— Он на меня не смотрит? Тогда я его сфотографирую — пусть сам привлечёт мне подписчиков.
Цзи Юаньчжоу насмешливо фыркнул:
— А кто же утром заявлял, что одной своей фоткой сразу наберёт кучу фанатов?
— Я ведь и не соврала! Просто такой козырь приберегаю на потом. А пока пусть наш дорогой господин Шао подтянет мне немного мелких подписчиков.
Цзи Юаньчжоу закатил глаза до предела.
Ли Янжун, закончив съёмку, уселся обратно:
— Смотри, получилось же отлично!
Цзи Юаньчжоу заглянул ему через плечо. На фото Шао Ханьюэ был запечатлён в профиль — чёткие линии лица, изысканная красота. Даже он, парень, должен был признать: Ханьюэ чертовски хорош собой.
— Эй, да тут ещё и Сюйсюй на снимке!
— А? И правда… Но ничего, получилось даже неплохо. Вау, я просто рождён быть фотографом! Обоих так удачно поймал — при таком ракурсе я точно стану знаменитым!
Ли Янжун восторженно расхваливал себя, но Цзи Юаньчжоу через пару фраз перестал его слушать, накинул на лицо книгу и завалился спать.
А Ли Янжун, воодушевлённый, тут же загрузил фото в вэйбо и, чтобы придать посту поэтичности, приписал заимствованную из интернета фразу:
«Если тебе хорошо — значит, на дворе солнечно».
Ах, я же такой культурный человек!
*
После обеденного перерыва Шао Ханьюэ куда-то исчез. Сегодня они не пошли обедать вместе. Фу Цзиньсюй даже обрадовалась — всё равно в конце концов принесёт ему еду, и её долг будет исполнен.
После еды она зашла в магазин «Шицзу» рядом со школой и купила немного пирожных и печенья. На всякий случай взяла только сухие закуски — вдруг его не окажется в классе, а горячее пропадёт.
— Сюйсюй, вот ты где! — прямо у школьных ворот она столкнулась с Цзянь Хэ.
— Ага, ты поела?
— Да. — Цзянь Хэ оглянулась назад. — Шао Ханьюэ с тобой не был?
— Нет, наверное, у него дела.
— Ой… кхм, ты, случаем, не видела?
— Что?
— Ну ты же, наверное, в телефон не заглядывала. Ли Янжун сегодня чего-то взбредало в вэйбо выложить фото Шао Ханьюэ. И вот…
Фу Цзиньсюй внимательно слушала.
— Не переживай, как увижу его — помогу тебе придушить этого придурка. — Цзянь Хэ решила, что словами не объяснить, и достала телефон. — У него и так в основном подписчики из нашей школы, но ты же знаешь, насколько популярен Шао Ханьюэ. Как только фото появилось — его тут же стащили в куаньцзянь и на форум, и теперь его видела уже куча народу.
Фу Цзиньсюй удивилась:
— А при чём тут я?
— Посмотришь — поймёшь.
Цзянь Хэ открыла куаньцзянь и пролистала вниз:
— Вот это.
Фу Цзиньсюй ткнула в фото — и в голове у неё пронеслось карканье ворон.
На снимке спящий юноша был необычайно красив — будто герой фильма, задремавший в лучах заката. Сама по себе фотография вышла прекрасной… но стоило Фу Цзиньсюй заметить девушку справа — и лицо её позеленело.
Девушка с мягким выражением лица смотрела на юношу с такой… сосредоточенностью. Свет был тёплый, атмосфера — томная. Никаких действий, никаких жестов — а всё равно между ними будто бы витала лёгкая двусмысленность.
«Да я просто мельком глянула!»
Цзянь Хэ:
— Ага, верю. Но, похоже, многие эту случайную деталь неверно истолковали. Посмотри, что творится у нас на школьном форуме…
— Дай посмотреть!
Цзянь Хэ открыла форум школы «Цзяин».
Обычно там и так хватало постов про Шао Ханьюэ, но сегодня именно этот снимок взлетел на вершину, и комментариев набралось несметное количество. Причём в обсуждение вклинились даже ученики других школ.
[Залезла сюда по ссылке из вэйбо. Ваш красавчик из какого класса?]
[Это его соседка по парте? Они вместе?]
[Шао Ханьюэ встречается?!]
[Ты вообще в своём уме? Откуда ты взял, что они вместе? Просто девчонка в него втюрилась.]
[Завидую… Хотела бы тоже сидеть рядом с ним! Жаль, что я на год младше!]
[Как мило! Старшеклассница тоже симпатичная.]
[А кто эта девчонка?]
[Фу Цзиньсюй, 11-Б, недавно перевелась.]
[Они часто вместе обедают. Говорят, семьи дружат, поэтому и отношения близкие.]
…
Фу Цзиньсюй пролистала весь этот бред и мысленно растерзала Ли Янжуна до мельчайших клочков.
— Сюйсюй, не волнуйся. Сейчас это в тренде, но скоро всё утихнет. Ничего страшного.
Фу Цзиньсюй глубоко вдохнула:
— Я знаю.
— Как только начнётся урок, я найду Ли Янжуна и заставлю удалить пост.
*
В это время Шао Ханьюэ с компанией сидел у Хо Цяо. После того как в прошлый раз выиграли несколько ужинов в мацзян, сегодня решили устроить застолье прямо у него дома.
— Так вы трое теперь нищие? — Хо Цяо с интересом посмотрел на гостей.
Цзи Юаньчжоу пожал плечами:
— Что поделать, родители вдруг перекрыли все поступления и велели «исправиться». Сказали, если на полугодовом не войдём в первую тридцатку класса — забудьте про развлечения.
— В вашем классе же всего сорок с лишним человек?
— И что? — равнодушно отозвался Цзи Юаньчжоу. — Мы трое на дне.
— Ага, ладно. Но у вас же полно друзей — неужели не найдёте, у кого занять? Особенно у нашего господина Шао.
Цзи Юаньчжоу пожал плечами:
— Господин Шао никогда не опустится до того, чтобы просить в долг. Да и ему, похоже, всё равно — раз уж не играет, так и не играет.
Хо Цяо перевёл взгляд на Ли Янжуна:
— А этот чего хихикает?
Цзи Юаньчжоу обернулся и увидел, как Ли Янжун, уютно устроившись на диване, радостно листает телефон.
— Ли Янжун, что там у тебя?
Тот поднял голову и замахал телефоном:
— У меня в вэйбо подписчиков как снега на голову!
Цзи Юаньчжоу рассмеялся:
— Так это фото Ханьюэ сработало?
Услышав своё имя, Шао Ханьюэ, до этого занятый игрой, на секунду оторвался:
— Какое фото?
Ли Янжун замялся:
— Какое-какое…
Шао Ханьюэ знал его с детства — по одному взгляду понимал, что у того на уме. Он нахмурился, швырнул геймпад на диван и подошёл:
— Давай посмотрю.
Ли Янжун натянуто улыбнулся и попытался отползти назад:
— Ну я же просто взял твоё фото, чтобы подписчиков набрать. Братья же — не чужие, верно?
Шао Ханьюэ фыркнул и вырвал у него телефон. Открыв фото, он замер.
Первым делом он не посмотрел на себя — взгляд упал на Фу Цзиньсюй рядом.
Девушка в профиль, с тёмными, как оленьи, глазами, смотрела на него с такой… сосредоточенностью.
Она… смотрела на него?
— Ого, кто это снял? — Хо Цяо подошёл сзади и заглянул через плечо. — Это же твоя соседка по парте? Тайком любуется, пока ты спишь! Ну ты и счастливчик!
Шао Ханьюэ промолчал.
Ли Янжун, заметив, что тот не ругается, поспешил развить тему:
— Серьёзно, теперь я точно думаю — Сюйсюй в тебя втюрилась! Я же поймал момент, когда твоя младшая сестрёнка излучает к тебе любовь!
Шао Ханьюэ бросил на него ледяной взгляд:
— Ты это снял?
— Ну да… Эй, не в этом суть! Главное — я запечатлел, как твоя приёмная сестрёнка тайком в тебя влюбляется! Разве не должен быть благодарен?
Шао Ханьюэ нахмурился ещё сильнее:
— …Дурак.
— При чём тут дурак? Я думаю, это даже к лучшему. Разве ты не говорил, что она — «надзор» от твоей мамы? Так возьми ситуацию под контроль! Пусть следит за тобой по-настоящему!
Шао Ханьюэ не выдержал и рванул к нему за телефоном.
Ли Янжун в ужасе отпрыгнул:
— Ладно-ладно! Удаляю! Удаляю, честно!
*
Первый после обеда урок — английский. Преподавательница лет тридцати с небольшим, симпатичная, считалась украшением школы. Девчонки обожали не столько её уроки, сколько её гардероб: она ни разу за год не повторяла наряды и каждый день приходила, будто на подиум.
Когда Шао Ханьюэ с компанией вошли с задней двери, учительница как раз объясняла опускание союзов в определительных придаточных:
— «That», «which», «whom» можно опускать в ограничительных придаточных, если они выступают в роли дополнения и не стоят после предлога. А теперь…
Она на секунду замолчала, заметив, как трое опоздавших неспешно рассаживаются.
— Опоздавшие, будьте добры не мешать занятию.
— Конечно, учительница! — Ли Янжун замахал рукой, обнажая белоснежную улыбку. — Вы сегодня особенно прекрасны! Продолжайте, пожалуйста!
Учительница промолчала.
Шао Ханьюэ не был так настроен болтать с доски. Усевшись, он достал телефон и начал листать под партой. Краем глаза он заметил, как соседка усердно делает записи.
Ему вдруг стало раздражительно.
Учительница уже продолжила урок, когда рядом прозвучал тихий голос:
— Шао Ханьюэ.
Он чуть замер, но не оторвал взгляда от экрана:
— Мм?
— Держи.
Из-под парты в его сторону протянули пакетик и положили ему на колени.
Шао Ханьюэ нахмурился:
— Что это?
— Ты обедал?
— …
— Купила для тебя. Не голодай.
На две секунды он замер, потом наконец повернул голову. Рядом девушка слегка наклонилась к нему, её глаза были прозрачными и чистыми, полными искренности и внимания — точь-в-точь как на той проклятой фотографии.
«Чёрт…»
Шао Ханьюэ резко отвёл взгляд. Стало ещё раздражительнее.
Авторское примечание: Ли Янжун: «Если тебе хорошо, значит…»
Шао Ханьюэ: «Катись!»
Учительница на доске объясняла материал, в классе шелестели страницы, кто-то тихо переговаривался с соседями.
В этом возрасте интересов много, но если выбирать «самый главный» — то, конечно же, это смутные, неясные чувства между мальчиками и девочками. У каждого в школьные годы был такой парень — ты знала, что он никогда не будет твоим, но стоило услышать, что он, возможно, стал чьим-то — и тебя накрывала волна зависти и досады.
Одна фотография, без всяких доказательств, в обычной ситуации не вызвала бы ажиотажа. Но ведь на снимке был не кто-нибудь, а самая яркая звезда школы, объект тайных (и не очень) обсуждений всех девчонок.
И потому слухи разгорелись. К третьему уроку об этом знала уже вся школа.
Фу Цзиньсюй чувствовала себя обезьянкой в зоопарке — даже в туалет сходить было неловко, ведь все смотрели вслед, будто она шла по красной дорожке, и не хватало только папарацци с камерами.
После такого похода она решила больше не покидать класс. Она прекрасно понимала, почему одна фотография породила столько сплетен: ведь она соседка Шао Ханьюэ по парте и часто ходит с ним на улицу за едой.
Близость — значит, и влюбиться, и начать встречаться — гораздо вероятнее.
Но только ей-то было прекрасно известно: она не влюблена в Шао Ханьюэ! И уж тем более он не влюблён в неё!
Звонок на перемену давно отгремел, но Фу Цзиньсюй сидела за партой и быстро писала в тетради.
— Ты чего сидишь? — не выдержал Шао Ханьюэ.
— А?
— Я спрашиваю, зачем ты всё ещё здесь? Не пойдёшь ужинать?
Фу Цзиньсюй мгновенно вытащила из кармана пятьдесят юаней и положила на его парту:
— Держи. Иди поешь.
Шао Ханьюэ удивился:
— Ты хочешь, чтобы я пошёл?
Она кивнула, потом замотала головой:
— То есть… купи себе сам. Я не просила брать мне.
— А ты не ешь?
Фу Цзиньсюй выпалила:
— Я на диете!
Шао Ханьюэ уставился ей в глаза, потом медленно перевёл взгляд ниже и съязвил:
— Ты и так — кожа да кости. Теперь модно быть скелетом?
— Я… Я выгляжу худой, но внутри полно жира!
Шао Ханьюэ промолчал.
Фу Цзиньсюй тоже замолчала.
Пауза. Потом Шао Ханьюэ тихо усмехнулся:
— Например?
http://bllate.org/book/3958/417731
Готово:
