Сначала Линь Сяоья не давала конфет — боялась, что у ребёнка аллергия или родители не разрешат.
Но мальчишка оказался особенно озорным: несколько раз подряд принёс ей в обмен лягушек, и Линь Сяоья в конце концов сдалась под натиском лягушачьей «тираннии».
Лягушек он совал прямо ей в карман.
Мягкое, склизкое прикосновение было по-настоящему жутким.
За всё время прогулки к Линь Сяоья подошли семь-восемь детей с просьбой угостить конфетой. Она же словно волшебница: из кармана бесконечно появлялись сладости.
Когда вокруг вдруг стало тихо, Линь Сяоья обернулась — и увидела, что губы Шэ Мина уже слегка надулись.
— Ты, наверное, тоже хочешь конфетку?
Ведь он самый младший в этом районе — почему бы ему не получить сладость от Линь Сяоья?
Она вынула из кармана большую круглую синюю конфету и протянула ему:
— Это моя любимая. Я специально оставила её для тебя.
Лицо Шэ Мина сразу озарилось улыбкой.
— А почему все перед тобой кланяются? — спросила Линь Сяоья с любопытством, но без удивления. Она уже видела, как дети кланяются некоторым взрослым в районе — обычно пожилым. Профессор Ту, например, часто получал такие почести.
— Потому что я круче их всех! — гордо ответил Шэ Мин, сияя глазами.
Только что он заметил, как Линь Сяоья погладила ушко детёныша кошачьего демона. Значит, она снова может видеть духов! Её мир уже начал принимать их.
А сможет ли она увидеть его истинный облик?
Шэ Мин поднял взгляд к небу. Сегодня была ясная ночь, и яркая луна озаряла весь район.
В таком лунном свете его серебристые чешуйки наверняка выглядели ослепительно.
Смущённо опустив глаза, он надеялся, что Линь Сяоья увидит его в самом прекрасном виде.
Линь Сяоья прошла несколько шагов и обернулась — Шэ Мин не последовал за ней.
Он сидел, сгорбившись, в инвалидном кресле, и поза его выглядела совершенно бесформенной.
— Ты тут сидишь, как креветка? Устал? — вернулась она, чтобы подтолкнуть его кресло.
Шэ Мин был потрясён. Какая ещё креветка?! Где он сидит, как креветка?!
Он же демонстрировал ей свои великолепные серебристые чешуйки…
— Сяоья, у меня в последнее время эта нога чешется, — сказала бабушка. Если уж она говорит «чешется», значит, зуд просто невыносим.
Линь Сяоья тут же собралась взять отгул и поехать в больницу, но бабушка её остановила:
— Завтра у тебя выходной, тогда и сводишь меня на обследование. Думаю, ничего страшного.
Увидев, что бабушка не настаивает, Линь Сяоья отправилась в офис.
— Скорее всего, кость растёт, — предположила Ли Вэньхуэй, но, учитывая, что пациентке почти семьдесят, не была уверена.
— Может, просто аллергия от гипса? — вмешалась Чэнь Мэй. — Это серьёзно: если не обратить внимания, кожа начнёт гнить.
Линь Сяоья долго смотрела на неё:
— Ты вообще как сюда устроилась?
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Чэнь Мэй. — Я же была звездой продаж! Никаких связей не использовала.
— Ты намекаешь, что я через связи устроилась?
— Ты сама всё знаешь.
— Хочешь умереть?
Ли Вэньхуэй встала между ними. Она заметила, что в последнее время Линь Сяоья сильно изменилась. Раньше при подобных стычках Чэнь Мэй почти наверняка досталось бы — Линь Сяоья была не только умна, но и умела манипулировать.
Честно говоря, Ли Вэньхуэй не нравилась такая Линь Сяоья — слишком много замыслов у девушки в столь юном возрасте.
Но в последнее время всё стало лучше: в общении появилась теплота, да и с Чэнь Мэй теперь спорит открыто.
Баолу вышла вперёд и поправила свои густые каштановые волосы:
— Ты… в больницу собралась?
Линь Сяоья кивнула. Баолу протянула ей визитку:
— Это частная клиника, рекомендованная жильцам Цзинхуа Юаня. Там принимают по страховке. Забери заодно Шэ Мина на обследование.
По словам малыша Чёрного, количество сеансов лечения сократилось, а Шэ Мин всё ещё не встаёт. Неужели он привык к инвалидному креслу и решил сидеть в нём всю жизнь?
Этого допустить нельзя!
Линь Сяоья взглянула на Баолу и села обратно за стол.
Частные клиники, хоть и комфортные, но дорогие. Бабушка раньше лечилась в государственной трёхзвёздочной больнице, и Линь Сяоья не собиралась переходить в какую-то частную.
Баолу почувствовала неладное:
— Ты… что-то задумала?
Линь Сяоья не стала скрывать:
— Я не пойду в эту клинику.
— Жалеешь деньги? — закатила глаза Баолу. — Эту частную клинику обычные люди и за глаза не видели! Жильцам Цзинхуа Юаня там дают особые скидки. Только дура туда не пошла бы.
Линь Сяоья некоторое время смотрела на неё, а потом решила вычеркнуть Баолу из списка «немного милая, но раздражающая». Опустила голову и занялась делами.
Баолу почувствовала, что отношение Линь Сяоья к ней изменилось. Неужели та собирается раскрыть своё истинное лицо, воспользовавшись статусом опекуна Императора Демонов?
Она подошла, покачивая бёдрами:
— А… отчёт по жильцам за этот месяц сдала?
— Баолу-менеджер, вы имеете в виду анкеты с информацией о быте жильцов? — вмешалась Ли Вэньхуэй. — Я вчера уже отправила.
Баолу замялась:
— А… журнал учёта входа и выхода?
Чэнь Мэй подняла руку:
— Баолу-менеджер, этим занимается служба безопасности. Хотите — принесу.
Э-э… Почему в таком маленьком районе столько разных форм, и за каждую отвечает отдельный отдел? Она же не может всё запомнить!
Баолу провела пальцем в воздухе полукруг:
— Линь… Сяоья, а ты чем занимаешься? Всё уже сделали коллеги, ты тут бездельничаешь?
Линь Сяоья громко хлопнула папкой по столу и встала, сверля Баолу злым взглядом:
— Я занимаюсь опекой над Шэ Мином и готовлю куриные крылышки в мёдово-соевом соусе! Тебе ещё что-то нужно?
Баолу вздрогнула. Вопрос об опеке уже был рассмотрен комитетом жильцов, и с перевесом 3:1 одобрили предложение Чжу Бояна назначить Линь Сяоья опекуном Шэ Мина.
По человеческим законам опекун несёт за подопечного полную ответственность.
Если Линь Сяоья осмелится что-то нарушить, ей не поздоровится ни в мире людей, ни в мире демонов.
Вот, наверное, из-за этого статуса она и не может позволить себе вольностей — вот и вышла из себя, показав своё истинное лицо.
Баолу убрала самодовольную ухмылку и серьёзно сказала:
— Ко…нечно, продолжай! Теперь он — ребёнок, за которого ты должна отдать жизнь. Кстати, какая у вас связь в паспорте? Только не смей писать «мать и сын»! Иначе я тебя не прощу!
Линь Сяоья чуть не лопнула от злости. Мать?!
Неужели она выглядит настолько старо?
Баолу почувствовала, что победила, и важно направилась в свой кабинет.
Уже у двери она бросила приказ:
— Обязательно своди Шэ Мина в частную клинику!
И тут же услышала за спиной:
— Куриных крылышек не будет. Никогда больше не будет куриных крылышек в мёдово-соевом соусе.
Баолу: …(￣O￣;)
Ли Вэньхуэй знала, что Линь Сяоья снимает жильё у одного из жильцов, и недавно, когда родственники отказались брать ответственность, Линь Сяоья стала опекуном этого несовершеннолетнего собственника.
У самой Ли Вэньхуэй был сын с ДЦП, и она прекрасно понимала, как это тяжело.
Услышав, что юноша передвигается на инвалидном кресле, она тайком посоветовала Линь Сяоья отказаться — зачем такой молодой девушке тащить на себе обузу?
Линь Сяоья лишь улыбалась и уходила от ответа, говоря, что голова закипела, и теперь назад пути нет.
Чэнь Мэй тоже знала об этом и считала Линь Сяоья глупой: если уж цепляться за богача, то за такого, как Чжу Боян — богатого, красивого и здорового.
Зачем ей какой-то парень на коляске? Собирается матерью быть?
Чэнь Мэй мельком взглянула в окно и, не подумав, выпалила:
— Линь Сяоья, твой сын пришёл!
— Чэнь Мэй, я тебя разорву!
— А-а-а…
Ли Вэньхуэй покачала головой и перевела взгляд на дерево напротив. Юноша что-то говорил бабушке Линь Сяоья. Весенний ветерок ласково играл его волосами. Юноша? Скорее, юноша на грани зрелости.
Ему, наверное, лет семнадцать-восемнадцать, и, хоть он и сидит, ростом явно не обделён.
Неужели между Линь Сяоья и ним что-то есть?
Ах, как же он красив!
Жаль только эти длинные ноги…
Линь Сяоья выбежала на улицу, щёки её слегка порозовели:
— Вы как сюда попали?
— Бабушка ужасно чешётся, Сяоья, скорее в больницу! — воскликнул Шэ Мин.
Линь Сяоья сразу забеспокоилась, но бабушка мягко похлопала Шэ Мина:
— Он врёт. Мне правда ничего.
— Баолу не пустила? — Шэ Мин бросил злобный взгляд на офис управляющей компании.
— Линь Сяоья, ты здесь чем занимаешься? — неожиданно появился начальник Цзя.
— Она везёт нас в больницу. Я — собственник квартиры в этом районе, — гордо опередил его Шэ Мин.
— Езжайте! — махнул рукой начальник Цзя. Жильцы Цзинхуа Юаня — святое. Когда его направляли сюда, в головном офисе сказали: «Пока жильцы не нарушают закон, делайте вид, что ничего не видите. Лучше вообще глаза закройте».
Начальник Цзя считал себя ответственным: он ведь закрыл только один глаз.
Второй оставил открытым.
Разве можно запретить Линь Сяоья сопровождать собственника на приём к врачу?
Да это просто необходимо!
*
«Три Имя» — небольшая клиника, расположенная к западу от парка водно-болотных угодий, среди вилл и офисных зданий. Как и многие частные больницы, она была оформлена со вкусом: чисто, элегантно.
Полы покрыты синим звукоизолирующим линолеумом.
В коридорах — цветочные композиции или копии известных картин.
В воздухе не пахнет дезинфекцией.
Каждый номер с панорамными окнами, за жалюзи — зелень, поднимающая настроение.
— Восстановление идёт отлично. Это заслуга вашей заботы, — сказал доктор Хань, хотя на самом деле кости выглядели гладкими и целыми, как нефрит — пожалуй, даже у самого здорового юноши не было бы таких.
Линь Сяоья с сомнением смотрела на снимки. На прошлых снимках у бабушки явно были трещины в кости, а теперь всё идеально срослось — ни единого следа! Не перепутали ли снимки?
Раньше бабушку лечили в специализированной травматологической больнице. Даже в трудные времена Линь Сяоья записывалась к профильному специалисту.
Баолу настоятельно рекомендовала эту частную клинику, и Линь Сяоья решила проверить, в чём тут дело.
— Вы же врач традиционной и западной медицины? — осторожно спросила она.
Доктор Хань вытер лоб, на котором редели волосы:
— Не совсем. Сегодня снимем гипс и начнём реабилитацию. Главное — питание, и всё будет в порядке.
Он играл свою роль до конца. С такими костями, по его мнению, бабушке можно было бы и в баскетбол играть.
— А аппаратура исправна? — не унималась Линь Сяоья. Перелом у пожилого человека заживает за месяц с лишним? Где бы то ни было — это сказка! Дороговизна — одно дело, но вдруг состояние бабушки ухудшится? Как так может быть?
— Конечно, исправна! У меня оборудование мирового уровня.
Врун!
Линь Сяоья остановила медсестру, которая уже собиралась снимать гипс с ноги бабушки, и указала на Шэ Мина:
— А его результаты готовы?
Доктор Хань взглянул на Шэ Мина и, чуть ли не заискивая, положил историю болезни перед Линь Сяоья:
— С ним всё в порядке. Просто мышцы ослабли от долгого сидения. Я пришлю вам видео с упражнениями. Пусть делает каждый день — через неделю встанет.
На самом деле и недели не нужно.
Ноги Императора Демонов и так в полном порядке. Просто почему-то решил сидеть в инвалидном кресле.
Ну, дети же любят баловаться!
Линь Сяоья быстро приняла решение: нужно сменить больницу.
Она встала, поблагодарила и попрощалась.
Перед уходом Шэ Мин обернулся. Доктор Хань тут же подскочил к нему:
— Император Демонов, как моё выступление? Похоже на Хуато, воскресшего из мёртвых?
— Скорее на какашку, воскресшую из мёртвых, — бросил Шэ Мин и ушёл.
Если пойдут в государственную больницу, правда о восстановлении бабушки выплывет наружу.
Тао Тао обладала даром: любая еда, приготовленная ею, не только вкусна, но и лечебна.
Хотя Шэ Мин и не собирался скрывать это, он с удовольствием шёл следом, ожидая, когда Линь Сяоья раскроет ещё больше его маленьких секретов.
— Почему мы уходим? — спросила бабушка, тоже почувствовав неладное.
Линь Сяоья наклонилась и тихо сказала:
— Мне кажется, это мошенническая клиника. Лучше пойти в государственную.
В этот момент доктор Хань вдруг выскочил из кабинета и, размахивая руками, закричал вслед уходящим:
— Остановите их!
Мгновенно двери всех кабинетов в коридоре распахнулись, и их окружили врачи с медсёстрами.
Линь Сяоья нахмурилась. Значит, это не просто мошенники, а чёрная клиника. Медленно засунула руку в карман и быстро набрала номер полиции.
http://bllate.org/book/4023/422377
Готово:
