Глядя на красное платье с открытыми плечами в руках Нинъян, Тун Хуа не выдержала и прикрыла лоб ладонью:
— Ты что, в больницу собралась или на бал? Получается слишком торжественно.
— А вот это? — Нинъян подняла другое платье. — Кажется, выглядит довольно бодро.
— Слишком скромно, — возразила Тун Хуа. — Ты, случайно, не хочешь надеть то же, что и доктор Вэнь?
Нинъян молча взглянула на платье. Неужели оно и правда такое простое? Ведь это же новинка этого сезона, гордость модного дизайнера Сильвии! Хотя ей и не хотелось признавать, она всё же отложила наряд в сторону и продолжила перебирать вещи в шкафу.
— А как насчёт этих?
…
Время шло, но их мнения так и не сошлись. Нинъян мысленно вздохнула: «Да куда там „вместе — сила“, с таким непредсказуемым вкусом у Тун Хуа мы обе просто до утра не уснём».
В конце концов маленькая принцесса, видимо, устала, махнула рукой и решительно заявила:
— Красивая женщина в чём угодно хороша! Даже если наденешь мешок, всё равно свернёшь голову этому доктору Вэню, чтобы он забыл дорогу домой. По-моему, просто закрой глаза и выбери наугад — какое платье первым попадётся, в том и иди!
Слова подруги прозвучали для Нинъян как откровение. «Верно! Зачем я трачу столько времени на эти сомнения? Просто покажу свою красоту и покорю его! Лучше пойду спать — красота требует сна. А то завтра с тёмными кругами под глазами точно не выйду!»
Так они и пожелали друг другу спокойной ночи и отправились спать.
Утром Нинъян, к своему же удивлению, не стала валяться в постели, а сразу же нанесла на лицо маску и принялась за макияж. От природы она была изящна, а лёгкие штрихи косметики превратили её в ослепительную красавицу. Её большие глаза напоминали чистую осеннюю воду, а слегка приподнятые уголки век становились особенно соблазнительными, стоит лишь провести стрелку.
«Не слишком ли ярко?» — на полминуты задумалась Нинъян, глядя на своё отражение, но всё же решила отказаться от подводки.
Интуиция подсказывала: Вэнь Си, скорее всего, не любит броский макияж. В итоге она остановилась на лёгком мейкапе и выбрала скромное однотонное платье.
«А что плохого в том, чтобы надеть то же, что и доктор Вэнь?»
Закончив с нарядом, она сразу же направилась на кухню.
— Тётя, мой завтрак готов?
— Почти, мисс. Если проголодались, пока можно перекусить китайскими пельменями.
— Тётя, я сегодня красивая? — Нинъян элегантно кружнула перед ней, подхватив подол платья.
— Красивая, мисс всегда красива, — ответила та, подняв взгляд на девушку и на миг замерев от восхищения. — Сегодня особенно! Красивее, чем все звёзды на экране!
Тётя работала в семье Нин много лет и, можно сказать, видела, как росла Нинъян. Эта барышня обычно была ленивой и равнодушной ко всему на свете, и редко случалось увидеть её такой воодушевлённой.
Однако она не стала задавать лишних вопросов, а продолжила готовить завтрак. Вскоре она аккуратно упаковала для Нинъян пять-шесть разных блюд.
— Спасибо, тётя! Я пошла! — сказала Нинъян, хватая термос и уже направляясь к выходу.
— Мисс, вы хотя бы позавтракайте дома! — не удержалась тётя.
— Не буду! Поем в больнице! — крикнула Нинъян, исчезая за дверью.
Нин Чжэшэнь и Дун Цзинь как раз спускались по лестнице и успели увидеть лишь мелькнувшую тень дочери.
— Ну вот, опять остались только мы вдвоём, — с лёгкой драматичностью произнесла Дун Цзинь, прикладывая платок к глазам, хотя слёз там не было.
— Да уж, — вздохнул Нин Чжэшэнь. — Надо было не слушать призывы и родить второго. Тогда, если один непослушен — есть второй; если оба непослушны — всё равно есть кто-то ещё!
Дун Цзинь посмотрела на мужа и вдруг захотелось дать ему пять: «Герои мыслили одинаково!»
Нинъян думала, что приехала рано, но у подземной парковки больницы уже стояла очередь. Только благодаря указаниям охранника ей удалось найти место. Как раз в тот момент, когда она припарковалась, смена у дядюшки-охранника закончилась, и они вместе направились к выходу.
— Девушка, вы к больному? — спросил он, быстро сдружившись с Нинъян во время её нелёгкого манёвра в парковке.
— Да, — ответила она, назвав корпус, куда направлялась.
— Ага, у нас в этом отделении действительно одни из лучших специалистов в стране. Многие даже из других провинций сюда едут, — с гордостью поднял большой палец охранник.
Нинъян оживилась:
— Дядюшка, вы уже позавтракали?
— Нет, сейчас в столовую зайду.
Она тут же вытащила из контейнера одну порцию завтрака:
— В столовой невкусно. Вот, возьмите! Домашнее, ещё горячее.
Охранник замер, не зная, как реагировать.
— Не волнуйтесь, не отравлено! Просто вы мне сразу понравились — такой добрый и отзывчивый человек!
— Эх, ты чего… Я просто подумал, что нехорошо брать чужое без причины.
Нинъян не унималась и сунула ему контейнер прямо в руки:
— Как это без причины? Если бы не вы, я бы до сих пор крутилась в парковке! Это приготовила наша тётя — очень вкусно!
Запах действительно был аппетитный, и, увидев искреннюю улыбку девушки, охранник расслабился:
— Спасибо тогда!
— Дядюшка, а вы знаете доктора Вэня Си?
— Доктора Вэня?
По тону Нинъян сразу поняла: есть зацепка! Она тут же показала на скамейку в тени:
— Давайте присядем! Там прохладно, и вы спокойно позавтракаете.
Охранник мысленно возразил: «У меня же есть дежурка, зачем на улице есть?» Но вслух ничего не сказал — решил, что девушка просто волнуется за родных и хочет узнать побольше о враче.
— Доктор Вэнь — отличный специалист! И в работе, и в общении — терпеливый, многие пациенты специально к нему записываются…
Дядюшка оказался болтливым, да и «рот не закроешь, раз ешь чужое», так что он охотно рассказал всё, что знал о Вэнь Си — от спасённых на грани жизни случаев до того, как пациенты тайком устраивали ему день рождения. Ничего секретного в этом не было — все в больнице знали эти истории.
За один завтрак Нинъян узнала даже день рождения доктора Вэня! «Выгодная сделка!» — подумала она.
— Вчера, между прочим, опять уехал только после десяти. Очень уж напряжённая работа.
«Вот почему я его вчера не дождалась…»
— Доктор Вэнь и правда много трудится, — сочувственно вздохнула Нинъян.
— Ещё бы! Рано уходит, поздно возвращается, и некому за ним присмотреть. По-моему, пора бы ему девушку завести. В больнице столько красивых девчонок!
Нинъян невольно услышала эти слова и, не сдержавшись, воскликнула:
— Так нельзя!
Охранник чуть не подавился:
— Почему нельзя?
— Э-э… — Нинъян осознала, что переборщила, и поспешила исправиться: — Вы же сами сказали, что он очень занят! Как можно выбирать девушку из той же профессии? Оба будут заняты, и никто никого присматривать не сможет!
(А вот такая, как я — богатая и свободная — идеально подошла бы! Могла бы каждый день приезжать в больницу и не замечать времени!)
Охранник остался при своём мнении:
— Но ведь у них будет общее дело, взаимопонимание! А то получится: ты обвиняешь его, что он не заботится о семье, а он считает тебя непонимающей — и всё развалится!
Нинъян не сдавалась:
— А если найдётся такая, которая и понимает, и заботится? Тогда точно не надо выбирать коллегу!
Они как раз горячо спорили, когда мимо прошёл сам герой их разговора — доктор Вэнь Си.
Охранник: …
«Чёрт, это же путь от парковки к корпусу!»
Нинъян: …
«Если сейчас зажать рот — поможет? Наверняка же ничего не слышал!»
Но человек уже прошёл мимо, а она всё ещё стояла как вкопанная. «Быстрее беги за ним!» — приказала себе она, и тело послушалось раньше, чем мозг успел додумать.
— Доброе утро, доктор Вэнь! — радостно окликнула она его, будто ничего и не случилось.
— Доброе утро, мисс Нин, — ответил он, не замедляя шага.
«Ой-ой… Он точно всё слышал! А вдруг рассердился?..»
Вчерашняя операция прошла не лучшим образом. Пациент был в преклонном возрасте и страдал множеством хронических заболеваний. Врачам удалось лишь с трудом сохранить ему жизнь, но впереди его ждал тяжёлый период восстановления. Хотя родственники всё понимали и искренне благодарили Вэнь Си, ему всё равно было тяжело на душе.
Пожилого человека перевели в палату интенсивной терапии, и шумный коридор внезапно стих — так тихо стало, что казалось, слышен каждый упавший на пол гвоздь. Вэнь Си стоял у окна, глядя на город, где ежедневно происходили рождение и смерть, и вдруг вспомнил Нинъян — её улыбку.
«Почему-то она кажется знакомой, хотя мы виделись всего раз…»
Усталость давала о себе знать — особенно когда тело наконец расслабилось. Вэнь Си устало сжал переносицу. «Ладно, хватит думать. Пора домой».
Но на следующее утро, едва выйдя из парковки, он увидел знакомую фигуру.
«Что она здесь делает?» — удивился он.
Нинъян сидела на скамейке у дороги, и с его угла был виден только её профиль. Сквозь листву на её нежное лицо падали веснушчатые блики солнца, и она так увлечённо что-то говорила охраннику, что даже не заметила, как Вэнь Си подошёл ближе.
— Поэтому доктору Вэню точно не стоит выбирать девушку из своей профессии! — заявила она с такой убеждённостью, будто решала судьбу мира.
Вэнь Си: …
«Спасибо за заботу».
Нинъян сначала смутилась — всё-таки обсуждать кого-то за спиной, а потом быть пойманной с поличным! Но тут же подумала: «А что я такого сказала? Всё правильно!» — и снова почувствовала себя уверенно. Увидев, что Вэнь Си уже уходит, она поспешила за ним.
Охранник, глядя им вслед, задумчиво откусил от булочки: «Так вот оно что… Девушка приехала не к больному, а к жениху!»
Пара действительно была хороша собой — высокий, статный мужчина и изящная красавица. Жаль, конечно, остальных девушек из больницы — наверняка сейчас плачут от зависти.
— Доброе утро, доктор Вэнь!
— Доброе утро, мисс Нин.
— Какой «мисс Нин»! Зовите просто Нинъян. Вы же уже называли меня по имени — даже «старшую сестру Нинъян» говорили так легко!
— Вы завтракали? — не сдавалась Нинъян, не обращая внимания на его сдержанность. — Я принесла вам завтрак, ещё горячий! Предпочитаете китайский или европейский?
Вэнь Си только сейчас заметил у неё в руках розовый термос с цветочным узором — довольно объёмный, судя по всему, набитый под завязку.
— Извините, я уже поел.
— Ну и что? Можно же перекусить ещё! Особенно врачу — чтобы хватило сил на весь день…
(Почему у него такие длинные ноги? И почему сегодня я в платье? Бегать за ним совсем неудобно!)
Прохожие наблюдали такую картину: высокий, красивый мужчина шагает вперёд, а за ним, словно хвостик, бежит очаровательная девушка с завтраком в руках — кажется, она готова лично скормить ему каждый кусочек. Какой же он холодный, если даже не останавливается!
Слушая, как Нинъян наставляет его о важности завтрака, Вэнь Си едва сдерживал улыбку. Он уже собирался объяснить ей, что переедание утром тоже вредно, как вдруг остановился — и тут же в него врезалось что-то мягкое и ароматное.
«Ты сама — „вещь“», — мысленно фыркнула Нинъян.
— Ой! — вскрикнула она, прикрывая нос. Всё внимание было приковано к разговору, да и бежала она быстро — не ожидала, что он вдруг остановится.
Она снова убедилась: Вэнь Си выглядит худощавым, но на самом деле очень плотный — удар получился болезненным.
Нос, конечно, болел, но… грудь болела ещё сильнее. В носу хоть был какой-то буфер, а вот грудь… Но разве можно было при всех тереть больное место? Даже если бы Вэнь Си не принял её за сумасшедшую, она сама бы так не поступила. Пришлось терпеть.
Летом одежда тонкая, и Вэнь Си, будучи врачом, сразу понял, откуда взялась эта мягкость. Щёки его мгновенно залились румянцем. Но, увидев, что Нинъян прикрывает именно нос, он засомневался: «Неужели я ошибся?»
— Простите, я не хотел, — тихо сказал он, явно смущённый.
http://bllate.org/book/3888/412437
Готово:
