Среди деревень, которые они посетили, преобладали традиционные жилища из утрамбованной земли или кирпича и камня — приземистые и крепкие. Кое-где уже начали работать редкие гостевые дома: чаще всего это были переоборудованные заброшенные старые дворы. Маленькие по масштабу, с первозданной атмосферой и весьма спартанскими условиями, они делали ставку на экологически чистый отдых. Однако приток гостей казался нестабильным, что ясно указывало на начальный этап стихийного поиска своего пути.
Дуань Цзинжуй внимательно осмотрел несколько дворов, выставленных на продажу, расспросил об источниках воды, электричестве, зимнем отоплении и других практических нюансах, но его выражение лица всё это время оставалось сдержанным.
В пятницу утром он вернулся в компанию и, сидя в залитой светом переговорной, слушал подробный доклад подчиненного об анализе достопримечательностей и развитии гостевых домов в южном регионе вдоль реки в городе Y.
На проекционном экране сменялись виды реки, горные пейзажи и фотографии интерьеров и экстерьеров уже построенных гостевых домов, а подчиненный четко и последовательно излагал информацию о местной конкурентной среде, анализе целевой аудитории и потенциальных рисках.
Но, слушая доклад, Дуань Цзинжуй немного отвлекся.
Мысль о том, что можно отомстить Лин И, заставив его провести с ним период уязвимости, на самом деле не принесла того удовольствия, которое он себе воображал.
Лин И с детства обладал невозмутимым нравом, и его лицо оживало только тогда, когда он находился рядом с Лин Аньшунем.
В эту их новую встречу Дуань Цзинжуй чувствовал, что от Лин И веет еще большим равнодушием, чем раньше, а слов стало еще меньше.
Хотя интимная близость заставляла его проявлять больше эмоций и движений, Дуань Цзинжуй видел, что Лин И адаптировался и подстраивался по-своему.
Поэтому его вовсе не удивляло, что Лин И смог так быстро, непринужденно и спокойно находиться с ним рядом.
Чего он действительно не ожидал, так это того, что у Лин И окажется такая сильная боязнь воды. Это даже доставило ему некоторое удовлетворение.
Успокоившись и подумав как следует, он понял, что Лин И всё-таки брат Ань-ань и очень любит Ань-ань. Возможно, смерть Ань-ань сделала его еще более отстраненным.
На самом деле он и сам понимал, что тогдашняя месть могла показаться несколько ребяческой. Но он понятия не имел, каким еще способом отомстить Лин И.
Осознав, что отвлекся, он едва заметно замер кончиками пальцев на гладкой поверхности стола для переговоров, а затем взял стоявшую под рукой чашку с гейшей ручной проливки, которую ассистент принес незадолго до этого, и сделал глоток.
Края изысканной костяной чашки холодили губы, а кофе уже успел остыть.
Тот самый фирменный вкус с чистой сладостью цветов и фруктов, потеряв температуру, стал каким-то резким и странным, а кислинка казалась на редкость едкой.
Это без всякой видимой причины вызвало у него легкое раздражение.
Посторонним казалось, что пищевые привычки Дуань Цзинжуя соответствуют его образу преуспевающего человека: изысканность, легкость, сдержанность. Но только он сам знал, что на протяжении всех этих лет по-настоящему усмирить то неуловимое раздражение и хандру, что таились в его душе, способны лишь вещи с насыщенным, ярко выраженным вкусом — глубокая, густая горчащая обжарка кофе, жгучая крепость крепкого алкоголя и даже густой аромат хорошей сигары.
Они служили своего рода якорем, способным силой выдернуть его из зыбких эмоций обратно в реальность. Он решил чуть позже попросить ассистента заменить эти чересчур легкие зерна.
Дуань Цзинжуй вновь перевел взгляд на проекционный экран. Подчиненный как раз перешел к заключительной части доклада: Подводя итог, помимо региона вдоль реки в городе Y, который сейчас находится в центре нашего внимания, есть еще два поселка, чье географическое расположение и туристические ресурсы тоже прекрасно подходят для освоения.
Хорошо, — Дуань Цзинжуй слегка кивнул. — Тогда следующий этап работы сосредоточим на развитии городов D и Y. На этом всё.
Вернувшись в кабинет, Дуань Цзинжуй взял телефон и написал другу: Едем днем на трек, есть время?
Чжоу Син ответил почти мгновенно: Обязательно буду! В этот раз я точно тебя выиграю.
Сообщение от Цзи Цзяжуна всплыло лишь через несколько минут: Прогуливаешь работу в пятницу после обеда?
Дуань Цзинжуй легонько постучал по экрану: Я босс, мне и решать.
Цзи Цзяжун прислал смайлик с беспомощно разведенными руками: Ладно уж, я приеду чуть позже.
Во второй половине дня на профессиональном гоночном треке в пригороде взревели моторы.
Дуань Цзинжуй переоделся в профессиональный гоночный комбинезон. Чжоу Син уже прибыл и ждал его, прислонившись к машине, а в его глазах читалось непреодолимое желание испытать силы. Цзи Цзяжун подъехал чуть позже, не спеша припарковал машину и подошел.
На что спорим? — Чжоу Син, вскинув подбородок, посмотрел на Дуань Цзинжуя, а в воздуде едва заметно бурлил феромон туи.
Поправляя перчатки, Дуань Цзинжуй бросил в ответ: Проигравший разбирается с матушкой Цзи и ее призывами поскорее жениться.
Цзи Цзяжун тут же взвыл: Эй! Я-то тут при чем?
Чжоу Син громко рассмеялся: Отличная ставка! Решено.
Загорелся зеленый свет, и три спорткара сорвались с места, словно выпущенные из лука стрелы.
Дуань Цзинжуй взял с невероятным ускорением и первым вошел в первый поворот.
Чжоу Син висел у него на хвосте, в конце прямой несколько раз попытавшись использовать воздушный мешок для обгона, но Дуань Цзинжуй надежно перекрывал траекторию.
Цзи Цзяжун же следовал третьим, сохраняя безопасную дистанцию и ведя себя непринужденно.
На втором круге Чжоу Син на связке поворотов нашел брешь и поравнялся с Дуань Цзинжуем.
Машины шли практически вплотную, шины с визгом терлись о дорожное покрытие.
Дуань Цзинжуй был предельно сосредоточен и в момент выхода из поворота рассчитал нажатие педали газа так, чтобы вернуть себе лидерство.
На третьем круге троица вновь сошлась в острой борьбе на S-образном повороте.
Азарт Чжоу Сана разгорелся в полную силу, он то и дело пытался использовать более рискованную траекторию. Дуань Цзинжуй также вложил в гонку всё внимание: они то опережали друг друга, то отставали, и исход оставался неясным. Цзи Цзяжун же придерживался собственного ритма, неторопливо двигаясь позади.
На последнем круге, перед решающей серией поворотов, Чжоу Син снова отыскал возможность нырнуть на внутренний радиус.
Машины вошли в поворот почти одновременно. На выходе Дуань Цзинжуй вполне мог выбрать более сложную траекторию, чтобы удержать позицию, но быстро бросил эту затею, позволив Чжоу Сину обойти себя и вырваться на первое место.
В итоге Чжоу Син первым пересек финишную черту, Дуань Цзинжуй стал вторым, а Цзи Цзяжун — третьим.
Когда машины остановились, все трое сняли шлемы. На лице Чжоу Сина играло победное возбуждение, но во взгляде читалось любопытство: Что это было на последнем повороте? Специально мне поддался?
На висках Дуань Цзинжуя блестели капельки пота; он взял бутылку с водой, сделал глоток и ответил непринужденно: Ничего подобного, просто на секунду отвлекся.
Цзи Цзяжун подошел, хлопнул Дуань Цзинжуя по плечу и тут же завопил: Я проголодался, поехали в ресторан!
Вечером в излюбленном ресторане домашней кухни заказом ведал Цзи Цзяжун.
Большинство блюд на столе оказались легкими: палтус на пару, бланшированная листовая капуста, тофу с крабовым мясом.
Но Цзи Цзяжун специально добавил острую рыбу в масле, и красное масло под светом ламп маняще переливалось.
Попробуй, это новый повар из Сычуани, говорят, очень аутентично. Цзи Цзяжун нарочно подцепил палочками кусочек рыбы в красном масле и положил в пиалу Дуань Цзинжую, а в его глазах искрилось лукавое веселье.
Дуань Цзинжуй бросил на него взгляд, ничего не сказал и послушно съел этот кусок. Обжигающая острота мгновенно подступила к горлу; он взял ледяную воду, сделал глоток, но лицо его осталось прежним.
Чжоу Син все еще мысленно возвращался к дневной гонке, разбирая моменты для каждого обгона. Дуань Цзинжуй слушал, изредка поддакивая, а в его выражении лица сквозило редкое для буднего дня расслабление.
К слову, — Цзи Цзяжун вдруг отложил палочки и вздохнул. — Я признаю поражение, но справиться с мамиными нравоучениями я точно не смогу. Давайте изменим ставку!
Дуань Цзинжуй неторопливо подцепил палочками палтуса на пару, слегка изогнув губы: Тогда можешь просто найти какого-нибудь омегу и сойтись с ним кое-как.
Так не пойдет! — тут же запротестовал Цзи Цзяжун. — Разве можно относиться к браку спустя рукава? К тому же у меня сейчас карьера на подъеме...
Брось ты, — перебил его Чжоу Син. — По-моему, ты просто еще не нагулялся.
Они перекидывались репликами, и в кабинетах звучал непринужденный смех. Ужин затянулся донельзя, и когда принесли счет, выяснилось, что уже далеко за полночь.
Дуань Цзинжуй смотрел на двух друзей, продолжавших спорить из-за пари, и в его глазах таилась редкая мягкость.
Ночь сгустилась, на улицах почти не осталось прохожих.
Усевшись в машину, Дуань Цзинжуй взглянул на телефон: на экране высвечивалось время, приближающееся к десяти вечера.
Он откинулся на спинку сиденья, наслаждаясь этой редкой тишиной.
Сплетение забот и отдыха этого дня позволило ему на время забыть о тревогах.
Только когда машина проезжала по опустевшим улицам, его взгляд невольно скользнул в окно, и в сердце снова закралась тоска по Ань-ань.
Глава 6. Обещание
Отказ Дуань Цзинжуя от обгона во время гонки был связан с одним обещанием.
Тогда Дуань Цзинжуй и Чжоу Син только познакомились — оба полные сил альфы в том возрасте, когда дух соперничества силен как никогда. Они постоянно устраивали заезды по выходным.
Лин Аньшунь и Дуань Цзинжуй только начали встречаться.
Узнав, что Дуань Цзинжуй собирается на трек-день, парень принялся его донимать.
Жуй-гэ, возьми меня с собой! Я обещаю вести себя хорошо!
Лин Аньшунь легонько покачал его за руку, сверкая глазами: Я хочу посмотреть, как ты водишь, это наверняка потрясающе!
Дуань Цзинжуй хотел отказаться.
Все-таки гоночный трек — не парк аттракционов, скорость и опасность всегда идут рука об руку.
Но глядя на полный ожиданий взгляд юаночки, на ее хлопающие чистые оленьи глаза,
Возьми меня с собой! Обещаю, в этот раз я не возьму брата!
В конце концов он сдался.
Поедешь — будешь слушаться, смотреть разрешено только из отведенной зоны, — строго наставлял он. — Никаких прогулок, и обязательно пристегнись ремнем безопасности.
Время выбрали вскоре после дня рождения Лин Аньшуня — выдался ясный и безветренный уик-энд.
Солнце заливало трек, прогоняя зимнюю стужу и покрывая золотистым блеском асфальт.
У гоночной трассы воздух был насыщен густым ароматом рома и бодрящим запахом туи — они соперничали друг с другом, словно пытаясь поглотить противника.
Оба альфы настраивались перед грядущим состязанием.
В этот раз снова выиграю я, — Чжоу Син затянул ремешок шлема своего хлопкового гоночного комбинезона с уверенным видом, а запах туи стал еще чуточку резче.
Дуань Цзинжуй неторопливо поправлял перчатки, а его аура рома была глубокой и ровной.
Его взгляд скользнул по зрительской зоне, безошибочно выхватив знакомый силуэт.
Закутанный в толстый белый пуховик и обмотанный ярким красным шарфом, Лин Аньшунь стоял на цыпочках и махал ему рукой. Под лучами солнца юноша озарял всё вокруг улыбкой, напоминая всполох танцующего пламени.
На этот раз победить должен я, — Дуань Цзинжуй затянул ремни шлема и улыбнулся уголками губ. — Ань-ань смотрит на меня сверху.
http://bllate.org/book/39932/5061230
Готово: