Птицы обладали широким обзором и первыми обнаружили созревшие мушмулы.
Цзян Юй кивнул: хорошо, что они пришли сегодня.
Раз уж пришли, с какой стати уходить с пустыми руками?
Тело Малой панды приспособлено для лазания по деревьям гораздо лучше, чем у большой, и Цзян Юй загорелся энтузиазмом:
— Я полезу собирать мушмулу, а ты, Юаньюань, будешь подбирать внизу.
С этими словами Цзян Юй обхватил лапами ствол и полез наверх, лавируя между ветками, и в мгновение ока добрался до спелых плодов.
Он украдкой глянул вниз и тут же поспешно отвел взгляд.
Фух, как высоко!
Это было самое высокое дерево, на которое ему доводилось взбираться за всю свою жизнь.
Опасаясь превратиться в лепешку из Малой панды, Цзян Юй действовал предельно осторожно. Утвердившись на надежной опоре, он обхватил золотисто-оранжевую мушмулу двумя лапками и, слегка потянув, сорвал плод.
Только присмотревшись вблизи, он понял, насколько огромной была эта мушмула — больше любой из тех, что Цзян Юй ел раньше, размером с половину его лапки.
С мушмулой в лапах спускаться с дерева было неудобно, и Цзян Юй бросил взгляд в сторону: густой кустарник мог смягчить падение плодов. Опустив голову, он громко крикнул Юаньюань, которая находилась прямо внизу:
— Юаньюань, отойди чуть в сторону, я бросаю мушмулу!
Сбросив вниз пять плодов подряд, Цзян Юй наконец остановился. Усевшись на ветке с крупной мушмулой в лапах, он прокусил зубами кожицу, впустил во рту сладкий сок и, почмокав, принялся смаковать угощение.
Одного лишь вида желтой мякоти было достаточно, чтобы представить вкус мушмулы.
Цзян Юй откусил большой кусок: семь частей сладости, три части кислинки — ему очень понравилось.
Расправившись с целым плодом, Цзян Юй сорвал еще один. Съев его по малюсеньким кусочкам, он радостно и легко замахал пушистым хвостом.
Из такой мушмулы получалась восхитительная тушеная груша, а еще ее можно было засушить — вяленая мушмула отлично шла и к чаю, и как перекус.
Вот только подходящих приспособлений не хватало.
— Какая сладкая! — восхитилась Юаньюань. — Давай наберем с собой на вечер!
Под влиянием Цзян Юя Юаньюань теперь тоже полюбила проводить время дома за отдыхом. Ее жилище находилось неподалеку от дома Цзян Юя — это была природная пещера, у входа в которую раскинулась бамбуковая роща, что было очень удобно. Обе панды частенько собирались вместе, чтобы лакомиться угощениями и любоваться звездами.
Цзян Юй думал точно так же:
— Отлично!
Изначально на вечер планировались бамбуковые листья, побеги и малина, а теперь к ним добавилась еще и мушмула.
Стоило подумать о вкуснятине, как работа сразу пошла с удвоенной энергией.
Чтобы облегчить транспортировку, Цзян Юй перестал срывать плоды по одному и стал обламывать целые ветки вместе с гроздьями отборной мушмулы.
Пока Малая панда хлопотала на дереве, отбирая только самые крупные и желтые плоды, большая панда внизу тоже не сидела сложа руки: она мгновенно подбирала упавшую в кусты мушмулу, складывая ее в аккуратную кучу, и заодно отгоняла мелких птиц, пытавшихся полакомиться чужим добром.
Благодаря слаженной работе в два счета выросла целая гора мушмулы.
Цзян Юй перевел дыхание и глянул вниз.
Хватит, иначе они не смогут унести все домой.
Ветки связали лианами — их поручили переносить Юаньюань, а на долю Цзян Юя выпали две корзинки с малиной.
Бамбуковая корзина, которой пользовалась Юаньюань, была большего размера, ее можно было повесить прямо на шею, а еще одну зажать в зубах — идеально!
Обе панды вышли из дома с пустыми лапами, а вернулись с полной добычей.
Глава 7
— Юаньюань, Юаньюань, ты дома? — Цзян Юй заглянул к подруге, воровато озираясь по сторонам, но после нескольких громких окриков ответа не последовало.
Ушла?
Цзян Юй склонил голову набок и заглянул в пещеру.
Внутри было пусто, хозяйка отсутствовала.
Похоже, Юаньюань ушла.
Цзян Юй вытянул голову обратно, зажал в зубах маленькую бамбуковую корзинку и отправился за мушмулой в одиночку.
Дерево было всего одно, и количество плодов ограничено. Стоит им закончиться — и больше взять негде, придется ждать до следующего года, так что нужно поспешить и вдоволь наесться.
Проходя мимо владений матери-Малой панды, Цзян Юй навострил уши и прислушался, но не услышал возни малышей. Возможно, из-за него мать не решилась оставить детенышей одних и взяла их с собой на поиски пропитания.
Цзян Юй смущенно почесал в затылке.
Стоял пасмурный день, тучи затянули солнце, небо заволокло свинцовой хмурью, судя по всему, к вечеру собирался дождь.
Цзян Юй не хотел вымокнуть под дождем и прибавил шагу.
— Фух...
Добравшись до дерева, Цзян Юй пластом распластался на земле, тяжело дыша.
Ох уж эта медвежья доля — добывать себе пропитание непросто.
Немного отдохнув, Цзян Юй аккуратно пристроил корзинку и полез наверх, цепляясь за ствол.
Мушмулу на солнечной стороне оборвали еще вчера, а то, что осталось, подчистую склевали птицы. Перебравшись на другое место, Цзян Юй сразу заметил крупный плод на самой низкой ветке.
Обхватив мушмулу двумя лапками, он сильно дернул, и плод отломился.
Хоть он был не таким желтым, как вчерашний, судя по виду, он вполне созрел.
Стоило Цзян Юю надкусить кожицу и снять ее зубами, как по телу пробежала дрожь, и он отчаянно затряс головой.
Ужасно кислый!
Проглотив кусочек, он подумал, что кислая мушмула на вкус не так уж плоха, и доел ее по малюсеньким кусочкам.
Цзян Юй сорвал еще один плод — этот оказался полностью спелым, сладким и очень вкусным.
Он довольно замахал хвостом.
Набив животик, Цзян Юй поднял голову и окинул взглядом небо.
Потемнело окончательно, сгустились грозовые тучи, казалось, будто мгновенно наступил поздний вечер. Воздух сделался тяжелым и духовым, птицы забили крыльями, спеша к своим гнездам.
Не тратя больше времени даром, Цзян Юй принялся с максимальной скоростью сбрасывать вниз самые спелые плоды.
Когда он приподнялся на цыпочках, чтобы дотянуться до мушмулы, росшей на самом краю кроны, небо внезапно распорола вспышка молнии, за которой последовал оглушительный раскат грома — казалось, небесный свод раскололся надвое.
Прижав уши к голове, Цзян Юй плюхнулся на ветку плашмя, от неожиданного движения ветка заходила ходуном вверх-вниз. Сообразив, в чем дело, он бросил собирать мушмулу и заторопился вниз.
В спешке лапа попала на опавший лист, прилипший к ветке, и соскользнула.
Круглые глазки округлились еще сильнее, Цзян Юй замахал лапами, пытаясь ухватиться за ветку, но все было напрасно.
Беспомощно наблюдая, как ветка отдаляется все дальше и дальше, Цзян Юй инстинктивно зажмурился и закрыл голову лапами.
http://bllate.org/book/38803/4885952
Готово:
