Так или иначе, виноват во всём снова оказался этот человек-катастрофа, вечно притягивающий неприятности.
Сун Сяоцэ молча кипел от досады.
Он тут же отправился к главе их группы сценаристов, чтобы выплеснуть накопившееся возмущение, хотя в глубине души его раздирали сомнения.
— Разве Се Шуансюэ сейчас не на пике популярности? — недоумевал он. — В комментариях под промо-роликом куча народу признавалась ему в любви! Почему же сегодня его почти никто не защищает? Неужели их просто закликивают ботаводы и хейтеры?
Глава группы, Линь Тун, ненадолго задумалась. На фоне взбудораженного новичка она выглядела абсолютно спокойной.
— Ты в нашей сфере меньше полугода, — с легким вздохом произнесла она. — Поработаешь побольше — поймешь: это обычное дело. Раскрутить по-настоящему популярного персонажа далеко не так просто.
Она пожала плечами и добавила:
— Фанатская любовь, основанная чисто на внешности, — вещь эфемерная. Такие зрители громко восторгаются, а едва вспыхивает скандал — мгновенно разбегаются. Им нет дела до фанатских войн, и уж тем более они не станут лезть на рожон, чтобы защищать кого-то в подобной токсичной атмосфере.
Игроки — народ прагматичный.
Красота, конечно, привлекает внимание, но универсальной отмычкой к сердцам аудитории не служит. Иначе «Богам и Демонам» хватило бы одного отдела художников — зачем тогда вообще нужны сценаристы?
В представлении Линь Тун именно проработка личности и характера составляла костяк любого персонажа. Только это могло зацепить преданных фанатов и вызвать глубокий эмоциональный отклик.
Атакуй сейчас кто-нибудь Ло Иня или его каноничную пару — их преданная аудитория мгновенно встала бы на дыбы и сожрала нападавших с потрохами. У них был прочный фундамент.
Се Шуансюэ же подобным похвастаться не мог.
Львиную долю текущего сюжета писала сама Линь Тун, и она вынуждена была признать: проработка этого героя — её собственное упущение. В конце концов, изначально он задумывался лишь как незначительный антагонист первой фазы, функциональный инструмент для продвижения истории. Никто не планировал превращать его в ключевого персонажа, а с той концепцией, что у него была, удержать интерес публики в долгосрочной перспективе казалось невозможным.
До трехлетия игры оставались считанные дни. Вся сюжетная система представляла собой сложный механизм, где изменение одной детали рушило всю конструкцию. Переписывать характер Се Шуансюэ на ходу было уже поздно.
Всплеск внимания к нему и без того стал приятным сюрпризом — руководство проекта изначально не возлагало на этого NPC больших надежд.
По плану Линь Тун, главную ставку по-прежнему делали на Чун Яо и Ло Иня, тогда как Се Шуансюэ отводилась роль скромной затравки. Кто же мог подумать, что враги нанесут удар именно по его слабому месту?
Конкуренты действовали точечно и явно по заранее продуманной методичке. Они умело сыграли на антипатии фанатов каноничного шипа, гарантировав, что лояльные к «Богам и Демонам» игроки не станут заступаться за Се Шуансюэ. А затем, используя его в качестве мишени, поставили под сомнение качество интерактива самой игры. Иззящная и отлаженная комбинация.
— Не паникуй раньше времени, — попыталась успокоить она Сун Сяоцэ. — Корпорация «Сад Сотворения Грез» уже не в первый раз устраивает нам подобные подлянки, и мы всегда давали им достойный отпор.
Линь Тун не разбиралась в тонкостях программирования, зато отлично знала начальника отдела, господина Го.
Судя по тому, с каким сияющим видом Го Юань ходил в последние дни, едва сдерживая триумфальное ликование, скачок в уровне детализации и реалистичности ИИ-чипа «Си» был вовсе не пустой хвастней.
Промо-ролик с Се Шуансюэ нарезали в жуткой спешке. В него не вошел настоящий опыт погружения, полученный в тестовом пространстве арт-отдела. Именно поэтому у «Сада Сотворения Грез» возникла иллюзия, будто они могут безнаказанно чернить игру, пользуясь временным затишьем маркетинговой кампании.
Когда выйдет следующая порция промо-материалов, у обычных игроков и распаленных фанатов канонической пары просто не останется времени на пустые споры. Все бредовые слухи о том, будто Се Шуансюэ разрушает главный сюжетный дуэт, рассеются сами собой. С этой частью проблемы разобраться не составит труда.
А вот чтобы нанести точечный ответный удар по претензиям к интерактивности и уровню погружения, придется поломать голову.
Конечно, через три недели, когда выйдет глобальное обновление, все всё увидят своими глазами. Но позволять вытирать о себя ноги в самом разгаре рекламной кампании — расклад паршивый.
Команда разработки «Богов и Демонов» отличалась редкой мстительностью и терпеть подобные выпадки не собиралась. А уж Го Юань, страстно одержимый перфекционизмом и стремлением быть первым во всём, и подавно не намеревался спускать это с рук.
— Сделайте ещё несколько интерактивных роликов, — распорядился Го Юань. На его круглой бледной физиономии заиграла редкая, сокрушительная спесь. — Я выделю человека, пусть попробует встроить новые алгоритмы прямо в тизер. Хех, решили бросить мне вызов? Я покажу этим дилетантам, что такое настоящие технологии!
«Боги и Демоны» всегда будут вашим папочкой!
Громкие заявления — это прекрасно, вот только расплачиваться за них головной болью пришлось Вэйлань, ведь именно она отвечала за финальное качество материалов.
Линь Тун вместе с руководителем технического отдела, Лян Чжунтаном, подошли к её рабочему месту. После короткого обсуждения Лян Чжунтан поправил очки на переносице и честно признался:
— С совместимостью новой версии пока всё негладко.
Дело было не в том, будто технический отдел «Богов и Демонов» не справлялся с работой, как наговаривали злопыхатели. Им банально не хватало времени.
Президент Юй совершил ключевой прорыв в разработке самообучающегося ИИ-движка, однако путь от готового чипа до полной интеграции системы в игру требовал огромного объема чернового труда.
Внутреннее тестовое пространство уже способно было продемонстрировать невероятный уровень детализации, но заставить внешние серверные порты выдавать ту же производительность прямо сейчас — задача совсем другого порядка. Такое не делалось за один день.
Изначально полноценный запуск планировался строго на день трехлетия, и графики и без того трещали по швам. У них не оставалось времени даже на независимую экспертизу сторонней команды — хотя, получи они на руки официальное заключение, любые нападки утекли бы сквозь пальцы. А теперь, из-за грязного маркетинга конкурентов, приходилось отвлекаться на создание дополнительных промо-материалов.
Даже если брать лишь отдельные фрагменты, Лян Чжунтан объективно не мог выдать идеальный результат.
Сценок с двумя главными героями хватало с избытком, и Вэйлань быстро нарезала нужный материал. Но когда технари закончили обработку, Лян Чжунтан взглянул на сухие цифры метрик и сокрушенно качнул головой:
— Эта сборка выдаёт от силы сорок процентов от возможностей новой системы.
Прирост реалистичности прослеживался невооруженным глазом, однако спешка сдерживала потенциал движка, из-за чего игра смотрелась выигрышно далеко не по всем параметрам в сравнении с доведённым до ума миром «Земель Сияния».
К тому же Чун Яо и Ло Инь были персонажами пафосными, сюжетными. Как ключевая пара, они много взаимодействовали между собой, а вот их реакция на обычного игрока оставалась сдержанной.
Попробовали взять заготовки с второстепенными персонажами — выбрали пару ярких, эмоциональных эпизодов, но лучшая выжимка показала едва ли шестьдесят процентов.
Сравнив несколько вариантов, Лян Чжунтан подытожил:
— Разные NPC и сценарии дают совершенно разную степень адаптации. Нам нужен кто-то с яркой искрой, необязательно из центральных героев. Главное — вытянуть показатели.
Как только интеграция «Си» завершится, «Боги и Демоны» обгонят «Земли Сияния» на две головы, но сейчас, пока работы не окончены, продемонстрировать всю мощь системы на пользовательском клиенте было почти невозможно.
Не вести же игроков на закрытый тестовый сервер backend-разработки!
Вэйлань хмуро пересматривала отобранные отрывки. Ни один из них ей не нравился — отчетливо ощущалась какая-то недосказанность.
Всё было не то. Ни в одном эпизоде не проскальзывало того непередаваемого чувства, которое охватило её тогда, при личной встрече с Се Шуансюэ в тестовой локации.
Ошеломление, щемящая нежность и внезапный трепет сердца.
Это удивительное ощущение, когда реальность переплетается с иллюзией. Ты прекрасно понимаешь, что перед тобой лишь кусок кода, виртуальная кукла, но всё равно не можешь устоять перед его очарованием.
Она даже порывалась пересобрать прошлый ролик с учетом новых наработок технического отдела — показатель совместимости явно взлетел бы до небес, но разум подсказывал: повторно выкатывать материал, вокруг которого уже вспыхнул скандал, категорически нельзя.
Линь Тун и Сун Сяоцэ надели VR-шлемы и подключились к обсуждению прямо в рабочей среде арт-группы. Заметив, что Вэйлань снова открыла редактор персонажа Се Шуансюэ, Линь Тун покачала головой:
— Сестра Лань, при всём уважении к твоему порыву... Пускай хейтеров разогрели боты, у этого NPC есть объективный изъян в концепте. Не стоит тратить на него слишком много сил.
Фанаты внешности хороши своей неприхотливостью, но глубокой преданности от них не дождешься. Пока есть красивая картинка — они рядом, но вступать в войны за технические нюансы они не станут.
Опыт подсказывал Линь Тун: пытаться отбеливать Се Шуансюэ бессмысленно. Пройдет пару дней, и волна сама уляжется. Этот персонаж и так прыгнул выше головы.
— Ты просто не видела его в тот самый первый раз! — не сдавалась Вэйлань, отчаянно пытаясь заразить коллегу своим энтузиазмом. — Посмотрела бы на него своими глазами — в жизни бы не махнула рукой! К тому же я сшила для моего мальчика новый наряд!
Линь Тун лишь вздохнула:
— Сестра Лань, ради подготовки материалов я сама лично гоняла тесты и видела его в игре. Без сильной истории даже самое идеальное лицо быстро приедается.
Ей доводилось видеть сотни различных NPC, и Се Шуансюэ, кроме редкой красоты, ничем не выделялся.
— Ну хотя бы один глазок! — моляще попросила Вэйлань. — Если не подойдёт — сразу закроем и выберем другого.
В глубине души она верила, что у этого цифрового юноши есть своя, особая удача. В прошлый раз ее затяжной конфликт с Го Юанем разрешился именно благодаря ему — а вдруг чудо повторится?
Сун Сяоцэ, доселе боявшийся вставить слово, закивал так усердно, что едва не сронил шлем:
— Да-да, абсолютно верно! Мой KPI по рекламе держится только на нём. Давайте хотя бы попытаемся!
Линь Тун вздохнула и препятствовать не стала. В конце концов, за целый день суматохи они так и не смогли подобрать ничего путного.
Она действительно сталкивалась с этим NPC в тестовом отделе, но тогда наблюдала за ним через обычный монитор. Теперь же, когда виртуальный образ предстал перед ней в полном VR-погружении, Линь Тун впервые осознала, о чем твердила Вэйлань.
Он казался... иным.
От юноши словно исходило едва уловимое, мягкое свечение. Особенно когда он поднимал взгляд и смотрел прямо на тебя.
Се Шуансюэ тоже разглядывал гостей.
Будучи NPC, имеющим регулярный доступ к игровым форумам, он прекрасно понимал, что произошло, даже без подслушивания чужих разговоров.
Он знал, что из-за поднявшейся травли Вэйлань сбилась с ног в поисках идеи для нового промо-ролика, и только при взгляде на него в её глазах вспыхнул прежний живой азарт.
— Смотрите, какую обновку я нарисовала для своего сыночка! — Вэйлань порхала вокруг Се Шуансюэ, полная вдохновения. — Ну какова красота!
Она набросала этот эскиз в редкую минутку отдыха. Лицо Се Шуансюэ даже не потребовалось подправлять — идеальные пропорции сэкономили художественному отделу кучу времени.
Новое одеяние из глубокой чернильно-черной ткани украшала тончайшая золотая вышивка по воротнику и рукавам. На полах плаща несколькими изящными штрихами угадывались силуэты золотых лотосов. Густой, насыщенный цвет наряда лишь подчеркивал утонченную бледность Се Шуансюэ, превращая его в драгоценный самоцвет, покоящийся на черном бархате. Образ заиграл совершенно иными красками.
Вот ради таких моментов и стоит работать! А мучиться над безнадежными исходниками — прямая дорога к депрессии, которую не перекроют никакие сверхурочные.
Первоначальный концепт Се Шуансюэ создавала именно Вэйлань, так что её трепетное отношение к цифровому творению никого не удивляло. Линь Тун вместе с Сун Сяоцэ обошли юношу по кругу. Потирая подбородок, сценарист задумчиво произнесла:
— Что ж, выглядит действительно впечатляюще. Попробуешь прогнать какой-нибудь сюжетный фрагмент?
— С удовольствием! Какой именно?
— Э-э...
Девушки переглянулись. Ни одна из них не смогла предложить конкретную сцену.
Линь Тун отвергала его кандидатуру не из вредности: в её памяти у этого второстепенного персонажа просто не числилось ни одного яркого эпизода.
Даже то знаменитое признание в любви из прошлых материалов изначально писалось иначе. В каноническом сюжете фокус внимания держался на Ло Ине, который с помощью магии соломенных фантомов внушил Се Шуансюэ, будто перед ним Чун Яо, чтобы выведать его уязвимое место. Лишь благодаря вырванному из контекста монтажу этот момент заставил персонажа заиграть яркими красками.
— Включай случайный выбор сценария, — вздохнула Линь Тун. — Положимся на удачу. Если ничего не выйдет — так тому и быть.
При этих словах Се Шуансюэ ощутил, как невидимые путы, сковывавшие его движения, мгновенно ослабли.
Хотя они всё ещё находились в технической зоне арт-отдела, текущий режим отличался от простой демонстрации модели. Все трое перешли в статус тестировщиков-наблюдателей. Едва закрутился сценарий, Линь Тун и остальные потеряли друг друга из виду — система мгновенно погрузила их в случайный эпизод, заставив проживать происходящее от лица обычного игрока.
За сегодня Линь Тун прошла десятки подобных тестов и успела изрядно устать, поэтому особо ни на что не рассчитывала.
Вдруг выражение лица Се Шуансюэ сделалось предельно серьезным. Взволнованно взглянув на неё, юноша подхватил её за запястье и увлек за собой в укрытие. Отбежав на несколько шагов, он вместе с ней опустился на корточки за густым кустарником.
— Тсс, тише... Они за нами, — раздался его приглушенный шепот. А затем он ласково добавил, успокаивая: — Не бойся, я рядом.
Обстановка вокруг дышала тревогой, но Се Шуансюэ непреклонно заслонял её собой от возможной опасности.
Его новый наряд дополнял длинный плащ. Согласно лору, юноша принадлежал к иному народу и обладал слабым здоровьем: плохо переносил прохладный климат Обители Крылатых в Облаках Плывущих Грез, отчего вынужден был кутаться в теплые одежды гораздо сильнее местных жителей, выбиваясь из общего ряда.
И сейчас он расстегнул застежку и бережно накинул этот плащ ей на плечи.
В этот миг Линь Тун с особой остротой осознала: новый движок «Си» совершил настоящий эволюционный прорыв.
Ощущения казались невероятно осязаемыми.
Ткань хранила еле уловимый аромат — прохладный, с легкой горчинкой целебных трав, без малейшей приторности. Стоило запаху окутать её, как по телу разлилось благодатное тепло, принеся с собой чувство полной защищенности.
Что это за ветка?
Будучи главным сценаристом, Линь Тун помнила каждую деталь ключевой сюжетной линии, но вспомогательные квесты писались всей командой, а мелкие диалоги второстепенных персонажей и вовсе генерировались авто-алгоритмами.
Разве Се Шуансюэ бывал когда-нибудь настолько нежным?
— О чем ты задумалась? — вновь донеслось его тихое обращение.
Се Шуансюэ подался чуть ближе и заботливо поправил воротник плаща. Травяной аромат сделался гуще, а вблизи юное лицо казалось воплощением безупречной красоты.
— Ничего, прогоняй тревогу. Похоже, преследователи прошли мимо. Подождем ещё немного, пока они уйдут подальше.
Его пальцы непринужденно скользнули выше, убирая выбившуюся прядь ей за ухо. Касание подушечек пальцев к щеке вышло едва ощутимым, но отозвалось мгновенной вспышкой мурашек.
Юноша тихо, сдержанно усмехнулся — в его голосе зазвучали мягкие, убаюкивающие интонации, словно он успокаивал испуганного ребенка:
— Спросишь, кто эти люди снаружи?.. Обычные злодеи.
От такой близости Линь Тун помимо воли залилась румянцем. Вполне естественная реакция на нечеловеческую красоту, но профессиональный долг брал верх, и в голове сценаристки крутились трезвые оценки:
«А ведь сцена хороша. Уровень взаимодействия высочайший, идеальная интеграция сенсорики: зрение, слух, осязание и даже обоняние работают на пределе возможностей. Мимика и интонации Се Шуансюэ выверены безукоризненно».
Смущало лишь одно.
Не обвинят ли их снова в заигрывании с аудиторией и фальшивом маркетинге? Ведь подобный доверительный контакт строит психологический эффект за счет эмоционального шока, тогда как сам каноничный образ Се Шуансюэ далек от подобного альтруизма.
К тому же она хоть убей не могла вспомнить, из какого именно квеста выдернут этот фрагмент.
Размышления Линь Тун прервал изменившийся голос юноши. Интонации стали непринужденными, легкими:
— Кажется, они ушли.
Он вновь протянул руки, будто собираясь поправить воротник. Линь Тун инстинктивно подняла взгляд — и в то же мгновение Се Шуансюэ мягко улыбнулся и ладонями накрыл её глаза!
Мрак поглотил всё вокруг.
В следующий миг тело Линь Тун покорно завалилось назад. Благодаря плотному плащу падение вышло бесшумным и безболезненным, однако густой аптечный запах мгновенно заполнил всё её существо. В горле вспыхнула обжигающая, металлически-сладковатая горечь крови, а силы стремительно утекли из конечностей.
Беспомощно глотая воздух, она слышала лишь тихий, бархатистый голос Се Шуансюэ.
В нем по-прежнему звучали ласка и нежная, едва уловимая смешинка:
— Я соврал.
— Настоящий злодей здесь — это я.
http://bllate.org/book/38909/4980288
Готово:
