Лу Цзиньхуай замешкался, а затем неловко заключил Ши Ции в объятия. Ощущая, как того бьёт едва заметная дрожь, он мягко похлопал его по спине, успокаивая:
— Можно. Обнимай сколько захочешь.
Оказавшись со стороны, недоступной чужому взгляду, Ши Ции чуть сощурил глаза. Пользуясь моментом, он бесцеремонно перебрался к Лу Цзиньхуаю на колени и уткнулся лбом в его плечо.
Позвоночник Цзиньхуая мгновенно одеревенел. Подобная близость — настолько интимная, почти двусмысленная — застала его врасплох. К тому же в памяти живо всплыло вчерашнее признание Ши Ции о том, что его привлекают мужчины. Наверное, им следовало бы соблюдать дистанцию...
Сколько Цзиньхуай себя помнил, ему никогда не приходилось вот так убаюкивать кого-то в объятиях, тем более усаживать к себе на колени. Физический контакт такой степени близости был для него в новинку. И всё же непривычная мягкость, с которой чужое тело прижалось к нему, отторжения не вызывала.
Ши Ции втянул носом воздух — от Цзиньхуая веяло тонким древесным ароматом. Белоснежная шея находилась прямо перед губами, пробуждая тёмный позыв вонзить в неё зубы. Но этого делать было нельзя. Поджав губы, Ши Ции лишь сдержанно уткнулся носом в чужую ключицу.
Цзиньхуай выждал пару секунд. Его подмывало спросить, что именно сбило Ши Ции с толку, но он опасался разбередить свежую рану, а потому лишь тихо спросил:
— Ну как ты? Получше?
Обняв Цзиньхуая за шею, Ши Ции расслабился. В его выразительных глазах застыла сытая, нескрываемая радость. Прижавшись к груди собеседника, он прислушивался к размеренному стуку сердца и ровному дыханию — и его собственная мятущаяся душа постепенно обретала покой. Та жгучая, дикая злоба, что раздирала его изнутри ещё полчаса назад, наконец отступила.
— Мне куда лучше, — шепнул Ши Ции прямо ему в ухо. — Я не слишком тяжёлый? Ноги не онемели?
Лу Цзиньхуай ощутил, как место касания буквально вспыхнуло жаром. Постаравшись вообразить, будто держит на коленях просто огромную плюшевую игрушку, он попытался заглушить лихорадочную неловкость:
—... Вовсе нет.
Насладившись моментом сполна, Ши Ции неспешно поднялся:
— Пойду прилягу. Если что-то понадобится — разбуди.
Раньше, когда накатывала эта удушливая ярость, ему приходилось искать разрядку в безумных гонках на грани фола. Но теперь, после пары случайных касаний с Цзиньхуаем, он с удивлением осознал: обрести умиротворение можно и без смертельного риска.
— Хорошо, — кивнул Лу Цзиньхуай. — К обеду разбужу.
Диван в кабинете был достаточно широким, чтобы на нём мог с комфортом вытянуться взрослый мужчина. Впрочем, стоило Ши Ции опуститься на мягкие подушки, как сонливость сняло как рукой. Изучать рабочие документы тоже совершенно не хотелось, поэтому он просто достал телефон и принялся лениво пролистывать кулинарные рецепты.
Система, умевшая держать дистанцию в пиковые моменты, убедилась, что главный злодей убрался на диван, и тут же с едва слышным порханием перебралась ближе к подопечному. Опустившись прямо на стопку бумаг на рабочем столе, она извлекла свой блокнот с инструкциями.
[Хозяин, у меня есть к вам одно крайне серьёзное предложение.]
— Слушаю, — отозвался Цзиньхуай.
Хотя выводы Системы порой отличались редкой абсурдностью, Лу Цзиньхуай не мог не признать: иногда она всё же давала дельные советы и помогала пролить свет на непонятные вещи.
Система приняла глубокомысленный вид:
[Согласно нашему регламенту, ваша ключевая задача — скорректировать мировоззрение злодея и уберечь его от трагического финала. А значит, одного лишь присутствия и молчаливой поддержки недостаточно...]
Эта сфера действительно оставалась для Цзиньхуая тёмным лесом, так что он приготовился внимательно слушать.
[К примеру, прямо сейчас! Воспользовавшись эмоциональной уязвимостью злодея, вам следовало внушить ему правильные моральные ориентиры. Объяснить на пальцах, что такое хорошо и что такое плохо!]
В голове у Лу Цзиньхуая невольно возник вопрос: «И что же Ши Ции сделал не так? С какой стати мне читать ему нотации?»
Система продолжила вещать с пылом наставника:
[Взять хотя бы то, как он схватил вас за горло! Это же вопиющий, крайне нездоровый проступок! А вы мало того что не указали ему на ошибку, так ещё и проявили попустительскую мягкость. Подобное потакание вредит его исправлению!]
По правилам системной безопасности сохранность жизни подопечного стояла на первом месте, и в электронных мозгах помощника сжатие чужой шеи автоматически классифицировалось как прямая угроза.
Помолчав пару секунд, Лу Цзиньхуай сдержанно произнёс:
—... В следующий раз я постараюсь.
Как ни крути, а жест Ши Ции и впрямь выглядел странно. Впрочем, Цзиньхуай чуял: никакого злого умысла в нём не было. Вопрос заключался в другом: что именно подтолкнуло его к этому? Ведь у каждого поступка есть причина. Что послужило триггером?
Однако навязывать Ши Ции свои взгляды он не собирался. В мире нет абсолютного добра и зла. К тому же Ши Ции — взрослый человек и прекрасно отдаёт себе отчёт в собственных действиях.
Лу Цзиньхуай перевёл взгляд на диван. Ши Ции, развалившись, с увлечением листал что-то в телефоне. Образ этого своевластного мужчины наложился на недавнюю картину — взволнованного парня, искавшего спасительных объятий. В душе Цзиньхуая снова поднялась волна непроизвольной теплоты.
В действиях Ши Ции не кролось ни капли яда. Возможно, у него просто имелись психологические проблемы, требующие времени и чуткости.
***
Пока он размышлял, тишину кабинета нарушил двойной вибросигнал смартфона. Взяв гаджет, Лу Цзиньхуай увидел уведомление Мессенджера. Отправителем числился Лу Сючжу.
Зрачки Цзиньхуая едва заметно сузились. Лу Сючжу занимал ключевое место в системе ценностей прежнего владельца тела, так что избежать контакта с ним не представлялось возможным. Однако того, что старший брат выйдет на связь первым, Цзиньхуай никак не ожидал.
«Младший брат, не хочешь сегодня вместе пообедать?»
Лу Цзиньхуай на мгновение замер. Обыденный, ровный тон сообщения звучал так, будто между ними никогда ничего не происходило.
Выставляя первоначального владельца тела за дверь, Лу Сючжу ни на секунду не вспомнил о родственных узах — в его поступках читалась лишь холодная, застарелая ненависть. И после всего сотворённого у него хватало дерзости рассчитывать, что одна фальшивая улыбка сотрёт прошлые обиды?
Раньше Лу Сючжу использовал разные обращения: иногда звал по детскому прозвищу, иногда просто «младшим братом». Но стоило их отношениям рухнуть, как он перешёл исключительно на сухое полное имя.
Замысел брата считывался без труда: сделать вид, будто ничего не случилось, и вернуть всё на круги своя. Вот только в прошлый раз — в оригинальной судьбе — после изгнания Лу Сючжу ни разу даже не вспомнил о существовании младшего.
Цзиньхуай прикрыл глаза, сопоставляя детали. Единственным отличием его текущего положения от судьбы предыдущего хозяина тела было появление Ши Ции.
Тогда, в баре, прежний Лу Цзиньхуай не пересекался с Ши Ции. В этой же жизни они не просто встретились — Лу Сючжу лично видел их вместе, когда Цзиньхуай приходил в отдельный кабинет за ключами от машины.
Ши Ции стал единственной переменной во всём уравнении.
Отгадка лежала на поверхности, вызывая у Цзиньхуая лишь саркастическую ухмылку. Лу Сючжу выстраивал свой хладнокровный расчёт. Узнав, что младший брат сошёлся с Ши Ции, он решил использовать его как мостик к влиятельной фигуре. Или высмотреть иную выгоду?
Система, вытянув шею, заглянула в экран:
[Хозяин, вы пойдёте?]
Лу Цзиньхуай утвердительно кивнул.
Разумеется. Как иначе узнать, какие карты держит в руках Лу Сючжу? К тому же он до сих пор не понимал, в чём именно заключается заветное желание прежнего владельца тела. Только при личной встрече с братом удастся вытянуть хоть какие-то зацепки. Без этого продвижение по заданию просто застопорится.
Опустив взгляд, Цзиньхуай пролистал старую переписку. Стоит признать, прежде Лу Сючжу безупречно отыгрывал роль заботливого старшего брата — он даже приходил на родительские собрания вместо отца.
Последние сообщения датировались месячной давностью. Тогда отец выместил на парне весь свой гнев, и тот в слезах бросился искать утешения у брата. Лу Сючжу откликнулся дежурными словами поддержки. Вот только сколько искренности таилось за этой словесной шелухой — вопрос риторический.
Пальцы Цзиньхуая побежали по экрану. Он набрал ответ: встретиться во второй половине дня можно, но от обеда он вынужден отказаться.
В конце концов, на дневную трапезу у него уже имелись совершенно иные планы — вместе с Ши Ции.
http://bllate.org/book/39822/5176699
Готово:
