Этот призрачный силуэт парил в полуметре от пола, в лохмотьях — с первого взгляда вылитый бродяга, застрявший в воздухе. Этому нищему на вид было около семнадцати-восемнадцати лет, с короткой стрижкой, бледной кожей и точеными чертами лица — в общем-то, весьма симпатичный. Вот только пара угольно-черных глаз смотрела на окружающих с постоянным зловещим оттенком. И это был как раз тот самый загробный друг, которого искала Сюй Яо — Цзи Фэнъюй.
В январе 2017 года Цзи Фэнъюй, поссорившись дома с отцом, который годами злоупотреблял алкоголем и сидел на запрещенных веществах, получил три ножевых ранения и трагически погиб. После его смерти отец больше полугода бегал от правосудия, прежде чем его наконец поймали. Никто не устроил парню похорон, никто не проводил его в последний путь и тем более никто не воскурил ради него благовоний и не установил поминальную табличку. Обида Цзи Фэнъюй на мир живых оказалась слишком сильна, он никак не мог отпустить прошлое, чтобы переродиться, и в мгновение ока превратился в одинокого бродящего духа.
Сюй Яо совершенно случайно заметил его, слоняющегося возле буддийской лавки, предложил ему «поесть» трех палочек благовоний и немного поболтал с ним. Узнав, что этот парень живет всего через улицу от него, Сюй Яо даже стал ежедневно читать по нему сутры, надеясь пораньше развеять его душевные терзания.
В конце концов развеять эти терзания так и не удалось, зато «они вдвоем» стали лучшими друзьями, которым было о чем поговорить. Если и был в этом мире кто-то, кому Цзи Фэнъюй действительно мог довериться, так это Сюй Яо.
— Ты кто такой? — Цзи Фэнъюй нахмурился, в мгновение ока подлетел к Сюй Яо на расстояние в один сантиметр и уставился на него свысока. В его тени клубилась серо-голубая зловещая аура, так и носившая придушить Сюй Яо, если тот скажет хоть что-то не то. — Как ты узнал, как меня призвать?
— Фэнъюй, это же я, Сюй Яо, — тихо произнес Сюй Яо. — Ты меня помнишь? Сюй Яо из той буддийской лавки. Мать твою за ногу, как же тут нервно! Прошло ведь лет пятьсот, не меньше?
— Сюй Яо? — Цзи Фэнъюй окинул его оценивающим взглядом с ног до головы, и мрачная аура понемногу отступила, словно он не верил своим глазам. — Ты, сопляк, и правда Сюй Яо?
— Да-да, это я! — заметив, что тот, кажется, еще помнит его, Сюй Яо закивал изо всех сил и, покосившись на дверь ванной, понизил голос еще сильнее: — Я, э-э, разве не помер в марте 2019 года? А потом непонятно как занесло сюда. Сейчас это мое новое тело. Как ты тут все эти годы? После моей смерти кто-нибудь еще читал по тебе сутры?
— …Кто тебе тот человек снаружи? — проигнорировав вопрос Сюй Яо, неожиданно спросил Цзи Фэнъюй.
— Снаружи? — Сюй Яо сперва опешил и лишь потом сообразил, что Цзи Фэнъюй имеет в виду Сюй Яо. — Ой, ну, теперь он мой законный супруг по документам. Сначала я очнулся на Таро, и это он привез меня сюда.
Заметив странное выражение на лице Цзи Фэнъюй, Сюй Яо поинтересовался:
— Что такое?
— Он просыпается, — ответил Цзи Фэнъюй.
Сюй Яо: «!!!»
Прислушавшись внимательнее, Сюй Яо действительно расслышал тихое шуршание постельного белья, а следом за ним — невнятное бормотание Сюй Яо. Разобрать слова не удалось, но он успел вымолвить:
— У него на душе такая тяжелая аура мертвецов, с чего это ему просыпаться в такую рань?
При столь густой и тяжелой злобе в нормальных условиях человек должен был проспать до самого завтрашнего утра?!
Цзи Фэнъюй нахмурился и произнес:
— Он не простой человек. Ты разве не заметил, что он способен сам рассеивать мертвецкую ауру? Хоть его руки и обагрены кровью, в глубине души этого человека живет праведность, и обычная злоба не сможет долго удерживаться на нем.
Выходит, Дядя Мин был прав, когда говорил, что Сюй Яо немного похмурится, выспится, и все пройдет?
Сюй Яо спросил Цзи Фэнъюй:
— Ты знаком с Сюй Яо?
Цзи Фэнъюй издал холодный смешок, в тоне которого сквозило презрение вперемешку со странным подобием уважения:
— Кто же на этой планете не знает Яньвана Сюя?
С этими словами он стремительно проскозьнул сквозь стену и уселся прямо на спину Сюй Яо.
Сюй Яо по-прежнему лежал ничком. Он уже было собрался проснуться, но от такого пинка Цзи Фэнъюй погрузился обратно в сон. Он продолжал спать, нахмурив брови, в голове его крутились сплошные кошмары, а выражение лица выглядело довольно мучительным.
Сюй Яо: «…»
Сюй Яо поспешно задернул умные жалюзи, чтобы снаружи никто ничего не заметил, и вопросительно посмотрел на Цзи Фэнъюй, мол, можно ли теперь разговаривать.
Цзи Фэнъюй огляделся по сторонам:
— Моих слов он не услышит. Но говори потише.
Сюй Яо немного расслабился:
— Фэнъюй, я призвал тебя, чтобы расспросить, что вообще произошло за эти пять с лишним веков. И еще — есть ли у меня хоть какой-то способ вернуться обратно. Здесь… твою мать, полнейший пиздец. Ты в курсе, что это мое тело — омега? У него, блин, бывает течка! Просто нет слов!
Цзи Фэнъюй, снова, спустя столетия, наблюдавший, как Сюй Яо яростно обмахивает себя рукой, на мгновение замер. Это было его привычным жестом в моменты раздражения, но он никак не ожидал, что тот притащит эту привычку сюда. Посмотрев на него отсутствующим взглядом, призрак произнес:
— Вернуться невозможно. Не то что ты — я сам не могу вернуться. Катаклизм, случившийся двести с лишним лет назад, был катастрофой вселенского масштаба. С тех пор ни у кого из нас больше нет дома. Разве ты не заметил по приезде, какая здесь чудовищно тяжелая аура мертвецов?
Сюй Яо кивнул:
— Заметил. Я как раз хотел спросить тебя, что тут вообще стряслось.
Цзи Фэнъюй приглушил свет торшера еще сильнее и заговорил:
— Во время того великого переселения, длившегося целых пятнадцать лет, здесь бросили слишком многих. Они… стали такими же, как я тогда.
Какими «такими же»?
Едва этот вопрос промелькнул в голове у Сюй Яо, как он сам догадался до ответа. По дороге на Хуася он тоже искал в сети информацию, чтобы лучше понять историю этих пятисот лет, и выяснил, что то великое переселение было точь-в-точь как в виденных им фильмах-катастрофах: сбежать удалось далеко не всем. На самом деле, сталкиваясь с катастрофой, грозящей полным вымиранием, люди, как и любые другие животные, направляют все силы на защиту тех генотипов, у которых больше шансов на выживание — такова природа.
То переселение увезло на Таро около ста пятидесяти тысяч человек, а оставленных позади оказалось несравненно больше, чем увезенных. Было бы еще полбеды, если бы все эти люди смогли отпустить свои навязчивые идеи и обиды, но всегда находились те, кому это было не под силу. Быть может, в их сердце и не таилось злобы или одержимости, но оставалась парочка дорогих сердцу людей — и тогда они, подобно Цзи Фэнъюй, застревали на вечные времена без возможности переродиться.
Сюй Яо даже представить себе не мог, сколько же по всему миру бродит одиноких духов. Их оставили здесь, никто не проводил их в последний путь, никто не приносил жертв. Они даже не могли отправиться на перерождение, ведь было очевидно, что новая жизнь здесь практически не зарождалась. Теперь он даже начал сомневаться, существуют ли вообще законы загробного мира.
— А где ты сейчас живешь? — Сюй Яо вспомнил, что когда-то сжег для Цзи Фэнъюй роскошную особняк-виллу, а в придачу одежду и золотые слитки, но судя по нынешнему виду Цзи Фэнъюй, жизнь его была не сахар.
— Километрах в шестистах отсюда есть одно кладбище, — ответил Цзи Фэнъюй.
— Кладбище? — Сюй Яо вдруг что-то сообразил. — А ты помнишь, какое сегодня лунное число?
— По-твоему, я похож на призрака, который запоминает такие даты? — вспылил Цзи Фэнъюй и зыркнул на Сюй Яо. — Чего тебе?
— Мне нужно подпитать мою кисточку для талисманов, это надо сделать как раз тридцатого числа. Давай так: ты пока никуда не уходи. Оставайся здесь, а я потом организую тебе нормальное жилье, — пообещал Сюй Яо. — До остальных мне сейчас дела нет, но о своем лучшем друге я позаботиться смогу. Как только рассветет, пойду куплю бумаги и склею тебе новый дом.
— Ладно. Тогда на сегодня всё, я пошел.
— Пошел? — опешил Сюй Яо. — Куда это?
— А зачем мне оставаться здесь, пока вы двое спите? Разумеется, вернусь туда, где мне положено быть.
— Твою мать! Так не пойдет! — запротестовал Сюй Яо. — У него и так столько мертвецкой ауры рассеялось, если ты уйдешь, он точно проснется. А если он вдруг…
Сюй Яо поочередно ткнул пальцем в Сюй Яо и в себя:
— По мне же видно, что я ему не соперник! Мы же кореша, или кто?!
Цзи Фэнъюй критически оглядел Сюй Яо, затем перевел взгляд на Сюй Яо и с видимым нежеланием согласился:
— Ладно уж. Спи давай, а я постою у него на спине.
Он издал презрительный смешок:
— Сегодня трясусь от страха перед ним, а завтра будем за ручки держаться.
Сюй Яо:
— Чего ты сказал?
Цзи Фэнъюй с ухмылкой злорадствовал:
— Я говорю, у омег совсем нет стыда. Раньше видел я парочки в период течки — ну просто зрелище, ццц…
Сюй Яо едва не задохнулся от возмущения. Токсичный друг — на то он и токсичный, тут стопроцентно имелась веская причина, вот уж кто мастерски умел портить нервы! Надо же, прошло больше пятисот лет, а Цзи Фэнъюй ничуть не изменился, разве что стал еще бесстыднее в выражениях. Впрочем, этот гад и раньше не отличался скромностью!
Спать больше не хотелось. Сюй Яо решил пошарить в сети и поискать нужные товары: благовония, свечи, жертвенную бумагу. Поскольку его собственный коммуникатор и нейросеть ловили здесь из рук вон плохо, пришлось воспользоваться тем устройством, что дал ему Сюй Яо. К его великому разочарованию, в такой огромной Империя Таро не нашлось ни единой лавки, торгующей благовониями. Золотая фольга кое-где продавалась, но жители Империя Таро использовали ее в основном для дизайнерских или декоративных целей.
Увидев, что именно ищет Сюй Яо, Цзи Фэнъюй заметил:
— Даже если ты сейчас нажжешь мне золотых слитков, тратить их все равно негде.
— Почему? — удивился Сюй Яо.
Цзи Фэнъюй прохаживался взад-вперед по спине Сюй Яо, словно используя того в качестве моста:
— В преисподней больше особо ничего не купишь. В те времена туда в один миг хлынуло столько озлобленных душ, что припасы моментально исчерпались. К тому же ты и сам знаешь, здешние вещи не вечны. Иначе, судя по тому, сколько всего жгли живые в прежние времена, загробный мир давно бы уже взлетел на воздух.
— Понял, — кивнул Сюй Яо.
Не церемонясь, он натянул одеяло до самого подбородка и покосился на Сюй Яо:
— Он завтра случайно не позеленеет целиком?
— Нет, максимум будет выглядеть так, будто по нему проехался грузовик, — успокоил Цзи Фэнъюй.
Сюй Яо: «…»
Хотя лицо у Сюй Яо выглядело несколько страдальческим, с его-то стальным телосложением, должно быть, все обойдется? Иначе, вздумай он проснуться прямо сейчас, ситуация вырисовывалась бы крайне неловкая.
Поразмыслив немного, Сюй Яо решил сначала выспаться, а разбираться со всем уже после пробуждения.
Возможно, из-за того, что ему удалось призвать Цзи Фэнъюй, на душе у Сюй Яо стало спокойнее, и он проспал до самого утра на удивление крепко. Проснувшись на рассвете, Цзи Фэнъюй он уже не застал, зато чувствовал себя вполне бодрым.
А вот Сюй Яо выглядел куда хуже. Он сидел и молча, с абсолютно бесстрастным выражением лица, в упор рассматривал Сюй Яо.
— Т-ты чего? — Сюй Яо испуганно вжался в подушку, словно напуганная белка, и торопливо подтянул одеяло повыше. Почему-то в такие моменты Сюй Яо со спокойным лицом пугал его гораздо сильнее, чем когда был мрачнее тучи.
— Во сколько я вчера заснул? — поинтересовался Сюй Яо.
— Эм, как только я вышел из ванной, ты уже спал. Ну я и лег следом, — ответил Сюй Яо. — А что такое?
— Ничего, — Сюй Яо прищурился, размял плечи и шею, после чего поднялся с кровати и направился в ванную.
Заметив выпирающее у него в штанах орудие размером с конский хрен, Сюй Яо на мгновение лишился дар речи. Он поспешно выскочил из постели, достал смену одежды и, не удержавшись, приложил друг к другу два указательных пальца, прикидывая длину, и только и смог выдохнуть:
— Мамочки мои…
На беду, Сюй Яо именно в этот момент решил вернуться. Заметив, чем тот занимается, он приподнял бровь:
— Что замеряем?
От неожиданности Сюй Яо с испугом отдернул руки и выпалил первое, что пришло в голову:
— А, рыбу! Я говорю, рыба, которую мы вчера ели, была вот такой длины!
Сюй Яо, глядя на то, как у его юной молодубы снова покраснели уши, усмехнулся с тайным подтекстом:
— Ты уверен, что ту самую рыбу, которую ты сейчас измерил, ты ел вчера на ужин?
Сюй Яо: «…» Ишь какой неумолимый, комментировать чужие неловкости — просто призвание у этого комбрига!
http://bllate.org/book/40257/5108174
Готово:
