Глава 21
Бойсу снова приснился S-19.
В воздухе разлился удушливый, солоновато-сырой запах морской бездны. В этот раз краснохвостый мерфолк подобрался ещё ближе, и Бойс наконец сумел разглядеть тёмный силуэт, замерший у того за спиной.
Фигура больше походила на безжизненную куклу. Её голова бессильно склонилась к плечу S-19, а короткие золотистые волосы, влажно облепив череп, скрывали большую часть лица. Бойсу показалось, что проступающие сквозь пряди черты до боли ему знакомы.
— Ты умрёшь...
Этот тихий шёпот эхом разнёсся в сознании, вновь повторяя роковое пророчество.
***
После кормления S-37 Бойс направился в вольер содержания S-24.
К слову, вольеры содержания этих двух подопытных когда-то сообщались. До того как сюда привезли нынешних особей, в вольерах содержания содержались самец и самка. Руководство исследовательского института отчаянно пыталось заставить их спариться ради продолжения рода, а потому между вольерами содержания прорубили шлюз.
Однако затея провалилась. Обе русалки погибли во время очередного эксперимента, а проход между вольерами содержания наглухо перекрыли тяжёлой перегородкой.
Хотя за S-24 никогда не водилось привычки нападать на персонал, Бойса изнутри подтачивала странная, необъяснимая тревога.
Стоило ему переступить порог вольера содержания, как бирюзовый мерфолк тут же показался из воды. Он уставился на человека в упор, не скрывая оценивающего, цепкого взгляда.
Бойс бросил последний кусок рыбы в воду и выпрямился, собираясь уходить. Мерфолк проводил его тяжёлым взором, в котором отчётливо читалась злоба, отчего у Бойса мороз пробежал по коже.
В следующую секунду, едва Бойс успел развернуться спиной, тварь резко рванулась из глубины. Мощные когтистые пальцы мёртвой хваткой вцепились в его запястье — ровно туда, где ещё синели вчерашние следы от пальцев S-37. Но если синий мерфолк сжал его руку неосознанно, то этот сдавил предплечье с такой силой, что кости едва не треснули. Одновременно с этим его вторая лапа молниеносно метнулась к горлу человека.
Повинуясь инстинкту, Бойс выхватил из кармана шприц с анестетиком и с силой вогнал иглу в чешуйчатое плечо.
Тритон ослабил хватку. Пальцы разжались, оставив на бледной шее Бойса багровые полукольца. Ядовитые когти он в последний момент убрал — Бойс понял, что это нападение было не попыткой убить, а неприкрытой угрозой.
Бойс поднялся с пола, тяжело дыша. Мерфолк вскинул голову и проводил его взглядом.
— Как же хочется тебя придушить... — в его свистящем шёпоте скользнула тень досады.
***
S-37 мгновенно почуял чужой запах на Бойсе. Этот едкий шлейф принадлежал соседу за стеной — его присутствие синий мерфолк изредка улавливал, когда в вольерах меняли воду.
Его взгляд медленно скользнул по фигуре человека, дюйм за дюймом, пока не замер на багровых отметинах, проступающих у воротника.
Другой самец, прекрасно зная о его существовании, посмел заявить права на его Софию и запугать его.
Плавники S-37 гневно расправились. Теперь, когда Бойс знал его истинный облик, он больше не пытался притворяться кротким и безвольным.
Но вспомнив, что человек всё ещё сердится на него, мерфолк не решился подойти сразу. Он лишь яростно нарезал круги по бассейну и замер в нескольких метрах от платформы.
Бойс молча наблюдал за ним, думая, что тритон выглядит едва ли не более разъярённым, чем он сам — непосредственный пострадавший.
Словно отвечая на брошенный вызов, S-37 с силой хлестал хвостом по воде, поднимая тучи брызг. В этот момент он напоминал дикого хищника, чью территорию нагло осквернили и который готов в любой миг разорвать наглого чужака.
Поймав взгляд Бойса, тритон немного утихомирил бурю, но его глаза всё ещё яростно горели, прикованные к чужим синякам на шее.
***
Вечером, вернувшись в вольер содержания S-37, Бойс сразу заметил неладное.
На щеке мерфолка алела глубокая, совсем свежая царапина. Несколько чешуек на боку были безжалостно выдраны, а на плечах темнели уродливые синяки.
Увидев Бойса, тритон поспешно попытался прикрыться, запустив пальцы в свои длинные волосы, но Бойс успел заметить, как синие пряди тяжело колыхнулись в воде.
— София...
Мерфолк завис в воде неподалёку от подъёмной платформы, робко вглядываясь в лицо человека.
Бойс нахмурился и подозвал его жестом:
— Подойди сюда.
Когда тот подплыл ближе, Бойс разглядел изрядно поредевшие волосы на макушке тритона.
Прежде чем Бойс успел хоть что-то спросить, S-37 зачерпнул горсть бирюзовых чешуек и протянул ему, словно гордый своей добычей охотник.
Бойс опустил взгляд на знакомую чешую — точно такую же он видел сегодня утром на S-24. И тут же вспомнил, что во время обеденного кормления бирюзовый мерфолк так и не показался из глубины.
— Ты подрался с ним?
Это было единственным разумным объяснением.
S-37 покорно кивнул.
Оба они знали о существовании шлюза между бассейнами, но до сих пор соблюдали негласный паритет, не нарушая границ. S-37 первым разорвал это соглашение, как только чужак посмел поднять руку на Бойса.
Бойс забрал чешую. Впервые он сам, добровольно, коснулся раны на чужом лице. На подушечке пальца остался мазок несвернувшейся крови, пахнущей солью и железом.
Взгляд мерфолка сделался невыносимо горячим. Бойс был для него сокровищем — самым драгоценным, ради которого стоило пролить кровь.
Этот немой восторг обожгал Бойса изнутри. В груди всколыхнулось странное, щемящее чувство, но ускользнуло прежде, чем он успел его осознать.
— Из-за меня?
Предположение казалось безумным, почти невозможным. Но иной причины для стычки между S-37 и S-24 просто не существовало.
— Да.
Партнёр и территория — фундаментальные законы, выжженные в сознании каждого мерфолка на уровне первобытных инстинктов.
— Больно?
Тритон посмотрел на Бойса. Тот стоял, опустив голову, ладонью всё ещё касаясь чужой щеки.
Помня о прошлых промашках, S-37 не стал притворяться несчастным ради жалости и просто качнул головой. По сравнению с тем, что он сделал с S-24, его собственные царапины были сущим пустяком.
Мерфолк перевёл взгляд на шею Бойса. Спустя сутки багровые следы проступили ещё отчётливее.
Он медленно потянулся рукой к чужому горлу. Бойс на мгновение задеревенел, но не отступил назад.
S-37 чутко ловил малейшие изменения в его лице. Стоило бы человеку проявить хоть каплю отвращения, и когтистая лапа тут же отпрянула бы — так происходило всякий раз, когда тритон пытался сократить дистанцию. Но он только что отомстил за обиду своего партнёра. Будучи победителем в этой схватке, он считал, что заслужил награду.
Холодные, нечеловеческие когти наконец коснулись тёплой кожи. От этого ледяного прикосновения Бойс вздрогнул, и всё его естество потребовало немедленно отпрянуть.
Но... он столкнулся со взглядом золотистых глаз. В них светилось чистое, детское счастье от этой близости, а под ним тлело нечто гораздо более глубокое, жаркое и пугающее.
Словно поддавшись чарам, Бойс заставил себя расслабиться.
Внутри шевельнулось тихое, отчётливое знание.
«Он не причинит мне вреда...»
Запах чужака на его теле уже выветрился, но оставленные им отметины всё ещё злили S-37. Тритон неосознанно прижал пальцы сильнее, силясь перекрыть чужие следы своими собственными, отчего Бойс поморщился и нахмурился.
Этот жест мгновенно отрезвил его. Бойс перехватил запястье мерфолка и мягко отвёл его руку.
S-37 беспрекословно подчинился, позволив ладони соскользнуть вниз.
Когда Бойс уже повернулся к выходу, за его спиной раздался негромкий голос:
— София.
В этом слове слышался и вопрос, и твёрдая убеждённость.
— Даже если когда-нибудь ты встретишь других мерфолков... я всё равно буду для тебя особенным.
Он проводил Бойса взглядом, вновь возвращаясь к мучившему его вопросу.
Почему его София так разозлилась в прошлый раз?
Он не желал, чтобы его София даже приближалась к другим самцам. Ему безумно хотелось утащить человека в глубину, спрятать в самом тёмном углу своего гнезда, чтобы каждый миллиметр его тела — изнутри и снаружи — дышал только его, S-37, запахом.
В золотистых глазах плескалась глухая, первобытная жажда обладания, которую человеку видеть не полагалось.
«Ему нужен только я. Одного мерфолка вполне достаточно».
http://bllate.org/book/39910/5181438
Готово: