Тут Желтохохлик заметил Юй Тина и издалека смачно плюнул в его сторону: — Твою мать! Если бы знал, что так будет, вчера бы сам забил тебя до смерти!
Юй Тин понял: вчерашнее ему не показалось, за ним действительно кто-то следил.
В то же время он разглядел лицо Желтохохлика: того жестоко избили, оба глаза заплыли синяками, а на щеке красовался четкий след от пощечины.
— Юй Тин, сукин сын, жди! Ты из-за меня вылетел с работы, я тебе этого не прощу... — продолжал изрыгать ругань Желтохохлик. Полицейские слушали его с таким видом, что лишь качали головами, а связаться с его родителями не удавалось, поэтому им оставалось лишь увести его обратно в участок.
Чжао Жуфэй перепугалась до полусмерти от выходки Желтохохлика. Она быстро подбежала к Юй Тину и, схватив его за руки, принялась осматривать с ног до головы, ее глаза наполнились слезами. Юй Тин тут же принялся оправдываться: — Всё в порядке, они меня не обижали...
Чжао Жуфэй закатила его рукав и тут же нащупала на руке еще не сошедший синяк.
—... — Юй Тин умолк.
Слезы окончательно брызнули из глаз. Дрожащими пальцами Чжао Жуфэй сжала руки в кулаки и вдруг резко повернулась, с отчаянными жестами обращаясь к толпе родителей.
Те ничего не понимали и растерянно переглядывались.
Чжао Жуфэй жестикулировала с такой страстной и лихорадочной быстротой, что Чжан Миньхуа пришлось кое-как переводить: — Вы обидели моего сына, нам не нужна никакая компенсация! Я буду подавать на вас в суд! Вы все отправитесь за решетку!
Несколько родителей тут же поспешили вперед с извинениями, предлагая оплатить медицинские расходы Юй Тина.
Цзян Юй украдкой бросил на Юй Тина несколько взглядов, но так и не решился сказать, что в той засаде Желтохохлик на самом деле пострадал куда сильнее Юй Тина...
***
Пробыв в полицейском участке почти до самого заката, Чжао Жуфэй так и не согласилась на денежную компенсацию и мировое соглашение, и в итоге полицейские велели им отправляться домой.
Чжан Миньхуа уже целый день провела на ногах, поэтому, выйдя из участка, сразу поехала домой. Юй Тин же, едва вернувшись, даже не перевел дух: он завел трехколесный велосипед, нагрузил его пятью горшками с розовыми попугаями и помчался доставлять последний заказ, а перед возвращением домой завез трехколеску обратно.
Около восьми вечера в гостиной горел свет. На обеденном столе стояли три тарелки, накрытые перевернутыми пиалами, пустые палочки с чашкой, белая фарфоровая пиала с рисовым отваром и деревянная пароварка-цзэнцзы.
В цзэнцзы лежал рис. Когда у Чжао Жуфэй было время, она не пользовалась рисоваркой: варила рис в воде до полуготовности, отцеживала воду и пересыпала его в пароварку, чтобы пропарить до конца.
Юй Тин вырос на рисовом отваре. С пяти лет, когда в семье начались особенно тяжелые времена, Чжао Жуфэй экономила каждую копейку — в тот период ей едва удавалось выкроить денег хотя бы на бутылку молока в неделю. Юй Тин никогда не капризничал и не требовал молока: он просто добавлял в рисовый отвар немного белого сахара и говорил, что это вкуснее любого молока.
Дверь в комнату Чжао Жуфэй была закрыта. Юй Тин вымыл руки, переоделся в чистую одежду и лишь после этого постучал.
— Мам, я не специально от тебя всё скрывал. — Юй Тин постучал всего раз и замолк, тихонько усмехнувшись: — Мам, я так проголодался, выходи скорее, мне одному кусок в горло не лезет.
За дверью сразу послышалось движение, и не прошло и двух секунд, как дверь распахнулась. Глаза Чжао Жуфэй были красными — пока Юй Тин отсутствовал, она снова выплакалась.
На этот раз Юй Тин не стал нарочно прятать синяки: из-под простой белой футболки виднелись не только отметины на руках, но и пластырь на шее.
Мать и сын переглянулись, и Чжао Жуфэй, словно в знак мести, легко шлепнула Юй Тина туда, где был наклеен пластырь: — Паршивец!
Удар был слабым, но Юй Тин все равно шумно втянул воздух сквозь зубы: «Ссс». Чжао Жуфэй испуганно отдернула руку и поспешно шагнула вперед: — И правда больно?
Юй Тин воспользовался моментом, обнял Чжао Жуфэй за плечи и потянул к обеденному столу: — Поешь — и сразу пройдет.
Чжао Жуфэй наконец не выдержала и улыбнулась. Она села и быстро приподняла три накрытые пиалы: оттуда повалил пар. Это были вовсе не остатки еды, упакованные Юй Тином, а три свежих блюда: тарелка ароматной свинины в соевом соусе, тарелка тушеной говядины с томатами и тарелка морских гребешков с зеленым луком и маслом.
Чжао Жуфэй вытерла покрасневшие уголки глаз и воинственно взмахнула кулаком: — Ешь побольше, чтобы появились силы!
Тогда тебя будет не так-то просто обидеть.
Юй Тин взял пиалу. В обед он переел и не особенно хотел есть, но все равно умял две миски риса.
Осташись довольной, Чжао Жуфэй подвинула ему рисовый отвар и вдруг вспомнила: — Сегодня в питомник приходил какой-то парень, говорит, твой сосед по парте.
В отвар добавили ровно столько сахара, сколько нужно — сладость была в самый раз. Сделав глоток, Юй Тин кивнул: — Угу, его зовут Лу Цзюэ.
Чжао Жуфэй быстро зажестикулировала: — Будет время, пригласи его к нам в гости.
— Кхм... — отвар попал не в то горло, и Юй Тин долго кашлял, пока его лицо не покраснело до багровости. Не веря своим ушам, он переспросил Чжао Жуфэй: — К нам домой?
Чжао Жуфэй с улыбкой кивнула: — Очень послушный мальчик, к тому же он только что вернулся в Линцзян, знакомых у него здесь нет. Пригласи его пообедать, а мама приготовит несколько своих фирменных блюд, чтобы угостить гостя.
В горле все еще першило, и Юй Тин снова приложился к пиале с отваром. Когда на дне почти ничего не осталось, он отставил посуду и сказал: — Он хочет попробовать пельмени с морским женьшенем, я спрощу, свободен ли он в субботу.
Достав телефон, Юй Тин отправил Лу Цзюэ сообщение.
Он уже собирался убрать гаджет, как телефон издал короткий динь, и пришел ответ от Лу Цзюэ:
Хорошо. [Смайлик]
После ужина Юй Тин вернулся в комнату и вытащил из кармана оставшиеся деньги.
Осталось чуть больше трехсот.
Он поднял взгляд на настенный календарь: до дня рождения Ли Чэнси оставалось совсем совсем немного.
***
В субботу утром Чжао Жуфэй поднялась спозаранку и отправилась на рынок за живым морским женьшенем.
Юй Тин чистил зубы, когда вдруг раздался стук в дверь.
Решив, что Чжао Жуфэй что-то забыла, он с зубной щеткой во рту бросился открывать, но стоило двери распахнуться, как он замер.
Лу Цзюэ тоже замер.
Стоявший на пороге юноша был взъерошен, на нем были майка-алкоголичка и шорты, в уголке рта бенелась мягкая белая пена от зубной пасты, а глаза еще не до конца открылись.
Вид у него был на редкость беззащитный.
Лу Цзюэ первым пришел в себя. Держа в руках изящную корзину с фруктами, он трогательно изогнул губы: — Кажется, я пришел слишком рано.
Юй Тин выплюнул щетку и кивнул на пару нераспечатанных мужских тапочек у порога: — Распаковывай, а я умоюсь.
Он побежал обратно в ванная, наскоро умылся, а когда вышел, на журнальном столике уже красовалась корзина с фруктами. Лу Цзюэ стоял в гостиной, неотрывно глядя на стену у дивана.
Вся эта стена была сплошь увешана школьными грамотами Юй Тин с самого детства — Чжао Жуфэй жалко было их выбрасывать, и она заклеила ими всю поверхность так, что живого места не осталось.
Юй Тин хотел было прервать его созерцание, но передумал и просто спросил: — Ты позавтракал?
Лу Цзюэ все еще разглядывал грамоты и покачал головой: — Нет.
— Мама пошла за морским женьшенем и луком... — Юй Тин на секунду запнулся: — Ты ешь зеленый лук?
Вообще-то Юй Тин точно не знал, просто пару раз бывал в гостях у Ли Чэнси, и вся семья Ли избегала блюд с резким запахом.
Только тогда Лу Цзюэ обернулся: — Ем.
— Мама скоро вернется, тогда и налепим пельменей. — В семь утра воздух уже был пропитан летним зноем, и Юй Тин включил вентилятор: — Будешь что-нибудь пить?
Он сам редко пил газировку или соки, обычно только в сильную жару покупал ледяное фруктовое мороженое. Впрочем, недалеко от их дома находился небольшой магазинчик, где продавались все напитки, какие только можно было найти в городе.
— Ледяной воды.
Юй Тин сходил на кухню, принес стакан холодной воды и протянул Лу Цзюэ: — Присаживайся, я пока подготовлю тесто для пельменей.
Чжао Жуфэй перед уходом уже вымесила тесто. Ему оставалось только раскатать сочни, и как только привезут свежий морской женьшень и лук, можно будет лепить пельмени и бросать их в кипяток.
Лу Цзюэ сделал глоток воды и тут же последовал за ним на кухню: — Я помогу.
Юй Тин не стал отказываться, но уже через пару минут, бросив косой взгляд на разделочную доску, где лежали нечто, напоминающее дырявые рыболовные сети вместо заготовок для пельменей, вежливо отклонил бурное волеизъявление Лу Цзюэ.
Юй Тин раскатывал тесто быстро и аккуратно, и к моменту, когда Чжао Жуфэй вернулась с живым морским женьшенем и свежим зеленым луком, весь шар теста превратился в ровные тонкие кругляши одинакового размера.
Быстро приготовив начинку, Юй Тин уже вскоре закинул первую порцию пельменей.
По всей квартире поплыл аппетитный аромат.
В первый заход сварили ровно шестьдесят штук — получилось три полных больших блюда.
Когда их поставили на стол, сквозь тонкое тесто просвечивала легкая зеленина начинки, и Чжао Жуфэй с энтузиазмом замахала руками: — Сяо Цзюэ, попробуй-ка стряпню Лэ-лэ.
Юй Тин: — ... — Его мама и правда без памяти влюбилась в Лу Цзюэ, раз даже его детское прозвище выдала.
Лу Цзюэ бросил на Юй Тин короткий боковой взгляд: — Лэ-лэ?
Чжао Жуфэй улыбнулась: — Это домашнее прозвище Тин-тина. Он говорит, что это звучит слишком сентиментально, и запрещает звать его так на улице.
Лу Цзюэ тоже улыбнулся: — Ничего не сентиментально, очень мило.
Юй Тин: — ...
Чжао Жуфэй радостно рассмеялась и положила Лу Цзюэ в тарелку еще один пельмень: — Сяо Цзюэ, на какую специальность ты планируешь поступать?
Юй Тин опустил голову и молча ел пельмени. Лу Цзюэ ответил: — Еще не думал.
Чжао Жуфэй отложила палочки и зажестикулировала: — Я вот хочу отправить Лэ-лэ учиться на программиста. Ты в этом разбираешься? Для этого же не нужно выходить в море и садиться на корабли?
Лу Цзюэ покосился на Юй Тин, припомнив те несколько книг по океанографии, которые он видел в морской пещере.
Проглотив пельмень, он тронул уголки губ улыбкой: — Не разбираюсь.
Чжао Жуфэй кивнула и продолжила: — Вы же из Пекина, должно быть, отлично знаете те места! На следующей неделе Лэ-лэ поедет в Пекин на соревнования, а я не могу бросить цветочный питомник — нужно восстанавливать теплицы. Он впервые отправляется так далеко один, в незнакомый город, я ужасно переживаю. Скажи, безопасно ли там насчет проживания?
— На следующей неделе я как раз возвращаюсь обратно. — Лу Цзюэ отложил палочки, и его лицо озарила яркая улыбка: — Какого числа отправляется Лэ-лэ?
Юй Тин: — ...
Чжао Жуфэй: — В следующую пятницу!
— Какое совпадение, я тоже. — Лу Цзюэ повернулся к Юй Тин: — Тогда поедем вместе?
Прежде чем Юй Тин успел раскрыть рот, Чжао Жуфэй радостно согласилась: — Как замечательно! Если вы поедете вдвоем, я буду куда спокойнее.
Юй Тин снова умолк и сосредоточился на еде.
В этот момент в кармане Лу Цзюэ зазвонил телефон, но он не обратил на него внимания. Быстро справившись с большой тарелкой пельменей за несколько взмахов палочками, он лукаво сощурил глаза: — Шеф-повар Лэ-лэ, повторите-ка порцию!
Юй Тин: — ...
Вернувшись домой, Лу Цзюэ с равнодушным видом вытащил телефон.
На экране светилось «99+» пропущенных вызовов — все с какого-то незнакомого номера.
Практически тут же экран снова вспыхнул входящим звонком.
Лу Цзюэ ответил, и в трубке раздался полный энтузиазма мужской голос: — Брат! Угадай, кто я!
Лу Цзюэ молча сбросил вызов и тут же закинул этот номер в черный список.
Устроившись на подоконнике спиной к стене — в точности в той же позе, что и во вторую встречу с Юй Тин, — он смотрел на буйное цветение гортензий внизу.
После нескольких дней непрекращающихся дождей кусты гортензий в палисаднике разрослись еще пышнее: шапки цветов размером с пиалу отливали густым сине-фиолетовым оттенком.
Перейдя в WeChat, Лу Цзюэ вошел под своим старым номером, и стоило ему оказаться на странице чата, как на него посыпался ворох сообщений. Проигнорировав их все, он вбил в поиск номер Юй Тина.
Такого пользователя не существует.
Лу Цзюэ нажал на выход, и тут же выскочило окно чата с аватаром в виде язычка пламени: «В какую дыру тебя твой батя запер? В следующее воскресенье я уезжаю в часть, телефоны сдаем, увидимся через пару лет!»
http://bllate.org/book/38861/4894014
Готово:
