Готовый перевод Shock! The Cold Beauty Secretly Loves Me / Тайная любовь ледяной красавицы: Глава 6

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Человек на фотографии улыбался слишком ярко, словно ворравшийся в оконный переплет солнцезащитный лучик макушки лета, от которого у человека слегка трепетали ресницы. Он в упор смотрел на тот слегка расстегнутый воротник рубашки, вспоминая, как в коридоре между уроками этот человек пробегал мимо, поднимая за собой ветерок, смешанный с ароматом свежей травы и газировки.

Его кадык легко дернулся, не издав ни звука, а сам он лишь на полдюйма отвел взгляд, задерживая его на узорах красной бумаги Доски почёта, но сердце билось чаще, чем обычно.

Как сильно хотелось... встать с ним плечом к плечу. Глядя на эту фотографию, приходилось лишь задирать голову вверх, ведь этот человек вместе с самой фотографией отделялся от него незримым слоем расстояния.

Это был тот самый свет, стоя на месте перед которым, ему приходилось запрокидывать голову, чтобы хотя бы прикоснуться.

Кончики пальцев сжали край школьной формы, кадык судорожно сглотнул. Не смея заглядываться слишком долго, при развороте он ступал очень легко, словно боясь потревожить это безмолвное, никем не ведомое восхищение, которое можно было прятать лишь на самом дне сердца.

— Какая молодец, Дуань Сяонянь, прибавил больше ста баллов, — без малейшего сожаления похвалил Шэнь Ючэн, подбираясь к его уху и интересуясь: — Какую награду хочешь?

Внезапно он нахмурился:

— Почему от тебя пашет табаком?

Дуань Сынэнь не изменился в лице:

— Только что в туалете пропах.

Шэнь Ючэн не стал сомневаться и, кивнув, повторил:

— Так какую награду хочешь?

Дуань Сынэнь моргнул:

— Мне нужен твой олимпиадный значок.

Шэнь Ючэн удивился:

— Зачем тебе он?

Дуань Сынэнь:

— Высокая проба.

Шэнь Ючэн:

— Ладно уж, брат вернется с соревнований — отдам.

— А твой сорванец еще знает, что тут проба высокая, глазастый какой!

Дуань Сынэнь кивнул.

Во вторник Шэнь Ючэн должен был ехать на математическую олимпиаду, поэтому в понедельник после обеда уже вовсю собирался в путь.

До сбора оставалось еще полчаса, а Шэнь Ючэн всё не переставал бубнить напутствия:

— В эти дни еду доедай до конца, еще не забывай про фрукты после обеда; на уроках слушай внимательно, проверочные работы пиши в свободное время, не отвлекайся во время занятий...

Дуань Сынэнь согласно кивал каждым движением, в одно ухо впуская, а из другого выпуская, что нисколько не мешало мыслям в его голове.

Даже уехав, все равно будешь мной командовать.

Словно раскусив его истинные мысли, Шэнь Ючэн с полуулыбкой произнес:

— Во время еды звони мне по видеосвязи, я буду смотреть, как ты доедаешь, — а затем легонько ткнул Дуань Сынэня в лоб: — Будь дисциплинированным!

Дуань Сынэню оставалось лишь с обреченным вздохом пообещать:

— ...Понял.

Шэнь Ючэн и впрямь сдержал слово: во время приемов пищи созванивался по видео и даже наблюдал, как тот доедает фрукты. Хоть Дуань Сынэнь неизменно ходил с каменным лицом и поджимал губы, он всё равно оставался послушным и делал ровно то, что ему говорили.

В те дни, когда Шэнь Ючэна не было рядом, за исключением моментов показательного послушания во время видеозвонков, Дуань Сынэнь не исправил ни единой своей дурной привычки в тех местах, где его никто не видел: пользуясь временем дневного сна, он укратакой дымил сигаретой на крыше и ковырялся в телефоне.

Но по закону подлости сегодня Мэн Ваньчжоу поднялся на крышу, разговаривая по телефону, и, подняв голову, нос к носу столкнулся с Дуань Сынэнем.

Дуань Сынэнь замешкался, не зная, выбросить ли окурок или продолжить курить, но в конце концов вытащил из пачки еще одну сигарету и предложил собеседнику:

— Будешь?

Выражение его лица выглядело слегка неестественным.

Мэн Ваньчжоу прищурился в сторону экрана телефона:

— А-Чэн, ты... — и уже собрался договорить следующее предложение.

Дуань Сынэнь резким движением схватил его за запястье, его кадык судорожно заходил вверх-вниз, а в глазах читалась мольба.

Мэн Ваньчжоу на секунду замер:

— Ничего, у меня тут срочное дело, я сбрасываю.

С этими словами он отключил вызов.

Лишь тогда Дуань Сынэнь отпустил его руку.

Мэн Ваньчжоу с ног до головы окинул Дуань Сынэня взглядом: тот казался отстраненным и безупречно чистым, а перед Шэнь Ючэном и вовсе вел себя до ненормального послушно — если бы не сигарета, зажатая между его пальцами.

Сказать было нечего.

Он протянул руку, принимая предложенную сигарету, прикурил и затянулся:

— А притворяться мастак.

Дуань Сынэнь бесстрастно бросил:

— Спасибо.

Мэн Ваньчжоу не стал ни о чем расспрашивать, а Дуань Сынэнь ничего не объяснял. Выкурив по сигарете на крыше, они вместе направились в сторону класса.

Вскоре Шэнь Ючэн вернулся в школу с прекрасным результатом — первым местом на олимпиаде.

Дуань Сынэнь тоже заполучил заветный олимпиадный значок, который бережно уложил между страниц в потайной кармашек школьной сумки; там же лежала копия сочинения, одна фотография и изящная закладка.

Шэнь Ючэн бросил косой взгляд на его манипуляции:

— Так дорожишь им?

Дуань Сынэнь:

— Красивый.

По окончании урока для самостоятельных занятий Хоу Лаймин стремглав вбежал в класс и зычно объявил:

— Хорошие новости! — Переведя дыхание и восстановив сбившееся дыхание, он продолжил: — Через две недели спортивные состязания, уже можем готовиться и подавать заявки на дисциплины!

Спорторг Ду Хайлун выглянул из-за его спины:

— Язык быстрее моего работает.

— Заявки уже открыты, все активно записываемся, а то опоздаем, и все виды спорта разберут, — Ду Хайлун перевел взгляд на Шэнь Ючэна: — Братишка Чэн, в этом году добавили трехкилометровку, будешь участвовать?

Шэнь Ючэн покачал головой:

— Наверное, только тысячу побегу, да еще в эстафете участвую, а три километра идут перед эстафетой, боюсь, не вывезу.

За неделю большинство дисциплин оказались заполнены, и лишь бег на три тысячи метров оставался почти без желающих.

Спорторгу оставалось лишь упрашивать тех одноклассников, кто еще никуда не записался. В их числе оказался и Дуань Сынэнь. Спорторг окинул взглядом его тонкие руки и ноги:

— Мне аж совесть совестно...

Дуань Сынэнь покачал головой:

— Ничего страшного, всего один раз.Шэнь Ючэн об этом совершенно ничего не знал. Он полусогнул локоть, подперев им щеку, и линии его профиля, очерченные мягким светом, струящимся из окна, казались еще более отчетливыми и изящными. Длинные и густые ресницы, опускаясь, отбрасывали легкую тень, переносица была высокой, а линия губ — от природы бледной; в этот момент они слегка сжались, и он ровно и мягко дышал.

Дуань Сынэнь посмотрел на него, сжимая в руке телефон так, что кончики его пальцев чуть заметно подрагивали. Боясь потревожить эту тишину, он затаил дыхание и навел объектив на ту безупречную линию подбородка, а затем тихонько подкорректировал угол, захватив в кадр и плывущие за окном клочья облаков.

Звук затвора был почти неслышным, но он чувствовал себя так, будто совершил какую-то величайшую тайну. Поспешно погасив экран и сунув телефон в карман, он почувствовал, как уши слегка залились жаром.

Вечером, вернувшись домой, Дуань Сынэнь, как обычно, поболтал с бабушка Дуань о повседневных школьных делах и, попрощавшись, ушел в свою комнату.

Достав из кармана телефон, он некоторое время смотрел на сделанную тайком дневную фотографию, глубоко вздохнул, подошел к мольберту на балконе и принялся рисовать, глядя на снимок.

Дуань Сынэнь словно вернулся в то лето, когда ему было пятнадцать. Цикады шумели так оглушительно, будто собирались с крыши сорвать черепицу, а он, сжимая в руке больничный счет, торопливыми шагами шел домой.

Его мать была уроженкой южных краев, и в уголках ее глаз и бровей таилась влажная мягкость речного края. Больше всего на свете она любила в будние дни рисовать у окна, и на ее бумаге неизменно оживали бамбуковые рощи, источая свежесть.

Его отца в смотровой кабинете смертельно ранил ножом пациент с неустойчивой психикой и возбужденными родственниками. Несмотря на все усилия врачей после доставки в больницу, спасти ту жизнь, что спасла стольких других, в конце концов так и не удалось.

Обстановка резко переменилась.

Рука матери, державшая кисть, судорожно дрогнула, оставив на бумаге длинный росчерк краски.

Она не плакала, лишь лицо ее в один миг побелело как бумага, после чего она схватилась за грудь и медленно осела на пол. Сигнал тревоги об остановке сердца пронзил тишину художественной студии.

Дуань Сынэнь резко проснулся. Сердце в груди колотилось так яростно, будто пыталось разломать ребра, а виски покрылись тонким слоем холодного пота.

Кончики пальцев инстинктивно впились в простыню под ним, скомкав ткань в глубокие складки, а в горле разлилась тяжелая, гнетущая сухость.

Он поднял руку и вытер лицо — кожа под ладонью была обжигающе горячей, но в то же время от нее веяло пронзительным холодом.

Оказалось, это снова был сон.

Лунный свет падал сквозь занавески на юношу. Он медленно свернулся калачиком, уткнувшись лицом в колени, и его хрупкая спина едва заметно дрожала, не издавая при этом ни звука.

На следующий день Дуань Сынэнь встал и убрал картину с балкона: краска на бумаге уже высохла, и спящий на ней человек выглядел удивительно красиво, с безупречным профилем.

Дуань Сынэнь долго вглядывался в рисунок — пожалуй, ему никогда не надоест на это смотреть.

Возможно, из-за вчерашнего сна Дуань Сынэнь был молчаливее обычного.

Прежде даже в молчании его пальцы бессознательно гладили уголки страниц или замирали, глядя на облака за окном, но сегодня он даже не удостаивался поднять ресницы. Казалось, всего его закутало в тонкую ледяную корку, и даже в дыхании чувствовалась тяжелая заторможенность.

Шэнь Ючэн держал в кармане только что купленную леденцовую палочку со вкусом винограда. Сунув ее прямо перед глазами Дуань Сынэня, он нарочно легонько ткнул пальцем ему в плечо и громко, так, чтобы слышал весь класс, произвел:

— Дуань Сяонянь, окажешь честь? Попробуй, сладко или нет. Если сладко, считай, что это я тебя угостившее подношение.

Увидев, что Дуань Сынэнь не шевелится, он ничуть не рассердился, а напротив, пододвинулся еще ближе, переходя все границы. Его теплое дыхание почти касалось ушной раковины парня, а в голосе звучали игривые, манящие нотки:

— Тц, чего это ты сегодня раскис? Что ты там вчера тайком делал, неужто расстроился из-за чего-то?

Говоря это, он решительно развернул конфету и, пользуясь преимуществом в росте, чуть подался вперед, норовя непременно сунуть сладость прямо в рот Дуань Сынэню. Улыбка на дне его глаз сияла ослепительно:

— Открывай рот, а-а... умница.

Дуань Сынэнь послушно открыл рот и принял угощение. Конфета медленно таяла на кончике языка, сладость наступала быстро, но вовсе не была приторной, неся в себе прохладную чистоту, которая растекалась от кончика языка к самому корню и мягко опускалась в горло.

Убедившись, что тот съел конфету, Шэнь Ючэн протянул руку и несильно, как раз с нужной силой, потрепал его по волосам, вложив в жест нечто неотразимое:

— Всё, хорош ходит с кислым лицом, смотреть больно.

Спустя какое-то время Дуань Сынэнь едва слышно произнес: «Угу». Голос его звучал низко и хрипло, но в нем уже было больше жизни, чем в утреннем оцепенении стоячей воды.

Шэнь Ючэн пощупал его за загривок, чуть ли не уговаривая:

— Не хочешь рассказать мне, почему ты расстроился?

Пальцы Дуань Сынэня слегка сжались:

— Проводи меня после школы домой.

Шэнь Ючэн легко рассмеялся:

— Хорошо, тогда побуду телохранителем.

Выйдя за школьные ворота, они зашагали плечом к плечу. Сумерки распластались по карнизам учебного корпуса, вытягивая их тени в длинные силуэты.

Дуань Сынэнь шагал очень медленно, так вцепившись в лямки рюкзака, что они побелели, а костяшки пальцев приобрели синеватый оттенок.

Опустив взгляд и уставившись на пробивающуюся сквозь трещины в плитке траву, он несколько раз сглотнул, прежде чем сквозь зубы выдавить прерывистые слова:

— Мои родители погибли в один день. Отец был ранен ножом пациентом с неустойчивой психикой, он потерял слишком много крови.

— Мама умерла от сердечного приступа, когда услышала новость о смерти отца. Что бы я ни делал, я не смог ее спасти.

— Прошлой ночью мне взбрело в голову нарисовать картину, а ночью мне приснились те события...

http://bllate.org/book/40507/5142783

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода