Когда автомобиль Не Яня наконец остановился у входа в отель, Чэнь Юань сидел на диване в комнате отдыха рядом с банкетным залом. На низком столике рядом с ним стояла тарелка с нечищеными фруктами, от которой почти ничего не осталось — Чэнь Юань успел расправиться с большей частью.
Поднимаясь, он небрежно прихватил апельсин и сунул его в карман брюк. Вкус этих мелочей его искренне интересовал.
Фан Лэшуй, заметив это краем глаза, невольно поморщился:
— Сяо Юань, ты и так уже немало съел, к тому же скоро тебе предстоит подняться на сцену для произнесения клятв вместе с Не Янем...
Чэнь Юань опустил взгляд на слегка оттопырившийся край пиджака и безразлично ответил:
— Никто не обратит на это внимания.
Фан Лэшуй проводил взглядом его спину, удаляющуюся к выходу, и промолчал. Его не покидало странное чувство, будто человек перед ним стал совсем другим: в каждой его фразе сквозила необъяснимая, непререкаемая уверенность. Хотя, конечно, проявлять такую уверенность в вопросе кражи фруктов было довольно странно...
Впрочем, в целом подобные перемены казались ему к лучшему. Возможно, недавние события стали для Чэнь Юаня слишком сильным потрясением. С этой мыслью Фан Лэшуй, отстав на шаг, вышел из комнаты отдыха следом за ним.
По иронии судьбы, едва они вышли в коридор, как столкнулись с группой людей. Точнее, с целой свитой, которая словно звезды вокруг луны следовала за мужчиной, шедшим впереди.
Мужчина был из тех, на кого невозможно не обратить внимание. Высокий, широкоплечий, с длинными ногами, он был облачен в костюм, который словно был создан специально для него. Одежда лишь подчеркивала его элегантность и притягательность, а в каждом движении чувствовалось врожденное благородство — лишенное острых углов, но полное достоинства.
Неизвестно, что именно произнес кто-то из окружения, но на невероятно красивом лице мужчины заиграла полуулыбка. Тонкие губы изогнулись в намеке на усмешку. Его манера держаться была настолько небрежной, что окружающие, боясь показаться навязчивыми, изо всех сил старались вставить хотя бы слово, лишь бы привлечь крупицу его внимания. Поэтому там, где они проходили, всегда стоял шум.
Фан Лэшуй заметил движение впереди раньше Чэнь Юаня. Увидев лицо мужчины, он широко открыл глаза, и в его голосе прозвучало неподдельное изумление:
— Не Янь?
Произнеся это имя, он наконец осознал, что происходит, и добавил, в его тоне проступила растерянность:
— Постой... Так это и есть Не Янь?
То ли мужчина услышал вырвавшийся у Фан Лэшуя вопрос, то ли по иной причине, но он перевел взгляд. И встретился с глазами Чэнь Юаня, который как раз поднял голову.
Две пары глубоких, темных, словно звездное небо, глаз на мгновение замерли друг напротив друга. В толпе послышался приглушенный шепот. Кто-то попытался тихо предупредить:
— Господин Не, это ведь...
Не Янь поднял руку, прерывая говорящего. Он сделал несколько шагов вперед, остановившись всего в паре шагов от Чэнь Юаня. В его темных глазах блеснул холод:
— Ты — Чэнь Юань.
Голос звучал так же ледяно, как и сам мужчина.
Чэнь Юань скользнул взглядом по свите, которая замерла в нерешительности, и снова посмотрел на своего собеседника.
— Не Янь.
Его тон был похож на тон собеседника, но звучал еще более отстраненно и холодно, а голос был еще ниже и глубже.
Взгляд Не Яня слегка дрогнул. Он не ожидал, что Чэнь Юань окажется настолько не похож на человека из досье, и этот факт его удивил.
Чэнь Юань не заметил его реакции и на мгновение погрузился в воспоминания. Согласно сценарию маленького мира, переданному Системой, сюжет разворачивался именно с точки зрения Не Яня.
В эпоху, где развлечения стояли во главе угла, каждый год на небосклоне шоу-бизнеса появлялись новые звезды, и Не Янь был одним из самых талантливых среди них. Молодой, красивый, одаренный — его окружало множество позитивных ярлыков. Он был любимцем эпохи, и казалось, что с того самого момента, как он впервые появился на экранах, он был обречен на всенародную любовь. Так оно и было.
На второй год после официального дебюта слава Не Яня достигла своего пика. Но на третий год, когда он уже был готов выйти на азиатский рынок, в тени начал зреть смертельный удар.
Появились некие информаторы, которые под знаменем справедливости принялись поливать его грязью. Слухи один за другим — гомосексуализм, сон с фанатками, звездная болезнь, употребление наркотиков, внебрачный сын любовницы — посыпались как грибы после дождя. Интернет заполонили всевозможные доказательства, наполовину правдивые, наполовину ложные. Фанатов, пытавшихся его защитить, называли слепыми фанатиками, а актеров, которые общались с ним, постоянно донимали журналисты — даже нейтралитет в то время считался преступлением. Всего за одну ночь Не Янь превратился из популярной звезды в изгоя, которого каждый считал своим долгом пнуть. Расторгались контракты, перекраивались шоу, отменялись концерты.
Не Яня заблокировали. У него не было связей, не было покровителей, и ему пришлось в одиночку столкнуться с беспрецедентной травлей в сети. В итоге он решил уехать за границу и с тех пор пропал из поля зрения.
Лишь много позже поползли слухи, что столь печальная участь постигла Не Яня из-за того, что он перешел дорогу Чэнь Юаню, наследнику Линьхай Эразмент.
Прошло пять лет. Не Янь, вернувшийся в страну как признанный внебрачный сын легендарного бизнес-магната, спустя некоторое время тоже услышал эти слухи. По несчастливой случайности частный детектив, нанятый Не Янем, оказался нерадивым и по ошибке приписал преступления, совершенные Хэ Юанем по собственной инициативе, самому Чэнь Юаню. Так и появился этот пресловутый брачный контракт.
Чэнь Юань не считал, что в этой ситуации есть что-то неприемлемое, просто не любил, когда его в чем-то обвиняют ошибочно. Но раз уж Не Янь сам не начал этот разговор, то и ему не было нужды проявлять инициативу.
Оба молчали. Атмосфера в коридоре стала гнетущей. Вскоре тишину нарушил голос:
— Сяо Юань!
Кроме Хэ Юаня, никто больше не позволил бы себе так громко кричать в подобном месте. Чэнь Юань нахмурился, едва заслышав этот звук.
— Сяо Юань, ты где... — Хэ Юань, заметив Чэнь Юаня, стоящего за углом, поспешно замолчал, а затем, уже с недовольством, добавил: — Почему не откликнулся, когда я позвал? Знаешь, как трудно тебя найти!
Он подошел ближе и принялся объяснять:
— Скорее идем, свадьба вот-вот начнется. Тебе еще на сцену выходить, нельзя опаздывать!
Увидев, что Чэнь Юань не двигается, он изменился в лице:
— Сяо Юань, ты сегодня какой-то странный. Ты что, в самый последний момент решил передумать?
Фан Лэшуй, который все это время слушал, напрягся. Он хотел было украдкой взглянуть на лицо Не Яня, но Хэ Юань уже подскочил к ним.
— Сяо Юань, раз уж мы здесь...
Чэнь Юань поднял глаза на Хэ Юаня. Его взгляд, острый как лезвие, заставил последнего невольно вспомнить недавний инцидент. У Хэ Юаня по спине пробежал холодок, запястье снова начало ныть, и он инстинктивно спрятал руку за спину. Только тогда он пришел в себя и торопливо заговорил:
— Сейчас все уже знают, что ты должен...
Фан Лэшуй внезапно громко прочистил горло.
— Ладно, старина Хэ, господин Не тоже здесь, не болтай лишнего, не надоедай Сяо Юаню.
— Господин Не? — Хэ Юань замер, не сразу поняв смысл слов Фан Лэшуя. — Не, господин Не?
Он торопливо посмотрел в сторону и действительно увидел Не Яня. В тот же миг его словно громом поразило, он отшатнулся:
— Не Янь?!
Его реакция была настолько странной, будто он увидел привидение. Даже Фан Лэшуй был удивлен:
— Старина Хэ, что с тобой?
Хотя он сам был немало поражен встречей, но его вид не шел ни в какое сравнение с тем, в какой ужас пришел Хэ Юань — его лицо даже исказилось.
Однако Хэ Юань уже не слышал, что говорит Фан Лэшуй. Рука, спрятанная за спину, не переставала дрожать. Он помнил это лицо. Когда пять лет назад происходила блокировка Не Яня, он лично руководил процессом. Более того, лицо Не Яня было настолько редким и красивым, что забыть его было просто невозможно!
Он никогда не мог подумать, что артист, которого так основательно втоптали в грязь, однажды получит шанс на возвращение! Нет, это было не просто возвращение. Это же... Семья Не!
Губы Хэ Юаня побелели. Сглотнув, он спустя долгое время попытался взять себя в руки:
— Оказывается, господин Не тоже здесь.
Теперь он мог надеяться только на то, что Не Янь еще не знает правды о той травле.
— Кстати, церемония сейчас начнется...
Увы, его притворство выглядело жалко. Не Янь сразу разглядел панику Хэ Юаня и, сравнив её с хладнокровным спокойствием Чэнь Юаня, затаил в душе семя легкого сомнения.
— Тогда пойдемте вместе.
Группа людей дружно повернулась и направилась в сторону банкетного зала. Хэ Юань, шедший рядом с Чэнь Юанем с внутренней стороны, больше не проронил ни слова. Сейчас он мечтал лишь об одном — стать песчинкой, чтобы Не Янь перестал обращать на него внимание.
Как только они дошли до дверей банкетного зала, он тут же нашел предлог, чтобы найти Хэ Минцзе, и поспешно скрылся.
Фан Лэшуй от ярости стиснул зубы:
— Скоро клятвы, а он — единственный твой родственник, который здесь остался, — почему он убежал?!
Чэнь Юаня совершенно не волновало, куда ушел Хэ Юань. Фан Лэшуй, видя, что тот по-прежнему невозмутим, решил скрыть свое раздражение, чтобы не портить настроение другу.
В этот момент к ним подошел распорядитель свадьбы с безупречной улыбкой:
— Господин Чэнь, свадьба скоро начнется, пожалуйста, пройдемте со мной.
http://bllate.org/book/40444/5134349
Готово:
