На приложении для заказа еды Цзян Чжао решительно выбрал порцию острого мала-лаксы, добавив побольше зеленого лука, чеснока и кинзы. После этого он со спокойной совестью продолжил читать на телефоне зарубежное классическое произведение.
Лапшичная находилась на задней улице университета Юй, и уже через некоторое время доставщик привез заказ — такую скорость определенно стоило оценить на пять звезд.
Еда прибыла, и Гао Хань соизволил открыть дверь. Увидев его, доставщик замер с крайне удивленным выражением лица и испуганно сверился с чеком на пакете.
— Великий Гао? Но ведь в заказе указано имя Цзян... Постойте-ка... Вроде бы и адрес общежития вычислительного факультета, но Разве Цзян не с медицинского?
Как оказалось, доставщик подрабатывал курьером параллельно с учебой в этом же университете. Изначально, получив заказ от самого Цзяна, он пришел в неописуемый восторг и гнал свой электроскутер с невероятной скоростью.
— Ты привез правильно, — Гао Хань приоткрыл дверь шире, показывая сидевшего неподалеку Цзян Чжао.
— Ох... Ох... Главное, что правильно... Главное, что... Наверное, мне всё это снится... Ха-ха-ха...
Не обращая внимания на явно закоротившие нервные клетки доставщика, Гао Хань просто закрыл дверь. Он поставил еду прямо на стол У Туна, придвинул его стул и принялся за трапезу.
Наблюдая за тем, как тот с аппетитом уплетает еду, Цзян Чжао с недоумением спросил:
— Разве ты не ешь острое, лук, чеснок и кинзу?
Гао Хань очищал креветку от панциря с видом человека, чей коварный план увенчался успехом:
— Вовсе нет, я это очень люблю. Если бы я так не сказал, ты бы стал мне заказывать?
Цзян Чжао: «...» *Расслабься! В конце концов, убийство незаконно!*
— Давай сюда свой Вичат, я переведу тебе деньги.
— ...Не нужно...
— Значит, этот талантливый студент Цзян тащился из такая дали, полдня сторожил меня, да еще и угощает обедом — неужели у тебя на мой счет какие-то злые умыслы?
*Как бы так ловко проткнуть человека скальпелем, чтобы он превратился в решето, но при этом судмедэкспертиза квалифицировала это как легкие телесные повреждения? Срочно, жду ответа онлайн!*
С бесстрастным выражением лица Цзян Чжао протянул QR-код Вичата. Гао Хань с ловкостью фокусника принял его, добавил их обоих в контакты, и поскольку лимит на один красный конверт в Вичате составлял триста юаней, отправил ему два конверта по двести пятьдесят. Пока Цзян Чжао не взорвался от возмущения, он пояснил:
— Я перевожу тебе пятьсот, только избавь меня от хлопот: заказывай мне это лаксы следующие три дня.
— С какой стати я должен тебе что-то заказывать? К тому же есть его четыре дня подряд — неужели ты не боишься пищевого отравления?
— Сезон лаксы недолог, упустишь — придется ждать целый год. А если я отравлюсь, у тебя как раз будет возможность потренироваться в оказании первой помощи, считай, что это практическое занятие.
— Ха, я предпочту сделать вид, что не заметил, как ты умираешь.
Взяв телефон в руки и глядя на два уже принятых конверта по двести пятьдесят, Цзян Чжао дернул уголком рта:
— Уважаемый гений Гао, ты меня оскорбляешь или у тебя просто проблемы с математикой? Обязательно было делить пятьсот на две части по двести пятьдесят?
— Ох, оговорился, — с этими словами Гао Хань перевел ему еще двадцать юаней.
Цзян Чжао бросил взгляд на экран:
— Чаевые?
— Ага, за хлопоты. В сумме получилось пятьсот двадцать, теперь доволен?
Цзян Чжао предпочел промолчать.
Гао Хань взял порцию риса вместе с парой одноразовых перчаток и протянул Цзян Чжао:
— Ешь быстрее, пока не остыло.
Аппетитный аромат острого лаксы ударил прямо в нос Цзян Чжао, пробуждая дремлющий аппетит. Как раз наступило время обеда, и он потратил на Гао Ханя добрую половину дня, так что теперь, подумав об этом, поесть за чужой счет было не такая уж плохая идея. Он не стал церемониться и сразу ухватил самую крупную креветку.
В отличие от Гао Ханя, поглощавшего еду просто и грубо, Цзян Чжао ел тихо, словно осторожная кошка, медленно и изысканно. Возможно, после изучения клинической медицины эта привычка стала еще сильнее: он методично разбирал каждую креветку, а панцири аккуратно складывал на клочок бумаги сбоку. Гао Хань был готов поспорить, что из этой кучки отходов при желании можно было бы собрать целые креветки обратно.
— Должно быть, анатомия — твой любимый предмет.
— У меня по всем предметам «отлично», — Цзян Чжао приподнял бровь и продолжил охоту на крупных креветок.
Цзян Чжао был родом из Цзяннаня. Хотя за последние пару лет жизни вдали от дома он привык к острой пище, справиться с этим мала-лаксой оказалось непросто. К концу трапезы его лицо раскраснелось, глаза увлажнились, а уголки век покраснели. Гао Хань сглотнул слюну, развернулся, порылся в шкафчике с закусками У Туна и, достав коробочку йогурта, протянул ее Цзян Чжао.
Наевшись досыта, Цзян Чжао снял перчатки и маленькими глотками принялся пить йогурт. Сладкий молочный вкус наконец заглушил заполнившую весь рот остроту. Убедившись, что тот закончил, Гао Хань молниеносно расправился с оставшимися креветками.
Цзян Чжао:
— Ты идешь на пары во второй половине дня?
— Нет, буду играть в игры.
— ...
Цзян Чжао просто преклонялся перед ним. Вот это настоящий гений, подлинный гений: можно вообще не учиться, а оценки всё равно остаются настолько блестящими, что студенты вычислительного факультета могут лишь безнадежно смотреть ему вслед.
— Я возвращаюсь к себе. Заказывать тебе еду я согласен, но инцидент с той фотографией... Ты должен публично извиниться передо мной на форуме и кроме того...
— И кроме того, признать, что выдающийся студент Цзян — лучший на всем курсе университета Юй, а я, Гао Хань, снимаю перед ним шляпу? Так пойдет?
— Разве простые слова чего-то стоят? Это же не значит, что я действительно тебя победил.
— Тогда чего... ты хочешь? Сделать тебе селфи в знак капитуляции?
— ...
Цзян Чжао очень хотелось вскрыть черепную коробку этому человеку, чтобы посмотреть, как у него вообще устроен мозг.
— Ты задолжал мне услугу.
— Ладно, но сначала закажи мне еду.
— ...Хорошо, за пятьсот двадцать юаней я буду заказывать тебе еду целую неделю, но не каждый раз это будет лакса.
— На твое усмотрение.
Цзян Чжао и сам не понимал, с какой стати он в порыве умопомрачения согласился заказывать Гао Хаю еду. Глядя на пятисотъюаневый красный конверт в телефоне, он чувствовал себя странно и неловко.
Аватаркой Гао Ханя служило его собственное селфи — ленивое и чертовски привлекательное. Неудивительно, что столько девчонок сходили по нему с ума.
У Цзян Чжао был строгий режим дня, поэтому он исправно заказывал еду для Гао Ханя в положенное время, следя за тем, чтобы в рационе присутствовало и мясо, и овощи — всё было сбалансировано. С другой стороны, режим самого Гао Ханя подстроился под эти правила вопреки его воле: он вставал каждый день в полдень, ложился в четыре часа утра, ел два раза в сутки, а иногда добавлял ночной перекус — этот распорядок был настолько упорядоченным, что соседи по комнате были готовы рыдать от счастья. Раньше их Великий Гао мог не спать сутками, напролет уткнувшись в монитор, или дрыхнуть на профильных парах без просыпу. Соседи вечно жили в страхе: а вдруг однажды их кумир двинет кони прямо перед ними? Тогда армия его фанаток просто разорвала бы их на куски. А теперь! Пусть его график и отличался от обычного человеческого, но он хотя бы стал стабильным! Какое облегчение, просто чудо какое-то!
Цзян Чжао заказывал еду для Гао Ханя ровно неделю, и тот честно сдержал слово, опубликовав на форуме опровержение: дескать, фотография утекла в сеть исключительно по его собственной неосторожности, за что он приносит искренние извинения Цзян Чжао за доставленные неудобства.
Если бы не одна его фирменная выходка, Цзян Чжао, пожалуй, действительно простил бы его.
Под постом с извинениями Гао Хань огромными красными буквами подытожил истинный мотив своего поступка:
«Она была слишком милой! Не смог сдержаться!!»
После этого ветка комментариев утонула в сообщениях вроде «ха-ха-ха», «я всё понимаю~» и «этот трюк просто шедеврален»...
На следующий день Цзян Чжао бесплатно преподнес Гао Хаю кусок свиной головы.
Скандал с фотографией на форуме изрядно разбавил напряжение вокруг выборов главы студсовета. Зеваки и любители посплетничать с жаром наблюдали за развитием событий с передовой; фандомы пейринга праздновали национальный праздник, словно именно они вышли победителями; а фанатки и «мамочки» обеих сторон стояли на своем, каждая считая, что их любимец ни в чем не проиграл.
Стоило страстям на форуме немного улечься, как руководство университета подкинуло новый повод для сплетен, не пожелав оставаться в стороне. После долгих и тщательных раздумий (?), было принято решение назначить на пост главы студенческого совета студентку факультета иностранных языков Цзян Сылин.
Фанатки и «мамочки» Цзян Чжао и Гао Ханя лишились дара речи. Они только что отгремели несколько эпических битв, и в итоге лакомый кусочек победы увели у них прямо из-под носа.
Что же до этой самой Цзян Сылин, она тоже была особой непростой. Будучи студенткой отделения английского языка, она носила титул главной красавицы университета Юй, и одно это звание заставляло бесчисленное множество героев склонять перед ней головы. К тому же у нее был веселый и озорной характер, она постоянно учавала в жизни клубов, обладала подвешенным языком, кучей талантов и прекрасными коммуникативными навыками, легко находя спонсоров. Если бы не два ненормальных персонажа, стоявших на вершине университетского пищевой цепочки, красавица Цзян тоже была бы звездой первой величины.
Нынешний выбор руководства явно стал результатом компромисса: они обошли стороной Гао Ханя и Цзян Чжао, никого из них не обидев, и выбрали девушку — в конце концов, два парня вряд ли станут сводить счеты с девчонкой. К тому же Цзян обладала хорошими способностями, пользовалась популярностью, за ее спиной стояла целая армия фанатов-гиков, так что ее кандидатура вполне могла устроить большинство.
Старые лисы из руководства университета всегда были себе на уме.
Бушевавшие полмесяца страсти вокруг выборов председателя студсовета наконец сошли на нет. Поклонники как Цзян Чжао, так и Гао Ханя были недовольны таким исходом, но опасаясь, что в случае дальнейших ссор в выигрыше останется третья сторона, им пришлось затаиться.
Сам Цзян Чжао не испытывал особого разочарования из-за того, что председателем стала другая: в конце концов, пока Гао Хань не взгромоздился у него на голове, ему было совершенно все равно, кто занимает эту должность.
Хложнее всего в этой ситуации пришлось бедной Цзян Сылин. Хоть она и считала, что у нее неплохие организаторские способности, лезть на голову двум этим демонам она все же не смела. Более того, чтобы загладить вину перед Цзян Чжао и Гао Ханем, университет прямо назначил их обоих заместителями председателя, дабы «помогать» Цзян Сылин. От одной этой мысли несчастная студентка Цзян потеряла сон и покой. И дело было даже не в том, что она не осмелилась бы отдавать им приказы — если бы эти двое вдруг затеяли драку прямо у нее на глазах, у нее бы просто не хватило духу их разнимать. Чем же она так насолила университету, раз ей под дверь подбросили двух таких грозных божеств? Как ей теперь жить дальше?
Вскоре в университете наступила горячая пора напряженных выпускных экзаменов. Куда бы ни делось прежнее легкомысленное отношение вечных гуляк — в один миг все скинули маски беззаботности и надели доспехи зубрил из элитного университета Юй. В эти дни библиотека была забита под завзятку, а некоторые студенты даже спали на матрасах прямо на полу, чтобы не терять время.
Для Цзян Чжао, который всегда учился прилежно, это время по идее должно было пройти спокойно, но беда в том, что у него было два соседа-недотепы. Ван Тао и Е Туань относились к числу тех псевдоотличников, которые весь семестр дурью маялись, а за ум брались лишь в самый последний момент перед экзаменами. Каждый раз во время сессии они висели мертвым грузом на плечах у Цзян Чжао. Цзян подтягивал их по теории — с этим было еще проще, стоило ему указать на основные моменты, как их мозгов хватало, чтобы не завалить предмет. Настоящим кошмаром становились практические экзамены. Практика подразумевала допуск к операционному столу, что было краеугольным камнем медицинского факультета университета Юй, и завал на ней означал неминуемый отказ в выдаче диплома. Пока остальные штурмовали библиотеку, студенты-клиницисты дневали и ночевали в лаборатории.
Е Туань, возможно, благодаря семейному бэкграунду, справлялся с практикой сносно, стоило ему показать что-то пару раз. А вот Ван Тао был воплощением чистого ужаса — от одного его движения скальпелем у любого нормального человека могли волосы встать дыбом. Поэтому, заботясь о безопасности будущих пациентов Ван Тао, все обитатели комнаты силой заперли его в лаборатории.
Помимо Ван Тао, добрая половина «двоечников» медицинского факультета пустила корни в лаборатории. В этот момент Цзян Чжао казался им маяком во тьме и спасательным кругом посреди бушующего океана, а толпы отстающих наперебой звали его «папочкой». «Отец» Цзян лишь вздыхал и, смирившись, безвылазно сидел в лаборатории, терпеливо разжевывая им самые сложные моменты.
Цзян Чжао ни за что бы не признался, что делает это из сострадания к однокурсникам — всё дело было в желании спасти бедных лабораторных мышей. Ему вовсе не улыбалось вечно зашивать раны подопытным грызунам; его двух рук явно не хватило бы на спасение всех жертв чужих неумелых скальпелей.
Лабораторные мыши стоили дешево, но все же были живыми существами, и Цзян Чжао не мог позволить им умирать просто так, поэтому ему приходилось читать этим неучам терпеливые лекции.
Глядя на очередную мышь в руках Ван Тао, которая испустила дух в страшных муках исключительно из-за чудовищно кривой техники наложения швов ее «лечащего врача», обычно застенчивый Фан Цзыюэ не удержался от вздоха:
— Эх, не у каждой мыши судьба как у Картошки.
Картошкой звали ту самую мышь, которую Цзян Чжао спас с помощью операции по аортокоронарному шунтированию. Теперь этот грызун избежал участи быть замученным в лаборатории и жил на самом верхнем ярусе шкафа с подогревом, где о нем заботились, балуя отборным зерном и игрушками. О такой судьбе не смела мечтать ни одна лабораторная мышь.
Наконец сессия подошла к концу. Большинство студентов спешило разъехаться по домам, но Цзян Чжао из-за общественных обязанностей в студенческом совете должен был остаться в университете еще на неделю. Товарищ Е Туань ради дополнительных баллов в студенческий актив тоже подал заявку на участие в этом благотворительном мероприятии; Ван Тао уехал домой сразу же, а Фан Цзыюэ отправился подрабатывать.
http://bllate.org/book/38799/4885422
Готово:
