Только он не понимал одного: какой отец заставит собственного родного сына заниматься развлечением гостей?
Вероятно, в его глазах отразилось слишком много изумления и разочарования, и Чэнь Фань тоже почувствовал, что зашел слишком далеко.
Он перевел дыхание, и когда заговорил снова, его тон стал намного мягче:
— Я же делаю это для твоего же блага. Этот человек повидал в шоу-бизнесе столько людей, но стоило мне показать ему твое фото, как он сразу же положил на тебя глаз. Это значит, что у тебя есть потенциал.
Лун Цзянянь опустил ресницы, чувствуя себя немного не в своей тарелке. На душе скребли кошки, и он переживал за прежнего владельца тела.
— Раз у меня есть потенциал, то зачем так цепляться за этот отбор? Даже если эта возможность упущена, потом я смогу поучаствовать в чем-нибудь другом.
Чэнь Фань замер. Лун Цзянянь никогда раньше не шел против его воли в серьезных вопросах, и, сообразив в чем дело, мужчина пришел в ярость.
— Потом? Да ты посчитай, сколько возможностей ты уже упустил! Если ты не хочешь пожертвовать даже такой малостью, то когда же ты сможешь стать настоящим членом семьи Линь?
Лун Цзянянь встретился взглядом с налитыми кровью глазами Чэнь Фаня в зеркале заднего вида, и ему вдруг стало понятно, почему прежний хозяин тела обладал именно таким характером.
Он покачал головой:
— Это не такая уж и малость.
— Вы же оба мужчины! Чего ты боишься?
Еще более шокирующие слова Чэнь Фань так и не произнес. Он лишь тяжело дыша, уставился на Лун Цзяняня в зеркало заднего вида.
Спустя мгновение Лун Цзянянь поднял голову. Его янтарные глаза сияли необычайной чистотой, и на этот раз он снова решительно покачал головой.
Хлоп!
Дверь машины захлопнулась прямо перед его носом, и Чэнь Фань просто выбросил Лун Цзяняня на обочину дороги.
Частные клубы служили местом для общения высокопоставленных чиновников и знати, поэтому их адреса обычно выбирали в уединенных местах.
Лун Цзянянь огляделся: вокруг не было никого, лишь возвышались густые ряды платанов.
Телефон остался в машине, наличных с собой тоже не было. Как же теперь вернуться?
Порыв ветра заставил его вздрогнуть. Весенний воздух все еще отдавал холодом, а насквозь промокшая рубашка неприятно липла к коже. Он приложил руку ко лбу — тот казался обжигающе горячим.
Он медленно присел на корточки, обхватив себя руками, и принялся растирать ладони, пока тело постепенно не согрелось.
Вдруг перед ним остановилась машина.
Лун Цзянянь, всё еще сидя на корточки и обнимая колени, поднял голову. На него сверху вниз смотрел красивый мужчина в черной рубашке, цвета хаки брюках и оправе из золотой проволоки в виде очков, на лице которого крупными буквами было написано слово «элита».
Мужчина слегка нахмурил брови:
— Что ты здесь делаешь?
Пока он говорил, память уже выдала Лун Цзяняню подсказку: перед ним стоял его названый «брат», будущий хозяин семьи Линь — Линь Сы.
Лун Цзянянь хотел ответить, но едва открыл рот, как его неожиданно пробрал чих.
Брови Линь Сы дернулись, он отступил в сторону и открыл дверцу автомобиля:
— Садись.
Его отец очень любил Чэнь Ся, поэтому он тоже поддерживал с ним видимость мирных отношений.
В его присутствии Чэнь Ся всегда казался мягким и вежливым, строго соблюдал правила и не совершал ни единой оплошности.
Однако Линь Сы сквозь его сжатые кулаки и низко опущенную голову отчетливо чувствовал подавленность и скрытые желания юноши.
Он никогда не шел против себя ради общения с неприятными людьми, поэтому раньше всегда воспринимал Чэнь Ся как пустое место.
Сегодня он тоже не хотел вмешиваться.
У Чэнь Ся была привлекательная внешность, но из-за своей вечной забитости он позволял другим смотреть на себя свысока.
Но сегодня всё было иначе: казалось, он был одет в танцевальный костюм, который насквозь промок и облепил тело, подчеркивая хрупкие линии юношеской фигуры. То ли из-за предельной потрепанности, но издалека он выглядел невероятно хрупким.
Сбросив с себя напускную маску, Чэнь Ся без всякого стеснения присел на корточки у дороги, сжавшись в комочек — маленький, еще более жалкий, похожий на бездомного котенка.
Линь Сы сам не понял, почему вышел из машины и почему так же необъяснимо пригласил его внутрь.
Водитель слегка повернул голову, но не успел задать вопрос, как Линь Сы, массируя переносицу, уже ответил:
— В Т-ский университет.
О случившемся с Чэнь Ся Линь Сы сообщили незамедлительно, однако вмешиваться он вовсе не собирался.
В салоне стояла абсолютная тишина. Линь Сы, отвернувшись к окну, смотрел на проносящиеся мимо деревья, но при этом отчетливо чувствовал, как дрожавшее от холода тело юноши постепенно успокаивается.
Между ними лежало расстояние в два широких шага.
Линь Сы ждал очень долго — настолько долго, что до Т-ского университета оставалось всего два перекрестка, а Чэнь Ся так и не попросил его о помощи.
Он не выдержал и повернул голову.
Юноша сидел невероятно чинно: руки на коленях, спина прямая, голова слегка опущена. Он о чем-то тихо и сосредоточенно думал.
— Не устал?
— ? — Лун Цзянянь озадаченно моргнул.
Линь Сы улыблся раньше, чем сам это осознал, и указательным пальцем постучал по сиденью:
— Разве тебе не тяжело так сидеть?
— На мне мокрая одежда, — с абсолютной искренностью ответил Лун Цзянянь.
— Молодой господин, мы приехали к Т-скому университету.
Говоривший водитель прервал их зрительный контакт.
Пока Линь Сы кивал в знак согласия, Лун Цзянянь уже ловко выпрыгнул из машины.
Рубашка немного высохла под воздействием кондиционера, и ее слегка расстегнутый воротник делал юношу еще более хрупким на вид.
Лун Цзянянь улыбнулся и замахал рукой на прощание через опущенное стекло.
Машина долго не трогалась с места. Стекло медленно поехало вниз, открывая слегка отстраненное лицо Линь Сы.
Нахмурившись, он спросил:
— Тебе больше нечего мне сказать?
Лун Цзянянь помнил о своем задании — одним из его пунктов было ублажать Линь Сы.
Ни в коем случае нельзя втягивать его в собственные неприятности, иначе тот наверняка разозлится.
Подумав, он мягко произнес:
— Спасибо, что подвез, братец Линь Сы.
Даже обращение изменилось: от фамильярного «брат» до официального «братец Линь Сы».
Линь Сы задержал на нем взгляд, но тот вовсе не собирался менять слова, а его огромные, похожие на кошачьи глаза казалось, продолжали говорить: «Чего ты еще не уезжаешь?»
Навязываться самому не было никакого смысла.
— Поехали, — бросил Линь Сы.
Проводив взглядом растворившуюся вдали машину, Лун Цзянянь облегченно выдохнул: у ворот университета по крайней мере было легко поймать такси.
http://bllate.org/book/40100/5087661
Готово: