Готовый перевод You've Got to Be Kidding Me / Попался на твою удочку: Сделка с повелителем теней: Глава 16

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Янь Учан, пылая праведным гневом, уже собирался вернуться в Зал Сэньло, но Ли Цзюи всю дорогу уговаривал его:

— Эй, ну хватит сердиться, чего тут злиться? Подумаешь, на колени опустились — разве раньше мы не падали на колени постоянно? То, что за последние двадцать с лишним лет нам почти не приходилось этого делать, действительно немного отвыкли, но если директор Цзи теперь будет часто появляться на людях, разве мы не привыкнем кланяться снова, когда нас заставят это делать еще пару раз?

Ли Цзюи убеждал Янь Учана своей излюбленной теорией о том, что к регулярным коленопреклонениям быстро привыкаешь, однако эффект оказался обратным: чем больше он уговаривал, тем сильнее Янь Учан бесился.

У Янь Учана было крайне раздраженное выражение лица, как вдруг Ли Цзюи между делом отвесил ему знатную пощечину:

— Разве это не ты тогда побежал на самый верх башни Цзюю, чтобы сообщить директору Цзи новость о возвращении Снежного Лотоса? Разве у тебя самого тогда не должен был появиться психологический настрой на то, чтобы преклонять колени?

Янь Учан чуть не оступился и не шмякнулся носом в землю.

Ли Цзюи затронул самую больную тему, и Янь Учану оставалось лишь бросить:

— Да заткнись ты!

Ли Цзюи закрыл рот и проводил взглядом Янь Учана, покидавшего театр.

Янь Учан в этот раз выкроил свободное время, чтобы сходить с Ли Цзюи в театр, и надо же было такому случиться — столкнуться с Цзи Цзюю. Вот уж поистине невезение.

В последнее время он все время занимался официальными делами в Преисподней и не возвращался в Девятый отдел, но о положении дел там был в общих курсах, особенно что касалось того самого Тяньшаньского снежного лотоса.

Сначала с ним на этот счет беседовал Цуй Чжуаньлунь, а недавно к ним присоединилась и Мэн Ванцюэ.

Оба они говорили ему, что Цзи Цзюю, который последние двадцать два года почти не показывался на людях, не только объявился в Девятом отделе, но и проявляет к этому Тяньшаньскому снежному лотосу по имени Шэн Лянь изрядную заботу.

Янь Учан спросил абсолютно прямо:

— А не может ли так быть, что этот Шэн Лянь на самом деле является тем самым Божественным Посланником Снежного Лотоса с горы Дэнбао?

Цуй Чжуаньлунь немного подумал и глубокомысленно изрек:

— Раз уж он тогда превратился в пепел и развеялся по ветру, вряд ли у него осталась возможность переродиться.

Мэн Ванцюэ тоже добавила:

— В то время Дерево Перерождения было уничтожено. Даже если бы он захотел переродиться, ему пришлось бы съесть Плод Жизни После Смерти, но ни дерева, ни плодов больше нет — как же он может переродиться?

Хотя Янь Учан и отличался самым скверным характером среди них, он был также и самым смелым, способным мыслить нестандартно. Тогда он заявил:

— По-моему, такая вероятность есть. Неужели вы думаете, что Цзи Цзюю не понимает всех этих резонов? Если бы он действительно не был связан с тем прошлым, стал бы он сейчас не только показываться на публике, но еще и возиться с этим Шэн Лянем, тратя впустую столько собственного времени?

Цуй Чжуаньлунь тогда ничего не ответил, а Мэн Ванцюэ, руководствуясь женской интуицией, просто отмела саму возможность того, что Шэн Лянь мог быть Божественным Посланником.

Всю дорогу яростно мчась обратно в Зал Сэньло, к моменту прибытия в свой кабинет Янь Учан уже почти успокоился.

Он дернул за узел галстука своего делового костюма, откинулся на спинку кресла, безмолвно и с самоиронией усмехнулся, подумав про себя: чего это я распалился? Когда в свое время мы присягали на верность Владыке Демонов Девяти Преисподних, мы же отбили девяносто девять поклонов! За двадцать два года без коленопреклонений мы занялись строительством социализма — и что, теперь и впрямь возомнили себя хозяевами жизни?

Разобравшись во всем, Янь Учан почувствовал, что ведет себя изнеженно и капризно, но признавать, что его капризы — это его собственные проблемы, ему не хотелось, поэтому он переложил вину на другого и мысленно буркнул: во всем виноват этот Ли Цзюи! Стоит только подольше пообщаться с таким книжным червем и сентиментальным интеллигентом, который целыми днями тоскует по весне и пишет сценарии, как в голове тут же образуется каша.

Пока он так размышлял, уголок коммуникационного талисмана на его рабочем столе внезапно вспыхнул золотым светом. Этот талисман использовался исключительно для связи с Миром Людей — и гадать не надо, это наверняка кто-то из Девятого отдела.

Янь Учан взмахом руки пригладил волосы, одной рукой поправил одежду, а другой легко провел по поверхности талисмана. В тот же миг возникла человекоподобная голограмма, в которой вскоре проявился силуэт Цуй Чжуаньлунь.

Не успел Янь Учан и рта открыть, как суровое лицо Цуй Чжуаньлуня, выглядевшее так, будто у него только что скончались оба родителя, выдало:

— По поводу того дела с Духовной Ци мертвецов, о котором я упоминал в прошлый раз, сегодня появились важные зацепки. Мэн Ванцюэ уже конвоирует задержанного обратно в Преисподнюю.

Янь Учан приподнял брови и заново завязал только что ослабленный галстук:

— Разве в том деле с Духовной Ци мертвецов есть что-то особенное? Заставили директора Цзи лично конвоировать кролика-людоеда — спишем это на ностальгию по былым временам, а теперь еще и Мэн Ванцюэ лично везет какого-то Демона?

— Дело не только в Демоне, — медленно произнес Цуй Чжуаньлунь. — Еще есть вода из Реки Реинкарнации.

Янь Учан остолбенел, решив, что ослышался:

— Что ты сказал?

Цуй Чжуаньлунь пояснил:

— Вода из Реки Реинкарнации. У поставщика кролика-демона А-Ваня мы обнаружили источник Духовной Ци мертвецов в сырье для косметики, и это как раз вода из Реки Реинкарнации.

В тот же вечер, досмотрев спектакль, Шэн Лянь спросил Цзи Цзюю, не осталось ли у него каких-либо служебных дел, требующих решения, и получил отрицательный ответ.

Однако среди ночи его разбудил телефонный звонок.

Его номер был только у одного Цзи Цзюю, так что звонил, разумеется, он.

Шэн Лянь спал полусонным, и когда ответил на звонок, его утреннее раздражение чуть было не вырвалось наружу, но тут он услышал голос Цзи Цзюю:

— Я скину тебе координаты, поезжай туда прямо сейчас.

Шэн Лянь вмиг проснулся, интуитивно почувствовав связь с работой, и стремглав подскочил на кровати:

— Что случилось?

Цзи Цзюю ответил:

— Машина за тобой уже внизу, на месте разберемся.

Шэн Лянь окончательно стряхнул остатки сна, соскочил с кровати и принялся переодеваться. Перед уходом он забежал в ванную, ополоснул лицо холодной водой и, забыв захватить карточку от номера, выбежал на улицу. У входа в вестибюль гостиницы он увидел роскошный лимузин марки Линкольн, который был длиннее парадного входа отеля. Швейцар стоял у задней дверцы и почтительно распахивал ее перед ним.

Шэн Лянь некоторое время молча переглядывался с этим похожим на гигантскую сардельку автомобилем, после чего поспешно забрался внутрь, дрожа от смутных догадок: неужели при такой торжественности и подаче лимузина их конечным пунктом назначении станет роскошная кухня площадью в пятьсот квадратных метров в доме Цзи Цзюю?

Однако, прибыв на место, он обнаружил, что адрес, переданный Цзи Цзюю, на самом деле ведет к контрольно-пропускному пункту на Реке Блаженства.

Не успел он пройти и пары шагов после выхода из машины, как к нему направился мужчина в черной форменной одежде и спросил:

— Вы Шэн Лянь из Отдела очищения Девятого отдела? Следуйте за мной, директор Мэн уже почти прибыла с тем демоном.

Он на мгновение замер, но быстро сообразил, что по делу Ху Синьжуй, должно быть, вновь получены важные улики у поставщика биологически активных добавок.

Последовав за этим сотрудником Преисподней внутрь контрольно-пропускного пункта на Реке Блаженства, Шэн Лянь прождал совсем недолго, прежде чем кто-то сообщил о прибытии судна. Спустя еще десять минут в помещение широким, уверенным шагом вошла Мэн Ванцюэ, словно прибывшая на курорт: на ней было длинное красное платье, высокие каблуки и темные очки. Одной рукой она держала веревку, к которой был привязан послушно шагавший следом мужчина.

Мужчина плелся за ней шаг в шаг, но выражение его лица было крайне свирепым и полным досады. Его взгляд сочился лютой ненавистью, рот был заклеен липкой лентой, а запястья стянуты той самой веревкой в руке Мэн Ванцюэ, так что при всей своей злобности он оставался не более чем беспомощной рыбой на разделочной доске.

Шэн Лянь уже собирался шагнуть навстречу Мэн Ванцюэ, как вдруг заметил, что из прохода показалась еще одна группа людей. Всего их было восемнадцать человек: прижавшись плечами друг к другу, они несли огромный ящик, сплошь оклеенный желтыми листами с руническими письменами, и медленно продвигались вперед, тяжело переставляя ноги.

Шэн Лянь также обратил внимание на то, что почти все они стиснули челюсти, а их лбы и кончики носов покрылись капельками пота — судя по всему, груз был настолько тяжелым, что даже восемьдесят парней из Преисподней еле передвигали ноги. Те самые листы с рунами Шэн Лянь уже видел на складе интернет-магазина А-Ваня, но если тогда ими были оклеены лишь стеллажи, то теперь ящик покрывал плотный, многослойный ковер из рун, наклеенных стык в стык, и при каждом движении с него то и дело сыпались отдельные бумажки.

В этот момент откуда-то сзади донесся знакомый голос:

— Помедленнее все! Если этот ящик грохнется на пол и то, что внутри, выльется наружу, в больнице по меньшей мере полмесяца провалятесь все до единого, не говоря уже о вас самих.

Шэн Лянь обернулся и увидел стоящего позади молодого человека с копной выкрашенных в белый цвет волос.

Заметив, что Шэн Лянь повернулся к нему, парень тоже перевел на него взгляд. Впрочем, его язык опережал глаза: зрачки еще только смещались в сторону, а он уже выпалил:

— Ты ведь и есть Шэн Лянь? — едва произнеся это и разглядев лицо Шэн Ляня, парень так сильно прикусил кончик языка зубами, что во рту тотчас выступила кровь.

Янь Учан мысленно выругался: «...»

Шэн Лянь незнакомца не знал, но, заметив на нем черную форму Зала Сэньло Преисподней, догадался, что это коллега с местной службы, и кивнул:

— Да, это я.

Янь Учан мысленно выругался: «...» Эти две сволочи, Цуй Чжуаньлунь и Мэн Ванцюэ, столько времени перемывали всем кости и сплетничали, и ни у одного из них не хватило ума предупредить его, до чего же хорош собой этот снежный лотос!

Директор Янь чуть не откусил собственный язык, который оказался длиннее, чем у кого бы то ни было.

В этот момент процессия с тяжелым ящиком, медленно переминаясь с ноги на ногу, поравнялась с Шэн Лянем и Янь Учаном. Нахмурившись, Янь Учан выбросил руку вперед, преграждая Шэн Ляню путь:

— Жить надоело — отойди назад!

Глядя на оказавшиеся прямо перед ним рунические листы, Шэн Лянь с удивлением заметил, что сквозь щели между бумагами непрерывным потоком сочится тончайшая Духовная Ци мертвецов.

Мэн Ванцюэ, державшая собачий поводок, и Янь Учан очевидно тоже это увидели, и Янь Учан рявкнул в сторону грузчиков:

— Запечатать повторно!

Но просочившаяся духовная ци не успела и глазом моргнуть, как обернулась бедой: у одного из несших угол ящика сотрудников едкая ци обожгла руку. Тот тихо застонал, пытаясь сдержать боль, однако духовную ци невозможно перетерпеть лишь усилием воли. Кто-то из товарищей заметил обожженную руку и уже бросился на замену, но было поздно.

От боли ослабла рука, нога подвернулась, и он налетел на стоящего рядом коллегу. Лишившись поддержки двух человек на одном из углов, тяжелый как скала ящик мгновенно кренился набок.

— Осторожно!

Остальные шестнадцать человек судорожно попытались выровнять ношу, но содержимое ящика оказалось неподъемным, и в одно мгновение перекосившийся ящик рухнул на пол.

Все это произошло прямо на глазах у Янь Учана и Шэн Ляня. Янь Учан вполне мог в одиночку подхватить и удержать ящик, однако Шэн Лянь рефлекторно протянул руку, а Янь Учан отвлекся, чтобы оттащить его за рукав, и на секунду упустил груз из виду. В тот же миг массивный корпус грохнулся оземь с оглушительным грохотом. Бумажные листы с рунами разлетелись по всему полу, подхваченные и разметанные новыми клубами вырвавшейся на свободу Духовной Ци мертвецов, и вскоре перед взорами присутствующих предстал черный продолговатый ящик с крышкой, подозрительно напоминавший гроб.

Сотрудники Преисподней явно явились во всеоружии: те восемнадцать носильщиков и дежурившие рядом коллеги тут же бросились подбирать упавшие листы и доставать заготовленные запасы, чтобы спешно залепить щели.

Янь Учан, все еще удерживавший Шэн Ляня за рукав, глядя на эту картину, выругался про себя: «Вот чёрт!» — и мысленно пожелал обрушить на голову Шэн Ляня все проклятия мира. Впрочем, времени на ругань не оставалось: руны на злосчастном ящике наотрез отказывались прилипать из-за хлещущей изо всех щелей духовной ци. Мощь скопившейся иньской энергии была столь велика, что воды Реки Блаженства недалеко от зоны досмотра взбесились, яростно заплескав берега, а в небе над Преисподней мгновенно собрались тяжелые грозовые тучи, в которых зазмеились молнии.

Слишком поздно!

Мэн Ванцюэ передала поводок и задержанного демона стоявшему рядом подчиненному и синхронно с Янь Учаном бросилась к испускающему духовную ци ящику. Янь Учан, оказавшись ближе всех, ударил ладонью плашмя, силой возвращая на место норовившую сорваться крышку, а Мэн Ванцюэ взмыла в воздух в резком прыжке и, приземлившись носком сапога на крышку, всей тяжестью своего тела — словно каменная гиря — придавила ее сверху.

Крышка захлопнулась, и остальные сотрудники принялись сноровисто залеплять ее новыми защитными листами.

Однако находившееся внутри создание вело себя так, словно обладало колоссальной силой свирепого демона: с новым грохотным ударом крышку вновь сорвало потоком духовной ци. Находившихся поблизости служащих отбросило волной энергии, а Янь Учана, давившего на крышку обеими руками, и Мэн Ванцюэ, стоявшую на ней на одном колене, отбросило назад.

В одно мгновение весь пол досмотровой залы был усеян поверженными людьми.

Мэн Ванцюэ и Янь Учан отлетели на добрых три метра от ящика, в то время как крышка под напором зловещей черной ауры приподнялась, образуя широкую щель.

— Всем назад! — взревела Мэн Ванцюэ.

Но не успел этот окрик затихнуть, как одна фигура стремглав бросилась прямо навстречу ящику.

Даже не разобрав, кто это, Янь Учан взъярился:

— Жить надоело?! — присмотревшись же, он с изумлением узнал в смельчаке Шэн Ляня, облаченного в синюю форму Девятого отдела.

Шэн Лянь вовсе не собирался сводить счеты с жизнью, просто у него, как у хрупкого донельзя Тяньшаньского снежного лотоса, имелась врожденная пагубная привычка — спасать всех подряд. Когда все остальные отпрыгивали назад, его ноги сами собой рвались вперед, а источаемая им мания «спасения всего живого» слепила глаза хлеще солнца.

Он безуспешно пытался подавить в себе этот порыв святоши, но в самый миг, когда крышку едва не сорвало окончательно, не выдержал и бросился наперерез.

— Вернись! Это тебе не обычная мертвецкая ци! — пронеслось над ухом предупреждение Мэн Ванцюэ.

Однако было поздно. Шэн Лянь уже налетел на ящик, приземлившись верхней частью тела прямо на крышку. К счастью, его природа позволяла сопротивляться духовной ци, так что ожогов он не получил, а обрушившийся следом вес его торса позволил на мгновение вернуть крышку на место.

Запертая внутри ци, которую толкали обратно уже не в первый раз, казалось, пришла в ярость. Получив удар крышкой по голове, она с бешеной силой забилась внутри контейнера. Припавшего к крышке Шэн Ляня затрясло так, будто у него вот-вот начнется сотрясение мозга. Это окончательно вывело его из себя, и, возмущенно взмахнув рукой, он отвесил ящику смачную оплеуху сверху со словами:

— А ну тихо!

От этого шлепка у Шэн Ляня онемела половина ладони, но в центре ее вдруг вновь отчетливо запульсировало то самое знакомое ощущение.

Цветок лотоса?

Шэн Лянь опешил и не стал приподнимать руку перед толпой изумленных коллег, но тут же заметил, что ящик перестал дрожать. Потоки вырывающейся ци испарились, и стоявший на полу огромный черный контейнер вел себя тихо и смирно — словно слова Шэн Ляня и впрямь возымели действие, заставив бунтаря уняться.

Окружающие сотрудники, секунду назад собиравшиеся принять участие в битве не на жизнь, а на смерть с разбушевавшейся нечистью, ошеломленно поднялись на ноги. Мэн Ванцюэ и Янь Учан переглянулись полными недоумения взглядами и синхронно устремились к черному ящику.

Шэн Лянь тоже поднялся на ноги. Его ладонь все еще лежала на крышке, и когда он попытался убрать ее, ему показалось, что ящик снова слегка завибрировал. Он поспешно вернул ладонь на прежнее место — и впрямь, крышка вновь замерла в неподвижности.

Мэн Ванцюэ подошла ближе, переводя ошарашенный взгляд то на ящик, то на Шэн Ляня:

— Что здесь происходит?

Янь Учан зыркнул на Мэн Ванцюэ, а затем красноречивым взглядом окинул руку Шэн Ляня, все еще прижимающую крышку.

Нужно ли вообще задавать этот проклятый вопрос?!

Если этот Шэн Лянь не является принявшим человеческий облик Божественным Посланником Цзи Баем с горы Дэнбао, он готов съесть тонну дерьма!

http://bllate.org/book/40069/5083373

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 17»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать You've Got to Be Kidding Me / Попался на твою удочку: Сделка с повелителем теней / Глава 17

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода