Глава 22
Линь Сюань медленно открыл глаза и взглянул на свои руки. Вернее, туда, где они должны были находиться: в виртуальном обзоре вместо привычных кистей красовались массивные механические манипуляторы. Ощущение непривычное, но адаптироваться к нему оказалось не так уж сложно.
«Так вот каково это — управлять мехом?»
В кабине пилота Линь Сюань по-прежнему неподвижно лежал с закрытыми глазами. Однако его божественное сознание, внедрённое в системы машины, уже слилось с её нейросетью. Стоило ему подумать о том, чтобы поднять руку, как тяжёлая стальная клешня послушно взмыла вверх; захотел повернуть голову — и массивный шлем машины тут же воспроизвёл движение.
Слияние было безупречным. Отклик системы казался мгновенным, без ничтожнейшей задержки или сопротивления — словно эта многотонная стальная туша являлась продолжением его собственного тела.
Сделав несколько пробных движений и освоившись с новым гигантским «телом», Линь Сюань победоносно взглянул на Ивиана, стоявшего внизу:
— И чего тут сложного? Проще пареной репы!
Заметив, что тот почему-то отступил к самой двери, Линь Сюань с недоумением спросил:
— Ты чего так далеко забился? Боишься, что я с непривычки напорчу и раздавлю тебя? Эх, а где же элементарное человеческое доверие?..
Ивиан только сейчас вышел из оцепенения. Глядя, как махина перед ним движется легко и непринуждённо, он всё ещё не мог поверить собственным глазам.
— Повернись-ка вокруг своей оси, — попросил он.
— Без проблем, — отозвался Линь Сюань и уже занёс ногу, но Ивиан тут же опомнился:
— Только осторожно! Не задень стеллажи. Если детали рассыплются, собирать замучаешься.
— Понял-понял, — небрежно бросил Линь Сюань, отводя тяжелый манипулятор от полок с запчастями.
Он аккуратно отступил на полшага назад, освобождая пространство, и начал медленно разворачиваться на небольшом пятачке. Опасаясь, что Ивиан не разглядит детали, Линь Сюань, повернувшись спиной, даже уточнил:
— Ну как, разглядел?
— Хватит, поворачивайся обратно.
На лбу Ивиана выступила испарина. Он попросил Линь Сюаня развернуться вовсе не ради забавы — ему нужно было оценить степень контроля над машиной.
И увиденное окончательно сбило его с толку.
Дело было не в том, что Линь Сюань с трудом справлялся с управлением — наоборот, его мастерство граничило с фантастикой. Каждое движение выходило плавным, точным до миллиметра, да и чувство габаритов поражало: развернуться в столь тесной комнатушке и ни за что не зацепиться!
Новичок на такое не способен в принципе.
Обычному пилоту требуется минимум три года непрерывной практики, чтобы добиться хотя бы уверенного владения базовыми функциями. Но и тогда человек лишь пользуется механизмом. Чтобы стать с мехом единым целым, необходимы годы изнурительных тренировок. Линь Сюань же выглядел так, будто родился в кабине пилота. Машина не просто подчинялась ему — она казалась продолжением его плоти и крови.
— Ты... точно ничего подозрительного не чувствуешь? — с сомнением переспросил Ивиан. — Головокружение, тошнота, двоение в глазах?
— Вообще ничего, — удивился Линь Сюань. — Всё отлично.
Ивиан вывел голографический блокнот с браслета и принялся делать пометки.
Линь Сюань тем временем с удовлетворением разглядывал свои металлические доспехи.
— Кстати, мы ведь договаривались: если я смогу ею управлять, ты отдашь её мне. Не забыл?
— Помню, — набрал пару символов Ивиан, не поднимая головы. — Вот только ты ещё не опробовал главную фишку этой модели.
— Какую фишку?
Ивиан неопределённо ткнул пальцем куда-то за спину машины:
— На спине установлена пара импульсных ускорителей. Они способны поднять в воздух и тебя, и эту махину.
Линь Сюань постарался извернуться, чтобы разглядеть спину — там действительно покоилось сложенное механическое оперение, напоминающее стальные крылья.
— Потолок же низкий, как тут взлетать? — Он оглядел стены. Какое там «взлететь» — тут развернуть эти крылья без того, чтобы не разнести всю мастерскую, и то невозможно.
Ивиан лучезарно улыбнулся:
— Об этом не переживай. У меня всё схвачено.
***
— Фу-х, уработался...
Преподаватель отер пот со лба и с облегчением вздохнул, глядя на наконец-то расцепленные мехи.
«И сколько же времени уйдёт у этих первокурсников, чтобы освоить хотя бы азы?»
Традиционное управление мехом — задача не из лёгких. Пилоту приходится непрерывно следить за тактической обстановкой на экранах и одновременно нащупывать нужные тумблеры на перегруженной панели. Развитие зрительно-моторной координации требует месяцев упорного труда, а уж до автоматизма заучить раскладку элементов управления... Тут всё зависит от индивидуальных способностей.
Но вызубрить кнопки — полдела. Развить настоящую точность движений куда сложнее. Лишь те, кто довёл синхронизацию до абсолюта, способны водить эти стальные титаны в реальном бою. Для зелёных новичков-первокурсников пределом мечтаний на первых порах считалось просто заставить мех идти по прямой.
— Так, время вышло, перерыв! — рявкнул преподаватель в рупор, обращаясь к выстроившимся машинам. — Нечего засиживаться в кабинах, вылезайте проветриться!
Не успели эхом отзвучать его слова, как люки кабин один за другим захлопали, и наружу начали выбираться измотанные студенты. Каждый выглядел так, будто только что выскочил из раскалённой бани — хоть одежду отжимай.
Управление мехом давало колоссальную нагрузку и на тело, и на разум. Инструктор не рисковал гонять новичков без передышки: зазеваешься — и кто-нибудь гарантированно упадёт в обморок прямо за штурвалом.
Юнь Тинбай тоже вылез из своего меха. Первые ощущения от управления исполином вышли смешанными: смесь непривычной дикости и детского восторга. В последний раз нечто подобное он чувствовал, когда впервые получил собственный коммуникационный браслет и выгрузил сознание в сеть — словно перед ним распахнулся неизведанный мир.
Впрочем, даже такой малый успех — просто повернуть голову меха да заставить его поднять руку — выжал из него все соки. Непрерывное предельное напряжение — испытание не для слабых духом.
— Линь Сюань, во второй половине занятия твой черёд практиковаться... Эй? Линь Сюань?
Оглянувшись, Юнь Тинбай с удивлением обнаружил, что площадка, где только что стоял его приятель, пуста. Он растерянно осмотрел взбудораженных однокурсников, но фигуры Линь Сюаня нигде не было видно.
Встревожившись, Юнь Тинбай поспешил к преподавателю и доложил об исчезновении студента. Тот нахмурился и тут же сверился со списком группы — и верно, одного не хватало.
— Внимание, тишина! — крикнул инструктор студентам. — Кто-нибудь видел, куда делся Линь Сюань?
— Линь Сюань? А кто это?
— Да без понятия, не обращал внимания.
— А у нас вообще есть такой в группе?
Ответы разношёрстной толпы ясности не внесли. Видя, что никто ничего не знает, Юнь Тинбай забеспокоился ещё сильнее:
— Учитель, он только что стоял вон там! Я залез в мех, а когда вылез — его уже не было.
— Не паникуй, парень, — постарался успокоить его преподаватель. — Наверняка соскучился ждать и просто выскочил проветриться. В тренировочном зале работают камеры видеонаблюдения, сейчас поднимем записи и выясним, куда он сбежал.
Слова про камеры немного успокоили Юнь Тинбая. Инструктор же про себя заскрипел зубами: когда он нанимался на эту должность, ему обещали спокойную работу без особых технических требований, а на деле пришлось вкалывать нянькой и сиделкой для оравы несносных юнцов.
Пока Юнь Тинбай тревожился за пропавшего друга, откуда-то из глубины здания донёсся глухой гул. Звук нарастал, доносясь будто со всех сторон сразу. А когда под ногами ощутимо задрожал пол, стало ясно: это не галлюцинация. Весь ангар сотрясало от мощной вибрации.
Вслед за ритмичными толчками дальний край огромного зала неожиданно залил яркий свет, стремительно расползавшийся по всему помещению. Юнь Тинбай подсознательно поднял голову и обомлел: массивный сводчатый потолок тренировочного комплекса словно гармошка начал складываться и уходить в стены!
Солнечные лучи лавиной хлынули внутрь, обнажая лазурную гладь искусственного неба.
Юнь Тинбай от удивления приоткрыл рот и повернулся к преподавателю:
— Учитель... это тоже часть программы «проветривания»?
Он осёкся, увидав застывшее, ошарашенное лицо инструктора. Было очевидно: происходящее стало для того полной неожиданностью.
— Крыша?.. Как она вообще раздвигается?!
Юнь Тинбай:
—...
— Вы что, сами не знали?
Преподаватель судорожно вскинул браслет, намереваясь связаться с классным руководителем, но не успел отправить сообщение: в толпе студентов раздались изумлённые, перекрывающие друг друга возгласы.
— Твою же мать! Это ещё что за хрень?!
— Мех? Но почему он такой красивый?! По сравнению с ним наши колымаги выглядят как престарелые черепахи!
— Кто это такой пафосный?!
У инструктора ёкнуло сердце. Подняв взгляд, он увидел, как из дальнего конца ангара белоснежная стальная птица взмыла в небо, прорезая пространство.
Распахнув за спиной механические крылья, Линь Сюань ощутил невероятный, ни с чем не сравнимый восторг. Этот полёт кардинально отличался от привычного парения на духовном мече!
Из дюз на крыльях и стопах меха вырвался сноп лазурного пламени. Словно распрямившаяся стальная пружина, машина за доли секунды взлетела на головокружительную высоту. Пробив плотную пелену облаков, мех разорвал её в клочья, точно хрупкую пену, и дерзко устремился выше, оставляя за собой яркий инверсионный след.
Благодаря тому, что системы управления были напрямую спаяны с его божественным сознанием, Линь Сюань воспринимал ощущения машины как свои собственные. Свист ветра, омывающего титановую броню, эхом отзывался в его ушах. В отличие от полётов на мече, здесь не сковывали никакие ограничения по позе или углу наклона — Линь Сюань наконец-то мог насладиться полной свободой в небесных высях.
Внизу толпа студентов раз за разом разражалась восхищёнными криками. Белоснежный мех в небе вытворял немыслимые кульбиты: то замирал, то камнем устремлялся вниз, заставляя зрителей задерживать дыхание, а затем, у самого дёрна, закладывал мощную, изящную дугу и вновь взмывал к облакам. Он рассекал воздух широкими взмахами стальных крыльев, словно истинный властелин небес, взирающий на ничтожных муравьёв внизу.
Студенты были уверены, что какой-то пилот-ас решил продемонстрировать высший пилотаж. И только инструктор, точно знавший, что в Академии отродясь не водилось машин подобного класса, покрылся холодным потом. Дрожащими руками он набрал номер ректора и, заикаясь, начал докладывать о происходящем хаосе.
***
Каловис стоял у панорамного окна своего кабинета и с улыбкой наблюдал за резвящейся в вышине «белой голубочкой». Выслушав сбивчивую речь учителя, директор лишь небрежно бросил, чтобы тот разбирался на месте, и сбросил вызов.
В этот момент в кабинет бесшумно въехал андроид-слуга, катя перед собой сервировочный столик. На нём покоился померкший, лишённый былого блеска энергетический драгоценный камень — тот самый, что использовался во время тестирования Линь Сюаня на полноценном анализаторе.
— Господин директор, это энергетический драгоценный камень, повреждение которого зафиксировали во время проверки ментальной силы.
Робот замер в никчемном почтении, ожидая указаний. Каловис повернулся и задумчиво посмотрел на помутневший драгоценный камень:
— М-да... Молодое поколение не знает жалости. Ментальная сила уровня SSS попросту разорвала энергетический драгоценный камень... Похоже, этот новичок переплюнул даже Ци Яня в его лучшие годы.
Директор сделал шаг вперёд и протянул руку, намереваясь взять погасший драгоценный камень. Но едва его пальцы коснулись поверхности, как сферический драгоценный камень покрылся паутиной мелких, частых трещин, словно тонкий лёд по весне.
Не успел Каловис и глазом моргнуть, как драгоценный камень беззвучно рассыпался в груду осколков драгоценного камня, будто давно потерял целостность и лишь ждал малейшего прикосновения, чтобы окончательно разрушиться.
Глядя на разбросанные по земле осколки драгоценного камня и прилипшую к руке пудру, ректор долго молчал. Наконец на его губах расползлась интригующая усмешка, и он вновь перевёл взгляд на окно.
— А этот первокурсник куда любопытнее, чем я думал... На редкость занимательный юноша.
Антропоморфный робот продолжал безучастно стоять рядом, храня молчание и не посягая своими алгоритмами на мысли хозяина.
http://bllate.org/book/38793/5132231
Готово:
