×
⚠️ Внимание! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написать мне в ЛС ↗
Важно: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый перевод The Fake Young Master Awakened / Фальшивый сынок больше не играет по вашим правилам: Глава 10

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Ли Цзяци отродясь не ведал подобного позора.

С самых малых лет он привык чётко видеть цель и не гнушаться средствами для её достижения. Он привык заставлять других корчиться от страха и сгорать от стыда. И вот теперь впервые в жизни он стоял на сцене, оцепленевший от холода, подкатившего к самому сердцу, и не мог сделать ни шага.

Грандиозные мечты, казавшиеся такими близкими, непоколебимая уверенность, с которой он сюда шёл, изысканный наряд, самолюбие, гордость — всё, чем он жил...

В одно мгновение всё лопнуло, точно мыльный пузырь, превратив его в никчёмную тень, на фоне которой Ли Ань засиял ещё ярче.

Зал замер, заворожённый выступлением Ли Аня.

Тот держался небрежно, изящно и с глубоким внутренним достоинством. Ему не требовалось, подобно Цзяци, давить из себя заученную угодливую улыбку.

Казалось, стоит ему просто выйти на сцену — и сквозь каждое движение, сквозь взмах ресниц сам собой проступает благородный станичный закал, закалённый в горниле выучки. Это очарование лишало дара речи и приковывало взгляды.

— Хорош! До чего же хорош! — Мелькание длинных рукавов заслонило от Цзяци обзор, но он отчётливо услышал восхищённый возглас Гао Миньцана: — Сяо Гао, этот парень будто рождён для роли Шэнь И!

Зал взорвался оглушительными аплодисментами. Для Ли Цзяци это был звук рушащегося мира.

Все его долгие интриги, вся спесь последних дней, всё самодовольство кукловода, мнившего, будто держит нити в своих руках... Всё это вмиг обратилось в жалкий, шутовской фарс.

— Цзя... Цзяци? — Донёсся до него робкий шёпот Цзян Юя.

«Нет, постой!»

Цзяци резко распахнул глаза.

Как глава «Хэнсин» назвал Ли Аня? Фальшивым молодым господином?!

***

Небольшой ресторанчик в нескольких километрах от киноакадемии славился тем, что здесь можно было без труда укрыться от глаз знакомых. Дверь отдельного кабинета отворилась, и внутрь вошёл Ли Ань с сумкой через плечо.

Он уже сменил сценический костюм на простой чёрный спортивный комплект, который лишь подчёркивал белоснежную кожу и холодный, звёздный блеск глаз.

— Поздравляю, — с трудом проговорил Вэй Чжэ. Ему раздуло щеку, так что даже слова давались с трудом.

— И я тебя, — спокойно отозвался Ли Ань, наливая себе воды. — Чем выше я поднимусь, тем больше у тебя шансов пробиться.

— Ха... — Вэй Чжэ попытался усмехнуться, но тут же поморщился от острой боли в щеке. — Фан Чуаньи и Ли Цзяци тоже кормили меня подобными сказками.

Ли Ань ничего не ответил. Он просто сбросил с плеча рюкзак и швырнул его прямо Вэй Чжэ.

Тот расстегнул молнию и увидал плотные пачки красных купюр. Пересчитал: ровно пятнадцать пачек.

Застегнув рюкзак и прижав его к груди, Вэй Чжэ услышал ровный голос Ли Аня:

— Я пустыми обещаниями не бросаюсь.

— А с лицом-то моим что делать? — спросил Вэй Чжэ.

— Хочешь, вмажь мне тоже, чтобы подравнять? — Ли Ань, нисколько не дрожа над своей красотой, подставил ему идеальный профиль.

Вэй Чжэ снова не удержался от смешка и тут же прижал ладонь к опухшей щеке.

— Ты совсем другим стал, — тихо произнёс он.

— Люди меняются, — отрезал Ли Ань. — В этом нет ничего странного.

Сильные потрясения действительно меняют людей.

Вот только Ли Ань изменился слишком резко. Прежде он был тёплым и открытым, а теперь от него веяло отстранённым холодом. Да и прежняя простота уступила место непроницаемой глубине.

Возьми любого другого на его месте — заполучить роль Шэнь И в «Лиюане», на которую зарился весь цвет индустрии, было бы поводом для сумасшедшего ликования. Но Ли Аню шёл всего девятнадцатый год, тот самый возраст, когда эмоции удерживать труднее всего, а на его лице не дрогнул ни один мускул.

Вэй Чжэ признался себе, что никогда бы так не смог. Да и никто бы не смог.

— Честно говоря, мне теперь даже жутковато переходить тебе дорогу, — вздохнул Вэй Чжэ.

— Вот и не переходи, — ответил Ли Ань и протянул руку. — Где запись?

Место для стычки с Ли Цзяци было выбрано не случайно. На первый взгляд — глухой угол без камер, но на раскидистом дереве в конце тропинки прятался объектив, снявший всё в мельчайших деталях. Жаль лишь, без звука.

Вэй Чжэ достал из кармана жёсткий диск и вложил его в ладонь Ли Аня. Помедлив, добавил:

— Может, закажу пару блюд, отпразднуем?

Если подумать, Ли Аня было даже жаль. Завоевать такую триумфальную победу — и ни единой души рядом, кто мог бы за него порадоваться. А дома его наверняка ждали лишь упрёки и разборки.

— Не стоит, — Ли Ань посмотрел на жёсткий диск у себя на ладони, а затем перевёл взгляд на опухшую щеку Вэй Чжэ. — В медпункт бы тебе.

— Я к сестре в больницу поеду, — качнул головой Вэй Чжэ. — Там и попрошу обработать.

— Не боишься её перепугать?

Вэй Чжэ горько усмехнулся:

— Мы и не такое переживали. Подумаешь, ссадины.

И следы от ударов на лице Вэй Чжэ, и едва заметные багровые отпечатки пальцев на его шее говорили о том, что он знает какую-то очень важную и опасную тайну Ли Цзяци.

Но Ли Ань расспрашивать не стал. Перегибать палку нельзя — нужно просто дать времени сделать своё дело.

Выйдя из ресторана, Ли Ань поймал такси до общежития.

Все важные дела были улажены, и он включил телефон, не работавший ещё с больницы. Как и следовало ожидать, экран мгновенно заполнился шквалом уведомлений.

Больше пятидесяти пропущенных вызовов.

Звонили преподаватели, однокурсники, но чаще всего — домочадцы семьи Ли. Дядя У и Ли Пин, не сумевшие его разыскать; ошеломлённые скверными вестями Ли Тяньэнь и Сяо Цюжун; и, конечно же, разъярённый, точно ошпаренный пёс, Ли Цзяци.

Не обошлось и без звонков от Гао Ханя и Чжоу Исюня.

Поскольку дозвониться не удалось, мессенджер буквально ломился от сообщений — в углу иконки горели ярко-красные «99+».

Ли Ань спокойными, точными движениями ответил на звонки преподавателей, раздал короткие благодарности однокурсникам и только потом открыл общий чат на троих с Гао Ханем и Чжоу Исюнем.

Едва он перешёл в диалог, как лента стремительно поползла вверх. Экран пестрел восклицаниями: «А-а-а-а-а!», «Я с ума схожу!», «Счастье-то какое!», «Срочно на банкет!», «Ты наш гений!».

Даже обычно сдержанный Чжоу Исюнь на сей раз поддался всеобщему ажиотажу, отбросив солидность и проявив чисто мальчишеский восторг.

Они уже ждали его в заведении неподалёку от академии и горели желанием немедленно устроить праздничный пир.

Ли Ань прочёл каждое сообщение. В его душе, обычно стоячей и неподвижной, точно гладь лесного озера, пробежала лёгкая тёплая волна, и на губах расцвела едва заметная улыбка.

Он никогда не любил шумные сборища, а теперь — тем более. Но искренняя, ничем не запятнанная дружба Гао Ханя и Чжоу Исюня была для него бесценным сокровищем. Дороже любых ролей и денег.

***

Тем временем режиссёр Гао Шэн принимал звонок от Ли Тяньэня.

Даже пытаясь выдвинуть претензии, глава семейства Ли сохранял подчёркнуто вежливый тон.

— Режиссёр Гао, Цзяци вернулся сам не свой, заперся в комнате и рыдает навзрыд, вся семья в смятении, — сдержанно проговаривал Ли Тяньэнь. — Я, признаться, не совсем понимаю, как сегодняшнее мероприятие могло прийти к подобному исходу?

Гао Шэн поначалу немного нервничал, опасаясь, что лакомый кусок придётся вернуть. Но вспомнив, что Ли Цзяци сам навлёк на себя беду, устраивая травлю, он окончательно успокоился.

Парень сам вырыл себе яму, при чём тут режиссёр?

— Старина Ли, неужели Цзяци тебе ничего не рассказал? — сокрушённо вздохнул Гао Сэн. — Он прямо на глазах у господина Гао и господина Цзяна набросился с кулаками на однокурсника. Господин Гао был вне себя от гнева. Ты же знаешь этих старых мастеров, они в таких вопросах непреклонны. Господин Гао прямо заявил, что Цзяци не достоин пачкать собой образ Шэнь И. Я, конечно, пытался вступиться за парня, но побоялся, что если перегну палку и окончательно разозлю господина Гао с господином Цзяном, то Цзяци вообще путь в профессию закроют.

Гао Шэн сделал паузу и сокрушённо добавил:

— Эх, глупо поступил Цзяци, очень глупо.

На том конце провода воцарилось молчание.

Ли Тяньэнь прекрасно знал, насколько важна была эта роль для Цзяци, и вся семья возлагала на этот проект большие надежды. Но раз решение озвучено во всеуслышание перед всей элитой, устраивать скандал уже не имело смысла. К тому же два миллиона юаней для семьи Ли не были катастрофической суммой. Проще было списать их как плату за знакомство с Гао Шэном и спокойно дожидаться следующего шанса.

— Вы правы, — моментально сменил тон Ли Тяньэнь. — Цзяци ещё совсем зелёный, я с ним строго побеседую. Если в будущем подвернётся что-то подходящее, очень прошу вас, режиссёр Гао, не забывать о нас.

— Ну разумеется! — с облегчением выдохнул Гао Шэн, понимая, что два миллиона теперь железобетонно остаются у него.

Обменявшись ещё несколькими дежурными любезностями, оба повесили трубки. Гао Шэн, довольный и окрылённый, вернулся в отдельный кабинет.

На стол как раз подали фирменную свинину в сладком соусе. Режиссёр угодливо предложил господину Гао снять первую пробу. Когда блюдо доплыло по крутящейся подставке до Цзян Цихэна, тот, не поднимая головы от телефона, лишь отмахнулся:

— Вы ешьте, ешьте, мне тут надо срочное дело уладить.

[Весёлая Звезда: Чёрт возьми, вы представить себе не можете, какая тут драма разыгралась!]

[Весёлая Звезда: Пожалели уже тысячу раз, что не пришли? Пожалели?!]

[Весёлая Звезда: У меня сердце колотится сильнее, чем от крутого триллера, честное слово...]

[Шэнь Цзяюй: Значит, Лань-эр тогда угадал.]

[Весёлая Звезда: Не просто угадал! Выход фальшивого молодого господина — это же чистый восторг! Боже мой, он на сцене словно сияющий небожитель! Держался так спокойно, так уверенно, держал весь зал в кулаке! Да сам господин Гао — вдумайтесь, сам Гао Миньцан! — был с потрохами заворожён!]

[Шэнь Цзяюй:...]

[Шэнь Цзяюй: Уговор есть уговор. Выпивка с меня.]

[Весёлая Звезда: Знаете, что сказал господин Гао?]

[Весёлая Звезда: Он заявил, что этот парень рождён для роли Шэнь И! Я от него отродясь таких похвал не слышал.]

Шэнь Цзяюй тоже удивился, однако, не успел он задать уточняющий вопрос, как Цзян Цихэн захлёбываясь начал строчить подробности сегодняшнего невероятного поворота.

[Весёлая Звезда: Вот это кайф, ей-богу! Кусайте локти, кто не пришёл!]

В это время Гуань Лань как раз заканчивал обед в компании своего деда, старого господина Гуаня.

— Вчера заходил твой старший брат, — произнёс Гуань Жучэнь. — Проект Дунху отдадим ему.

Перенеся несколько лет назад тяжёлую болезнь, старый Гуань заметно сдал и постепенно начал отходить от дел. Впрочем, его понятие об отдаче власти отличалось от общепринятого: ему доставляло утончённое удовольствие наблюдать, как двоюродные братья грызутся за кусок, а когда исход битвы казался предрешённым, свыше вмешиваться самому, путая соперникам карты.

— Он всё-таки твой старший брат. Если ты будешь постоянно утирать ему нос, это выглядит некрасиво, — добавил Гуань Жучэнь.

Послеполуденное солнце проникало сквозь панорамные окна, заливая светом стоявшие у стекла гордые, вытянутые стебли мечелистных ирисов. Гуань Лань, прислонившись к раме, небрежно чиркнул зажигалкой.

Сырой сизый дым тонкой струйкой поплыл в сторону деда, и старик тут же зашёлся сухим кашлем.

На склоне лет Гуань Жучэнь увлёкся оздоровительными практиками и органически не переносил ничего, что могло повредить его драгоценному здоровью.

Однако Гуань Лань будто и не заметил кашля — он лишь опустил взгляд к экрану смартфона.

Цзян Цихэн, точно метавшийся по чужому бахчевому полю барсук, засыпал общий чат десятками сообщений.

Гуань Лань пролистывал их без особого интереса, пока не наткнулся на последнее предложение:

**[Весёлая Звезда: Вы просто не представляете, сколько в нём было магнетизма на сцене. Я даже моргнуть боялся! Сфотографировать додумался только тогда, когда он уже спустился к зрителям: photo.jpg]**

При всей своей взбалмошности Цзян Цихэн обладал безупречным чутьём на актёрские таланты.

Гуань Лань со скользящим интересом ткнул пальцем в прикреплённый снимок.

На фотографии юноша слегка наклонился, внимая словам господина Гао.

Его белая, точно свежевыпавший снег, кожа сливалась с белоснежной тканью традиционного халата, отчего алая родинка у самого уголка глаза казалась невероятно яркой, придавая облику едва уловимую, соблазнительную изысканность.

Но в глубине его взгляда, за этой внешней хрупкостью, таилась стержневая, несокрушимая стойкость. И эта манящая червоточина чарующего изящества вспыхивала на фоне его горделивой осанки подобно грани чистейшего бриллианта — ослепительно, но без тени вульгарности.

За окном снова мелькнули стебли ирисов — такие же прямые, стройные, исполненные неукротимой жизненной силы.

Это была чистая, незамутнённая энергия молодости, разительно отличавшаяся от увядающего, трухлявого старика напротив.

Дряхлеющие правители... рано или поздно должны уступать место.

— Что ж, — Гуань Лань медленно притушил полусгоревшую сигарету о пепельницу и негромко произнёс: — Как вам будет угодно.

http://bllate.org/book/39815/5168025

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода