Пэй Янь опустил голову и посмотрел на Вэнь Еланя, который снова закрыл глаза, прижавшись к его груди. Дыхание Вэнь Еланя постепенно выровнялось и стало глубоким — очевидно, тот крепко уснул. Брови Пэй Яня сурово сошлись на переносице.
На щеках всё ещё виднелись высохшие следы слёз.
Застыв в полуобъятии, Пэй Янь просидел на краю кровати добрых полчаса, пока у него не онемели ноги. Огни городского за окном гасли один за другим, и во тьме оставались лишь редкие мерцающие точки.
Наконец он осторожно разжал пальцы Вэнь Еланя, вцепившиеся в воротник его рубашки, сунул ледяную руку под одеяло и тщательно подоткнул края. Поднявшись, он с высоты окинул взглядом спящего человека — во взгляде читались сложные, не поддающиеся расшифровке чувства.
Пэй Янь вышел из главной спальни и прикрыл за собой дверь. Подойдя к панорамному окну в просторной гостиной, он щелкнул зажигалкой и закурил. Алая точка сигареты то вспыхивала, то потухала во мраке, освещая его резкий профиль. Выражение его лица было как никогда мрачным и… исполненным зависти, в которой он сам себе не желал признаваться.
Он понял, что его знаний о Вэнь Елане катастрофически не хватает. Сколько же секретов и шрамов таит в себе душа этого внешне отстранённого и простого на вид человека? И какую роль в его жизни сыграл этот загадочный Юй-гэ?
В клубах синеватого дыма взгляд Пэй Яня постепенно стал острым и непреклонным.
Кто бы ни был этот Юй-гэ и что бы ни пережил Вэнь Елань в прошлом — раз уж теперь он вторгся в его мир, то будет подчиняться ему. То, на что положил глаз Пэй Янь, он ни за что и никогда не выпустит из рук.
Тех людей и те события, что заставили Вэнь Еланя плакать, чувствовать себя обиженным и злиться, он не простит никому.
Особенно этому типу по фамилии Чжао и той девице по имени Фань Цинчжи.
Он достал телефон и, проигнорировав тот факт, что за окном стояла глухая ночь, напрямую набрал номер помощника.
— Алло. — В ночной тишине его голос прозвучал на редкость холодно и жестко. — Ускорь ход дела, о котором я говорил тебе раньше. Завтра к полудню на моём столе должен лежать подробный отчёт обо всех нечистоплотных махинациях Чжао Хуа и Фань Цинчжи во время этой экспертной оценки проектов. Сюда входят тайные встречи, перекачки средств, академический плагиат — не упускай ни единой зацепки.
На том конце провода явно опешили, но тут же поспешно ответили:
— Слушаюсь, генеральный директор Пэй.
Сбросив вызов, Пэй Янь затушил окурок. Бросив взгляд на плотно закрытую дверь гостевой спальни, он блеснул непреклонным, хищным взглядом.
Вэнь Елань, ты цепляешься за свою гордость и принципы, не желая пачкать руки. Ничего страшного.
Эту грязную работу я сделаю за тебя.
Как же хочется пить. Проснувшись, Вэнь Елань по привычке шарил рукой по тумбочке, но пальцы наткнулись на пустоту.
С трудом разлепив тяжёлые веки, он увидел перед собой совершенно незнакомую обстановку.
Это была не его уютная маленькая квартирка.
Лаконичный и современный дизайн потолка, изысканная люстра, упругий и мягкий матрас под телом, приятная на ощупь тёмно-серая шелковистая простыня… Во всём чувствовалась сдержанная роскошь, резко контрастировавшая с его собственным скромным жильём, насквозь пропитанным книжной пылью и заставленным макетами.
Вэнь Елань испуганно подскочил на кровати, но резкое движение отозвалось тупой болью в висках, заставив его глухо застонать.
Осколки воспоминаний хлынули в голову мутным, хаотичным потоком: пронзительная музыка в баре, бокал виски за бокалом, невыносимая тоска и злость… А затем появился Пэй Янь — сдерживая гнев, он силой увлёк его оттуда… Позже были крепкие, надёжные объятия, излучавшие такое успокаивающее тепло, что хотелось прижаться к ним ещё ближе…
Вэнь Елань огляделся. Комната оказалась просторной, с минималистичной обстановкой: кроме самой необходимой мебели, здесь почти не было украшений, но каждая вещь явно стоила целое состояние.
Он находился в доме Пэй Яня.
Это осознание окатило его ледяной водой, вмиг протрезвляя, вслед за чем накатили жгучее смущение и паника.
Как он здесь оказался? Что он вытворял прошлой ночью? И что сделал Пэй Янь?
Вэнь Елань откинул одеяло и обнаружил, что брюки с него сняли — на нём оставались лишь тонкая рубашка да трусы с изображением мишек. Одежда хоть и помялась, но выглядела аккуратно.
Это немного успокоило его, однако сердце продолжало бешено колотиться.
Босые ступы коснулись прохладного гладкого пола. Добравшись до окна, он с опаской приоткрыл занавеску. В глаза тотчас ударил ослепительный солнечный свет. Прищурившись, Вэнь Елань разглядел за стеклом ряды высоток и ухоженные зелёные зоны — открывавшийся вид был превосходен. Судя по всему, они находились на верхнем этаже элитного жилого комплекса.
Ему нужно было уйти. Немедленно, сию же секунду.
Вэнь Елань глубоко вдохнул, пытаясь усмирить внутреннюю панику и дурноту. Отыскав свои брюки и туфли, он кое-как оделся, затем на цыпочках приоткрыл дверь в комнату и высунул голову.
Гостиная оказалась ещё шире и просторнее, чем представлялось: чёрно-бело-серая гамма, панорамные окна, скудная, но функциональная мебель. Пространство было пропитано холодной эстетикой модернизма, которая казалась чуждой бунтарскому и дерзкому характеру самого Пэй Яня, но при этом странным образом с ним гармонировала.
И в этот самый момент тот самый виновник его утреннего позора стоял спиной к нему у открытой кухонной стойки и был чем-то занят.
Похоже… он готовил завтрак?
На Пэй Яне был удобный домашний костюм тёмно-серого цвета. Его высокая стройная фигура даже в свободной одежде выглядела безупречно. Наклонив голову, он сосредоточенно глядел на сковороду в руке, а движения лопаткой выдавали неожиданную сноровку.
Сбежать по-тихому явно не представлялось возможным.
В воздухе витали аппетитные ароматы жареного яйца и тостов вперемешку с терпким запахом кофе. Эта уютная, такая домашняя сцена совсем не вязалась с тем неловким кошмаром, который ожидал Вэнь Еланя, из-за чего он на мгновение замер на пороге, не зная, как себя вести.
Услышав позади шорох, Пэй Янь обернулся. Заметив стоявшего у входа в гостевую спальню Вэнь Еланя — бледного, со взъерошенными волосами и явным испугом и настороженностью во взгляде — он приподнял брови. На лице не отразилось ничего особенного, и он лишь равнодушно бросил:
— Проснулся? Голова всё ещё болит?
Его тон был настолько естественным, будто появление Вэнь Еланя в его квартире являлось само собой разузумевающимся делом, что лишь сильнее вогнало гостя в краску.
— …Всё в порядке. — Вэнь Елань опустил глаза, избегая его взгляда, и выдавил хриплым, севшим голосом: — Спасибо… что приютил. Мне пора идти.
С этими словами он попытался сделать шаг в сторону выхода.
— Куда собрался? — Пэй Янь отложил лопатку, неторопливо вытер руки и направился к нему. — Опять уходить натощак после утреннего похмелья? Считаешь, твой желудок и так недостаточно посажен?
Ты что, пропустил мимо ушей то, что я говорил тебе в прошлый раз?
Он остановился прямо перед Вэнь Еланем. Будучи на полголовы выше, он создавал вокруг себя незримое ощущение давящего авторитета. Посмотрев на него сверху вниз, Пэй Янь заметил красные прожилки в уголках глаз и едва заметные синяки под веками, и с трудом задавленный гнев вновь зашевелился в груди.
— Я… — Вэнь Елань не нашёлся что ответить. Живот некстати издал громкий урчащий звук, красноречиво свидетельствуя о том, что физическое состояние парня оставляло желать лучшего. Он крепко сжал губы и упрямо отвернулся: — Не утруждайте себя заботой, господин Пэй.
И снова это холодное, колючее обращение.
Пэй Янь едва не рассмеялся от злости:
— Вэнь Елань, неужели кроме этой фразы про не стоит утруждать себя, ты ничего больше сказать не можешь? Если бы я тогда действительно не вмешался, сейчас ты бы валялся либо на пороге бара, либо на больничной койке!
Его слова звучали с явной насмешкой. Вэнь Елань едва заметно вздрогнул, его лицо побледнело ещё сильнее, а пальцы судорожно сжались в кулаки. Он прекрасно понимал, что Пэй Янь прав: не появись тот вчера ночью, последствия могли бы оказаться катастрофическими.
Однако это понимание не принесло облегчения — напротив, оно лишь усилило чувство неловкости и самоотвращения.
Почему он вечно доводит себя до такого жалкого состояния и всегда предстает перед этим человеком в самом неприглядном виде?
— Прости, — тихо проговорил он так еле слышно, что почти неразличимо. — Снова доставил тебе хлопоты.
Глядя на его упрямый, сдержанный вид, гнев в груди Пэй Яня лопнул, словно перезрелый пузырь, оставив после себя лишь глухое раздражение вперемешку с… жалостью. Он понял, что с Вэнь Еланем у него связаны связаны руки и ноги — он абсолютно ничего не мог поделать, даже по-настоящему разозлиться не получалось.
— Ладно, — вздохнул Пэй Янь, смягчая тон. — Сначала иди умойся. В ванной есть новые полотенца и щётка. Потом поешь. Если уж так хочется уйти, поешь хотя бы для того, чтобы желудок успокоился.
В его голосе звучали непреклонные нотки, однако странным образом это не оскорбляло Вэнь Еланя. Возможно, потому что тот и правда чувствовал себя выжатым до капли, а может, из-за того, что во взгляде Пэй Яня сейчас не читалось ни издевки, ни праздного любопытства — лишь чистое, абсолютное участие.
Помолчав пару секунд, Вэнь Елань всё же глухо выдавил:
— Угу, — и направился в указанную ванную комнату.
Заперев за собой дверь, он прислонился спиной к холодному полотну и тяжело перевёл дыхание. Зеркало отразило его жалкий облик: мертвенно-бледное лицо, покрасневшие глаза, растрёпанные волосы, потрескавшиеся губы. Открыв кран, он принялся раз за разом плескать в лицо холодную воду, надеясь хоть немного прояснить голову и смыть остатки слёз и собственной слабости.
Он отчаянно пытался восстановить в памяти события прошлой ночи, но обрывочные кадры, словно порванные бусы, никак не складывались в цельную картину. Он помнил лишь то, как ему было невыносимо больно и обидно, а потом пришёл Пэй Янь… Кажется, он плакал, уткнувшись ему в плечо? И даже… кого-то звал?
Кого именно?
Вспомнить не удавалось вовсе. Да и чёрт с ним, наверняка Пэй Янь не станет придавать этому значения. Даже если тот спас его, то двойной долг за помощь можно считать уплаченным.
С этого момента… с этого момента они больше никак не связаны.
От этой мысли сердце Вэнь Еланя болезненно ёкнуло, словно на него вылили ушат ледяной воды. По правде говоря… Пэй Янь вёл себя совсем неплохо.
Но разве бывают среди этих богатых сыночков хорошие люди? Воспоминания из детства вновь всплыли в памяти: толпа детей окружает его, плюёт в него, кричит: мусор, брошенный щенок, ха-ха-ха, посмотри на его обноски…
Вэнь Елань задрожал всем телом и судорожно втянул воздух.
Продолжать эти мысли он не смел. Кое-как закончив умываться, он вытер лицо полотенцем и, глядя в зеркало на своё отражение — человека, который отчаянно пытался сохранить невозмутимость, но выдавал себя страхом в глазах, — сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. Как бы то ни было, сначала нужно отсюда уйти.
http://bllate.org/book/39652/5024907
Готово:
