Лян Цзяши был альфой, но телосложением обладал далеко не крупным, и его вполне можно было назвать, пожалуй, самой нижней ступенью в пищевой цепочке альф.
А конфликт между экспериментальным классом и третьим классом возник как раз из-за Лян Цзяши.
Если говорить точнее — из-за дурной славы его биологического отца и отца-омеги, который зарабатывал на жизнь в квартале красных фонарей интимными услугами.
Характер у Си Юйжу был ни хорошим, ни плохим: его нельзя было назвать особо отзывчивым, но и холодным — тоже. Однако, возможно, он был на полгода-год старше окружающих, а может, те все звали его братом, так что в его отношении к ребятам всегда сквозила какая-то неопределенная, смутная забота, переплетенная с тайным чувством собственной ответственности.
Он всегда был таким.
Си Юйжу швырнул баскетбольный мяч прямо между стоявших ребят. Мяч, едва чиркнув по волосам Чай Цзэ, отскочил от земли, после чего Си Юйжу поймал его обратно и холодно произнес:
— Довольно.
— С каких это пор ты за него заступаешься? — недобро глядя на Си Юйжу, процедил Чай Цзэ. — Его папаша-омега только ленивый не перетрахал, так что, нельзя и слова сказать?
Лицо Лян Цзяши мгновенно побелело, взгляд испуганно заметался по сторонам, но встретиться глазами хоть с кем-нибудь он не смел.
Си Юйжу закинул руку на шею Лян Цзяши, пряча того за своей спиной, а затем с усмешкой посмотрел на Чай Цзэ:
— Значит, теперь ты хочешь поговорить со мной об этом? Если тебе так нравится то местечко, я могу устроить тебе там постоянную прописку. — При этих словах его взгляд опустился ниже, и он насмешливо фыркнул: — Альфы тоже сгодятся, знаешь ли.
Уголки рта Чай Цзэ дернулись, на скулах заходили желваки.
Семья Си Юйжу рано осиротела, поэтому он рано познал улицу, прослыв в здешних краях парнем пробивным и авторитетным. Знакомых у него было не счесть, и занимались они самыми разными делами.
Шляясь по кварталу красных фонарей, Чай Цзэ не раз сталкивался с ним, так что было вполне вероятно, что у Си Юйжу действительно имелись нужные связи, чтобы упрятать кого надо за решетку.
Поэтому, как бы ни кипела в нем злость, продолжать он не решился и смог лишь со злорадным бессилием бросить косой взгляд на прятавшегося за спиной Си Юйжу Лян Цзяши.
— Начинаем, — Си Юйжу подбросил баскетбольный мяч.
А обернувшись, легко похлопал Лян Цзяши по щеке:
— Не бойся, тут нечего стыдиться.
Когда само выживание ставится под вопрос, способность остаться в живых — это высшая мораль. В беднейшем районе всей Федерации продавать тело по нужде, чтобы выжить, — не их вина.
— Спасибо, брат, — Лян Цзяши капризно потерся щекой о ладонь Си Юйжу.
Оставим пока в стороне происходившее за пределами площадки: игроки из третьего класса и впрямь играли грязно и жестоко. Даже несмотря на то, что перед началом матча Си Юйжу изрядно задел их своим выпадом, они не умерили свой пыл ни на йоту и даже в открытую, исподтишка целенаправленно травили Лян Цзяши.
Выдерживать такое давление было тяжело, игра выдалась на редкость тяжелой, а счет шел очко в очко.
Но назло всему события на спортплощадке не получалось списать на простую случайлость — это выглядело бы мелочно и жалко, как поведение того, кто не умеет проигрывать. А значит, всю накопленную на поле злость приходилось выплегивать только там же.
Тем не менее, ребята из экспериментального класса привыкли играть по правилам, что сильно отличалось от уличного стиля третьего класса. И как бы они ни старались перехватить инициативу в свои руки, они все равно не успевали пресекать грязные подлости соперников, из-за чего растеряли множество очков.
В первой половине матча они отставали с большим отрывом, и во время перерыва лица у всех были мрачнее тучи.
Вся команда сидела у кромки поля, утирая пот и обсуждая тактику, и лишь Си Юйжу казался рассеянным — его глаза шарили по окрестностям баскетбольной площадки.
Но в конце концов он так и не увидел того, кого надеялся отыскать.
То ли грязные приемчики в первом тайме придали третьему классу самоуверенности, то ли они перестали чего-либо опасаться и прятаться, но теперь они шли на открытые фолы, зарабатывая желтые карточки, лишь бы продолжать играть грязно, что делало вторую половину матча еще более невыносимой.
Чай Цзэ, контролируя мяч, закрутился у кольца, делая вид, что собирается совершить проход. Лян Цзяши бросился вперед, пытаясь заблокировать удар, но игрок на полуслове резко изменил движение: резко вильнув корпусом вместе с мячом, он со всего размаху врезался плечом в хрупкого Лян Цзяши.
Лян Цзяши пошатнулся, неестественно завалился набок и рухнул на землю, обхватив руками ногу и завывая от боли.
Си Юйжу подбежал ближе и увидел, что лодыжка уже сильно опухла — о продолжении игры для Лян Цзяши не могло быть и речи.
— Брат… — хрипло позвал Лян Цзяши, его глаза от гнева налились кровью.
Си Юйжу похлопал Лян Цзяши по щеке:
— Я отыграюсь за тебя. — С этими словами он поднял парня с земли и передал одноклассникам, ждавшим за боковой линией.
Команду собирали с огромным трудом, и на поле играли лучшие из лучших, что мог выставить класс, а выпущенная на замену замена оказалась еще слабее.
При таком раскладе поражение было неизбежным.
Конечно, победа или поражение не были самоцелью, но соперником был именно третий класс, и у всех на душе кипел невыплеснутый гнев. Си Юйжу вовсе не желал позволять этим ублюдкам хозяйничать и красоваться перед ним, поэтому в его голове лихорадочно крутились мысли.
Размышляя, он задрал майку, чтобы вытереть градом катившийся со лба пот. Его обнаженный торс был хорошо виден: мышцы рельефно выделялись от притока крови после нагрузок, однако на смуглом животе выделялось несколько пятен более темного цвета с явным багровым отливом — следы от недавнего удара.
Сделав несколько тяжелых вдохов, он перевел взгляд и заметил за пределами площадки человека, появление которого оказалось одновременно неожиданным и предсказуемым — Ли Фэна.
Ли Фэн стоял в тени деревьев. Место для наблюдения за матчем было неудачным, но благодаря своему росту без малого в метр девяносто он мог без труда разглядеть все, что происходило на поле.
Они замерли, глядя друг на друга через разделявшие их почти две сотни метров. Си Юйжу мог поручиться своим стопроцентным зрением, что тот заметил его и одарил каким-то мрачным, двусмысленным взглядом.
Он смутился и почему-то резко опустил майку, которой только что вытирал пот, внезапно и нелепо почувствовав себя неуютно. Впрочем, самодовольный хохот Чай Цзэ неподалеку быстро вернул его к реальности.
— Осторожнее, братец Си~ — пропищал Чай Цзэ, и остальные члены третьего класса дружно заржали.
Си Юйжу пару секунд сверлил Чай Цзэ взглядом, а затем тоже улыбнулся:
— Ладно, твой братец уж проявит осторожность.
Раз уж им так по душе подобные приемчики, что ж, придется отплатить им той же монетой.
http://bllate.org/book/38962/4911882
Готово:
