— Сяо Су, подойди.
Когда Юй Яо произнесла эти слова, Су Моянь стояла к ней спиной.
Её точеная спина — от плеч до талии — была обнажена почти наполовину, а кожа выглядела гладкой и белой, как снег.
Если не брать в расчет обстановку, нынешний вид госпожи Су действительно притягивал взгляды.
— Что такое? — Су Моянь обернулась, намеренно притворяясь дурочкой.
Она ждала, когда Юй Яо сорвется, когда та потеряет терпение и уволит ее. Это было заветным желанием Су Моянь после поступления на работу в Минжуй.
— Подойди сюда, — повторила Юй Яо.
Прийти на работу в таком виде — интересно, откуда у нее вообще хватило смелости перешагнуть порог компании?
Юй Яо молча смотрела на нее. Вчера она уже намекала, что стоит следить за своим внешним видом, но сегодня все повторилось вновь. Это было явным вызовом.
На лице Су Моянь застыла улыбка, и она подошла к Юй Яо.
Когда она приблизилась, Юй Яо протянула к ней руку, и на секунду Су Моянь даже подумала, что та собирается ее ударить.
Но она никак не ожидала...
Глядя ей прямо в глаза, Юй Яо медленно распустила ее собранные в хвост длинные волосы. Мягкие, шелковистые пряди мгновенно рассыпались по плечам, почти доставая до талии.
У Су Моянь были очень длинные волосы, и, распустившись, они как раз прикрыли спину.
Её волосы были так же прекрасны, как и она сама.
Юй Яо мягким, нежным движением поправила ей прическу:
— В следующий раз одевайся на работу официально, запомнила?
И это... тоже называют стервой?
Су Моянь нахмурилась. Она не любила, когда чужие люди касались ее волос, но, вопреки всяким правилам, она позволила Юй Яо погладить себя по голове.
Будь на месте Юй Яо кто-нибудь другой, Су Моянь наверняка уже скривила бы лицо в недовольстве, но к Юй Яо она не испытывала отторжения. Или же к красивым и воспитанным женщинам люди по природе своей относятся снисходительнее?
С самого вчерашнего дня и по сей момент Су Моянь намеренно пыталась вывести Юй Яо из себя, но еще ни разу не видела, чтобы та вышла из себя. Иными словами, характер Юй Яо казался ей невероятно, до нелепости мягким.
Дело было не в том, что Юй Яо не умела злиться — просто она умела разбираться в людях. Взять хотя бы Су Моянь: с ней можно было только по-хорошему, давление на нее не работало.
— Ты сегодня опоздала на шестьдесят три минуты.
Су Моянь приподняла брови с видом полной беззаботности.
— Как следует изучи правила внутреннего распорядка, во второй половине дня я устрою проверку.
Она что, школьница младших классов? Устраивать тут проверки.
— Генеральный директор Юй, я пришла сюда учиться, а вы заставляете меня читать это?
— У тебя скверное отношение к делу, с таким подходом ничего не добьешься.
Юй Яо все делала четко и по правилам, что как раз составляло полную противоположность характеру Су Моянь.
Рабочее место выделять ей больше не стали: в административном отделе выдали MacBook, и теперь Су Моянь предстояло работать прямо на глазах у Юй Яо, так что сбежать не получилось бы никуда.
Летним днем после обеда всегда клонит в сон. Су Моянь просидела в кабинете с олимпийским спокойствием ровно половину дня — это был ее предел, и теперь она клевала носом, уткнувшись лбом в крышку стола.
Заметив это, Юй Яо поднялась, подошла к ней и легко постучала пальцем по затылку.
— Да что такое... — с жалобным стоном выпрямилась Су Моянь.
— Все выучила?
Су Моянь посмотрела на нее и промолчала.
— Жди меня десять минут, я вернусь и проверю.
Юй Яо наконец ушла.
Су Моянь привыкла к свободе. По словам Мин Мао, нрав у нее был довольно дикий, и представить себе, какого это — находиться под постоянным присмотром человека, было просто невыносимо.
Юй Яо говорила мало, всегда опускаясь только до самой сути. А поскольку Су Моянь не умела поддерживать разговор с малознакомыми людьми, они сидели в одном кабинете в полной тишине, по большей части напоминая немое кино.
Су Моянь встала, потянулась и принялась неспешно прогуливаться по кабинету.
В этот момент секретарь Яо тут же испуганно напомнила:
— Генеральный директор Юй велела вам никуда не уходить, она скоро вернется.
— Я в курсе, занимайся своими делами.
Какая разница между этим и тюремным заключением?
Подойдя к рабочему столу Юй Яо, Су Моянь с комфортом устроилась в ее кресле на колесиках и бросила беглый взгляд на столешницу.
Она что, Дева по гороскопу? Все лежит с абсолютной, педантичной точностью.
Машинально взяв со стола стопку бумаг, Су Моянь от нечего делать принялась их листать. Это оказался уже подписанный договор.
Поколебавшись секунду, она взяла документ, подошла к шредеру и уничтожила его.
Глядя на то, как договор постепенно превращается в обрывки, Су Моянь подумала: неужели и после этого Юй Яо стерпит ее выходку?
Юй Яо вернулась только через полчаса.
Вернувшись, она застала госпожу Су спящей в своем собственном кресле.
Юй Яо лишь тяжело вздохнула, но по сравнению с вчерашним днем, когда ее вообще невозможно было поймать, это можно было считать прогрессом.
— Су Моянь. — Юй Яо постучала костяшками пальцев по крышке стола.
— Рабочий день уже закончился? — это были первые слова, произнесенные Су Моянь после того, как она открыла глаза.
— У меня к тебе пара вопросов. — Юй Яо уперлась руками в стол и, наклонившись, посмотрела на Су Моянь: — Сколько опозданий за месяц в сумме служат основанием для увольнения по инициативе компании?
— Не знаю.
— Какого числа сдается ежемесячный отчет?
— Не знаю.
Что бы ни спрашивала Юй Яо, у госпожи Су был готов лишь один ответ: не знаю.
Впрочем, если бы Су Моянь послушно выполняла все указания, она перестала бы быть Су Моянь.
Взяв в руки брошюру с правилами внутреннего распорядка, Су Моянь с ухмылкой произнесла:
— Не поверю, что вы сами все это помните.
— Спрашивай.
И Су Моянь действительно принялась испытывать ее.
— Какого числа месяца отделы подают заявки на закупку канцелярских товаров?
— Последние три дня месяца.
— Сколько вычитают из зарплаты за опоздание на шестьдесят три минуты? — продолжала Су Моянь. У них даже штрафы за опоздания рассчитывались по целой формуле, просто извращение какое-то.
— Половину базовой ставки за день.
Наконец-то она ошиблась! Подсчитав в уме, Су Моянь заявила:
— За опоздание до получаона — по десять юаней за каждые десять минут; если больше получаса, то за каждую лишнюю минуту сверх получаса — по двадцать юаней, а неполные десять минут округляются до полного десятка. Итого за шестьдесят три минуты штраф составляет девяносто юаней. Генеральный директор Юй, вы сами этого не знаете, с какой стати требуете, чтобы я учила наизусть?
Заметив ее дешевую хитрость, Юй Яо лишь усмехнулась:
— Опоздание больше чем на час автоматически оформляется как половина рабочего дня прогула, мелкий шрифт ты, видимо, не разглядела.
Су Моянь: «...»
— Так что сегодня твоя половина дневного заработка сгорела.
— ...
Юй Яо пришла в Минжуй на второй год после окончания университета, и к настоящему моменту прошло уже восемь лет. Она начинала рядовым специалистом по развитию бизнеса в отделе маркетинга, и пока добиралась до своей нынешней должности, прошла через бесчисленное количество ступеней. Все нюансы работы компании она знала как свои пять пальцев.
— Пусть эта работа тебе не по душе, но раз уж ты пришла сюда, значит, пошла на компромисс. Это твой собственный выбор, ты взрослая женщина и должна нести за него ответственность.
Су Моянь не ответила Юй Яо, а просто встала с кресла. Если бы их не связывали отношения начальника и подчиненного, она бы даже восхитилась этой женщиной.
— Подумай над этим хорошенько.
Взгляд Су Моянь был совсем не дружелюбным:
— Хватит читать мне нотации.
Сейчас Су Моянь напоминала кактус — сплошь покрытый колючками, стоило лишь чуть-чуть дотронуться, как тут же уколешься.
— Сяо Яо, где тот договор?
Юй Яо мгновенно обнаружила пропажу документа со стола. Договор только что подписали с клиентом, они даже не успели отсканировать его для архива.
— Разве его нет на столе? — Секретарь Яо торопливо подошла ближе.
— Нет. Может, ты убрала его?
— Вроде бы не убирала... Сейчас поищу.
Су Моянь тем временем невозмутимо потягивала кофе, пытаясь расшевелить засыпающий мозг.
Рабочий стол был совсем небольшим, секретарь Яо перерыла все уже несколько раз и едва не покрывалась холодным потом. Ее перевели к Юй Яо недавно, и она была наслышана о дурной славе генерального директора — женщины-монстра.
Стоило оступиться, и можно было в два счета лишиться работы.
Говорили, что предыдущего секретаря Юй Яо уволила именно из-за того, что та не справлялась с темпом работы.
— Этот договор крайне важен для компании.
— Да... — Секретарь Яо, казалось, уловила скрытый подтекст в голосе Юй Яо.
Прошло десять минут, но поиски по-прежнему не давали результатов.
— Вспомни хорошенько, куда ты его положила. Если не найдешь, подыщи себе другое место работы, — произнесла Юй Яо, бросив многозначительный взгляд на Су Моянь.
Су Моянь прекрасно все слышала. Действий минимум, жесткости максимум — теперь она наконец поняла, почему генерального директора Юй за глаза звали женщиной-монстром. Если бы не ее статус блатаной родственницы, Юй Яо, пожалуй, не вытерпела бы ее и минуты.
— Генеральный директор Юй, я правда его не брала, я ничего не теряла!
— Хочешь сказать, что это я его потеряла?
Легкий, небрежный встречный вопрос Юй Яо едва не довел молодую секретаршу до слез:
— Нет-нет... Я сейчас еще поищу...
— Ступай в отдел кадров.
— ...Зачем?
— Возьми бланк заявления об уходе.
— Генеральный директор Юй...
Видя, что секретарша собирается незаслуженно принять на себя весь удар, Су Моянь больше не могла сидеть сложа руки. Она подошла к Юй Яо:
— Вы про ту стопку бумаг на столе? Я подумала, что это макулатура, и бросила их в шредер.
Лицо секретарши мгновенно переменилось в лице.
— Это сделала я, она здесь ни при чем.
Юй Яо вовсе не собиралась так просто увольнять сотрудницу — эти слова она произнесла специально для Су Моянь, поджидая, когда та во всем признается.
Уходя перед этим из кабинета, Юй Яо точно помнила, что договор лежал на столе. Не прошло и получаса, как он испарился, и даже при всей своей рассеянности секретарь не могла допустить подобного — разве что к бумагам кто-то прикасался. А без ее разрешения посторонние в кабинет войти не могли.
Поэтому, кроме избалованной мадемуазель Су, никто больше не мог заняться такой глупостью.
— Все в порядке, ступай, — смягчив тон, сказала Юй Яо секретарше.
— Да, спасибо, генеральный директор Юй.
В кабинете снова остались только они вдвоем.
Юй Яо пристально смотрела на нее, и от этого взгляда Су Моянь стало не по себе.
— Ты можешь принимать свою взбалмошность за проявление индивидуальности, но когда из-за твоих капризов страдают другие, это называется просто — мерзко.
— Я признала, что это сделала я, у тебя есть вопросы?
Юй Яо потерла переносицу. Похоже, Председатель Мин подослал к ней такую девицу вовсе не для того, чтобы она проверяла Су Моянь, а скорее чтобы Су Моянь испытала на прочность ее собственную выдержку.
— Ты понимаешь, что из-за уничтожения этого договора может сорваться сделка, и многие коллеги останутся без премиальных? Для тебя это всего лишь лишняя сумочка, которую ты не купишь, но для большинства людей это кровно заработанные деньги, добытые сверхурочными, на которые они содержат свои семьи. Ты думаешь, что простого признания вины будет достаточно?
Ее голос по-прежнему звучал спокойно, как гладь озера, но в нем чувствовалась непреклонная, внутренняя сила. Закончив говорить, Юй Яо мысленно усмехнулась: как Су Моянь, привыкшая с детства получать все по первому малейшему капризу, могла понять такие вещи?
Су Моянь молчала.
— За неудовлетворительные результаты в период испытательного срока я имею полное право уволить сотрудника немедленно.
Это было именно то, о чем Су Моянь так отчаянно молила, однако теперь, когда Юй Яо произнесла эти слова, радости она почему-то не почувствовала. Стараясь держаться непринужденно, Су Моянь бросила:
— Ну и отлично, значит, завтра я могу не появляться, избавив тебя от...
Не успела Су Моянь договорить, как Юй Яо вдруг произнесла:
— Но ты — исключение.
— ...
— Раз Председатель Мин доверил тебя мне, значит, ты теперь мой человек, и я буду нести за тебя ответственность. — Именно это Юй Яо и хотела сказать. Приручить такую стихийное бедствие было делом чертовски увлекательным, а она любила бросать вызов трудностям.
http://bllate.org/book/40117/5089812
Готово:
