Двое вышли из пространственного кармана. Лэн Уя повёл Бай Юя в комнату Лэн Ле. Как только они постучали и вошли, взгляды Лэн Ле и его супруги тут же приковались к малышу на руках у Бай Юя. Ци Пань, глядя на пухлого, розовощёкого ребёнка, не смогла сдержать умиления. Она подошла ближе, погладила кроху по пухлой щечке и воскликнула:
— Чей это малыш? Какой же он прелестный!
Лэн Уя подтолкнул маленького дракона:
— Скажи: бабушка!
Малыш приоткрыл ротик и послушно произнёс:
— Бабушка!
Сердце Ци Пань растаяло. Она осторожно забрала ребёнка из рук Бай Юя и расцеловала его, про себя подумав: как же было бы замечательно, если бы у неё был такой чудесный внук.
Лэн Ле тоже смотрел на ребёнка с нескрываемым восторгом, но, в отличие от жены, не мог позволить себе тут же броситься к малышу. Он сделал вид, что хочет просто поговорить, и, подойдя поближе, украдкой коснулся детской щечки. На душе стало легко и спокойно — наконец-то семья стала полной.
— Чьего же вы ребёнка принесли? — спросил он.
Лэн Уя, видя, как родители радуются малышу, почувствовал укол совести. Он про себя поклялся, что если им с Бай Юем представится возможность завести общего ребёнка, они обязательно подарят родителям внука, рождённого из их крови.
Бай Юй не знал, как ответить на этот вопрос. Он посмотрел на Лэн Уя и, заметив, что тот застыл в нерешительности, незаметно пнул его ногой. Лэн Уя опомнился, усмехнулся и, не отвечая прямо, спросил у малыша:
— Минмин, кто твои папа и мама?
Маленький дракон оказался смышлёным. Он тут же потянулся к Бай Юю и, прижавшись к нему, залопотал:
— Мама, мама!
Бай Юй покраснел от неловкости, но не мог же он сейчас опровергать слова Лэн Уя. Тот забрал малыша из рук Ци Пань — не столько потому, что хотел подержать его, сколько из опасения, что мать от избытка чувств случайно уронит кроху. Всё-таки дракончик только вылупился, и падение могло плохо закончиться.
Малыш сначала хотел воспротивиться, но, встретившись взглядом с Лэн Уя, испугался и тут же протянул к нему ручки:
— Папа, возьми!
Лэн Ле и Ци Пань замерли в замешательстве, и Лэн Ле взял на себя роль представителя семьи:
— Уя, что всё это значит?
Лэн Уя улыбнулся:
— Всё именно так, как вы видите. Это наш с Сяо Юем ребёнок. Наше пространство обладает особыми свойствами, в нём он и появился на свет, а растёт он гораздо быстрее обычных детей.
Супруги слушали это как невероятную сказку. Лэн Ле толкнул жену в бок:
— Жена, ущипни меня, я не сплю?
Ци Пань лишь бросила на него взгляд:
— Я сама хотела попросить тебя об этом.
Лэн Ле перевёл взгляд на Бай Юя, точнее, на его живот. Бай Юй вспыхнул, а Лэн Уя шагнул вперёд, заслоняя его:
— Пап, ты на что смотришь?
— Хочу понять, не ждёт ли Сяо Юй ещё одного, — ответил Лэн Ле. — Раз старший уже такой большой, значит, и до второго недалеко.
Лэн Уя и Бай Юй переглянулись: отец оказался на удивление доверчивым. Лэн Уя решил уточнить:
— Пап, а тебя не смущает, что мы с Сяо Юем смогли завести ребёнка?
Лэн Ле отмахнулся:
— Вы двое умеете исчезать в никуда, словно небожители, так что ребёнок — это сущие пустяки!
Подумав, они решили, что это правда: в их жизни и так полно странностей, одной больше, одной меньше. Лэн Ле достал телефон и позвонил дедушке Лэну:
— Папа, это Лэн Ле. Если будет время, приезжай, Уя принёс тебе правнука!
На вопрос о том, кто мать, он ответил:
— Разумеется, Сяо Юй.
После этого разговор оборвался. Лэн Ле пожаловался жене:
— Вот ведь, не дал договорить, сразу трубку бросил.
Ци Пань, уже поверившая в чудо, с улыбкой успокоила его:
— Наверное, побежал делиться радостью со сватами.
В этот момент телефон снова зазвонил:
— Вы где? Мы с Ли старым сейчас вылетаем.
Лэн Ле назвал адрес, и дед снова отключился. Ци Пань спохватилась и спросила Бай Юя:
— А твоя мама знает?
Бай Юй покачал головой. Ему хотелось помолчать: чем больше волновались старшие, тем неуютнее он себя чувствовал, хотя в душе разделял планы Лэн Уя — если будет шанс, они обязательно заведут ещё детей.
Ци Пань позвонила в номер Ли Минь, и вскоре та вместе с И Эр примчалась к ним:
— Сваты, что случилось, почему так срочно?
Ци Пань кивнула:
— Дело чрезвычайной важности.
Она указала на ребёнка в руках Лэн Уя:
— Это родной сын Уя и Сяо Юя.
Глаза Ли Минь округлились. Она подбежала и забрала малыша, ворча:
— Я ведь говорила, надо было их пораньше женить! Хорошо хоть помолвлены, а то был бы ребёнок внебрачным.
Лэн Уя и Бай Юй снова были поражены прямолинейностью старших. Ли Минь не унималась:
— Говорили, мол, ещё маленькие, а посмотрите — ребёнок уже какой большой!
Она начала ворковать с малышом, а Бай Юй про себя усмехнулся: это напоминает историю из анекдота про восемь месяцев беременности, которые прошли незаметно. Если ребёнок действительно их, то почему он не видел, как рос живот?
И Эр, человек более рассудительный, стоял в стороне и внимательно разглядывал малыша, а затем перевёл взгляд на Бай Юя с явным недоверием. В этот момент зашла тётушка, чтобы обсудить завтрашний выезд, и замерла от изумления: в комнате было полно народу, а на руках у Ли Минь сидел младенец. Она подшутила:
— Спешишь стать бабушкой?
Ли Минь с гордостью погладила дракончика по голове:
— Это мой внук.
Тётушка рассмеялась, думая, что это шутка, но, увидев серьёзные лица Лэн Ле и Ци Пань, застыла. Она с недоумением посмотрела на Ци Пань:
— Это правда?
Та кивнула, и тётушка пулей вылетела из комнаты. Ли Минь лишь недовольно проворчала:
— Какая суетливая, чуть внука мне не задела!
Бай Юю стало стыдно смотреть на мать — ведь тётушка была совсем ни при чём! Вскоре она вернулась, но уже не одна, а с целой делегацией: мужем и тремя племянниками. Вся семья была в сборе. Они окружили малыша, не в силах оторвать глаз. Лэн Фэн посмотрел на Лэн Уя с завистью:
— Уя, ну ты даёшь! Жена — красавица, сын — прелесть! Как тебе всё лучшее достаётся?
Ли Минь добавила:
— Мой Сяо Юй не только красив, но и талантлив! И способности есть, и сына родил! Настоящий молодец!
Лэн Фэн потянулся к малышу:
— Иди к дяде.
Но малыш не захотел идти к нему на руки и потянулся к Бай Юю:
— Мама, возьми!
Бай Юй покраснел:
— Я же просил, зови меня папой.
Малыш посмотрел на Лэн Уя, но не решился произнести это вслух и спрятал лицо в груди Бай Юя. Все присутствующие были просто очарованы. Ли Минь, заметив это, прикрикнула на Лэн Уя:
— Не смей пугать ребёнка!
Лэн Уя застыл и через силу улыбнулся малышу. Лэн Ле и Ци Пань почувствовали укол ревности: они — родители Уя, но тот слушается Ли Минь. Они понимали, что дело не только в уважении к Сяо Юю, но и в их прошлой жизни, когда они поддерживали друг друга. Это была их вечная боль — что в те страшные дни апокалипсиса их не было рядом с сыном.
Малыш, увидев, что Ли Минь отчитала Лэн Уя, развеселился и хотел было назвать его мамой, но Лэн Уя опередил его:
— Папа.
Малыш понял и послушно произнёс:
— Папа.
Ли Минь просияла:
— Умница! Запомни: Сяо Юй — это папа, а Уя — это отец.
Бай Юй и Лэн Уя были счастливы. Лэн Чжун с улыбкой спросил:
— Уя, сколько ему, что он уже разговаривает?
Лэн Уя отмахнулся:
— Родился совсем недавно, просто растёт как на дрожжах, сил хоть отбавляй.
Лэн Фэн усмехнулся:
— Крепкий малый. Слушай, Уя, ты не боишься, что дед решит, будто вы его обманываете, подсунув чужого ребёнка?
Лэн Уя пнул его:
— Не говори ерунды, такими вещами не шутят.
Лэн Фэн отпрыгнул:
— Я не виноват! Просто у Сяо Юя фигура как была стройной, так и осталась, никаких признаков беременности.
Все задумались, ведь это правда. Особенно Ли Минь, которая всё время была рядом и не заметила округлившегося живота. Лэн Уя объяснил:
— Мы сами не знали. Живот не рос, а когда малыш родился, он был крошечным. Но за день так вырос и даже заговорил, что мы решили показать его семье.
Никто не решился спорить. Ци Пань спросила Бай Юя:
— А что он ест?
Бай Юй покачал головой:
— Не знаю.
Подумав, что дракончики — существа водные, он предположил, что им нужна морская рыба.
— Наверное, любит морскую рыбу. Но он ещё слишком мал, пусть приготовят что-нибудь мягкое, попробуем дать ему.
Ци Пань отдала распоряжение, и вскоре перед малышом поставили миску с рыбным филе. Малыш был доволен. Когда Бай Юй покормил его с ложечки, он снова потянулся к нему:
— Ещё!
http://bllate.org/book/38506/4840395
Готово:
