Чтобы подтянуть свои знания, во время летних каникул Чи Сюй часто расспрашивал её о всяких тонкостях жанра даньмэй. Слово за слово, они стали друг для друга одновременно и наставниками, и учениками, а также соратниками по шипперингу.
Не общаясь целых два дня, Чи Сюй только опустил книгу и сел на место, как Хэ Мяомяо поманила его пальцем.
Чи Сюй понял её с полуслова, склонил голову и шёпотом произнёс:
— Вчера и сегодня я видел, как целуются красивые парни.
Хэ Мяомяо возбужденно поёрзала:
— Быстро, быстро, быстро! Одна моя знакомая говорит, что ужасно хочет послушать.
Тогда Чи Сюй вкратце рассказал ей про вчерашнюю парочку у метро — смуглого спортсмена и молодого художника, — а также про тех двоих из сегодняшней парковки, устроивших страстный языковой поцелуй.
Разумеется, о той детали, что он пялился на эти пары целых пятнадцать секунд, он упоминать не стал: в конце концов, это неважно.
Хэ Мяомяо слушала как завороженная, не в силах скрыть восторг. Она тихонько протянула:
— Почему тебе так везет, а я вечно не могу натолкнуться на подобное!
Чи Сюй лишь мягко улыбнулся и не стал ничего объяснять.
На самом деле, если бы не денежная премия, Чи Сюй вовсе не горел бы желанием смотреть, как перед ним целуются мужчины.
Стоило Чи Сюю поделиться увиденным за эти два дня, как Хэ Мяомяо тоже принялась выкладывать свои новости из мира пейрингов.
Она украдкой шепнула:
— Ты видел доску объявлений у входа в школу? Линь Гушэн попал с нами в один класс.
Об этой новости Чи Сюй уже знал.
Что же до того, почему Хэ Мяомяо так сильно интересуется главным получателем любви Линь Гушэном, всё объяснялось просто: её любимым трёхмерным пейрингом был союз Линь Гушэна и пушечного мяса — его друга детства Цзян Ли, — которые одновременно выполняли роль массовки, создающей нужную атмосферу в этом мире.
Если убрать эту группу поддержки, то кто же будет страстно аплодировать чужой романтике?
Хэ Мяомяо не могла скрыть радости:
— Раз Линь Гушэн в нашем классе, то Цзян Ли наверняка заявится к нему. Я смогу каждый день любоваться ими вместе! Объявляю: в этом выпускном году у меня не будет недостатка в пите для духа.
Раньше Хэ Мяомяо всегда училась в экспериментальном классе и никогда не имела возможности оказаться с Линь Гушэном в одном помещении, а теперь выпал шанс сидеть в одном классе и вблизи наслаждаться любимым пейрингом — просто загляденье.
Глядя на счастливую Хэ Мяомяо, Чи Сюй, заранее знавший сюжет, слегка переживал: не огорчится ли она, если в конце концов выяснится, что их любимый пейринг обречен на плохой конец?
Впрочем, если подумать, окончательный разрыв Линь Гушэна и Цзян Ли произойдет уже после окончания школы, так что на Хэ Мяомяо это вряд ли должно сильно повлиять.
Не успели Хэ Мяомяо и Чи Сюй обсудить, насколько же идеально подходят друг другу Линь Гушэн и Цзян Ли, а Чи Сюй — согласно кивнуть в ответ, как в классе внезапно на пару секунд воцарилась тишина.
Следом некоторые ученики украдкой заговорили вполголоса.
— Охренеть, откуда этот красавчик?
— Раньше не видел!
— Слышал, в выпускной класс перевелся новенький, неужели это он?
— Да он красивее Цзян Ли.
— Трон школьного красавчика пошатнулся.
...
Хэ Мяомяо, только что расписывавшая Чи Сюю всю прелесть пейринга Линь Гушэна и Цзян Ли, услышала классные споры и перевела взгляд на дверь. Её глаза мгновенно округлились, а рот превратился в букву О.
Что может заставить такую опытную фудзёси, как Хэ Мяомяо, прервать шипперинг?
Чи Сюй с любопытством повернул голову и, заметив вошедшего в проеме, тоже чуть не открыл рот.
Какой красивый парень.
Миндалевидные глаза, высокий нос, бледная кожа.
Выражение лица — совершенно отрешенное.
Он выглядел так, будто прибыл из совершенно другого измерения, резко контрастируя с бегающими и шумящими вокруг него подростками.
Хотя за эти летние каникулы Чи Сюй до дыр засмотрел бесчисленные пейринги и повидал немало красавцев, по сравнению с парнем у входа в класс все они разом упали в классе на несколько ступеней.
Сам уровень исполнения был иным.
Словно разница между обычными и великолепными картами в коллекционной игре.
Чи Сюй почти сразу сообразил: обладатель столь выдающейся внешности просто не мог оставаться незамеченным в школе. Лицо самого Чи Сюя от природы было слишком далеко от заурядного и не отвечало требованиям системы, поэтому ради идеального выполнения задания она слепила ему заурядную внешность — стоило выйти на улицу, как внимание к нему резко падало.
Кто еще, кроме главного нападающего Шэнь Ши, мог обладать внешностью такого уровня?
В первоисточнике Шэнь Ши отличался сдержанным характером и благородным происхождением. Из-за семейных обстоятельств он перевелся в другую школу, где оказался в одном классе с главным получателем любви Линь Гушэном. К тому же они оба состояли в Управлении Экзорцизма. Слово за слово, общаясь всё теснее, эти двое сблизились, и постепенно между ними завязались чувства, переросшие рамки простой дружбы.
Что же до пушечного мяса в роли друга детства — Цзян Ли, — то в выпускном классе тот был по горло занят работой в шоу-бизнесе и никак не мог завладеть Линь Гушэном безраздельно. Спохватившись, он с яростью и безумной ревностью обнаружил, что Линь Гушэн, у которого раньше не было друзей, кроме него самого, теперь якшается с каким-то новеньким.
После череды эмоциональных качелей Цзян Ли наконец прозрел и пустился в долгий путь завоевания своего возлюбленного, но, разумеется, безуспешно. В финале пара закономерно пришла к драме, а Линь Гушэн остался с законным главным героем — Шэнь Ши.
Роль Чи Сюя в сюжете — заурядный приятель пушечного мяса Цзян Ли. Пусть в развернутой версии сюжета его присутствие не бросалось в глаза, в тех редких эпизодах ему всё же отводилась незначительная роль.
Когда этот невероятно красивый, словно из другого измерения, главный герой проходил мимо него, Чи Сюй воспользовался моментом и бросил взгляд на нагрудную бирку парня.
На ней действительно красовались два иероглифа: Шэнь Ши.
Чи Сюй тихо выдохнул и уже собирался, подобно прочим ученикам, одарить этого главного героя почтительным взглядом, как вдруг поднял голову и обнаружил, что Шэнь Ши смотрит прямо на него.
Пусть прошло всего мгновение, прежде чем тот отвел глаза.
Чи Сюй остался в некотором недоумении.Если бы он сейчас по-прежнему не носил чужое заурядное лицо, он бы даже заподозрил, не понял ли Шэнь Ши, что прошлой ночью он находился на месте преступления.Едва Шэнь Ши успел сесть, как в класс вошел главный Линь Гушэн, снова вызвав переполох среди всего класса.
По сравнению с новым учеником, Линь Гушэн был всем гораздо ближе, поэтому и обсуждали его более смело.
Стоило ему только появиться в дверях, как разговоры зазвучали один за другим.
Линь Гушэн тоже в нашем классе?
Ты разве не видел? На доске объявлений все написано!
Первый ученик на параллели, ай! Потом, если будут вопросы, можно будет спросить у него.
Ого, неужели на двадцать седьмой класс наложили какое-то заклятие? Сразу два писаных красавца, какое счастье! Вот бы Цзян Ли тоже был в нашем классе, даже представить боюсь, как это было бы здорово!
С оценками Цзян Ли он ни за что бы не попал в экспериментальный класс.
И то верно, если бы наш красавчик Цзян учился чуть лучше, он был бы просто идеален.
……
Оба красавца оказались в двадцать седьмом классе, что вызвало у всех бурное и оживленное обсуждение.
Среди шумных разговоров одноклассников Линь Гушэн окинул взглядом дверной проем, и, заметив Шэнь Ши, с которым они виделись прошлой ночью, тоже крайне удивился.
Он никак не ожидал, что этот эспер из Управления Экзорцизма города Б переведется именно в их класс.
Когда он увидел это имя на доске объявлений у входа, то подумал, что это просто совпадение.
Поразмыслив немного, Линь Гушэн по своей инициативе подошел к Шэнь Ши и сел рядом.
У него оставалось еще кое-что, о чем он хотел спросить насчет событий прошлой ночи.
В глазах учителей и учеников всей школы Линь Гушэн, помимо Цзян Ли, почти ни с кем не общался по собственной воле и всегда упорно учился, словно недосягаемый цветок на вершине снежной горы, но сегодня он неожиданно сам соизволил спуститься с небес и сесть рядом с новым учеником.
Это была настоящая сенсация.
В классе снова зашумели обсуждения.
Помещение класса было небольшим, и как ни старайся контролировать громкость, обрывки фраз все равно долетали до слуха Линь Гушэна.
Родители Линь Гушэна погибли, его воспитывал дедушка. С самого детства он обнаружил у себя странные способности, а во время одного из инцидентов это заметило Управление Экзорцизма города С, после чего он стал частью государственной системы.
Весь прошлый учебный год Линь Гушэн провел вместе с Цзян Ли и уже привык к тому, что одноклассники открыто обсуждают его. Он сказал Шэнь Ши:
— Ребята в школе не со зла, просто любят пошуметь, не обращай внимания.
Если бы Чи Сюй знал, что Линь Гушэн так спокойно относится к темам для разговоров таких статистов, как они, он бы только покачал головой: сразу видно, что жизненного опыта пока маловато.
А вот содержание бесед с Хэ Мяомяо было куда более взрывным и пикантным, от него у людей даже лица слегка краснели.
Шэнь Ши равнодушно ответил:
— Не обращают.
Шэнь Ши действительно не обращал внимания. С тех пор как утром он стал свидетелем той развратной сценки со своим соучеником на парковке, у него уже сложилось предварительное представление об обстановке в этой школе.
Теперь все эти безобидные пересуды казались ему слишком здоровыми, молодежными и живыми, вполне соответствующими духу учеников этого возраста.
При этой мысли взгляд Шэнь Ши снова скользнул к сидевшему на переднем ряду однокласснику с такими странными наклонностями.
Какое совпадение, они ведь еще и одноклассники.
Только в школе этот парень выглядел вполне нормально; если бы не видел всё своими глазами, кто бы мог подумать, что у него хватит смелости тайком пялиться на целующихся мужчин.
Громкий шепот в классе продолжался еще долго.
Чи Сюй заметил, что Хэ Мяомяо тоже наблюдает за Линь Гушэном и Шэнь Ши.
Он вспомнил, как только что Хэ Мяомяо счастливым голосом рассуждала о духовной пище. Если сейчас Линь Гушэн сам подсел к настоящему сожителю-гong, не покажется ли Хэ Мяомяо, что ее любимый пейринг рухнул? Не поколеблется ли от этого основы ее пути, не потеряет ли она душевное равновесие, что в итоге отразится на учебе?
Он как раз думал о том, как бы утешить свою соратницу по шипперству и помочь ей успокоиться, как Хэ Мяомяо с серьезным лицом повернулась к Чи Сюю и произнесла:
— Тебе не кажется, что они невероятно подходят друг другу?
Чи Сюй: «?»
Чи Сюй понимал каждое слово по отдельности, но вместе они превращались в бессмыслицу.
Разве это все еще человеческий язык?
Только что она шипперила Линь Гушэна с Цзян Ли, как вдруг может с разворота спрашивать его, подходят ли друг другу Линь Гушэн и Шэнь Ши.
Заметив растерянность на лице Чи Сюя, Хэ Мяомяо решила, что он ничего не понял, и пояснила:
— Ну, Линь Гушэн и этот новенький переведенный ученик. Они оба очень красивые, смотреть на них вместе — одно удовольствие.
— По-моему, их тоже очень прикольно шипперить. Только представь: Линь Гушэн сам подсел к нему — разве это не олицетворение того, как недосягаемый цветок склоняет голову ради любви? Готов поклясться, что этот новенький определенно тоже неравнодушен к Линь Гушэну.
В глазах истинных знатоков шипперства, даже если два натуральных парня случайно бросят друг на друга мимолетный взгляд, этот взгляд уже не будет чистым.
Чи Сюй был рад, что Хэ Мяомяо наконец-то нашла правильный пейринг и встала на верный путь шиппера, но в то же время слегка недоумевал, почему она способна так быстро менять объект своего обожания.
Чи Сюй спросил:
— Разве ты больше не шипперишь Линь Гушэна и Цзян Ли?
— Кто сказал, что не шипперю? — Хэ Мяомяо взяла на себя роль наставницы и поучительно заявила Чи Сюю: — Эти два пейринга вообще не конфликтуют. То, что мне нравится пейринг Цзян Ли и Линь Гушэн, ни капли не мешает мне шипперить новенького и Линь Гушэна. Самое главное для нас, шипперов, — это свобода. Нельзя позволять себя связывать какими-то рамками: шипперить можно что угодно и как душе угодно.
http://bllate.org/book/39967/5066949
Готово: