На обратном пути Сяо Вэньло уже не интересовалось, сможет ли эта развалина на антигравитационной подушке безопасно доехать по воздушной трассе, — сейчас его занимало отношение Аэня к семье Вейс.
Когда крепыш выболтал ту новость, Сяо Вэньло отчетливо почувствовал, как внутри Аэня вспылкнул глухой отпор, но тот быстро взял эмоции под контроль, по крайней мере, теперь Сяо Вэньло не мог этого заметить.
Аэнь был обладающим твердым характером омегой, способным дать отпор, и Сяо Вэньло очень хотел узнать, как тот собирается противостоять своему отцу-альфе, превратившему родной дом в источник беспрекословных приказов.
Непонятно почему, но Сяо Вэньло чувствовал: этот до предела скрытный омега непременно предложит неожиданный способ решения проблемы.
Аэнь не повез Сяо Вэньло прямо в холостяцкую квартиру, а сделал крюк по городу Фуло и в конце концов припарковался на стоянке на крыше центрального торгового центра.
Наверху торгового центра дежурило множество умных роботов, предназначенных для приема и обслуживания посетителей. Модель их была новой, искусственная кожа — самой свежей разработки; робот обладал золотистыми волосами, темно-синими глазами и поистине безупречной внешностью.
Вот только стоило этому разумному механизму заметить их потрепанный флаер, как в его глазах отчетливо мелькнуло презрение, впрочем, на лице всё же застыла вежливая улыбка: — Добро пожаловать, могу ли я вам чем-нибудь помочь?
В программу таких роботов закладывали самые разные мимические алгоритмы, но обычно для сферы услуг выбирали настройки поучтивее, пообходительнее, чтобы посетителям было приятно.
Сяо Вэньло впервые столкнулся с антропоморфным роботом, который открыто выказывал презрение при виде людей с разным уровнем благосостояния, и, столкнувшись с этим впервые, нашел зрелище весьма занятным.
Аэнь отклонил помощь робота, который даже не скрывал своего презрения к тем, кого должен был обслуживать. Заметив неподдельный интерес в глазах Сяо Вэньло, Аэнь глухим голосом пояснил: — Планета Роста обладает очень слабой покупательной способностью, поэтому многие не могут позволить себе межгалактическую экспресс-доставку и предпочитают покупать всё лично здесь, в торговом центре. Этот центр находится в совместном управлении нескольких влиятельных семей, никакой другой конкуренции тут нет. Они платят разумные налоги, и даже имперский Главный Искусственный Интеллект не имеет права вмешиваться в то, какой способ обслуживания они выбирают.
Иными словами: у меня на планете Роста есть кредиты, я делаю что хочу, так что даже служебный робот может смотреть на тебя свысока.
Аэнь думал, что Сяо Вэньло станет расспрашивать о чём-то вроде того, почему планета Роста так бедна.
Однако, выслушав это пояснение, Сяо Вэньло даже не попытался изобразить интерес, а Аэнь не испытал ни разочарования, ни каких-либо иных чувств.
Он уже привык. На планету Роста прибывало слишком много чужаков, и каждый знал, что это место бедно, но на этом всё и заканчивалось — далеко не каждый станет переживать о судьбах местных жителей.
Сяо Вэньло тоже не собирался становиться исключением.
— Нищета царит здесь потому, что эта планета не представляет ценности для освоения: на ней нет редких полезных ископаемых, она не подходит на роль курорта, а ее сельхозкультуры есть на каждой другой планете, так что торговля ими попросту невозможна. Планета Роста относится к самым отдаленным рубежам Империи, но ее географическое положение крайне неловко: ее нельзя использовать как пограничный форпост, военным здесь базироваться запрещено, а поднять местную экономику некому. Это просто планета, пригодная для жизни. Каждый год Империя выделяет дотации на нужды образования и администрации в бедных мирах, но толку от этого мало.
Словно угадав мысли, таившиеся на дне души Аэня, Сяо Вэньло с улыбкой произнес эти слова, а затем, взглянув на слегка растерявшегося Аэня, добавил: — Каждый год кто-нибудь из депутатов вносит в парламент предложение превратить бедные жилые миры в многоразовые планеты-свалки, а коренных жителей расселить по другим планетам.
Услышав это, Аэнь тут же подхватил: — Каждый год Его Величество Император лично накладывает на это предложение вето своей алой печатью, да и большинство депутатов голосуют против... вот только неизвестно, сколько еще парламент сможет продержаться.
Сяо Вэньло усмехнулся, но ничего не ответил. В истории Империи уже бывали случаи, когда бедные обитаемые планеты выводили из-под имперской юрисдикции и превращали в перерабатываемые свалки.
Будущее планеты Роста зависело исключительно от того, скольким потенциалом она обладала. Сяо Вэньло вдруг вспомнил ту точку прыжка, которую случайно захватил, когда дрейфовал в звездном пространстве.
Возможность совершить прыжок сюда прямо из Третьего района — и до сих пор об этой точке никто не знает, в базе Главного Искусственного Интеллекта даже нет на нее досье. До чего же любопытно.
Все эти вещи Аэнь упомянул в разговоре мимоходом — изменить экономику и экологию целой планеты силами одного человека было невозможно.
Аэнь привел Сяо Вэньло в секцию одежды. Вернувшись домой, его отец-омега тайком перевёл ему обратно те кредиты, которые оставлял на черный день.
Аэнь изначально не хотел тратить эти деньги, но, подумав о том, что у Сяо Вэньло должна быть хоть какая-то сменная одежда, решил купить ему пару комплектов. Шагая по торговому залу, Аэнь вдруг вспомнил, что уже сказал Сяо Вэньло об отсутствии у него свободных кредитов.
Впрочем, их отношения не были настолько близкими, чтобы бояться недомолвок, поэтому он произнес: — Выбери себе пару костюмов.
Сяо Вэньло не стал допытываться, откуда у Аэня вдруг взялись деньги, и церемониться тоже не стал — сразу выбрал один костюм и двое трусов. Пока робот упаковывал покупки, Сяо Вэньло склонил голову набок и, лучезарно улыбнувшись, указал на одежду, в которую был одет: — Один комплект у меня уже есть.
Аэнь понял: Сяо Вэньло догадался, что с финансами у него туго, но при этом не стал пускать пыль в глаза и притворяться богачом, поэтому просто оплатил покупку.
Он не стал заказывать доставку, а понес пакет сам.
Всю дорогу настроение у обоих было вполне сносным, а Сяо Вэньло, подставляя лицо ветру, думал о том, что надо бы поскорее починить свой личный голоплан — личных кредитов на его счетах оставалось еще очень много.
Впрочем, он мог бы запросить временный голоплан здесь, в городе Фуло, но для подачи удостоверяющих личность сведений требовалась проверка через Главный Искусственный Интеллект, а светиться раньше времени Сяо Вэньло не планировал, так что отказался от этой затеи.
Когда флаер Аэня остановился у дверей полицейского участка, тот увидел, как начальник участка в сопровождении группы стражей порядка провожает какого-то молодого альфу.
Лицо Аэня окаменело, пальцы сжались в кулаки, а волна исходившей от него тяжелой жажды борьбы заставила Сяо Вэньло прищуриться.
Затем Аэнь толкнул дверцу и вышел наружу; его аккуратные черные кожаные сапоги звонко зацокали по асфальту. Начальника полицейского участка города Фуло звали Чжоу Цзыжуй. Он был альфой, очень молодым — всего тридцать шесть лет. В эпоху, когда продолжительность жизни в Империи давно перевалила за три сотни лет, тридцать лет считались сущим пустяком, а уж для альфы тем более. И пусть планета Роста имела свою специфику, суметь занять такой пост в столь юном возрасте означало, что его ждет поистине блестящее будущее.
А тем самым альфой, которого Чжоу Цзыжуй с почестями провожал во главе целого отряда полицейских, оказался младший брат Аэня — Карло.
Аэнь никогда не ставил под сомнение слова главы семьи Джордж, но он никак не ожидал, что всего за какой-то час, даже не дожидаясь наступления завтрашнего дня, его брата-преступника вот так запросто выпустят из темницы.
Заметив Аэня у входа в участок, Карло приподнял пальцем темные очки на переносице, демонстрируя смазливое личико с чрезвычайно вызывающей улыбкой. Затем он показал Аэню средний палец, покрутил им в воздухе и с крайне наглым видом собрался было удалиться.
То ли от избытка самоуверенности, то ли по какой-то другой причине, но в самый момент разворота его нога подозрительно подогнулась, и парень рухнул на землю так неуклюже, что оставалось только развести руками.
Все присутствующие переглянулись, после чего за спиной раздался громкий издевательский смешок.
Окружающие оглянулись на звук и увидели, что из полуразвалившегося флаера Аэня молодой и красивый альфа, подперев подбородок рукой, наблюдает за поверженным парнем и буквально трясется от смеха.
Машина выглядела откровенно жалко, краска на ней облупилась до самой обшивки. Но когда внутри сидел такой человек, о допотопном транспортном средстве мгновенно забываешь — все взгляды приковывал к себе только он.
Присутствовавшие омеги разом лишились дар речи: имперские альфы всегда были наперечет, а красавцы среди них — тем более. Их начальник Чжоу Цзыжуй был одним из них: учтивый, с ментальной силой уровня А, он пользовался всеобщей любовью сотрудников участка. Растерзавший асфальт Карло тоже считался неплохой партией — богатый, избалованный, из хорошей семьи, с ментальной силой уровня B, он вполне мог рассчитывать на обожание омег.
Но сидевший перед ними превосходил красотой всех, кого им доводилось видеть. Одет он был просто, ментальная сила, судя по всему, невысокая — но внешность искупала всё.
Омеги подумали: с каких это пор имперские альфы стали ходить пачками? Стоит бросить взгляд — и сразу трое.
Начальник полиции Чжоу Цзыжуй поправил очки на переносице. Он прищурился, бросил бесстрастный взгляд на Аэня, а затем перевел его на Сяо Вэньло.
Он понятия не имел, с каких пор в окружении его подчиненного появился столь выдающийся на вид альфа. Но что еще важнее — кто этот незнакомец?
Карло поднялся с земли и уставился на единственного человека, который посмел открыто над ним смеяться. Сначала он разозлился, а разглядев лицо обидчика, взбесился еще сильнее.
Сдавленно фыркнув, он процедил: — Над чем смеешься?
Сяо Вэньло пару раз хмыкнул, подхватил пакет с вещами и вылез из машины. Поравнявшись с Аэнем, он неторопливо бросил: — Я что-то плохо себя чувствую, пойду наверх.
— А ну стоять! — не дожидаясь ответа Аэня, взвился Карло.
Сяо Вэньло, которому впервые в жизни кто-то посмел отдавать приказы, почувствовал сильнейшее раздражение. Он обернулся и посмотрел на Карло — и в ту же секунду тому показалось, будто его пронизал леденящий мороз, а кровь в жилах застыла.
Карло сглотнул вязкую слюну, а в ушах у него прозвучал исполненный предельного презрения смешок Сяо Вэньло: — Аэнь, неужели единственное достоинство этого твоего брата — сносная мордашка?
Если переводить на человеческий язык: ума ноль, зато лицо имеется.
http://bllate.org/book/39236/4955202
Готово:
