли кивнула в ответ, толкнула Чжан Сыцзи за плечо, и трое поочерёдно вышли из кабинета.
Тан Жуаньюй смотрела им вслед, крепко сжав губы, и медленно пошла прочь, опустив голову.
Едва она вышла за дверь, навстречу ей бросилась девушка и крепко обняла её.
Тан Жуаньюй ещё не успела опомниться, как в ушах уже загремел поток слов:
— Жуаньюй! Жуаньюй! Жуаньюй!!! С тобой всё в порядке???
Это, конечно же, была Фан Сихуань.
Тан Жуаньюй пришла в себя и поспешно улыбнулась ей, сладко ответив:
— Со мной всё хорошо, Сысы. Всё уже выяснили.
Фан Сихуань глубоко вздохнула с облегчением и прижала руку к груди:
— Я чуть с ума не сошла! Только вы с господином Янем ушли, в классе сразу пошли разговоры, что тебя обвинил один ученик из первого класса в списывании. Да это же абсурд! Я сразу поняла, что тут что-то не так, и тут же побежала сюда — вдруг смогу хоть что-то сказать в твою защиту.
Она говорила быстро и взволнованно, ясно показывая, насколько обеспокоенной и взволнованной была, услышав эту новость.
Сама же Тан Жуаньюй, зная, что дело улажено, стала гораздо спокойнее и мягче. Она взяла Фан Сихуань за руку и тихо успокаивала:
— Со мной всё в порядке. Уже… э-э… кто-то дал показания в мою пользу. Учителя поняли, что тот парень оклеветал меня.
— Я знаю, — Фан Сихуань перевела дыхание и тут же продолжила: — Я только что у двери услышала, как господин Янь сказал, что у него есть подозрения в твоей виновности. Я уже собиралась ворваться внутрь и заступиться за тебя, как вдруг мимо меня быстро прошёл Вэнь Янься. Я хотела его поприветствовать, но он даже не взглянул на меня — просто прошмыгнул мимо и ворвался в кабинет. А потом через некоторое время ты вышла, и я поняла: с тобой всё в порядке.
Тан Жуаньюй кивнула, слегка прикусив губу. Она не хотела подробно рассказывать Фан Сихуань, как именно Вэнь Янься ей помог. Ведь после этого его самого обвинили в нарушении правил, и Тан Жуаньюй чувствовала, что из-за неё он попал в неприятности.
Да и… быть тайно снятой Вэнь Янься… было как-то неловко. При этой мысли её щёки слегка порозовели.
Но Фан Сихуань не обратила внимания на её смущение и продолжала:
— Я подумала: если уж за дело взялся Летний бог, то любой скандал можно уладить! Он ведь даже на уроке у старого Яня «курицу» ест! А старый Янь — первый из «Четырёх жестоких чиновников» нашей школы №7 города Пинчэн! Даже такой хулиган, как У Хуань, держится перед ним тихо и хоть немного уважает его. А Вэнь Янься — настоящий бунтарь! Видимо, титул «первого парня школы» действительно перешёл к нему…
Тан Жуаньюй молча слушала, но любопытство взяло верх, и она наконец спросила:
— Сысы, ты снова упомянула У Хуаня. Я ведь его ни разу не видела…
Фан Сихуань на мгновение замерла, потом улыбнулась:
— Что в нём интересного смотреть! Впрочем… будет возможность! Сейчас он в отпуске — снимает веб-сериал. Наверное, через несколько дней вернётся…
Тан Жуаньюй наклонила голову и с лёгкой хитринкой посмотрела на подругу.
Фан Сихуань смутилась от её взгляда и толкнула её, притворно сердясь:
— Тан Жуаньюй! Ты что, от Вэнь Янься заразилась?!
— Нет! — Тан Жуаньюй ответила с невинным видом, но не могла скрыть улыбку.
Фан Сихуань изобразила крайнее возмущение и потянулась щекотать её:
— Ты маленькая проказница! Признавайся, что значила та хитрая улыбка!
Тан Жуаньюй поспешно увернулась, едва избежав её рук, но чувствовала, что находится в опасности.
И тут как раз прозвенел звонок. Тан Жуаньюй торжественно заявила:
— Сысы, слышишь? Урок! Бежим в класс!
Фан Сихуань притворилась, что не слушает, и рука её не опустилась. Но Тан Жуаньюй была спокойна — она знала Фан Сихуань: как бы та ни шалила, в важных делах всегда была серьёзной и ответственной.
Действительно, рука Фан Сихуань сжала ладонь Тан Жуаньюй, и они вместе побежали к классу.
В это время года весна уже вступала в свои права, и даже солнечный свет, проникающий в учебный корпус, стал заметно теплее.
Тан Жуаньюй бежала по коридору, держась за руку с Фан Сихуань. Она видела профиль подруги — изящный, но решительный. Это была её самая надёжная подруга.
Сердце Тан Жуаньюй будто окутывало мягкое, тёплое солнце — так уютно и спокойно.
Она сейчас была счастлива. Вэнь Янься заботился о ней и защищал, Фан Сихуань дарила тепло и поддержку. Ей хотелось, чтобы так продолжалось всю жизнь.
Более того, в её сердце зарождалось ещё большее желание.
Она мечтала о том дне, когда сможет поднять глаза — и сразу увидеть Вэнь Янься. А не так, как сейчас: за стеной, будто за непреодолимой пропастью, и лишь изредка, в перерывах, ловить его взгляд.
И, похоже, этот день наконец приближался.
Спустя полмесяца после того случая классный руководитель Сюань Цзичжунь объявила, что ученики десятых классов должны начать заполнять предварительные заявления на выбор профиля обучения.
Ещё в средней школе Тан Жуаньюй мечтала учиться на гуманитарном направлении. Её выбор никогда не колебался.
Но теперь у неё появилось новое стремление. Ей очень хотелось заглянуть в Звёздный класс и спросить, что собирается выбирать Вэнь Янься.
Правда, как бы ни решил Вэнь Янься, Тан Жуаньюй всё равно останется верна своему выбору. Просто ей очень хотелось учиться в одном классе с ним.
Однако напрямую спрашивать у Вэнь Янься ей было неловко.
Она решила сначала посоветоваться с Фан Сихуань.
И, как ни странно, Фан Сихуань думала о том же.
Тан Жуаньюй только встала со своего места, как Фан Сихуань уже подошла к ней и спросила:
— Жуаньюй, ты, наверное, выбираешь естественные науки?
Тан Жуаньюй удивлённо воскликнула «А?», и в её сердце мгновенно вспыхнуло разочарование:
— Я хочу учиться на гуманитарном…
— Что? — Фан Сихуань не поверила своим ушам. — У тебя же такая сильная математика, и по литературе ты тоже отлично пишешь! На естественных науках ты бы точно выделялась!
Тан Жуаньюй моргнула:
— Но мне нравится история… Я хочу поступать на исторический факультет…
Фан Сихуань недоумевала:
— Что в этом интересного? Всё это заучивание дат и событий — я уже тошнит! Да и историкам ведь трудно найти работу! А твои родители согласны?
Тан Жуаньюй кивнула:
— Да, они поддерживают.
Фан Сихуань тоже кивнула:
— Тогда отлично! Люди твоего возраста, у которых уже есть чёткая мечта, вызывают у меня зависть… А я сама ещё не поняла, что мне нравится и что выбрать…
— Значит, Сысы, ты хочешь учиться на естественных науках? — спросила Тан Жуаньюй.
— Родители настаивают — говорят, потом легче устроиться на работу, — пожала плечами Фан Сихуань.
Поговорив немного, она вдруг словно что-то вспомнила, но почему-то смутилась и запнулась:
— Э-э… Жуаньюй, у тебя сейчас есть время? Я хочу заглянуть в соседний класс…
— В Звёздный класс? — Тан Жуаньюй не удержалась и хихикнула. Она и Фан Сихуань действительно были на одной волне — обе тянулись к Звёздному классу.
http://bllate.org/book/4061/424916
Готово:
